Призрачные грани

      «До отправления поезда десять минут!» - на перроне Николаевского вокзала в это утро было не протолкнуться. Служащие всех мастей, благородные дамы с семействами, дети, собаки – все торопились занять свои места, толпились у вагонов, перекрывали дорогу и себе и другим своими же вещами. День у Алекса не задался с самого утра: сначала он не смог купить хорошие билеты в первый класс, пришлось довольствоваться вторым, что сильно било по самолюбию новоиспеченного академика второй ступени, однако к отцу попасть было важнее. Потом, уже готовясь отправиться на вокзал, Алексей обнаружил свое пальто грязным, пока приводил себя в достойный вид, потерял время и с трудом успел к отправлению. Ровно без четверти десять он вошел в непривычный ему вагон ярко-желтого цвета. «Хорошо еще не встретил никого из знакомых, разговоров бы было, князь Гранивицкий вторым классом путешествует, смех – подумал Алекс, заходя в купе. – Пусто! Может повезет и вовсе один поеду, было бы здорово. – поезд тронулся и князь облегченно выдохнул, оказавшись без попутчиков, занял свое место и взглянул в окно. В этот момент дверь купе отворилась - Успел! Добрый де – вошедший молодой человек прервался, увидев Алекса – и снова здравствуйте! – сделал задумчивое лицо, будто припоминал что-то – кажется, граф, граф Ганицкий! - Гранивицкий и князь – резко ответил Алекс. (Ну вот, зачем ответил, он же смеется, прекрасно помнит, как тебя зовут, князь) – Позвольте узнать, что Вы здесь делаете – он принял максимально презрительное выражение лица, на которое только был способен – простите, не помню, как Вас зовут - Тоже что и вы, Князь, еду в Москву – юноша ухмыльнулся, поставил сумку, которую все это время держал в руках под сиденье и сел на свое место, напротив Алекса (а имя так и не назвал) – Да, отец переживал, что вы столь скоро ушли, все-таки травма головы не шутки. Пришлось успокоить, что вы к своему доктору решили обратиться. Как самочувствие, князь? - Не беспокойтесь, я в прекрасной форме – (ага как же, второй день без сна, голова раскалывается, что даже магия не помогает) – передайте вашему отцу благодарность за оказанную помощь – он покосился на дверь в купе – Вы один? - Да, у отца пациенты, а потом, в Приозерск возвращаться скоро - А Вы зачем в Москву – (опять твое любопытство, Алекс, начни его еще расспрашивать, как старая генеральша на приеме) – по трудовым делам? - Можно и так сказать…Мой дядя заведует типографией, знаком с университетскими преподавателями, предложил меня представить, он и билет на поезд купил - Не помню в числе московских издателей Сокольского – Алекс запнулся, поняв, что фамилию зря сболтнул - Он и не Сокольский – Иван весело посмотрел на своего соседа – двоюродный брат отца, Дмитрий Верман - Слышал – Алексей стал усиленно смотреть в окно, лишь бы только не встречаться взглядом с попутчиком. Иван его мнение разделял, достал книгу и углубился в чтение       В тишине ехали около тридцати минут, каждый погруженный в свои мысли, но избегающий смотреть на соседа. Алексу было неловко в компании Ивана, маг второй ступени и чародей в одном купе, нарочно не придумаешь. Но Алексей не чувствовал опасности, наоборот, ему было интересно. Чародейство, как магия его не особо волновало, он был сильнее и знал это, но вот, как явление. «К диким магам относятся презрительно, но почему о них так мало говорят, об основе их магии? Вчера в гостиной князь Вознесенский будто даже испугался темы чародейства. Неужели высшие маги боятся диких колдунов? Как там он сказал: «хватит болтать о старой силе!»? Старая сила, что это значит, каждый ребенок из магов знает, что природная магия хаотична и от этого слабее, откуда тогда «сила»?» - от этих мыслей Алекса отвлек стук в дверь. - Господа желают чаю? – в купе заглянул проводник, заискивающей улыбкой обводя молодых пассажиров - Да, пожалуй – Сокольский достал пару монет и отдал проводнику - Только принесите горячий – Алекс кинул монету и посмотрел на старика, тот так и застыл в проходе – что-то еще? Я жду чай – проводник не торопился уходить и начал раздражать князя - Не извольте беспокоиться, сейчас все принесу - Что читаете? – Алекс вдруг обратился к соседу (опять любопытство, князь, неужели вам так важен разговор) Иван молча развернул книгу обложкой, где красовалось громкое «Бесы» - Достоевский значит, да, произведение в Вашем духе - Не понимаю – Сокольский с интересом взглянул на Алекса – Вы меня в революционеры записали? Чем заслужил такую честь? - Ну как же, дух мятежный у нас сегодня по чародейству бродит – Алекс впервые взглянул в глаза попутчика, пытаясь уловить его настроение – Не ваши ли представители народ подняли? - Заявление громкое. Не скрою, в семье не без урода, есть сторонники революции и в чародейском собрании, но это единицы, какие, думаю, и в Академической ложе имеются – Ивана задели слова о чародейском заговоре, он был далек от дел Собрания, но не любил, когда мнение о людях составляли на основе слухов и домыслов. Особенно ему не