Следы крови на снегу

      Винтер раздраженно вздохнула стараясь хоть как-то размять затекшее тело. Прошло уже пару дней, как она оказалась прикована к этой кровати. Помимо сломанной руки и ребер оказалось, что во время аварии она умудрилась сильно ушибить и правую ногу. Просто чудо, что она смогла выбраться с корабля своими силами. Взглянув на маленькое окошко, за которым непрестанно шёл снег, она не могла подавить все свое раздражение и разочарование.       С момента её пробуждения началась метель, которая бушевала уже второй день. Как будто было мало того, что она была, пусть и временно, но прикована к постели, чувствуя себя полностью беспомощной беззащитной. Чувства, которые она испытывала в детстве и которые старалась подавить и забыть.       Сжав здоровой рукой одеяло Винтер посмотрела на Адама, закидывающего пару поленьев в печку, бывшую практически единственным источником света в этом полумраке. Она некоторое время задавалась вопросом как Адам здесь видит и ориентируется, пока не вспомнила, что он фавн.       Фавн. Слово, что временами ассоциировалась со всеми бедами и неприятностями Шни. В детстве она, считала, что её отец ненавидит фавнов. Выросши она поняла, что ему все равно, кто будет зарабатывать для него деньги, будь то фавны или люди. Все, что его волновало — это прибыль и репутация фамилии, которая никогда ему не принадлежала. Фавны были лишь очередным пунктом в его длинном списке злопыхателей и ненавистников компании, что спали и видели, как ПКШ падёт, а его наследие исчезнет. Это могли быть, как фавны из шахт, так и советники из Атласа. В его глазах вокруг были враги и предатели.       Настроение Винтер упало от воспоминаний об отце и сокрушенно плюхнувшись на подушку она решила отвлечься и понаблюдать за своим спасителем. Адам что-то варил на печке, перемешивая и временами пробуя на вкус и добавляя туда немногочисленные имеющиеся у него специи. Винтер могла поспорить на стопку льен, что это был очередной суп или бульон из кролика или куропатки. Впрочем она не могла жаловаться и наоборот должна была благодарить его за все время, что он ей уделяет.       Что до самого Адама, то Винтер терзали противоречивые чувства. Она не могла быть уверена на сто процентов, что он не состоит в Белом клыке, что вылилось для неё в парочку бессонных ночей. С другой стороны будь он из БК, то перерезал бы ей глотку пока она была без сознания. Кроме того она заметила в углу его дома меч в ножнах. И пусть она не могла рассмотреть его хорошо, это говорило, что он был отнюдь не простым одиноким охотником, живущим в глуши. Все это вкупе с его отчужденностью и затворническим образом жизни делало его загадкой в голове Винтер. Что он здесь на самом деле делает? Кто он такой? Зачем ему нужно было спасать её?       Незаметно для Винтер, одеяло сползло с неё и она поёжилась от прохлады царившей в домике. — Может добавишь праха, чтобы протопить дом быстрее? — как можно дипломатичнее предложила она. — Я не пользуюсь прахом, — ответил Адам даже не оборачиваясь к ней. — Что?! — вскрикнула Винтер, прежде чем спохватиться.       В её понимании выжить без праха было практически невозможно. Вся жизнь на Ремнанте зависела от праха. И то, что кто-то не будет им пользоваться, звучало как нонсенс. — А зачем он мне? — спросил Адам, помешивая бульон, — мне вполне хватает дров, чтобы отопить дом или свечки, чтобы осветить его.       Винтер хотела бы открыть рот и возразить, но поняла, что он прав. Ему не было нужды использовать прах. Живя в дикой природе он мог добыть всё сам, а то чего ему не хватало обменять или купить в ближайшем городке. Ей выросшей в самом технологичном королевстве Ремнанта это могло показаться дикостью, но такой была его жизнь. — Чем ты занимаешься здесь? — решила сменить тему и удовлетворить частичку своего любопытства Винтер.       Адам тем временем снял котелок с печки и поставил его на столик остывать, садясь на скамейку рядом. — Чем? — переспросил Адам, призадумавшись, — ну я охочусь на животных и свеживаю их, после чего отношу шкуры в ближайший городок и меняю их на нужные мне вещи. В более тёплые времена я собираю лекарственные травы и тоже использую их, как для себя, так и для обмена. — И ты занимаешься этим все время? — продолжила собирать по крупицам информацию о нем, бросив взгляд на стоящий в углу клинок. — В целом да, — ответил Адам, поймав взгляд Винтер, — но думаю нам следует пока оставить вопросы и поесть.       Винтер скрыла свое разочарование и приподнялась на локтях, готовясь к трапезе. Вопросы могут и подождать.

