Блеск недостигнутого золота

Они снова будут ждать Камилу, будут задавать ей нелепые и неуместные вопросы, которые лишь будут очередным болезненным ударом для девочки. Журналисты никогда не упускали шанса узнать что-то от самых нашумевших людей. И конечно же не могли пройти мимо Камилы Валиевой, допинг-скандал которой стал самым популярным новостным заголовком на всех форумах за последние дни. Одни поддерживали, другие только унижали, говоря о незаслуженно-хороших результатах фигуристки. Камила сейчас должна думать о предстоящих соревнованиях, но как же это делать, если все обсуждают не её величайшие достижения, а допинг. От обиды вновь глаза становятся мокрыми, и слезы предательски выходят наружу. — Камила, тулуп! — прокричала Этери Тутберидзе, вырывая девушку из мыслей. Перед глазами вновь появился лёд и те синие бортики, которые уже мозолили глаза. Лезвия коньков чертят завораживающие линии на таинственном льду, обрывающиеся, когда фигуристка отрывается от земли. Какие-то четыре оборота кажутся вечностью, но та невесомость быстро обрывается неприятным приземлением. Зубцы задевают лёд из-за чего стоять не представляет возможным, а ноги подгибаются. Резкий удар пришелся прямо на бедро. Камила жмурит глаза и все же неуверенно встает, снова набирая нужную скорость. Прогон короткой программы пока проходит неудачно. Та близкая к сердцу музыка, окутывает болевшее сердце, но не залечивает раны. Вживаясь в роль, Камила может выразить свои эмоции в парящем катании, показав свою душу, то что она чувствует сейчас. Какое же прекрасное мгновение было когда она смогла выплакаться Марку в плечо, а сейчас она снова вынуждена сдерживать накапливающиеся переживания. Как он воздушно прикоснулся к её дрожащим губам и как боялся сделать лишнее движение, в опасании еще большей дезориентации девушки. Силы уходили от спортсменки, когда она вновь возвращалась мысленно к той ночи, когда он проявил свою нежность, и когда у нее ужасно болела голова от переутомления. Замахнув правой ногой, Камила подлетела, магически вращаясь вокруг своей оси. Слишком большой наклон снова привёл к неудачному падению, после которого Валиевой всё тяжелее вставать, в безуспешных попытках отдышаться и чувствуя приближающийся горкий ком в горле. Нет сил злиться на неполучившийся элемент, только горечь и обида выходили наружу. Тяжелые вздохи пытались впитать в себя накопившиеся слезы. Коньки снова стали неуверенно двигаться вперед по тому льду, который приносил ей счастье и в то же время наносил вред. -Я не могу… — сквозь стиснутые зубы, отчаянно произнесла Камила. Только её характер мог заставить снова, порхая как бабочка, продолжить кататься. Прыжки шли с переменным успехом, после которого оставалось всё меньше сил. Но другие элементы были совершены в её исполнении, которые проходили с легкостью маленькой птицы. Её уверенность и профессионализм на льду переливались в искусный танец волшебной балерины, от которой невозможно оторвать глаз. После тренировки на льду Тутберидзе подозвала истощённую девушку к себе. С большими синяками под красными глазами и расстрёпанными волосами, Камила растерянно смотрела на своего тренера, которая указывала ей на допущенные ошибки. Следом за Валиевой на льду сразу стала катать свою короткую программу фигуристка с огненными волосами — Александра Трусова. Ранее все думали, что Камила давно оторвалась от своих соотечественниц, но в такой ситуации Трусова стала главной соперницей фигуристки, попавшей под такое большое давление. У Саши были все шансы идеально откатать обе программы и обойти Камилу, если та продолжит падать с ранее отлично получавшихся прыжков. Валиева медленно провожает Сашу погрустневшим взглядом, пока та уверенно заходит на прыжок. Вытянув руки вверх и сделав четыре оборота, Трусова идеально приземлилась, издавая громкий стук коньков об лёд. — Камила, слышишь? Ты должна бороться до последнего, даже если всё идет не так, как мы планировали, — серьёзно сказала Тутберидзе, смотря на Валиеву, которая в свою очередь отвернула голову, наблюдая за каждым проделанным движением соперницы. Уставший взгляд пал на белоснежные коньки Саши, которые вновь оказались в воздухе, в попытках сделать тройной лутц. Снова удачное приземление, снова укол в сердце Камилы, который означал о её безнадёжности, боли, от страха не оправдать ожидания. Она не может просто так отдать ей золото, не может просто сдаться. Это не то чего хочет