Дела духовные.

— Ну и долго ты там будешь стоять? Ты же не думаешь, что призраки глухие, Санс? — Робот облокотился о перила балкона стараясь не смотреть по сторонам. Он, конечно, был уверен в себе, но не настолько, чтобы рисковать своим идеальным телом… Для него — это как орешек расколоть. Сначала не было ответа. Робот лишь слышал, как что-то тихо шуршит над его головой, но он не поднимала глаза — не хотел узнать, что он там увидит и чем это может кончится. Плохая идея даже для него. Он продолжал ждать пока что-то быстро не промелькнуло прямо перед ним. Темная тень застыла закрывая единственный выход отсюда. Даже музыка так драматично затихла на фоне, но если честно — думать о бизнесе сейчас никак не получалось. Пусть он мог улыбаться везде и всегда, но этот скелет может заглянуть в такие глубины тебя, что никакая маска не спрячет твоего страха от его пустых черных глазниц и это самое меньшее, что ты мог бы увидеть перед тем, как твоя душа медленно начнёт становиться синего цвета. Мельком он смог посмотреть на него — его левая глазница ярко пылала, но ещё не настолько сильно, — значит атаковать он не будет. По крайней мере пока. Эти два брата так отличаются друг от друга. С этим играть милого и доброго дурачка играть не получиться. Скелет выпрямился и как всегда спрятал свои оголённые костяные пальцы в карманы своей синей с мехом теплой куртки, только вот смущал один факт — уж больно зловещей сейчас он натянул капюшон на свой голый череп из-под тени которого Меттатон мог видеть только этот яркий свет из его глаза и вечную белоснежную улыбку. Пусть вас не обманывает то, что любой череп выдает эту улыбку — в этом мире монстры лишь принимают какую-либо форму и прекрасно владеют мимикой вне зависимости от своего вида, размеров или пола. Санс прекрасно управлялся с тем, чтобы говорить не имея губ, но эта вечная улыбка… — Я уже могу говорить или мы так и продолжим выдерживать эту мрачную паузу? Знаешь, я хоть и робот, но мурашки у меня по телу тоже могут бегать. — Робот скрестил руки на груди и отвернул лицо надувшись. Нужно стараться максимально хорошо, хотя это наверное вряд ли сработает, но если поддаться, тогда всё пойдет по его плану, а Меттатон не мог позволить этому скелету диктовать правила игры. — Метаттон, — протянул скелет неожиданно дружелюбна. — Друг мой, ты выглядишь так, — его голос снова сменился на тяжелый и низкий, — будто бы ты призрака увидел. Они стояли так молча, и робот совершенно не знал, что ему ответить, но потом скелет резко скинул капюшон, его улыбка снова начала источать что-то мягкое и доброжелательное, а его маленькие белые точки заменяющие зрачки вновь вернулись в эти темные и чёрные глазницы. — Классная же шутка, согласись? Ты ведь призрак и ты его увидел, а? — Скелет подмигнул и робот выдохнул так глубоко и громко, что казалось, его услышало всё подземелье. Пронесло. Пока что. — Боже, Санс, ты всё также продолжаешь выдавать странные шутки которые не все могут понять. — Робот нервно стукнул каблуком по полу. — По правде говоря их вообще мало кто может понять. — Да ладно, я увидел как твои губы слегка скользнули вверх Мет, — Скелет подмигнул и подошёл ближе. Он был коротышкой по сравнению с Меттатоном, но сила внутри него была куда выше и больше этого маленького и плохо шутящего скелета. — Тебе ведь понравилось? — Как я могу улыбаться, если ты сидишь над моей головой с тем выражением своего лица? И как долго ты за мной следишь? Ты ведь знаешь, что следить за кем-то, — Меттатон наклонился к лицу скелета стараясь показать, что ему нестрашно. Глупая и наивная попытка, но всё же стоило попытаться сделать хоть что-то. — Не хорошо. — Ну технически мы все можем это делать, — Санс