***

      Прошло три часа с момента трапезы и Адам мог бы признать, что тишина становилась невыносимой. Обычно он не обращал б на неё внимание занимаясь своими рутинными делами или читая книги. Но сейчас его уклад был нарушен, ровно как и вся его размеренная жизнь до этого. И на данный момент нарушительница всего этого лежала на его кровати в то время, как он довольствовался уже второй день лавкой.       Он тяжело вздохнул не зная чем себя занять. Его взгляд скользнул по Винтер заставляя его задуматься над его гостьей. Он немного кривил душой, когда говорил, что не знает её. Вернее не совсем так. Он слышал и знал о Шни, ведь на Ремнанте не было практически никого, кто не знал бы о ПКШ и её владельцах. Просто он никогда не интересовался самой семьёй Шни. Ему было достаточно слухов об том, как жестоко ПКШ относиться к фавнам и насколько богаты Шни. Глядя на Винтер он ожидал от неё поведения избалованной принцессы, но она никогда не жаловалась ни на еду, что он готовил, ни на место в котором она находилась. Она терпела боль во время перевязок и послушала его наставления насчёт её выздоровления. Не совсем то, чего ожидаешь от дочери самой богатой семьи Ремнанта. Возможно дело было в том, что она была военной, но разве это не значило, что она оборвала связи с ПКШ. Вряд ли можно было одновременно служить в армии и управлять компанией, не так ли?       Он снова заметил, как Винтер бросила исподлобья взгляд на его клинок и подавил очередной вздох. Ну что за женщина? Впрочем он сам виноват. Ему не стоило оставлять Уилта стоять у неё на виду. Это вызывало только ещё больше вопросов у Винтер, на которые он не желал отвечать.       Это была частичка его прошлого, что он хотел забыть и больше никогда не вспоминать. Что-то от чего ему было стыдно и что он хотел бы исправить. Он бросил взгляд на Уилт и вздох, что он так усиленно подавлял вышел из его груди. Его мать часто говорила ему, что все тайное обязательно станет явным, да и Гирра всегда повторял, что нужно открыться собеседнику. Вот только он никогда не учитывал, что собеседником может стать одна из Шни.       Поднявшись на ноги он неторопливо пошёл за Уилтом. Возможно действительно было лучше рассказать всю правду. Или возможно он окончательно сошел с ума от одиночества. Сколько прошло лет, когда он оставил БК и стал изгоем? Пять? Шесть? Прошлый он бы смотрел на него с презрением укоряя за трусость, но прошлый «Я» был глупым юнцом, что верил в справедливость и равенство. Не то, чтобы это было глупо, но эти понятия очень отличаются, когда у тебя в руке есть окровавленный клинок.       Взяв Уилт за ножны в руку он направился к лавке перебирая в голове слова, которые он будет говорить Винтер. К сожалению в его голове была такая же буря, как и на улице и он решил просто довериться своей интуиции и сердцу. Сев на лавку с Уилтом в руке он заметил, как напряглась Винтер. В её позе смешалось любопытство и желание узнать кто он такой и толика страха, что вполне обоснованно ведь у него единственного оружие из них двоих. Её взгляд блуждал по нему оценивая готовится ли он атаковать её или просто взял в руки клинок. Он должен был отдать ей должное, что она не доверяла ему. Впрочем пора было это исправить.       Наклонившись он протянул Уилт сбитой с толку его действием Винтер, предварительно проверив нет ли в Блаше патронов. Было бы плохо, если бы она попробовала застрелить его пока он рассказывал ей свою историю. — Это… — нерешительно начала Винтер. — Ты же хотела на него посмотреть, — прокомментировал Адам наблюдая за ней. — Ты был охотником? — спросила она немного вытащив алый клинок из ножен. — Нет… — Адам вздохнул готовясь к своим следующим словам.       