нравился столь убедительный тон князя, свято верившего в злодейские планы чародеев - Прошу извинить мою дерзость – Алекс понял, что переборщил с замечаниями, он чувствовал, что ошибся, но признать это перед наглым чародеем не собирался – факты заставляют думать иначе. - Иначе стоит посмотреть на факты – юноша стал говорить спокойнее – Вы хоть раз интересовались чародейством, его особенностями, механикой? Прежде чем судить, может стоит изучить проблему со всех сторон? Вы, академики, всегда при власти, за долгие годы привыкли к возвышенному положению. Вы рождаетесь, уже зная, что сильнее любого чародея. А хоть кто-нибудь усомнился в этом, проверил? Нет. Вы учитесь, поступаете в академии, смеетесь над «дикими» колдунами, при этом ничего не зная о них. Князь, вы, полагаю, уже не на ранних ступенях, ответьте, в чем состоит сила чародея - Не знаю. Важно в чем моя сила состоит… - Вот, не важно. Это вы сами так решили или преподавателей своих академических процитировали? - … - Молчите… - Поймите, Алексей, если смотреть только в зеркало, ничего нового не увидеть. Вы презираете чародейство, ничего о нем не зная, судите со слов таки же академиков, как вы. Смотрите в зеркало и судите людей в комнате за стеной, на которой оно висит, а открыть дверь боитесь. Князь, все популярные мысли о чародействе – это не презрение, это страх, а слабых, как мне кажется, не боятся. - В ваших словах есть доля истины (однако он и правда запомнил мое имя) – договорить Алекс не успел, проводник принес чай       Дальше путь продолжили молча, каждый вновь погрузился в себя. Иван переживал, что наговорил лишнего практически случайному человеку, а Алекс был раздосадован правотой Сокольского. Он и правда ничего не знает о чародействе, а в Академии эта тема, как правило, закрыта. Алексей не заметил, как погрузился в глубокий сон, сказались переживания последних дней. Он шел по лесной тропинке, ярко освещенной солнечным светом. Лето в самом разгаре, уже через месяц он впервые поедет в Петербург, а пока может гулять сколько вздумается, главное сдавать уроки мадам Светловой, его учительнице и гувернантке. - Мама, смотри! Это же белка! – мама приложила к губам палец, попросив помолчать. Тогда Алеша сказал уже шепотом – белка, какая она рыжая - Да, вот только ты ее чуть было не испугал – по-доброму, но строго сказала мама – запомни, Алеша, в лесу нельзя кричать. В лесу главное слушать - шепотом А что слушать? Никого же нет - Как же нет? Кого ты только что видел? - Белку. Но она же не говорит - Говорит. Но на своем языке, особом - Любой язык можно выучить, узнать слова, а белка просто молчит, значит и не разговаривает - А ты прислушайся – мама тепло посмотрела на него – просто послушай Шумела листва деревьев, стрекотали кузнечики в траве, птицы шелестели перьями и что- то еще: треск, стук, снова треск, писк – это белка. Рядом с ней еще одна, меньше, но такая же рыжая. - Разговаривают! – Алеша не смог сдержать радости и громко воскликнул, но тут же снова перешел на шепот – они и правда разговаривают, мама, но не понимаю, как, и лес шумит как-то по-своему - Вот видишь, они разговаривали всегда, но ты не знал, что слушать. Когда направил внимание на белок, ты их и услышал. Запомни, если ты что-то не понимаешь, не значит, что этого нет, просто ты не знаешь что именно нужно слушать, чтобы услышать - Я хочу еще послушать - Тогда пойдем дальше. Вся лесная жизнь дальше - В чаще? – Алеша с опасением посмотрел в темноту впереди - Именно. Где людей нет, и покой не нарушен - Но мы же можем заблудиться, папа учил, в лес одному не ходить - Но мы же вместе - Вместе и заблудимся - Не бойся. Смотри – она достала из корзинки небольшой клубок ниток небесно-голубого цвета – знаешь, что это? - Нитки. Мы привяжем нить к этому дереву и по ней из чащи вернемся, как греческий герой? - Интересная мысль, но так мы далеко не уйдем, нитка больно коротка. - Но как же тогда… - Это, Алеша, клубок путеводный, он нас выведет. Возьми - Как же он нас выведет? Это просто клубок - А ты попроси его, и, самое главное, доверься ему, тогда выведет. Еще дорогу короткую найдет - А если не получится - Я буду рядом, я всегда буду рядом, Алеша, Я… Она не успела договорить. Разом вокруг потемнело как в ночи, сильный ветер не давал раскрыть глаза – Мама! Мама! Где ты? – Алеша кричал так громко, как мог, стараясь перекричать ветер – Мама! Мама! Мамочка! Мама…Тишина Все прекратилось в момент, будто и не было ничего. - Мама?! – маленький мальчик стоял посреди леса, озираясь по сторонам в поисках мамы, которая только мгновение назад была рядом. В руках его был обрывок голубой нитки - Мама! Мама! Мамааа! Ма… Вдруг его словно ударило током. Алекс проснулся от резкой боли в голове и щемящего в груди чувства опасности, встретился с не менее удивленным и испуганным взглядом Ивана – Ты тоже почувствовал? – взволнованный вид Сокольского говорил сам за себя - Да! Что это за…       В следующий момент вагон сильно качнуло, все затряслось, зашумело и…стихло, провалившись в темноту.