золотистые ретриверы

жизнь джея нельзя назвать скучной. будучи выходцем из состоятельной семьи, он не сталкивался с трудностями в детстве. не считая одной. люди. окружающие часто относились к нему предвзято. джей выбрал учиться в обычной школе, а не в частном пансионате, в который собирался устроить его отец, хотел завести таких же обычных друзей, с которыми можно весело проводить время, кататься на велосипедах, пробовать алкоголь в первый раз, подталкивать друг друга признаваться в чувствах своим крашам, прогуливать уроки в маке. но ничего такого у него не было. в классе его все или боялись, или просто игнорировали, хотя чонсон не давал для этого повода. все, с кем он хотел подружиться, думали, что он над ними прикалывается, что это такая жестокая шутка, ведь джей — богатенький избалованный мальчик. и пока все впервые влюблялись и впервые разбивали друг другу сердца, джей в одиночестве играл в приставку в своей комнате после школы. в редких случаях, когда отец был не занят, он присоединялся к нему и возвращал улыбку на лицо сына. привыкший к одиночеству, джей поступает в университет уже в родной стране и даже не предпринимает попыток с кем-то сблизиться, но у судьбы оказываются свои планы. — воу, ты в порядке? парень, что сбил его с ног, смотрит обеспокоенно и протягивает ему руку. чонсон так и сидит на полу, пока не появляется второй незнакомец, что тяжело дышит и оглядывает их двоих. — хи, ты чё людей сбиваешь? — а нечего было меня догонять. — так ты мой сэндвич спёр. — какой ты бессердечный, думать о каких-то сэндвичах в такой момент. не видишь, человеку плохо? чонсону вообще-то не плохо, но он кивает для приличия и всё-таки берётся за предложенную руку, когда ему помогают подняться. — привет. я сонхун. дурака, что сбил тебя с ног, зовут хисын. мы оба с первого курса. джей пожимает две руки одновременно и даже не думает о том, что выглядят они со стороны крайне глупо. — я джей. то есть чонсон, — он улыбается, — как удобнее. — ого, два имени! вы из англии? — вообще-то из штатов. — а какой курс? — тоже первый. чонсон пытается побороть стеснение, когда на него сыпется сразу столько вопросов. в нём не часто бывают так заинтересованы. — вот это совпадение. пойдём с нами в кофейню, хисын угощает. — не понял? — чё ты не понял? уронил парня — покупай нам кофе. — а ты здесь как нарисовался? — фломастером, блин. иди молча. джей не успевает опомниться, как его берут под локоть и волочат за собой в кофейню. не то чтобы он был против. так он и знакомится с сонхуном и хисыном, которые не покидают его уже почти три года. и если в плане дружбы всё наладилось, то что касается личной жизни… её нет. джей никогда не влюблялся, не встречался. ему никогда не разбивали сердце, хотя он за три курса успел разбить парочку, не оставляя своей мечты найти того самого. или ту самую, ему нет дела до пола своего избранника. всё начинается на втором курсе. дружба с сонхуном предполагает и знакомство с его парнем, и сону ему безусловно нравится. он весёлый и добрый. рядом с ним всем становится комфортно, чего не скажешь о его соседе по комнате. — ты здесь надолго встал? мне пройти можно или нужно сначала какой-то пароль сказать? джей оборачивается и встречается с чужими глазами. волшебными глазами, таких он ещё нигде не видел, но смотрят они на него грозно. — все маленькие люди злые или только ты? парень хмурится, встаёт к нему вплотную и держит зрительный контакт. чонсон не желает проигрывать и своего взгляда не отводит, пока их захватывающую немую схватку не прерывают. — чонвон, куда ты ушёл? о, ты знаком с джеем? они обращают внимание на сону, и чонвон, заметив, что противник потерял бдительность, тычет чонсону пальцем в живот, берёт сону за руку и гордо уходит. джей не понимает, что это было и почему этот парень ведёт себя так, но он надеется, что они больше не встретятся. хотя глаза у него, конечно, невероятные. но как они могут избежать встречи, если их лучшие друзья состоят в отношениях? у судьбы и здесь свои планы. чем чаще они сталкиваются, тем больше раскрывается чонвон. первое впечатление обманчиво, младший оказывается не