3.02
24 июня 2022 г., 05:00
Природа не терпит вакуума любого рода. Образовавшаяся пустота всегда стремится быть заполненной, независимо от её природы. Даже пустота космоса сама по себе не является настоящим вакуумом — в каждом кубическом сантиметре есть несколько атомов, в основном водорода и гелия. Социальный вакуум также был не менее чувствителен, и поражение АПП оставило огромный след в преступном мире Броктон-Бей.
Можно утверждать, что естественным ходом вещей было то, что Империя попыталась заполнить пустоту.
Обычно Имперцы старались сохранять хотя бы немного осмотрительности, когда делали свои ходы. Быть тише воды, ниже травы, так сказать, и стараться избегать всего, что может привлечь внимание Протектората или АПП. Конечно, они могли дать бой и одним и другим, но, конечно, не одновременно. Однако теперь, когда АПП выбыли, казалось, что они стали смелее.
Конечно, при этом оставался вопрос, зачем им нападать на поезд.
Это был большой грузовой состав, предназначенный для перевозки специализированных грузов — я видела большое количество платформ, набитых различными моделями автомобилей, сложенными на автоприцепах. Большинство из них были внедорожниками или седанами, но по крайней мере в одном из автоприцепов внутри были модели премиум класса. Империя была известна тем, что управляла автомобильными разборками по всему городу — я бывала в некоторых из них, но они никогда не делали этого в таких масштабах.
Для Империи остановить поезд было детской забавой. Они взорвали рельсы в миле по ходу движения, дав машинисту время затормозить, а затем просто атаковали состав. Один из вагонов был вскрыт, и несколько вооруженных головорезов разбирали его содержимое. Фенья и Менья стояли на страже, более пятнадцати футов ростом, каждая в стилизованных доспехах, призванных вызвать ассоциацию с образами валькирий.
Я поймала себя на том, что задаюсь вопросом, знают ли они, как мифические Фенья и Менья были порабощены требовательным королем.
Как бы то ни было, я решила сначала убрать их. Какую бы силу искривления пространства они ни использовали, чтобы вырасти такими большими, их прочность также увеличивалась в геометрической прогрессии — это я узнала, проведя некоторые исследования по Империи. Вырастая в два раза они начинали получать половинный урон от ударов. При максимальном увеличении они были в сотни раз выносливее обычного человека.
Так что я решила вырубить их до того, как они достигнут такого размера.
Менья упала первой, капля крови объёмом с галлон упала с того места, где я ударила ее по лицу. Фенья развернулась, готовясь закричать, когда увидела, что её близняшка падает, но рассчитанный удар в висок уложил и её. Они обе упали на землю с разницей в полсекунды друг от друга, съежившись, когда их сила ослабла, и, наконец, потеряли сознание. С ними всё будет в порядке, когда они проснутся, если не считать адской головной боли.
Когда они выбыли, справиться с обычными головорезами, рывшимися в вагоне поезда, было несложно. Я оставила их привязанными у рельсов, а затем повернулась, чтобы посмотреть, где находятся другие кейпы Империи. Протекторат прибыл на место происшествия, в нескольких сотнях футов вниз по рельсам, и уже задерживал двух низкоуровневых кейпов. Крушителя Поездов, которого недавно завербовали после тех разборок с Барыгами, и Крестоносца.
В целом, ситуация разрешилась быстрее, чем я ожидала, но что-то во всем этом было не так. Конечно, Имперцы, возможно, осмелели, но это всё равно не объясняло, почему они рискнули четырьмя своими кейпами из-за ограбления поезда. Должно было быть что-то ещё, что они искали, кроме машин для своих мастерских для ворованных автомобилей. Я прищурила глаза, ища что-нибудь неуместное.
Там. В металлическом полу вагона на самом деле было пустое пространство, не толще карандаша, и внутри, по-видимому, находилось множество предметов. Коммуникационное оборудование, деньги, даже разобранное оружие. Это был хитроумный способ спрятать товар, хотя, должно быть, потребовалось немало усилий, чтобы он сработал.
Я осторожно вонзила ногти в пол и потянула, вскрывая первый лист металла. Я уже слышала, как Протекторат сворачивается и приближается к моей позиции — без сомнения, они видели, как пали Менья и Фенья. Я решила оторвать хороший кусок металла, достаточный для того, чтобы они смогли увидеть содержимое, не прилагая усилий — они смогли бы разобраться в уликах лучше меня.