Думай об этом, как о сдирание пластыря. Да сдирание пластыря, что сулит испорченными отношениями, попытке его убийства и арестом силами Атласа. Всего ничего. —… я был в Белом клыке.       Со своего места он мог видеть, как Винтер вздрогнула, её хватка на Уилте ослабла, непроизвольно выпуская меч на пол. Уилт подкатился к ногам Адама и замер. Наклонившись и поднимая его он мог видеть страх и панику в глазах Винтер, которые она пыталась спрятать за маской спокойствия. — И что ты будешь делать со мной? — настороженно спросила она. — Ничего нового, — невозмутимо ответил он, — то же, что и раньше. Кормить и делать перевязки. — Как я могу тебе верить? — спросила Винтер, прищурив глаза. — Никак, — все также ровно ответил Адам, смотря на свое отражение в алом клинке.       Наступившая за ответом тишина затянулась и Адам решил продолжить. — Когда-то я верил, что принесу равенство и справедливость фавнам. Возглавлю революцию и освобожу своих собратьев от рабского труда и несправедливого обращения, — Адам усмехнулся наивности собственных грёз, — в те времена я носил длинное чёрное пальто, маску гримма и использовал тонны геля для волос, чтобы держать их остро торчащими. — Это звучит… немного по детски… — неуверенно протянула Винтер, представив описание Адама той поры. — Не спорю. В то время я был глуп и наивен, — согласился Адам с точкой зрения Винтер, — мне казалось, что мой клинок преодолеет все препятствия. — И что случилось? — любопытно спросила Винтер, заметив подавленность Адама. — Однажды на караван под руководством Гиры Белладонны напали сторонники превосходства человечества. Они не представляли для нас особой угрозы, но их было много. Один из них сумел пройти мимо нашей защиты и ранить Гиру. Я разоружил его и собирался казнить, когда меня остановил раненый Гира, — Адам бросил ещё один взгляд на клинок и вздохнул, — в его глазах я увидел страх. Страх, того, что случится, если мы позволим себе насилие. Я обернулся к противнику и тоже увидел в его глазах страх. Но это был ужас за свою жизнь. В его глазах я был монстром, что отнимал её у него. Это не то, как я себе представлял нашу революцию. И не то, за что мы боролись. Тогда я и ушёл. Ушёл от себя и от мира. Спрятавшись здесь, как последний трус.       Воцарилось молчание. Адам сказал все, что хотел, а Винтер пыталась найти в его словах фальши. — Как… как давно ты покинул БК? — спросила Винтер.       Этот вопрос заставил Адама нахмурится, пытаясь вспомнить ушедшие времена. — Хмм… не знаю… лет пять-шесть назад? — Ещё до налётов БК, — пробормотала себе под нос Винтер, подняв голову и посмотрев на Адама, — хорошо. Я поверю тебе на слово, но продолжу наблюдать за тобой. — Тогда тебе понадобится оружие, чтобы остановить меня, если я покушусь на тебя, — с усмешкой протянул Адам, протягивая Винтер Уилт. — Ты что? — спросила сбитая с толку Винтер уставившись на протянутый клинок. — Я знаю, что ты не спала пару ночей. Если тебе будет так спокойнее я отдам на время тебе Уилт. — Уилт? — переспросила Винтер, пытаясь скрыть улыбку, — а твои ножны называются как, что-то красное? — Блаш — нормальное название, — надулся Адам, под смешок Винтер.       