таким уж и злобным. чонсон понимает это, когда приходит к друзьям и видит, как чонвон возится с котом, что живёт в их общежитии. то, как чонвон что-то энергично рассказывает сону на перерыве между парами. как помогает преподавателю, забирая у него половину стопки тяжёлых книг. в кафетерии сону и чонвон подсаживаются за их стол, и ян совсем не смотрит на него и не разговаривает с ним. лишь раз чонсон ловит его взгляд, но тот сразу отводит глаза. это длится больше года. несмотря на все попытки друзей сблизить их, ничего не выходит, а чонсон уже заранее ожидал провала этой затеи, ведь чем дольше они с чонвоном знакомы, тем больше тот его сторонится. — хи, — джей закрывает книгу, поднимает голову с коленей хисына, — думаешь, чонвон ненавидит меня? — с чего бы? нет причин тебя ненавидеть, — хисын отрывает взгляд от телефона, смотрит на младшего, — а что? джей пожимает плечами, опускает голову обратно и прикрывает глаза. действительно, нет причин. разве что их первая встреча не задалась, но они успели перекинуться лишь парой фраз, не было повода начинать его ненавидеть, правда же? — да, пап. понял. и я тебя люблю. тепло улыбнувшись, джей сбрасывает вызов, убирает телефон в карман и уже собирается выйти из туалета, как дверь открывается, почти ударяя его по лбу, и входит парень с запрокинутой головой. — боже, прости, ты не ушибся? я не увидел, извини ещё раз. — у тебя кровь носом пошла? нельзя запрокидывать голову, — джей начинает искать что-то по своим карманам, — постой секунду. он быстро достаёт платок из куртки и прикладывает к чужому носу. парень его придерживает и наконец выпрямляется, неловко улыбаясь. — спасибо. джей опускает руку, смотрит на него с беспокойством. — ты плохо себя чувствуешь? может, к врачу? — всё нормально, просто давление повысилось после экзамена, — парень усмехается, продолжая держать платок у носа, — я джейк. извини, руку пожать не могу. — джей, — чонсон улыбается, — джейк не корейское имя. — я из австралии. — правда? а я жил в штатах раньше! — заходят как-то американец и австралиец в бар… — не продолжай, — джей выставляет вперёд руку, добродушно усмехается. джейк оказывается очень приятным знакомством. с ним легко и комфортно общаться, ему без труда удаётся насмешить людей. и джей не мог не заметить, что он также невероятно привлекателен. очаровательная улыбка, красивые глаза…глаза красивее этих джей видел только у одного человека. у чонвона. чонсон часто находит себя за тем, что сверлит младшего взглядом. и его нельзя винить. несмотря на всю скверность в характере чонвон остаётся по-странному очаровательным, особенно если не открывает рот. и потом, стоит заметить, что всё негативное, что, может быть, сидит в младшем, проявляется только в сторону джея, но старший старается не принимать это на свой счёт. ещё неизвестно, по каким критериям тот выбирал себе жертву. джей смотрит на него во время обеда, когда они не сидят все вместе за одним столом, и чонвон, словно почувствовав его взгляд, смотрит в ответ, но на этот раз без тени угрозы или раздражения. джей не может прочесть его эмоции, так же как не может объяснить, почему ни один из них не отворачивается. в один роковой день происходит невероятное. чонвон впервые пишет ему и просит о встрече. джея это пугает самую малость, но он соглашается подойти к их общежитию. чонвон уже ждёт его у входа, нервно переминается с ноги на ногу, и чонсон переживает, что у него случилось что-то плохое, о чём он не может рассказать даже сону. может, что-то случилось с самим сону? нет, тогда было бы логичнее позвать сонхуна, а не его. — привет, — джей встаёт напротив него, смотрит с вопросом. чонвон на его приветствие не отвечает, только подходит ближе, неуверенно хватает его за рукав и заглядывает в глаза. они стоят так какое-то время, на щёки младшего отчего-то ползёт румянец, а у джея заканчивается терпение. — чонвон, мы долго будем играть в молчанку? взгляд младшего становится грозным, он ничего не говорит и отворачивается в сторону, а джей, заметив перемену в эмоциях, подходит ещё ближе. — посмотри на меня, пожалуйста? чонвон игнорирует просьбу, вынуждая