Призрачные грани

      Было около полудня, когда молодой князь прибыл на Николаевский вокзал. Москва еще содрогалась от забастовок и народных волнений. Основные боевые столкновения переместились на окраины, но в городе еще были слышны выстрелы и улицы не казались безопасными. Не понятно было, как организовано движение поездов, и налажено ли железнодорожное сообщение. Алекс приехал без особых ожиданий, и скорее наудачу. Как он ни старался, но так и не смог полюбить магического перемещения в пространстве, хотя, при его уровне подготовки и силы, пространственный скачок Москва – Петербург не потребовал бы много энергии, а времени бы значительно сэкономил. Но князь предпочитал старую проверенную железную дорогу, в поездах он отдыхал и душой и телом, на несколько часов становясь простым пассажиром, без магических способностей, и даже недавний инцидент, чуть не стоивший ему жизни, не смог заставить его изменить своим привычкам. Простояв с полчаса возле кассы, он таки смог купить билет в первый класс на вечерний поезд, правда, получив сотню предупреждений от вокзальных служащих о возможности отмены или опоздания состава. Алекса это не сильно смутило, с самого утра его не покидала уверенность в том, что уже завтра он вернется в столицу. Константин Александрович был сильно удивлен столь поспешным отъездом сына, но понимал, что его Алеша уже не маленький мальчик и сам отвечает за себя. Алексей же чувствовал вину перед отцом, что вот так, после долгой разлуки, снова покидает родной дом, но иначе поступить не мог. Он действительно был уже не мальчиком, а магом-академиком второй ступени и не мог оставаться в стороне, когда стране и магическому сообществу нужна помощь. Наскоро простившись, юноша сел в повозку и отправился в город, пообещав отцу обойтись без приключений и непременно протелеграфировать по возвращению в Петербург. Но вернется он только завтра, а сейчас нужно многое успеть до отправления вечернего поезда. И первым делом Гранивицкий отправился по адресу издателя Вермана. От Константина Александровича Алексей узнал, что Дмитрий Верман раньше проживал в Никитском переулке?, где и располагалась его типография на первом этаже дома, а на втором были жилые комнаты. Но старый князь Гранивицкий не особо хорошо знал издателя и поэтому точной информацией не располагал, спросить у сына про его интерес Верманом он не решился, зная, что ответа либо не получит, либо он его не обрадует. Так, Алексей за неимением другой информацией отправился в Никитский переулок, в надежде застать если не хозяина, то своего бывшего попутчика и расспросить его о взрыве, подтвердив или опровергнув версию о его причастности к теракту. Дорога заняла в два раза больше времени, чем могла бы: на улицах еще не до конца разобрали баррикады, а ночная метель еще добавила хлопот, завалив все вокруг снегом. Алекс несколько раз успел проклясть дорогу, нерадивого кучера и самого себя, за то, что мог десять раз воспользоваться магией и перенестись на место. Но Москву он помнил плохо, а в Никитском переулке и вовсе никогда не бывал, поэтому визуализировать пространство, куда направлялся, он не мог, потому и вынужден был трястись почти час в экипаже. На месте его ждало разочарование: дом с типографией стоял на месте, но был закрыт. Изучив энергию вокруг и просмотрев все окна, Алекс убедился, что никого нет, и нет уже продолжительное время. Он резко пнул по сугробу и тяжело вздохнул, тут же закашлявшись от морозного воздуха. Князь сам не знал, от чего больше злился: от того, что не продумал разные варианты развития ситуации в Москве или от своего глупого вида. «Маг – академик, черт возьми, сорвался в город искать бедового чародея. Да еще самостоятельно, мало геройствовал до этого» - ругал он себя, пока выходит из переулка – «идешь, князь, по московским подворотням один, как посмешище». Данный самокритичный монолог мог бы продолжаться еще долго, но вдруг Алекс понял, как можно сделать этот день менее бессмысленным.