непринуждённо пожал плечами разводя руками. — Ты же известная личность — за ту возможность, что имею я — любой бы твой фанат продал бы душу, не согласен? Робот хмыкнул и выпрямился. Теперь Санс был прямо перед его длинными и красивыми ногами, которые могли бы просто его придушить… если бы Меттатону хотелось их лишиться конечно. — Но ты не мой фанат, Санс. У тебя совершенно другие цели. Я не люблю, когда за мной следят ТАКИМ образом. — Можно вопрос? «О нет, он перешёл черту да?» — Как ты считаешь, — может ли человек измениться, если захочет? «Кажется… эти слова он где-то слышал. Когда-то, и не в этом варианте событий, но он точно понимал, что где-то он слышал их. Они звучали будто бы эхо и это не сулило чего-то хорошего». — У каждого свой путь, мой дорогой. Мы вправе сами выбирать, чем нам заниматься и что делать. Глазницы Санса снова потемнели, а от него повеяло чем-то зловещим и холодным. Он просто стоял на том же месте, — робот мог бы просто обойти его и уйти, но он не мог пошевелиться. Он даже не мог посмотреть в свой грудной отсек, и если бы он всё-таки смог бы, он бы заметил, что его маленькая розовая душа медленно потемнела, а потом загорелась ярким синим светом. — Тогда скажи мне, — Голос скелета говорил не здесь, нет — он был внутри его головы, пока эта широкая улыбка продолжала быть на его лице. — Какого ты чёрта задумал? «, То есть сначала ТЫ вторгаешься в мою личную жизнь, а потом смеешь задавать мне вопросы? Что за неуважительное отношение к нему!» Он смог шевелить губами, но тело пригвоздило к полу. — Санс как ты смеешь так… — Я не спрашиваю дважды. — Он не дал закончить. Он по-прежнему стоял на том самом месте продолжая давить на него этим тяжелым взглядом. Его терпение было не безгранично. — Я не не знаю о чем ты. — Ответил робот. — Сейчас же отпусти меня или… — Я давно наблюдаю за тобой. — Начал говорить скелет. — Конечно, не моё дело, насколько ты самовлюблённый, но одно это когда ты вешаешь лапшу на уши тем, кто верно тебе предан. Тем, на чью любовь ты наступаешь острым каблуком… и лишь из уважения к твоему создателю я просто не разнёс тебя при первом же увиденном обмане… Робот усмехнулся все ещё пытаясь бороться, но всё было бесполезно. Он слишком слабый для него. — Не смеши меня, Санс. Даже если ты сломаешь это тело — меня самого ты не убьешь. Во-первых — призраков нельзя убить, а во вторых — тебе совесть не позволит так поступить со мной. — Ты слишком много о себе думаешь, Мет. — О, поверь мне — я оцениваю себя так, как я всегда и мечтал. Ты совершенно ничего не знаешь обо мне и не тебе меня судить. Никто ничего не знает о тебе, да и ты сам, наверное, вряд ли что-то помнишь и… — Его тело что-то сжало, но не это было источником боли. Маленькое сердечко внутри его тело что-то больно сковало и он мучился от боли и ограничения. — Не переводи тему. — Эй! Ты в курсе, что мне больно?! — Ты можешь одурачить других монстров, но не меня, поэтому сделаю для тебя маленькое исключение и спрошу ещё раз — что ты задумал сделать с моим братом? — Ох, — Томно протянул робот. — Кажется, старший братик боится потерять единственного, кто так его любит? Это так… забавно. Сердце сжалось ещё больше. — Да, давай, убей меня, как ты убивал Фриск все эти разы назад. Сколько лет прошло? Пять? Может… шесть? Никто не знал о том, сколько раз ты его убил, и ты меня называешь скрытным и давящим чужие души? Хватка ослабла. — Позволь тебя успокоить, хоть после всего того, что ты сейчас со мной делаешь — я вполне мог бы ничего не говорить. Я ничего не задумал, мне просто понравился твой брат — от этого тебе станет легче? Наконец он смог двигать телом, а Санс вернулся в норму, но он всё также не двигался с места. — Может ты