Однако был кто-то ещё, кто мог бы это сделать, кто-то гораздо более доступный, чем Протекторат. Что-то подсказывало мне, что он не будет возражать против моего визита для беседы.
Зацепившись за эту мысль, я взлетела, оставив Протекторат наводить порядок.
S
Дверь в офис была на удивление чистой для такой грязной части города — похоже, её недавно поставили, и на ней был свежий слой краски цвета охры. Слова "Джон Джонс, частный детектив" были аккуратно выведены черным по трафарету прямо на уровне глаз, а прямо под ними был довольно потертый дверной молоток. Джонс был в офисе — я видела его через дверь, он заполнял какие-то бумаги. Казалось, он немного похудел с тех пор, как я видела его в последний раз, хотя время от времени жевал печенье с бутербродами, которые брал с тарелки по соседству. Его одежда была почти комично стереотипной для частного детектива: полосатая рубашка на пуговицах с подтяжками и брюками, в то время как плащ и фетровая шляпа висели на вешалке позади него. Вздохнув, я схватила дверной молоток, тщательно оценивая, не вырвет ли случайно старую вещь из двери, затем постучала три раза. Он поднял глаза на звук, затем поднялся со своего места со скоростью, которая противоречила его возрасту. Открыв дверь, он натянуто улыбнулся, когда увидел меня. — Кажется, ты меняешься каждый раз, когда я тебя вижу. Чем я могу помочь тебе, Тейлор? — У меня есть несколько вопросов, Джон, относительно кое-чего нового. — Тогда заходи, — сказал Джонс, указывая на свой стол. — Присаживайся. Я вошла в его кабинет и уселась на металлический складной стул. Джонс обошел вокруг стола и плюхнулся на свое место, схватив при этом печенье. Подняв его, он указал на меня. — Печенюшку? — спросил он. Я покачала головой. Джонс пожал плечами и съел печенье сам. В том, как он ел было что-то почти неправильное, что-то, чего даже я не могла понять. — Итак, — начал Джонс. — Что нового? Империя доставляет проблемы после того, как ты победила АПП? — Ничего, справляюсь, — ответила я. — Но не более часа назад они напали на поезд, пытаясь что-то заполучить в свои руки. Сначала я подумала, что это обычное ограбление — там было много роскошных автомобилей, готовых к захвату, но я увидела, что они искали что-то контрабандное. Деньги, коммуникационное оборудование и части оружия. — Какого рода оружие? Это могло бы помочь сузить круг поисков, если бы я знал этот тип. — Винтовки. Я думаю, что там была даже некая разновидность тинкертеха; я не могла рисковать вниманием СКП, забрав одну из них, чтобы рассмотреть поближе. — Большинство тинкеров не могут массово производить свои технологии, — заметил Джонс, сложив руки вместе и наклонившись вперед. — В Гильдии есть тот, кто может, хотя я очень сомневаюсь, что он работает на какую-нибудь банду. Однако я действительно думаю, что есть возможная зацепка. — Кто? — поинтересовалась я. — В Бостоне ходят слухи о новом игроке, который пытается пустить корни в других городах. Мы мало что знаем о нем, но, похоже, он Умник. Работает за кулисами, настоящий шахматный мастер. Мы впервые узнали о нем, когда услышали о наемниках, вооруженных низкоуровневым тинкертехом, в основном улучшенной броней и лазерными насадками на оружие. — Зачем этому Умнику приезжать в Броктон Бей? — Возможны несколько причин, — ответил Джонс. — Очевидно, у него перемирие или, может быть, даже своего рода союз с другим мыслителем из Бостона по имени Баланс. Однако, поскольку мыслители склонны вмешиваться в силы друг друга, было бы логично, если бы он захотел перенести свою деятельность в другое место. Броктон-Бей созрел для выбора, с тех пор как ты уничтожила АПП, а также уничтожаешь Империю. — Но в то же время, не было бы рискованно для него приходить сюда? — поинтересовалась я. — Банды уничтожают себя не из-за междоусобиц; они проигрывают из-за внешних сил. — Ты имеешь в виду себя, конечно. Протекторат начинал набирать обороты против Империи, но именно ты вывела АПП из игры. — Суть всё ещё остается в силе. — Ну, мыслители — это звери, отличные от того, с чем тебе обычно приходится иметь дело, — сказал