Неделя на романтику.

Аякс просыпается наутро, и уже в желании коснуться до лица красноволосого с закрытыми глазами, касается пустоты. Он уже встал и ушел умываться один? Ничего, успеет его догнать, после того как уделит лишнюю минутку внимания теплой постели. Никого. Во всем домике гробовая тишина—не слышно журчание ледяной воды, чужих шагов и даже дыхания. Неужели он уже ушел из дома на поиски приключений, не сказав рыжему? Очень странно. С улицы в помещение поступал легкий, холодный ветер, характерный пасмурной погоде. Время вставать. Юноша поднимается с кровати и сразу идет искать ту же одежду, в которой он гулял по лесу во второй день с даты прибытия в лагерь. Она все так же сохла на периллах веранды–солнце довольно долго пригревало мокрую насквозь ткань, и уже сейчас все вещи были сухие. Тот день оставил свои метки на брюках–никто бы не стал заниматься зашиванием мелких дырочек или выстирыванием зеленого оттенка от травы на коленях. Но выбора не было. Небо и правда предсказывало резкое похолодание–серое, ужасное серое. Но без дождя. Куда же делся Дилюк? Желание пойти и найти его превышали нужды в завтраке, и уже через две минуты юноша вышел на поле, где не было ни следа. Сейчас чувство страха отсутствовало, юноша не знал, где сейчас находится старший. Может он где-нибудь рядом и занят своим делом? Сразу рыжий принялся обыскивать все места возле и внутри домика. Нет, его нет. В следующий миг он уже бежал к соседнему сооружению, беспрестанно крича его имя. И тут тоже ни души. Осмотрел так еще остальные домики, но именно в тот момент понял, как все это напрасно. Навряд ли бы Дилюк стал уходить без причины после того вечерка, мысли о котором до сих пор преследовали и просто так загоняли в румянец. Нет, не время думать о потрахушках, стоило посвятить его на поиски парня в лесу или у...У озерка, где оба купались, точно! Вполне реально, что он ушел туда, ведь вода в душевой куда холоднее и противнее, чем в пруду. Небо вновь затянуло облаками на который уже раз, но каплей сверху так и не было, что очень радовало. Осторожным быть больше не хотелось, вскоре юноша уже начинает бежать по знакомой протоптанной тропинке, где вчера-позавчера они гуляли за руку. И никаких новых следов. Его тут видимо не было–по кристально-прозрачной воде. Зря сюда пришел. Путь на площадку уже как родной, нужда в использовании путевых ниток пропала. Видимо, как и сама пряжа. Ее попусту не было больше на ветках. —Странно, очень странно.–поправив фуражку на голове.–Не уж то кто-то снял? Но кто? Да и кому это надо, если этот кто-то и существует. Я же знаю доро-... И тут резко веселые мысли, или хотя бы те, что успокаивают, обрываются. Перед лицом нет тропинки дальше, а лишь бескрайняя чернота леса, как ночь, где не было ничего, кроме одинаковых, словно откопированных, елей. С страшным чувством юноша переворачивается за спину, но и там не было дорожки, что сопровождала его до этого шага. Сейчас вокруг лишь черная бескрайняя комната. За спиной никакого солнца не было, та же чернота. Срывая голос, крича уже его имя в сотый раз, Аякс безнадежно падает на четвереньки, с быстрым и тяжелым дыханием. Вновь он открывает рот и уже кричит 'Дилюк', но вместо этого вышел хрип с помятыми гласными, отраженный от стен и деревьев звонким эхо. Прошел час. Больше, меньше, не известно. Время уходит впустую, оно могло быть потрачено на поиски товарища. Сейчас же Аякс открывает слипшиеся глаза и встречает огромные капли дождя на носу и насквозь мокрую одежду. Вокруг не было тех черных елей и стен, не было абсолютной тишины. Только звук шелеста травы и ветра, ничего и никого лишнего. Знакомая тропинка была на том же месте, как и ярко-красные нити. Они