Подавив его она осторожно протянула руку и взяла Уилт с рук Адама. — Спасибо, — поблагодарила она, прижимая оружие к себе. — И… — протянул Адам почесывая свои растрепанные волосы, — какова твоя история? — Моя… история? — переспросила Винтер, наклонив голову. — Ну… как Шни стала солдатом? — намекнул Адам, — нет, ты конечно можешь не говорить, я не принужд… — Я не хотела больше находиться в месте, которое многие называют поместьем Шни — начала Винтер перебивая Адама. — Что?! — воскликнул сбитый с толку Адам, — разве жить в богатстве и комфорте это не то о чем мечтает практически каждый на Ремнанте? — Только, если это не золотая клетка, где у тебя нет ни малейшего права выбора, — грустно ответила Винтер. — Все настолько плохо? — сразу понял по интонации Адам. — Мой отец… не самый лучший человек… он пришёл в дом моего дедушки и взял его фамилию… при нем ПКШ превратилась из небольшой компании по добыче праха в монструозного гиганта поглощающего все на своём пути… он не остановиться ни перед чем ради выгоды и всеобщего контроля… — А твоя семья? — спросил Адам решив отойти немного от темы. — Моя мать, — при этих словах Винтер скривилась от горечи, — к сожалению после многих лет с моим отцом она лишь бледная тень самой себя… я бы хотела, чтобы она вернулась в норму, но это практически невозможно пока мой отец рядом с ней. — А братья или сестры? — Да. Они есть, — Винтер просила ухватившись за эти воспоминания, — моя младшая сестра Вайсс скоро должна пойти в Бикон. Я уверена она справиться, ибо она много старалась ради этой цели. — А… — Ещё есть Уитли, мой младший брат… с ним все немного трудно. — Раздражающие младшие братья? — высловил догадку Адам. — Что-то вроде того, — по хрупкой улыбке Винтер он мог понять, что ситуация была намного серьёзнее, но кто он такой, чтобы лезть в чужие проблемы. — И ты довольна своим решением? — Ммм? — Пойти в специалисты? — уточнил на всякий случай Адам. — Я… — Винтер замялась, решаясь ответить на этот вопрос, — иногда я думаю, как бы изменилась моя жизнь, если бы я осталась. Как бы изменились жизни Вайсс и Уитли. Но выбор уже сделан и время нельзя вернуть обратно. — Понимаю, — согласился Адам, глубоко вздохнув.       Наступила тишина и каждый ушёл в свои собственные мысли. Единственным шумом было завывание ветра, да бьющийся об окошко снег. — Ты… любишь книги? — нерешительно спросил Адам. — У нас дома есть огромная библиотека, которая может посоперничать с библиотекой других королевств, — с усмешкой ответила Винтер, прежде чем добавить, — Вакуо, точно. Не уверена, что там есть книги. — Оу… — протянул разочаровано Адам. — Но ты можешь прочитать мне парочку из своей коллекции Адам, — заявила Винтер не желая расстраивать его ещё больше. — Да. Конечно. Сейчас возьму одну, — спешно заговорил Адам встав и потянувшись через кровать с Винтер к полке.       Быстро перебрав коллекцию он остановился на одной книге взяв её в руки и опустился на скамью. — Три возраста Ирэн-сан? — прочитала в полутьме с трудом Винтер, — серьёзно? Сентиментальный роман? — Эй! — возмутился Адам, с стремительно краснеющим лицом, — он очень достойный и хорош! — Да-да, я не отрицаю этого, — сказала Винтер, приподняв руку в успокаивающем действии, — просто… ты и читаешь такие книги…       В полутьме раздалось фырканье и Адам впившись взглядом в Винтер, увидел, как та пытается подавить вырывающийся наружу смех. — Что-то не так? — холодно спросил он. — Нет-нет! — замахала целой рукой Винтер, — мне очень интересно. Можешь прочесть мне её. — Хорошо, — протянул Адам, раскрывая книгу и начиная читать в то время, как буря за окном и не думала утихать.