старшего стоять в ожидании хоть каких-то действий с другой стороны. чонвон позвал его помолчать вместе? идея, конечно, необычная, но можно было провернуть это по телефону. в момент, когда джей уже привыкает к тишине, чонвон повергает его в шок второй раз за день. он приподнимается на носочках, мягкие губы на несколько секунд касаются щеки джея, и старший опомниться не успевает, как чонвон слабо толкает его в плечо и даёт дёру. джею нужно немного времени, чтобы переварить то, что только что произошло, но как только удаётся выйти из транса, он пускается в погоню. чонвон мал да удал. невысокий рост, а ноги от ушей, и бегают эти ноги очень быстро. у чонсона с трудом получается поймать его за поворотом и пережить сопротивление. он хватает чужие запястья, прижимает к своей груди, а спина чонвона встречается со стеной за углом их общежития. — отпусти. — нет. — натурала ответ. — а вот обзываться необязательно. чонвон строит самый грозный взгляд, на который способен, но джею на этот раз не становится страшно. он подходит ближе, не отпуская чужих рук, и заглядывает в глаза. — чонвон, я не очень понимаю такие намёки. тебе придётся сказать словами. — да любой дурак поймёт! — хорошо. с тем, что я умный, мы уже разобрались. чонвон вздыхает, отводит взгляд. по лицу видно, что он ведёт сложный внутренний диалог, в котором пытается уговорить себя на что-то, о чём, возможно, пожалеет. джей терпеливо ждёт, но, наученный на прошлых ошибках, бдительности не теряет. — джей, не заставляй меня говорить это. — говорить что? — сысымысы. — чего? — ну нравишься ты мне, что непонятного? — чонвон повышает голос, сильно краснеет и снова пытается вырвать свои руки из чужого захвата. джей знает, что младший хочет убежать, поэтому усиливает хватку, и до него не сразу доходит сказанное. он широко раскрывает глаза, опускается в состояние абсолютного шока и пытается заглянуть в лицо смущённого чонвона. — это какой-то жестокий прикол? — сам ты прикол! отпусти, я уйду. — зачем? — потому что я расстроен. джей прикусывает щёку изнутри. только в этот момент он замечает, как быстро бьётся его сердце, и он прижимает руки чонвона ближе к своей груди, чтобы тот тоже почувствовал. их взгляды встречаются, чонвон заметно расслабляется, часто моргает и выглядит растерянно. — чонвон, я никогда не влюблялся, — вдруг говорит джей, — я не знаю, каково это. но я хочу найти особенного человека. — ты не влюблялся? — в неверии переспрашивает младший, его голос теперь тише, а взгляд мягче, — совсем? джей мотает головой. — но когда ты сказал, что я нравлюсь тебе, — джей хмурится, пытается понять свои ощущения, — я обрадовался этому. — не обманывай меня, это жестоко. — стал бы я врать о таком, зная, что у тебя пояс по тхэквондо и ты можешь меня отделать? чонвон усмехается, смотрит ему в глаза. — значит, ты никогда не целовался? — не будем об этом. — а хочешь? джей застывает. он хотел отдать свой первый поцелуй любимому человеку, однако мысль о поцелуе с чонвоном его не отталкивает. совсем наоборот. — хочу. — отпусти мои руки. — обещай, что не убежишь. чонвон кивает, и джей отпускает его руки, но они никуда не исчезают, а скользят по его груди, пока не оказываются на плечах. младший тянет его на себя, и джей тонет в его прекрасных глазах. между их губами остаётся сантиметр, а сердце чонсона, кажется, вот-вот взорвётся. но этого не происходит. вместо этого взрываются фейерверки в его животе, когда чонвон целует его. джей позволяет ему вести, но осторожно отвечает сам, с каждой секундой всё старательнее пытаясь овладеть новым навыком. младший вдруг отстраняется, и джей сам увлекает его в новый поцелуй, прижимая чонвона к стене и подставляя ладонь под чужую голову, чтобы он не ударился. чонвон обвивает руками его шею, судорожно выдыхает и краснеет, понимая, что даже здесь джей быстро учится. они отрываются друг от друга, и чонсон поверить не может, что он наконец впервые поцеловался, но вместе с этим осознал для себя что-то важное. — кажется, нашёл, — тихо говорит джей, вынося вердикт самому себе. его снова тянут к себе и кусают за губу, вплетая пальцы в волосы.