***

«Да и был бы в этом толк» - молодой маг махнул рукой и откинулся на спинку кресла. Он только что закончил жаловаться на обилие работы из-за «чародейских фокусов» и безумие начальников относительно увеличения городских патрулей. В приемной, не смотря на разгар рабочего дня, было немноголюдно. Алексей прибыл в дом 12 на Лубянской площади с целью узнать ход расследования подрыва поезда. Он прекрасно понимал, что от Плещеева с полицией толку мало, они лишь исполнители, и поэтому направился прямиком в Третье магическое отделение. Однако день, не задавшийся с утра, продолжался: в охранке не было никого из знакомых, да и вовсе никого не было. Как заметил юноша из низших чинов, исполняющий обязанности дежурного и секретаря, «все либо в полях, либо в подвалах». От него князь узнал, что дело о взрыве за почти двое суток не продвинулось ни на шаг. Увеличили число патрулей, допросов, обысков, из столицы прибыло высокое начальство, но все впустую. Неожиданно для себя Алекс понял, что обрадовался этому. «Если охранка не смогла отследить энергию и топчется на месте, значит, имеет дело с очень сильным колдуном, а это явно не Сокольский. Он замедление то снять не мог» - настроение академика улучшилось и, попрощавшись с говорливым дежурным, он бодро направился к выходу. - Алексей Константинович! – голос из-за спины заставил князя замереть на месте, сердце на миг ушло в пятки - День добрый, Сергей Александрович – Алекс обернулся и встретился взглядом с князем Бельским – не ожидал Вас встретить - Да полно вам, знаю, что Плещеев уже доложил о моем приезде. Вы не торопитесь? – Гранивицкий посмотрел на часы и утвердительно мотнул головой – Тогда пройдемте в мой кабинет, выпьем чаю. Они направились в конец коридора, оставив удивленного дежурного в одиночестве гадать, кто этот парень с которым он проболтал около часа и которого на чай пригласил сам начальник тайного сыска. Алексей между тем успел успокоиться. С Сергеем Бельским они были в хороших отношениях: оба из княжеских семей, успешные маги, карьеристы, да и Бельский, которого в детстве у реки Алеша принял за взрослого мужчину, оказался старше всего на 7 лет. Они не вспоминали, ту первую встречу в поместье Гранивицких, да и осталась она только меж ними. Молодые люди часто виделись в Петербурге на приемах или в Академии, куда Сергей заходил к брату, у них было много общего, однако друзьями они не стали. Бывает трудно объяснить, почему человек, который рядом с тобой, в одном обществе не может стать ближе. Все вроде бы создано для долгой и крепкой дружбы, но незримая грань стеной стоит между вами. Так и получается: рядом, но врозь. Алексей давно забыл детскую обиду, но что-то в Бельском его пугало, сердце сковывало холодом каждый раз, когда Сергей Александрович смотрел на него. - Вы по поводу недавнего происшествия – Бельский поставил на стол две чашки, быстро материализовав в них горячий чай – или по другой какой надобности к нам? - Сейчас надобность одна, тем более, если сам становишься невольным участником – Алекс сел к столу и внимательно осмотрел кабинет. У человека есть удивительная способность на всем оставлять свой след, персонализировать вещи вокруг себя. Поэтому всегда не трудно догадаться, если пиджак «с чужого плеча» или комната временная, не личная. Такой комнатой был кабинет, куда вошли молодые маги: просторное помещение, окна с видом во двор, большой стол, покрытый зеленым сукном, заваленный бумагами, рапортами и донесениями. У окна стояли горшки с цветами, а в углу на стене висело охотничье ружье и сабля, восточного образца. Подобное мещанство не укладывалось в образ начальника магического тайного сыска Сергея Бельского, да и охотником то он не был. Точнее сказать, был, но по образу жизни, удивительно легко выискивая государственных преступников, заговорщиков и