считаешь меня эгоистом, мой дорогой, но твой брат вполне себе интересная личность. В отличие от тех, за кого ты сейчас так рьяно заступаешься. Не пойми меня неправильно, я люблю своих фанатов также сильно, как ты любишь своего брата, но их любовь ограничивается лишь на моём творчестве и внешности. Не спорю — этого я и хотел, но… — Робот обнял себя руками и отвернулся от скелета смотря в потолок. Такой же холодный и мрачный и грозящий в одну минуту рухнуть на их головы. — Спустя время ты начинаешь чувствовать этот груз, понимаешь? Одиночество. Конечно, Блуки мне дорог и я люблю его, но… мы уже из других миров. Санс молча подошёл и встал рядом не сводя белых зрачков с робота. — Твой брат такой… невинный я полагаю. В нём столько доброты и искренности. Он забавный, настоящий, не скрывающий чего-либо, — Робот на миг с упрёком посмотрел на Санса, но скелет никак не отреагировал. — Я просто хочу быть счастлив. Мне мало аплодисментов на сцене. От фальши… устаешь. — Вот как. — Выдал скелет усмехнувшись. — Ой да ладно, я же упрекаю тебя за то, что ты странный. Твоё прошлое покрыто мраком, но всем же плевать, а? Твой брат любит меня также, как и все остальные, ведь когда-то я был единственным, кто спасал их от уныния и… страха навсегда забыть о свободе, но в отличие от других — у него был ты. При всем что я вижу, что ты делал сейчас со мной — я понимаю, что это твоя забота о нём. Скелет продолжал молчать. — Санс, я правда не хочу ему вредить. Он просто… он что-то во мне разжигает. Я не знаю, что это такое — это больше людям знакомо, чем нам — монстрам. Если бы я хотел ему навредить — зачем мне растягивать это? О, или ты думаешь, что сделаю из этого шоу? Глазницы скелета снова потемнели. — Да ладно тебе, я же не настолько предсказуемый. — Как раз таки ты очень предсказуемый. — Я же только что тебе сказал, что устал от этого. Я тоже хочу какого-то счастья для себя. — А если он не захочет? — Тогда я смирюсь со своим местом в этой жизни. Я не хочу ему вредить не из страха к тебе, моя маленькая сахарная жуткая косточка, — Кокетливо сказал робот. — А потому что среди нас так мало настоящих, что порой ты можешь забыть, для чего ты вообще живёшь и где правда, а где — ложь. Он умолк ожидая вердикта. Может, робот и не был хорош в проявлении настоящих чувств, но он старался из-за всех сил, чтобы убедить этого скелета ему поверить. Если не выйдет — о счастье можно забыть. — Ок. — Лишь выдал скелет запрыгивая на перила и усаживаясь на них свесив свои ноги. — Пф, серьёзно? — Робота буквально исказило от возмущения. — Это всё, что ты можешь сказать? Скелет потянулся и зевнул. — Ну, говоришь ты искренне, поэтому у меня нет каких либо вопрос ещё. — Что, уже не хочешь убивать меня? — Я и не собирался тебя убивать, Мет. — Кратко ответил скелет ложась спиной на перила. — Я всегда стараясь избежать такого исхода, но ты должен меня понять — мой брат мне дороже любого монстра в подземелье. Даже Фриска. — Даже с учетом того, что он ничего не помнит в отличие от тебя? — Ему и не надо, а тебе не советую кому-то это говорить. — Больно мне это надо. Это скучная тема. Вгонит всех в депрессию, да и вряд ли мне хоть кто-то поверит. — А ты не болван, — Скелет подмигнул. — Значит я признаю свои ошибки. — А может мне на тебя переключиться? — Робот навис над скелетом близко наклоняясь. — Я открыт для всего нового знаешь ли. — Не советую тебе рисковать. От этого можно лишиться головы — взорвётся ведь. — Боже, ну какой же ты скучный. — Робот посмотрел на выход. Скелет проследил за его взглядом и продолжил расслабленно лежать. — Тебя никто не держит. — И меня даже не разнесёт от твоих жутких драконьих голов? — Мне лень сейчас их использовать. — Вот поэтому