***

так в какой же момент всё пошло не так, и двое перескочили как минимум десяток стадий в отношениях, переходя к такой важной ступени, как брак? это был ещё один обычный день. чонвон сидел в комнате, смотрел сериал и пил чай, пока сону гипнотизировал свой телефон в ожидании новых сообщений. — почему он не пишет? — потому что ты игнорируешь? — да, но это не повод сдаваться. — иди к нему и помирись. — это он не прав, пусть и мирится со мной первый. чонвон вздыхает и ставит на паузу, когда кто-то стучит в дверь. за ней оказывается сонхун с крайне виноватым видом. — чонвон, будь другом, впусти. — пароль. — я люблю ким сону. — неправильный пароль. — как это неправильный? — возникает сону из глубины комнаты, — впусти его уже. так чонвон оказывается выставлен из собственной комнаты, чтобы скитаться, подобно известному в их кругах бедолаге — ли хисыну. и это сравнение ему не по душе. он грустно идёт вдоль коридоров, размышляя, стоит ли зайти в комнату сонхуна и хисына, чтобы отомстить последнему за злорадство в твиттере, а затем предложить посмотреть фильм вместе, но как только подходит к чужой двери, она распахивается, а из комнаты выходит человек, которого чонвон меньше всего ожидал сейчас увидеть. чонсон ничего не говорит при виде него. он только улыбается, берёт его за руку и ведёт теми же общажными коридорами к лестнице, а с неё в сторону выхода, и чонвон отчего-то даже не интересуются, куда старший его ведёт, позволяя похитить себя за неимением занятий поинтереснее. и потом, вряд ли он сможет попасть в свою комнату до утра. однако, оказавшись в машине джея, он всё же поворачивается к нему с вопросом на лице. джей смотрит в ответ, улыбается ему и берёт за руку. — хочешь в гости? и чонвон отвечает очень просто. — да. потому что живут они один раз, и чонсон ему всё так же сильно нравится. в квартире у старшего не очень уютно, но дело не в чистоте или температуре. это большие полупустые комнаты, минимум предметов интерьера и атмосфера, которую трудно описать. особенно взгляд чонвона привлекает одиноко оставленная на столе кружка. вроде, мелочь, но поселяет странное чувство в его груди. он оборачивается и встречается с глазами старшего, что всё это время стоял позади и наблюдал за его реакцией. — джей. — да? — тебе не одиноко здесь? улыбка спадает с лица джея, и он отводит взгляд в сторону, почёсывает шею, а чонвон и не дожидается ответа — берёт его за руку и позволяет себе пройти вглубь гостиной, чтобы усадить и себя, и чонсона на какой-то супер модный дизайнерский диван из искусственной кожи. чонсон продолжает наблюдать за младшим, за эмоциями на его лице, за тем, как он осматривается. — чем займёмся? джей пожимает плечами. — всем, чем ты захочешь. загадочная улыбка сама ползёт на лицо чонвона. он в миг становится ближе, заглядывает в его лицо. — не боишься, что я могу придумать что-нибудь этакое? — например? чонсон старается держаться уверенно, но нервно бегающие по комнате глаза его выдают, потому что младший близко настолько, что джей чувствует запах его шампуня. чонвон продолжает пытать его взглядом, прижимается теснее, но не касается. — у тебя есть игры? в этот момент джей расслабляется, кивает и подрывается с места, чтобы подключить приставку к телевизору. он возвращается к чонвону на диване, вкладывает ему в руки джойстик и предлагает выбрать игру. таким образом проходит пара часов. чонвон рад видеть, как джей широко улыбается, смеётся и театрально раскидывается на диване в разочаровании от проигрыша. — хватит драматизировать, — младший толкает его в плечо, довольно хихикает. — давай ещё раз! сейчас я точно отыграюсь. — джей, признай, что ты отстой в играх. — нет. — да. чонсон обращает на него обиженный взгляд, и чонвон снова смеётся, тянется к его лицу и щипает за