загоняя их в ловушку. Потому и бегать с ружьем по лесам за утками ему не было необходимости. Заметив удивление своего гостя, хозяин кабинета заметил: - Я все больше в столице, в Москве своего кабинета нет, пришлось подвинуть местного начальника – он недовольно скривился – Теперь вы понимаете, Алекс, почему в этом городе порядка нет! У Сергейцева оранжерея на подоконнике. Это я еще убрал часть, а как вошел, так и застыл. Представьте себе: кругом эти горшки, посреди стола самовар стоит, пряники разные рядом, стены картинами завешаны (да и были бы шедеврами). Я словно не к коллеге приехал расследование вести, а к купцу в карты играть. – Бельскому судя по всему было необходимо выговориться, но не с московскими подчиненными же, а Гранивицкий – человек, равный по статусу и, занятый своими делами, так что, как лучший собеседник, слушать будет, а вникать нет. - А где он сейчас? - К Плещееву отправил. Пусть на земле поработает, вспомнит. Что такое труд на благо государства. А вы пейте чай - Благодарю – Алекс сделал глоток и решил не тратить время на светские беседы, которые ни ему, ни Бельскому не были интересны – Сергей Александрович, что известно о теракте на дороге? Я слышал, есть подозреваемый - Есть – следователь недовольно скривился – да толку от него мало. Медведь давно у нас под наблюдением, уже которую тайную организацию меняет, да власть всё не сменит – во взгляде собеседника Алексей заметил истинную злость, что обычно находится в темнейших уголках человеческой души, изъедает изнутри и погружает во мрак. Начальника тайной полиции Гранивицкий никогда не считал за святого, но от этого взгляда на душе похолодело и захотелось уйти как можно скорее, но князь пересилил себя и продолжил разговор, все-таки ему нужна была информация - Медведь? - Да, Иван Медведев, чародей из крестьян. Главная звезда всех стачек, забастовок и прочих мелких пакостей последних дней. Несколько раз привлекался, у меня на допросе был, а всё туда же - Почему же он был на свободе, с таким послужным списком? - Ключевое слово, был! Не доказать было. Он может и не семи пядей во лбу, а какой-никакой чародей, умеет следы путать. Вот и ждали, когда с поличным взять. -Значит, поезд подорвал он? -А чёрт его знает – Бельский помедлил, словно обдумывая говорить или нет, а потом продолжил – не один он был. Медведь хоть сам по себе сильный и дурной, но в магии не так талантлив. Были сообщники. В поезде. Мы обнаружили сильную энергию в одном из вагонов – он внимательно посмотрел на Алекса – в пятом - Я ехал в этом вагоне – Гранивицкий до боли сжал руку в кулак, чтобы не выдать волнения. «Плещеев приходил не просто так, за информацией. А я соврал, и, похоже, Бельский об этом догадался» - энергию почувствовал, не скорою. Но уже после взрыва. Решил, что ситуацию под контроль взяли маги со станции - Вот как, а почему Павлу Семёновичу об этом не сказали – взгляд Бельского прожигал насквозь, в момент из друга, он превратился охотника, а чаепитие, в допрос - Не придал значения – в этот момент следователь хотел спросить ещё что-то, но его прервал стук в дверь - Войдите! – на пороге стоял молодой человек в темно-зеленом пальто тайной магической полиции. Он посмотрел на начальника, а потом перевёл взгляд на Гранивицкого - Говори! При Алексее Константиновиче можно – Бельский кивнул вошедшему и обратился во внимание - Выяснили, где медведьевские свои листовки печатали! - И?! - Типография Вермана – эти слова стали неожиданными для обоих мужчин, сидевших за столом -Вермана?! Вермана? – одновременно они воскликнули и переглянулись, от напряжения между ними по комнате практически летали искры - Какие будут указания? – напомнил о себе юноша, стоящий в дверях - Подожди пока за дверью – Бельский подождал, пока сотрудник покинет кабинет и тут же повернулся к Алексу – Вы знакомы