она, её тренера и… и Марк. Эти мысли заставили задуматься о том, что она ни за что не оставит без боя своей заслуженной медали. Активно начав махать головой, Камила четко ответила: — Да. Опустошённо чувствовала себя Валиева, нет сил на слёз, когда даже веки ощущаются невероятно тяжелыми. В ушах всё ещё тихо проигрывала песня её короткой программы, которая то ли успокаивает, то ли только навевает на плохие мысли. Придя в номер, Камила просто легла на аккуратно застеленную кровать. Болевшие ноги, которые сегодня казались в разы тяжелее, чем обычно, наконец почувствовали теплоту. Уставившись в потолок, можно наконец отдохнуть от звуков, которые в последние дни стали донельзя раздражать помутневший разум. Перед глазами всплывали картины из прожитых дней: Ожидаемое, но всё равно сладкое ощущение победы в командном турнире, когда каждый искренне радовался их триумфу. То чувство гордости, которое она испытала, когда вытянула свою команду и словно фея-волшебница подарила им всем победу. Когда вызвали её по делу одного из четырех фигуристов, который якобы решился на употребление допинга, Камила, конечно, знала, что она не причастна, но какого же было ей, когда произнесли её имя. Руки стали словно лёд, глаза судорожно искали поддержки в толпе людей, сердце набирает скорость, а чувство страха вырывается из девушки в виде нелепой улыбки, за которой она прячет кричащую себя. Момент, когда Марк Кондратюк прижал Валиеву к себе, слушая все её накопившиеся переживания, отдавая ей своё тепло и спокойствие, натолкнул на мысль о том насколько он чуткий. Одарив её душевным поцелуем, он излил ей душу не словами, а эмоциями. Когда он улыбался, тот сразу смотрел на подругу, в надежде помочь ей снова почувствовать радость, увидеть на лице ответную улыбку. Сегодняшняя тренировка, когда она посмотрела в глаза Саше Трусовой, прожигающий взгляд которой выглядел грозно, с недоброй ухмылкой. Камила боялась и думать о возможном поражении, но увидев, как хорошо сегодня проводила тренировку Александра, Валиева встретилась со своими волнениями лично. Маленькая, но такая сильная девочка несет всё это на себе. Это поистине вызывало гордость у всех, кто её знал. Но есть еще один очень важный человек, который играет не менее важную роль — Анна Щербакова. Аня слишком много знала, что не должна была, и всё равно не могла никому ничего сказать. При всём том что она хранила у себя в голове, она должна была ещё и сосредоточиться на предстоящих прокатах. В очередной вечер, когда Трусова воодушевленно говорила о том какое неприятное чувство её охватывет, когда в ответ на её намёки, она получает лишь холод и безразличие в глазах Марка, Аня больше не могла смотреть на все те бесчисленные попытки заполучить сердце Марка, как и держать в себе информацию, о которой никому ранее не говорила. Давно влюблённая и упрямая Александра хотела быть с Кондратюком, она представляла его только с собой, особенно подбивали фанаты, также жаждущие видеть их вхаимодействий, как пару. Он должен быть её, она должна достигнуть этой поставленной перед собой цели. Такой же влюблённый Марк был словно на крыльях счастья, был оживлен и естественен. Только вот не для Саши предназначались все его слова, улыбки и взгляды. Фигуристка думала, что он пока просто не замечает её, как девушку, и вскоре его сердце охватит то легкое чувство волнительной любви к её упорству, целеустремленности, загадочности и стойкости. Александру разрывало от злости, когда он снова не одаривал её влюблёнными глазами, она не понимала, что делает он это не потому что не замечал её усилий, а потому что смотрел на другую. А если бы и понимала, порвала бы любого за её цель. Аня знала всё: про чувства Саши к Кондратюку, про чувства Марка к Камиле, но рот её был завязан. Щербакову не покидала мысль, что даже при всём желании Саши, Марк не станет её, она понимала, что он навсегда отдан Камиле. — Саш… наверное, тебе лучше… — пыталась прервать Аня собеседницу, пока та продолжала говорить про возлюбленного, — Саша… Саш! Та наконец остановилась и уставилась на подругу. — Знаешь, наверное, тебе лучше немного спокойнее относиться к Марку — Это почему? — возмутилась Александра. — Он… — боялась реакции Аня, но увидев серьезную Сашу, она тихо продолжила, — Он же не любит тебя — Это только пока. — Нет, ты не поняла, он не любит тебя… но любит другую. Не сдержалась Анна в тот вечер под стойким взглядом соотечественницы, и