привели к корпусу. Ступеньки на веранду, где раньше парни сидели вдвоем, в чистейшей воде. Аякс присаживается на самую нижнюю, до которой вода добиралась лучше верхних. Безнадега. Кто он без товарища в этом месте? Горькие капли, разбавляясь, смешивались с дождевыми, и уже вместе стекали по щекам и подбородку. Рабочая фуражка с печатью Фатуи падает с головы прямо в лужу. Уже пять минут рыжий сидит и смотрит прямо перед собой, почти не моргая. Заболеет, не заболеет–плевал он на это. Товарищ явно в беде. Он не смог его найти. Он не сдержал дружеский долг. Он просто слабый. Хотелось рыдать как сука навзрыд, но отсутствие голоса и больное горло с головой не позволяли так просто выпустить эмоции. Да и смысл в этом? Ну покажет он свою слабость в таких ситуациях, и что? Что измениться? Дилюк тут не появится как по магии. Ничего нового не случится. Не мог он уйти просто так, без причины от Аякса. Допустимо если бы он ушел если бы они поругались, но сейчас все ведь прекрасно было? Кусая губы до крови, юноша сжался на ступеньках в небольшой несчастный комок. В головной убор набралось уже слишком много воды, но не волновало. Сколько он тут уже просидел просто так? Не волновало. В ритме самого быстрого танца, кажется, что бьется сердце, но прерывисто, затихая вовсе на краткие моменты. Внутри образовался огромный комок, растущий с каждой новой минутой, мешающий нормальному дыханию. Ну неужели эта ночь избавит Аякса от новой привязанности? Слезы так же невольно вытекали из красных глаз, полных ненависти к этой ситуации. Голос не начал восстанавливаться, даже самым тихим шепотом не позволял он сказать хоть слово. Дождь все никак не останавливался уже третий час, небо полностью в неприятном и черном тумане, не проглядеть ни одной звезды. Юноша полностью промокший насквозь. От верхней одежды до глубины души. Прошло правда много времени в никуда, надежды таились на самом дне. Хотя бы их остатки надо было постараться вытащить оттуда. Аякс поднимается с мокрой ступеньки и поднимает рабочую фуражку из уже глубокой лужи. С нее стекала мутная вода бурным потоком, из-за чего она была брошена под лавочку на веранде. Лишь бы ее успеть убрать, когда высохнет. Чернота леса вызывала головокружение и лишнее волнение, боль, страх, тревожность внутри. Надо идти, надо облегчить свою душу хоть немного. Надо найти товарища. Стоило ступить через то поваленное дерево и сразу потемнело все пространство вокруг еще больше. "Нет, я найду его, чего бы мне это не стоило". Как бы не хотели мысли быть позитивными, за каждой такой следовало ужасное мнение о себе. Ничего, ничего не сможет разрушить хоть и размером с каплю грибного дождя, крепкую надежду. Тут юноша уже был, и он это прекрасно знал. Никаких новых деревьев или кустов не было, но и их стоило осмотреть еще на раз. Через десяток, еще десяток, и еще десяток стволов, за одним из них виднеется фигура, несвойственная неживой душе. Сердцебиение в сотый раз участилось, скорость передвижения заметно сбавилась. Аякс аккуратнейше подходит все ближе к тому дереву, узнавая родные красные волосы. Вновь слезы, но уже радости, поступили на глаза. Юноша опускается на колени перед кукольным, неживым телом с знакомыми чертами лица. Как только он протянул ладони с счастливой, но такой больной улыбкой, оно рассыпается мелкими стеклянными частицами и, растворяясь, впитывается в землю как вода. Руки стали дрожать. Нет, этого не может быть. Опять иллюзия? Или еще хуже—галлюцинация? Зрачки и руки задрожали еще сильнее, не смещаясь с одного места. Опять провал. Нет, ничего, еще есть время и оно в обрез, надо подниматься и не распускать истерики. Опирается на дерево и встает с огромной тяжестью. Голоса все так же нет.