щёку. подобный невинный жест заставляет старшего смущённо отвернуться, вновь фокусируя внимание на телевизоре и начиная новую игру, в которой ему так же не везёт. понимая, что чонвон вот-вот выиграет, он пытается забрать джойстик из чужих рук, а чонвон со смехом сопротивляется, пока старший не нависает над ним. они замирают в таком положении, и время словно останавливается. — джей, — чонвон тяжело дышит, его щёки покрыты румянцем и глаза блестят. — прости. — нет, — младший держит его за кофту, не давая отстраниться, — поцелуй меня. сейчас же. чонсон не думает — он слушается. наклоняется и припадает к чужим губам в поцелуе, что остаётся нежным недолго, когда чонвон углубляет его и вплетает пальцы в волосы старшего. джей ни к кому не чувствовал подобного. он никогда так сильно не хотел целовать кого-то, трогать, быть невозможно близко. руки чонвона скользят по его спине через одежду, и джею не нравится это. ему не нравится, что существует препятствие между его кожей и чужими руками. а чонвон будто догадывается об этом, разрывает поцелуй и, глотнув воздуха, тихо говорит. — сними. чонсон вновь не смеет ослушаться, словно зачарованный, готов исполнить любую команду, которая слетит с его уст. он стягивает кофту через голову и выбрасывает на пол, но не спешит снова склониться над младшим, вместо этого наблюдая, как руки чонвона скользят по его торсу, а глаза с интересом изучают вид перед ним. — джей, — чонвон поднимает взгляд, но говорит уже тише, — у тебя ведь не было секса раньше? — был. — чего? ты же сказал— джей усмехается, наклоняется к нему, опирается о руку рядом с головой чонвона и смотрит в глаза. — я лишь сказал, что не влюблялся и не целовался раньше, — чонсон проводит большим пальцем по его скуле, упивается удивлением на чужом лице, — но желание заниматься сексом никто не отменял. чонвон отводит взгляд с едва слышным «понятно». джея такая реакция тревожит, и он спешит исправить положение, заставляет посмотреть на себя, чтобы прочитать эмоцию на лице младшего. — в чём дело? — я думал, ты неопытный милашка, и я буду у тебя первым, — недовольно говорит чонвон, толкает его в грудь. джей смеётся, ловит его руки, прикладывает костяшками к губам. чонвон успокаивается, смотрит на него с любопытством. — у тебя такие красивые глаза. — ты не задобришь меня комплиментами, — говорит чонвон и всё же смущённо улыбается. — но я правда так думаю. с нашей первой встречи. — я боялся, что в нашу первую встречу ты думал, какой я противный. — не без этого. — всё, я пошёл, — чонвон пытается скинуть с себя тело, но джей не позволяет ему. — чонвон, — чонсон коротко целует его, берет за руку, переплетает пальцы, — у меня был секс с другими людьми. но я никогда не занимался любовью. понимаешь? с человеком, который мне нравится. у меня никогда не было такого. — нет, не понимаю, — чонвон нагло улыбается, обвивает руками его шею, — скажи прямо. джей тяжело вздыхает. — ты — этот человек. ты мне нравишься. ты особенный. и лучше быть последним, чем первым. взгляд чонвона меняется. он смотрит так, словно его вдруг что-то ошарашило, заставив грудь часто вздыматься от волнения. он резко притягивает чонсона к себе за шею и целует глубоко, тягуче, так, словно завтра не наступит. руки джея забираются под его футболку, пальцы повторяют линии напряжённых мышц, впиваются в талию. в этот вечер джей впервые занимается любовью, а не просто сексом. он до конца осознаёт, как сильно хочет быть рядом с чонвоном, боится отпустить его и не видит теперь будущего, в котором не будет этой наглой улыбки и раскосых глаз. назовите его дураком, болваном, мечтателем — джею всё равно. он никогда подобного не испытывал и до конца убедился в своих чувствах. главное, чтобы чонвон чувствовал к нему то же, остальное не имеет значения.

