Еженедельный сборник Инадзумы

Последнюю неделю бедный Тома мечется не то что как в зад ужаленный — как истерзанный роем шершней во всё его побледневшее тело. Кто-то где-то опять не хочет продавать сырье по адекватной цене, кто-то не думает возвращать долги вовремя, а кто-то просто плохо себя ведёт и посягает на честь клана Камисато. Обещанный выходной только снится в непродолжительных снах, а люди мельтешат перед глазами разными красками и цветами. Когда Аяка сообщила, что Люмин с радостью вызвалась взять на себя несколько организационных моментов, Тома почувствовал, как с его плеч упала тонна-другая дел. Аято он не видел уже несколько дней, — и это при условии, что они жили в одном поместье, а Господин был на острове. — Тома, ты встретишь барда из Мондштата? Брат просил передать ему приглашение лично. Мы должны встретить его. Правда, он так и не ответил, приедет ли вообще… — Госпожа Аяка вырывает слугу из водоворота его дел. — Конечно, Госпожа, я займусь этим. Корабль с Мондштата приплывает утром, я буду на пристани. Не переживайте, положитесь на меня, — у Томы получается натянуть более-менее бодрую улыбку, правда даже на это уходит много сил. Когда всё это закончится, он возьмет два или даже три дня отдыха: первые двое суток он будет спать, а на третьи пойдет в бани. Да, это будет замечательно. Может, даже Господин Аято ещё будет в это время на острове, — это было бы здорово. — Если ты встретишь Люмин, передай ей, пожалуйста, что я жду её в чайном доме… — внезапно где-то рядом зашептала Аяка. Резко уйдя в свои мысли, Тома совсем забыл, что он все еще перед Госпожой. Аяка смотрела на него снизу вверх своими большими влажными глазками и хлопала ресничками так, будто сейчас заплачет. — А… Конечно, Госпожа. Может я могу сделать что-то вместо неё? Не хочется лишний раз напрягать гостя… Аяка внезапно опустила взгляд, фарфоровые щёчки покрылись персиковым румянцем. — Нет, Тома… Ты… Она… Ох, просто передай ей, если встретишь её… — пролепетав фразу не совсем чётко, Аяка быстро зашагала подальше от слуги, обдав его напоследок холодком. — Что ж… — поведение Госпожи немного смутило парня, так и не понявшего, что такого может сделать Люмин, чего не сможет сделать он. Но не спорить же с Камисато, верно? Тем более по плану через несколько минут он уже должен стоять на площади со стендами в качестве представителя Комиссии Ясиро для каких-то очередных бумажных дел. День был солнечный, пригожий. Очередной радостный денёк, каких в Инадзуме не было, кажется, уже давненько. Детишки вокруг пищат от радости, взрослые медленно прогуливаются под сенью цветущей и благоухающей сакуры: вот Господин и Госпожа Аянэ стоят возле стенда с фанфиками Исиды, а там — малышка Рию бегает за своим псом Микато; старый рыбак Саято о чем-то громко спорит с торговцем из Ли Юэ (кажется, про то, что раньше чужеземцы себя так не вели), а вот Великая Гудзи Храма Наруками щурится прямо на Тому. Чего? Тома почувствовал на себе лисий взгляд, словно перебравший все его косточки. Розовые губы растянулись в улыбке. — Боже, боже… Это же мальчик Аято, — лисица поманила к себе пальчиком и тихонько усмехнулась. — Ты-то мне и нужен. В эту секунду Тома не особо понял, на что ему надо было возмутиться: на то, что его назвали «мальчиком», на то, что его назвали «мальчиком Аято» или в принципе на то, что Гудзи поманила его пальцем как действительно какого-то мальчонка. По его информации не было никакой необходимости общаться с Кицунэ, которая явно хотела что-то ему сказать. Тома подошел к ней и поклонился. — Добрый день, Госпожа Гудзи! Очень рад вас видеть! — Тома очень постарался искренне улыбнуться. Ему совершенно не хотелось влезать в какие-то проблемы из-за прихотей Мико, тем более у него на это совершенно не было времени. — Не язви, Тома, — будто бы успевшая прочесть его мысли, хихикнула Яэ и прикрыла ладошкой рот. — Для тебя есть крохотное поручение касательно праздника Иродори, не более того, дорогуша. Мне всего лишь надо, чтобы ты отнес эти листовки в чайный дом, — жрица положила ладонь на небольшую стопку розово-фиолетовых листовок с программкой праздника, — и всё, дорогуша. Я надеюсь, это не проблема? Тома про себя облегченно вздохнул. Если это всё, что от него хочет Кицунэ, то сегодня явно его счастливый день. — Не проблема, Госпожа Гудзи, сейчас же отнесу! Как только Тома подошел взять пачку листовок, он услышал тихое хихиканье и бряцанье сережек. Мико улыбалась. — Ты даже пахнешь как он, мальчик Аято. В горле резко пересохло, уши предательски загорелись. Тома потупил взгляд на листовки и засмеялся. — Простите, Госпожа Гудзи, я не понимаю о чём… — глупый смешок, она не поверит. — Ваши души, мальчик, — они пахнут одинаково, — перебила жрица, которая всё прекрасно понимала и сейчас лишь ухмылялась, довольствуясь смущением Томы. Она подхватила его подбородок и повернула голову парня на себя. — Любой Они знает, что это значит, — в розовых зрачках что-то заискрилось, отослав небольшой заряд в человеческое тело; где-то в районе сердца защекотало. — Если тебе интересно, то почитай свежий роман «Служанка» под авторством многообещающего автора Микото Аэ, — Яэ в последний раз насладилась видом до ужаса