Джонс. — Империя и АПП более, я бы сказал, прямолинейны. Они получают власть путем убийств и насилия, и их можно свергнуть, если у другой стороны будет палка посерьезнее. Получить достаточно улик, чтобы осудить таких преступников, как они, легко, но это не так в случае с такими персонажами, как Баланс и этот новый мыслитель. — Вы говорите о коррупции, — поняла я. — Более или менее — в этом есть что-то ещё. Они подкупают, угрожают и принуждают, а иногда и совершают убийства, если чувствуют в этом необходимость. Но такие преступления трудно связать с организаторами, подобными тем, что действуют в Бостоне. Требуется множество доказательств, чтобы построить дело, и они это знают. Как ты думаешь, почему Баланс всё ещё на свободе? Он заметает свои следы до такой степени, что вы никогда не можете быть уверены, сделал ли он это. — И это не моя специальность, — закончила я. — Вы сказали мне, что мне не хватает такта, когда дело доходит до борьбы с преступностью. Джонс пожал плечами. — Так и есть. Ты в значительной степени молот, возможно, самый большой молот в городе. Но для чего-то вроде этого нового мыслителя нам понадобился бы скальпель. Со временем ты могла бы оказаться и молотком, и скальпелем, но не сейчас. — Итак, что же нам тогда делать? — Что ж, держим ухо востро. Я не хочу хвастаться, но в свое время меня считали хорошим детективом — я вполне мог накопать достаточно информации, чтобы вычислить Мыслителя. Это была бы опасная работа, из-за которой меня могли бы убить, но тут на помощь приходишь ты. Если этот мыслитель попытается, скажем, убрать меня со сцены, тогда ты могла бы предотвратить это. — Итак, я вытащу вас из любых неприятностей, в которые вы случайно попадете, — сказала я. — Похоже, вы очень верите в меня, Джон. — Учитывая то, что ты сделала всего за две недели, я бы сказал, что это заслуженно, — ответил Джонс, улыбаясь. — Кроме того, у меня есть несколько трюков в рукаве. Я поднялась со своего места. — Спасибо за информацию. Я буду держать вас в курсе, если найду что-нибудь новое. — Позволь мне проводить тебя. — Джонс встал со стула и накинул плащ. — В любом случае, мне нужно сделать кое-какую работу. Он прошел мимо меня, и я последовала за ним. Офис располагался над книжным магазином, и я отметила, что мы, вероятно, представляли собой странное зрелище для горстки покупателей, когда проходили мимо. Перед домом была припаркована старая ржавая машина, и Джонс запрыгнул внутрь. Опустив стекло, он оглянулся на меня. — Один последний вопрос. Сталевар видел тебя в костюме, с этой новой прической? Прежде чем я успела что-либо сказать, он уехал. Я смотрела ему вслед, разинув рот, потом выпрямилась. Откуда он это знает? Был ли он настолько хорошим детективом, или здесь было что-то ещё? Джонс показался мне довольно странным, и к тому же не из тех, кто социально неловок. Я бы предположила, что большинству людей он казался нормальным, но в моих глазах он казался сверхъестественным. Мелочи, такие как язык тела и такое равномерное распределение температуры кожи, но достаточные, чтобы вывести меня из равновесия. Звонок моего мобильного телефона прервал мои размышления. Вздохнув, я раскрыла его и ответила на звонок. — Привет? — Тейлор. Это я, Сталевар. Мне действительно жаль, что мне пришлось оставить тебя вот так, но начальство нуждалось во мне для экстренного патрулирования, пока другие разбирались с проблемой. Сможет ли просмотр этого фильма с тобой сегодня вечером компенсировать это? — Э-э… конечно. Я не занята сегодня вечером. В котором часу? — В Синема Сити есть сеанс в шесть. Я встречу тебя там. Увидимся позже, Тейлор. — Увидимся позже, — ответила я. Завершив звонок, я положила телефон обратно в карман. Взглянув на часы, я увидела, что у меня есть час свободного времени, поэтому решила снова отправиться в патруль. Потом я могла бы посмотреть этот фильм со Сталеваром, потом… что-нибудь. Может быть, мы могли бы посмотреть художественный гала-концерт, который проходит в мэрии. Когда я переоделась в свой костюм, мне потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что я улыбаюсь.