у тебя и нет девушки. Скелет усмехнулся, но ничего не ответил. В этот раз он позволит ему спокойно уйти без всяких проблем, но даже с его богатым словарным запасом скелет понимает, что все, что он сказал было лишь красивой ложью, в которую он позволил ему верить. Пока его брат в безопасности, но если с ним что-то случиться… — Но похоже ты от этого не страдаешь. Поражаюсь твоему спокойствию. — Скелет уверено направился к выходу. Вот она, — долгожданная свобода, правда… разве хоть что-то может его спасти от ножа в спину? — Эй Мет, — Холодок пробежал по холодному металлу спины робота. «Неужели не всё? Он был недостаточно убедительным? Он такой хороший актер, но… он же говорил правду!» — Да дорогой? — Он улыбнулся самой искренней улыбкой, что могло позволить себе его лицо и повернул голову, но улыбка быстро исчезла, когда прямо перед ним, нависая мрачной и чёрной тенью парила голова огромного и жуткого монстра. Пасть была лишь слегка приоткрыта и едва слышимое рычание вырывалось из несуществующего горла, или оно всё же было, но где-то за гранью этой реальности? Голова дракона, а точнее — её голый и мёртвый череп с ярко горящим голубым зрачком. Мощь, что могла вырываться из этой пасти могла бы стереть не только его в порошок, но и всё это здание обратить в руины. Скелет стоял рядом с ним и его глаз пылал также ярко, как и жуткой головы рядом с которой он стоял. Тело было непринуждённым, но этот взгляд… Робот снова начал чувствовать небольшое покалывание в животе, но на этот раз это была не магия — это был настоящий страх, который уже не мог себя сдерживать, но ему нельзя больше. Он не имеет на это право. — Если ты не соврал мне, — Скелет усмехнулся снова, но теперь это выглядело больше как насмешка над ним, словно робот был просто пустым местом. — Я докажу теорию о том, что даже призраков можно убить, но ты же не обманул меня, верно? — Выпендрёжник. — Фыркнул робот, и голова стала рычать громче. Из её пасти стал идти слабый голубоватый пар. — Да не обманул я тебя, господи, почему с вами, — скелетами, — так тяжело?! — Вот и славно. — Скелет запрыгнул на голову и удобно устроившись помахал ему рукой. «Да кем он себя возомнил?!» — Ещё увидимся Меттатон. Будем очень рады тебе у себя дома. — Голова развернулась и направилась прочь, унося с собой своего хозяина, но даже спустя время робота не отпускало ощущение его присутствия. — Придурок. — Выругался Метаттон поправляя причёску. — Неужели он вообще никому не верит? Спустя столько то времени… — Робот трагично выдохнул. — Но мне нельзя киснуть, что обо мне подумают мои фанаты? Что я нытик? У этого скелета явные проблемы с психикой. Если она у него есть. Внутри робота что-то зазвенело и остатки серости окончательно его отпустили. — О черт, мне уже давно пора вернуться. — Он ещё раз посмотрел на вверх и слова снова прокрались в его голову. «Я… помню как ты хотел вознестись к звёздам…» Слова этого скелета заставляли его чувства внутри бороться между собой. С одной стороны он видел милого и невинного Папируса, чьё сердце до краёв полно доброты и сожаления к окружающим, а с другой… его жуткий старший брат, и как только они могут быть братьями? Впрочем, это неважно. Хочет этого Санс или нет, решение здесь совершенно не за ним, а значит ему должно быть плевать. Наверное. Робот одел одну из своих масок — он уже так устал и просто хотел побыть одним, но эта ответственность, которую он должен нести, а потом найдется время и для себя. Обязательно найдется. Робот скрылся внутри здания, а маленькая чёрная тень наблюдала ему вслед. Они оба сливались в одну жуткую чёрную массу, и лишь голубой свет их левых глазниц помогал различать их. «Посмотрим, как хорошо ты держишь своё слово».