***

друзья джея, поглощённые собственной личной жизнью, не сразу замечают изменения в своём друге. сам джей не выдаёт себя, договариваясь с чонвоном оставить пока всё между ними. счастье любит тишину, а джей не очень любит подколы на тему своей личной жизни. в один из дней появляется шанс воспользоваться удачным складом обстоятельств, при котором хисын стоит под окнами джейка, распевая серенады и заодно развлекая заскучавших соседей, а сонхун зовёт сону провести время наедине в отсутствие старшего. чонвон может уйти на всю ночь, не отвечая на лишние вопросы со стороны соседа, и джей только рад забрать его к себе. он лежит на заправленной кровати со старшим и улыбается, когда чонсон играет с его пальцами. — помнишь, я сказал, что ты особенный? — вдруг задумчиво говорит джей, привлекая его внимание. ощущая, как чонвон кивает головой, что покоится на его плече, он продолжает, — я не лукавил. это чистая правда. — я верю, — чонвон спокойно выдыхает, прикрывает глаза, — но к чему ты ведёшь? джей молчит какое-то время. перестаёт гладить чужие пальцы, вместо этого сжимая ладошку чонвона в своей. — выйдешь за меня? чонвон в этот момент думает, что ему показалось. что он не так расслышал. он садится в постели, смотрит на старшего во все глаза, и выглядит тот очень серьёзно. — повтори. — выйдешь за меня? время вновь останавливается. становится тихо, не слышно даже шума с улицы, и чонвон забывает, как дышать. он смыкает губы, размышляя над ответом. это сумасшествие. все скажут, что они слетели с катушек, но, с другой стороны, какое чонвону дело до других? важно лишь то, что чувствует он сам. а что он чувствует? нет, он точно уверен в своих чувствах. — выйду. чонвон не успевает опомниться, как джей опрокидывает его на спину, нависает сверху и целует с чувством. в этот момент кажется, что всё встаёт на свои места. что это правильно, так и надо. и чонвон улыбается в поцелуй, прижимает старшего к себе, чтобы вернуть все ощущения, что чонсон успел подарить ему, но в трёхкратной мере. и кто бы мог подумать, что самым страшным в этой ситуации окажется не решиться на столь важный шаг, а сообщить об этом сону. он только выглядит, как нежный цветочек, но чонвон серьёзно переживает за сохранность жизни. в первую очередь, чонсона. однако младший задвигает эти мысли назад, не желая думать об этом хотя бы до утра, пока джей в его руках и старательно показывает, что он готов отдать всего себя чонвону.

***

чонвон убирает телефон на стол и вновь хватается за ложку, но не спешит возвращаться к своим хлопьям. — как прошло? — дело дрянь, джей. меня ждёт серьёзный разговор, — чонвон хмурится, смотрит грозно, — чё смеёмся? меня-то только отчитают, а ты вообще труп. на этой фразе чонсон перестаёт смеяться, и чонвон почти давится хлопьями от полного страха выражения на его лице. в конце концов, они сами пишут свою историю. пусть началась она необычно, пусть другим она покажется странной, но чонвон не может быть счастливее, чем в данный момент. брак — важный шаг, но кто сказал, что на нём всё закончится? это не конец, а только начало.