с Владимиром Верманом? - О каких листовках идёт речь? – Гранивицкий сам не знал, откуда взялась та смелость, с которой он начал говорить – Верман как-то связан с Медведем и взрывом? - Первым вопрос задал я – снова этот взгляд, выворачивающий наизнанку – Ну да ладно. Верман мой старый знакомец, в Москве многих знает и периодически помогает с информацией. Несмотря на то, что чародей, человек он порядочный, надежный … был. Кто бы знал, что с Медведем в одной компании - Сергей Александрович, что за листовки? - Обычные прокламации a-la «рабочие объединяйтесь», «сила есть в земле», «вернём былое величие чародейства» и подобное. Несколько таких нашли у Медведева при задержании в лесу у станции. И все-таки, Алексей Константинович, ответьте на мой вопрос - Самого Вермана я не знаю, да и услышал о нём впервые только пару дней назад – Алексей медлил, он не знал, стоит ли говорить Бельскому всю правду, но тут же решил, что да. Значит, не зря «в террористы записал», племянничек решил дяде помочь – со мной в купе ехал его племянник, чародей. - Вот как, из вас информацию, я смотрю, клещами не вытянешь. Князь, что еще интересного вы не рассказали, не придав значения? Вы уж поделитесь. А то следствие на месте топчется, пока свидетели решают, что важно, а что нет. - Информацию я не скрываю – Алекс говорил увереннее, включился защитный механизм, когда все чувства и эмоции отошли на второй план, а остались только уверенность, злость и красноречие – Со мной в купе путешествовал чародей, но слабый. Я даже думаю, он не учился или учился плохо. Он даже замедление не в силах снять - Откуда такая уверенность? - Мне понадобилось приостановить время. На него не подействовало, но воздействовать он не смог, ждал, когда я все верну в прежнее русло - Понятно. Имя попутчика, знаете - Сокольский Иван, отчества не знаю – Бельский сразу же шагнул к двери, открыв ее, подозвал молодого подчиненного и дал указание найти и доставить на Лубянку Вермана с племянником для разговора. Затем вернулся к столу - Когда у вас поезд – он сделал глоток уже остывшего чая и вдруг снова по-доброму посмотрел на Алекса - Через два часа. Как раз доберусь - Это хорошо, а то сами понимаете, служба. Еще раз спасибо за информацию, теперь расследование пойдет быстрее -Думаете Сокольский сообщник Медведя? - Не знаю, но стоит проверить. В любом случае, допрос лишним не будет – Алексей медленно кивнул, соглашаясь с собеседником и, взяв пальто, поднялся - Думаю, вы совсем быстро разберётесь. До свидания, Сергей Александрович. - Передавайте привет брату моему. И, совсем забыл вас поздравить с новой ступенью! - Благодарю – Гранивицкий быстро вышел из кабинета и поспешил покинуть главное управление магической тайной полиции. Выйдя из помещения, он с удовольствием вдохнул морозный воздух, будто сбросил невидимые оковы. Алексей не мог поверить, что собирался поверить революционеру. Все-таки Сокольский обвёл его вокруг пальца. «Ну ничего, пусть с этим разбирается Бельский, это его работа. А мне пора возвращаться к академическим занятиям. Вторая ступень требует большей ответственности» - с этими мыслями молодой князь направился к извозчику. Тогда его внимание привлёк пространственный портал, из которого вышли два мага, сопровождающие Ивана Сокольского. Чародей вдруг обернулся, а Алекс тут же скрылся за деревом, надеясь остаться незамеченным. Когда трое скрылись за дверью управления, Гранивицкий запрыгнул в повозку и велел быстрее ехать к Николаевскому вокзалу. Молодой Академик знал, что поступил правильно, рассказав о своём попутчике Бельскому. Но что-то тяжестью отдавалось в душе. Он вспомнил Ивана в сопровождение двух ищеек в темно-зелёных пальто и почему-то испугался. Через час он садился в новый голубой вагон с непонятным ощущением презрения к самому себе и плохим предчувствием.