пришлось ей рассказать всё о чувствах фигуриста, что не будет он её, что не станет он любить её, пока его сердце порхает только при виде Камилы. Мысли мелькали в голове, но только одна не уходила: почему же Марк, зная о чувствах Александры, всё равно выбирает Камилу? Злость, негодование и отвращение, всё это кипело тогда у неё в крови, но снаружи Трусова была на удивление умеренна. Камила не должна стоять у неё на пути, иначе… иначе придётся ей поплатиться Олимпийским золотом. Спокойствие на лице Саши в тот момент, вполне удивило Аню, но может это было вовсе не то чувство, которое она восприняла? Скорее она просто прятала свой таинственный взгляд исподлобья, и легкую ухмылку на бледном лице под маской безразличия, которые выдавали бы её настоящие намерения и эмоции. Для Александры это было, буквально, предательством, хоть между ними и не было ничего больше простых знакомых, и, естсественно, такая, как она не стала бы просто смотреть, только действовать. Слишком своенравна и упряма Саша, чтобы так просто отдать свою любовь. Именно ту ухмылку, которую ранее она прятала, Камила сегодня наблюдала на тренировке, правда не знала, что же она означает. Как бы не хотелось заглянуть к ней в душу и узнать, что заставило появиться коварную улыбку на её лице, Камила этого не могла знать. Саша видела слабость Камилы на тренировке, видит, что соперница может проиграть ей. И она сделает всё, чтобы одержать над ней победу на Олимпиаде, и чтобы Марк не стал влюбляться в неё больше. У Валиевой скорее не было сил как-то ей противостоять, поэтому Камила недоумевающе смотрела на загадочную Александру, которая стала так холодно себя вести. Неужели и Александра будет добивать Камилу вместе с теми, кто обвиняет её в допинге? Они же только начали хорошо общаться на Олимпиаде, находя всё больше общих тем для разговора. Тяжело принять, что в трудной для Камилы ситуации, Саша найдёт для себя выгоду. Правда пока Валиева не знала какую именно выгоду Трусова отыщет. Всё последнее время Камила везде лидировала, била новые рекорды, вечно занимала только лучшие места, а допинг-скандал заставил её опуститься на один уровень ниже, он убил всё её спортивное достоинство. Она стала ближе к своим страхам проиграть, почувствовать боль от поражения после стольких трудов и побед. Снова нахлынули воспоминания о недавних переживаниях, когда голова ходила кругом от бесчисленных мыслей о допинге, Олимпиаде и прочем. Невыносимо страшно и больно пятнадцатилетней девочке всё это переживать, то ужасное чувство, когда нельзя доказать честную невинновность, ведь никто уже не придаст этому внимания. Ужасно жить в вечном страхе и ожидании от следующих убивающих решениях людей, в чьих руках бедная Камила лишь марионетка. Ей хотелось куда-нибудь уйти, трудно оставаться в номере, тяжело дышать при вырывающихся слезах, некуда деться, поэтому Валиева спешно выходит в пустой коридор, где она смогла отдышаться, пропуская в свои легкие свежий воздух. Переплетая ноги, она подходила к кулеру, чтобы выпить воды, которая бы остудила ей разум. Она не могла понять, то ли в её голове был вихрь, то ли пустота, раскалывающая голову. Она теряла контроль, не понимая, что происходит. Крепко держась и оперевшись о бутылку с водой, Камила жадно пила воду, пытаясь восстановить дыхание. Воспоминания о сегодняшней тренировке резко ударяют в голову Глаза начинают неприятно болеть, а лоб гудит. Такие странные чувства наполняют её: дикий страх и отчаяние, жаль уйти она от них не может. Проносятся тысячи мыслей из-за чего она, кажется, сходит с ума. Она борется сама с собой, со своими бушующими эмоциями, пытаясь победить то ли над слёзами, то ли над бешеным ритмом сердца. Как только она собирается ещё налить прохладной воды, замечает боковым зрением тёмный силуэт. Осторожно повернувшись она видит озабоченного Марка. Олимпиец, не отводя своего взгляда, смотрел на слёзы на её опухших щеках, которые она упорно не замечала, смотрел на её бегающие глаза и на волнительное дыхание. Как он хочет защитить её от всех тех ненастий, что с ней происходят, а пока он может просто обнять её. Валиева обернулась к Кондратюку, когда тот на расстоянии раскрывает руки. глаза предательски выдавали обиду, поэтому огорченный взгляд падает на Камилу. Неприятная боль на душе вновь разрастается при виде слёз девушки. Она долго смотрит на него, стараясь сдержать волну громкого плача. Рассматривает каждый его сантиметр, его