смущенного управляющего и, отпустив юношеское лицо, пошла в сторону издательского дома. «Она мне только что свою книжку разрекламировала или что?» — подумалось раскрасневшемуся Томе. В любом случае, уточнять этот вопрос у Гудзи он не стал, поскольку решил поскорее уйти с площади. Не хватало еще, чтобы лисица дальше начала углубляться в подробности про запахи и души. Смущенный Тома даже забыл, ради чего он приходил сюда. Всё тело полыхало от волнения и застенчивости. Точно, как когда Аято его так же беспардонно хватает за подбородок, чтобы поцелуем или томным взглядом застать врасплох. «Служанка… Кажется, Госпожа Аяка начинала читать эту книжку. Узнать бы, про что там». Люмин по пути к чайному дому «Коморэ» он так и не встретил, но обнаружил её, Паймон и Аяку, уже оказавшись внутри. Оставив возле Таромару розово-сиреневые листовки, управляющий зашел в комнату к Госпоже Камисато и путешественнице. Девушки сидели за котацу и что-то шепотом обсуждали, пока Паймон, точно смерч, сметала всю еду со стола, не обращая ни на кого внимания, и иногда взвизгивала от удовольствия. — Госпожа, Люмин, привет ещё раз! Девушки устремили глаза на него и резко замолчали. В руках у Аяки что-то было. Что-то, что она постаралась убрать под котацу. — У вас всё хорошо? Я не помешал? — Все хорошо, Тома, спасибо, что переживаешь, — брякнула Аяка, постепенно заливаясь румянцем. — Ты что-то хотел? — Я… Да, Госпожа. Я просто принес листовки праздника Иродори и, раз вы тут, то хотел спросить про одну книгу. Вы, кажется, недавно получили её от издательского дома Яэ, — Люмин с Камисато напряглись. — Мне Госпожа Гудзи порекомендовала «Служанку», — кажется, так называется, — Тома неловко засмеялся и почесал затылок. Как же глупо выпрашивать лёгкий роман у Госпожи. Как будто у него в принципе есть время, чтобы читать это всё. — Вы не могли бы… — А, эта та книжка про Тому и Аято, только где они девушки? — неожиданно для всех прописклявила Паймон, оторвавшись от еды. Она явно не понимала, что Люмин и Аяка тщательно пытались спрятать ту самую книжку под котацу при приходе управляющего и одновременно с тем заткнуть Паймон. — Э… Люмин, Аяка? Почему все замолчали? — засмущалась Паймон, хихикнув и икнув одновременно. Тома, улыбавшись, притих. «Чертова Кицунэ», — про себя ругнулся управляющий, чувствуя, как его уши начинают гореть. — Хах, вот так фантазия у автора. Интересный сюжет, конечно. Так, а там есть что-то про души, которые пахнут одинаково? — «Любой дух, даже самый глупый Они или беззаботный Ёкай, знает, что если души двух людей испускают идентичный запах, то…» — поражая всех своей фотографической памятью, начала цитирование строк из романа Паймон. Она явно хотела похвастаться тем, что запомнила это, и произносила это с особой важностью. — Паймон! — пискнули Люмин и Аяка, переваливаясь через стол, чтобы поймать и заставить замолчать маленькую летающую консерву. Малышка ловко отлетела от рук девушек. — В чем дело? Они же любят друг друга! Их души пахнут одинаково, значит, они влюблены друг в друга! — запищала пуще прежнего Паймон, совсем не понимая возмущения путешественницы и младшей Камисато. — Это же хорошо! — Ох, Семеро, Паймон, ты слишком много болтаешь, — шикнула Люмин, смущенно переводя взгляд с Томы на Аяку и затем на Паймон. — Тома, не обращай внимания, это просто глупый романчик, даже не полноценная книжка… — залепетала Госпожа, подойдя к управляющему, который стойко продолжал улыбаться. — Всё в порядке, Госпожа, не переживайте. У автора просто очень бурная фантазия, всего-то, — переводить всю ситуацию в шутку и стараться не смущаться было достаточно сложно. Девушки замялись, Паймон была в недоумении, но резко отвлекалась на еду, про которую все снова забыли. Только не она. — Я, кажется, прервал ваш отдых, — стало как-то очень неловко от молчания и смущенных взглядов. — Давайте я вам приготовлю свой фирменный суп и вы продолжите отдыхать? — Тома правда не хотел такими глупыми книжками портить день и настроения девушек. А они явно не хотели обижать Тому, заставшего их за чтением подобной литературы. — Ваш мисо-суп «Теплота»! — на котацу появились новые закуски и три пиалы с горячей жидкостью, переполненной тофу, водорослями и чем-то еще заоблачно вкусным. — Тома, как ты это делаешь? — пискнула Паймон, главный дегустатор всех блюд в мире. — Как же вкусно… — подтвердила Люмин, попробовав пару ложек. — Это блюдо может приготовить только Тома, — улыбалась младшая Камисато, наконец-то расслабившись в этой ситуации. — Наслаждайтесь едой и отдыхом, друзья, — управляющий поместьем был ужасно рад, что не испортил никому настроение и девушки остались довольны. Времени на выполнение дел оставалось все меньше и меньше, поэтому уже нужно было уходить из Чайного Дома, причем как можно скорее. Он так и не решил бумажные дела на площади на Рито. — Я должен перед вами откланяться и уйти, — Тома и впрямь поклонился, получив в ответ улыбки Госпожи, Люмин и Паймон, и поспешно покинул чайный Дом, не забыв погладить Таромару на прощание. «Любят друг друга», — в голове всплыли слова Паймон, от которых в душе стало тепло, а на лице появилась улыбка. На выполнение всех дел внезапно открылось второе дыхание.