сожалеющие глаза, поджатые губы, шикарные волосы и большие руки, зовущие в его объятия. Как бы фигуристка не хотела сдаваться, а только оставаться сильной, не могла она сдерживать больше эмоций, особенно при человеке, который бы точно её понял, и в котором она была уверена, как ни в ком другом. Марк чувствует тепло, проливающееся по венам, когда Камила падает в его крепкие объятия, но холод пронизает сердце, когда она начинает громко всхлипывать. Кондратюк осторожно кладет дрожащую руку на её голову и медленно гладит, стараясь утешить девушку. — Я видел твою сегодняшнюю тренировку, — грустно произнёс Марк. Девушка лишь больше уткнулась в его олимпийку, которая намокла под нескончаемым потоком солёных капелек. Закрывая глаза она мечтала увидеть темноту, но снова видела ужасающий лёд, надоедливых взрослых, дающих всё больше обвинений в её сторону, свои неудачные прыжки и сильную Александру Трусову. Александру, которая не давала ей покоя. — С-Саша… — взахлёб сказала Камила, но не смогла вымолвить больше ни слова. До этого спокойный Марк, ужаснувшись, глянул на Валиеву. Неприятно застучало в груди сердце, зрачки сузились с появлением неприязни и всплывающих воспоминаний. На тренировке он видел презрительные взгляды рыжеволосой девушки, читал её мысли по глазам, он осознавал её негативный настрой к Камиле. Кондратюк не мог всё это время не замечать такие же любовные взгляды от Саши к себе, её интерес и желание влюбить в себя Марка. Как бы ему не хотелось убежать от этого, он знал, что симпатизировал Саше. К несчастью, он также знал, что Трусовой рассказали про его тайную любовь, о которой знать Александра не должна была. Поэтому отныне не был он уверен, что это правда заинтересованные в нём глаза, а не просто месть Камиле. «Что она ей сказала? Что могло её так расстроить? Саша теперь не отстанет от неё. Бедная Ками, что же случилось?» — взволнованные мысли пролетали в голове у Кондратюка. — Прости, Камила, я должен рассказать был рань… — Я так рада, что ты остался, — перебила его Валиева. Он уныло посмотрел на её слегка трясущиеся руки, которые она пыталась согреть о его теплую олимпийку. Пытаясь сделать глубокий вдох, голос Камилы снова сорвался и послышался всхлип. Такая маленькая и хрупкая она казалась ему в тот момент, но он не мог её защитить  как бы ему не хотелось. Его сердце разрывалось. — Камила, пожалуйста, не сдавайся, ты слышишь? — серьёзно произносил Марк, пытаясь вернуть девушку в реальность. Их душевные объятия были уголком спасения и спокойствия для Камилы. Каждое слово, произнесённое Марком, отдавалось эхом в голове, заставляя меняться разум. Она, словно, беспомощная и нежная бабочка тонула в его больших руках, которые приносили ей тепло, согревая не только ледяные руки, но и пустую голову, не способную долго думать. — Серьёзно? — дерзко прошептала Александра Трусова, стоящая за дверью, ведущей в коридор, где и стояли в обнимку Камила и Марк. Недовольный и холодный взгляд пробежался по очертаниям лица Марка, который не видел её. Может и выглядела Саша спокойной, внутри настоящая Александра была готова рвать и метать при виде этой трагичной картины. Не с жалостью и  сожалением, а с презрением, невежеством и превосходством наблюдала за всем она. Закончив свою тренировку почти сразу после Камилы, Трусова направлялась в номер. Небольшая усталость в ногах придавала сил быстрее дойти до кровати, но уже будучи у главной двери к коридору, она услышала плачь. Остановившись перед самым входом и держа руку над ручкой, Александра осторожно прислушалась. Слышен каждый шорох, но понять кто так убивается, ей не удалось. Осторожно потянув на себя дверь, она замечает Марка, и уже легкая улыбка намечается на её лице, но сразу же испаряется при виде ещё одной пары ног. Отстранённый взгляд падает на Камилу, тонувшую в утешительных объятиях возлюбленного Саши. Ей не соврали, она видит всё своими глазами, всю его любовь, которую он старается передать Камиле, позабыв о чувствах Александры. Проматывая в голове снова и снова весь их коротких разговор, Саша с отвращением смотрит в пол. Это она должна с ним обниматься и слушать его приятный голос, который поддерживал бы её. Через мгновение пустой взгляд снова оживляется, голова наклоняется, а брови опускаются. Довольная улыбка медленно растекается по коварному лицу Александры. Тихая усмешка вырывается из уст девушки. Она увидела и услышала всё, что ей было нужно.