Маяк.

Глава 4 Я проснулась уже в другом мире, который всем не походил на предыдущий, это был мир из одного моего видения: это было прекрасное королевство с настоящими драконами, разными гибридами, такие как леший и кикиморы, они были довольно уродливы, но очень интересны по своему строению, а главное уровень регенерации у них не уступал аксолотлям, было также очень много диких животных разных видов, они всегда менялись с такой же скоростью, как сокращались. Передо мной пронесся темно красный вепрь, похожий на кабана, множество красивых бабочек взлетали ввысь при виде меня, пестрые птицы сидели на роскошных, по-королевски прекрасных деревьях с необычной листвой цвета спелого зеленого яблока, и пели развеселые песни. После долгих блужданий по прекрасному лесу я наконец нашла дорогу к царству «кровавой» королевы, после расспросов у местных жителей о названии местности, а затем о том, как попасть к королеве, я узнала, что ее зовут Эндерма, а королевство— Сапфировая гавань, а также узнала об особенности этой страны, а то есть, о толковании странного названия, все оказалось намного проще, в ближайшем озере обитают сирены особого подвида—«сапфировые» (их также называют сапфириями) цвет их кожи совпадал с оттенком этого камня, а гавань, потому что сирены обычно обитают либо в заводях, либо в реках, а озера не являются их средой обитания, поэтому назвали «гавань». Замок был весьма обаятельный, хоть и не такой большой, как в моих снах, но внешность очень обманчива, так как я слышала от местных жителей, что королева сошла с ума из-за обреченного одиночества и стала ведьмой, что меня весьма настораживало, хоть я не скрывала греховного любопытства. Я стояла у стен замка, и так как стражи поблизости я не заметила, то решила, что войду в таком случае сама, замок, как не странно, не имел поблизости ни сада, ни ручейков, ничего, лишь устрашающая тишина, отличавшаяся от деревенского шума. Я вошла, в замке царила все та же обстановка, маячные двери тянулись вслед за тусклым коридором, ни звука, чуть пройдя, коридор поделился на три: центральный, а остальный три в левое и правое крыло, где находились спальни. Я подумала, что королева, должно быть, обитает за огромной дверью в конце центрального коридора, который был самый сырой и темный. Я тихо шагала по мокрым, холодным камням, как будто стараясь не разбудить слуг от мирного и одновременно зловещего сна. Я с трудом отперла дверь, не постучавшись, будто зная что за этими вратами, которые так давно, казалось бы не открывали, что они даже потеряли счет времени меня ждут, и не ошиблась. Королева сидела на высоком троне в самом конце зала, и хоть помещение было тускло освещено светом от факелов, прекрасно видела властнее королеву теней. Длинными рядами тянулись слуги, я видела только их спины, все было тихо, и в какой-то момент королева щелкнула пальцами и слуги повернулись ко мне, их лица были сморщенным, измученными и изуродованными, преданные рабы, посвятившие себя полностью воле своей грозной княгини. Ни с того ни с сего пажи на меня раскидывая на ходу все что они держали в руках, а то есть посуду и многое другое, но мне тогда было не совсем до этого. Королева разразилась диким, скрипучим смехом. —Ну здравствуй, забавно, не так ли, как бывает трудно распознать опасность в таком, пожалуй, волшебном мире из сказок про мерзких эльфов недомерков.—сказала властительница без всяческих усмешек, хоть это и была неожиданная правда, которая наверняка отразилась у меня на лице. Только в этот момент я поняла, что в зале нет ни одного окна, что меня напрягло еще больше, дверь была заперта, я в ловушке. Позже я поняла, что слуги являются лишь миражом, и я решила пойти прямиком к королевскому. трону. Я смогла разглядеть королеву: это была женщина средних лет с грозными чертами лица бледно-желтого цвета, ее голову обрамляли длинные каштановые волосы и все это удерживало красивая изящная шея, ее роскошное кроваво-красное платье в пол прекрасно ей подходило, но меня смущал факт: королева было без короны и без украшений. Она слегка наклонила голову и обнажила острые, как ножи, зубы и грубо усмехнулась. —Я—ведьма, и не интересуюсь безделушками людей, а теперь к делу: ты знаешь что принесла прямо мне в руки?. —Допустим. —Это твой ответ?—спросила она с легким раздражением. —Я лишь ответила вой вопрос, не люблю говорить попусту ерунду, я попала сюда не по своей воле. —Вот именно!—сказала она и опять разразилась громким, буквально оглушающим смехом. —Я не хочу это отдавать вам, потому что это мое и он—мое Предназначение.—какую простую истину я все-таки сказала. —В моем королевстве все принадлежит мне, даже твое жизнь. —Вот с последним я не соглашусь, а вот первое, в таком случае, почему его нашла я, а не вы? —Потому что фонарь выбрал тебя, но люди и только люди могут изменить судьбу и преодолеть Предназначение. —Значит он мой. —Ты не понимаешь, фонарь существует уже тысячи лет, значит фонарь не только твой, и он всегда выбирает разных хозяев. —В таком случае ждите пока он попадет к вам.-сказала я, пожав плечами. —Думаешь тогда бы я тебя ловила по всей вселенной, тратят на такую девчонку время?! Понимаешь ли, фонарь выбирает только чистых сердцем…—сказала она с тоской. —И в чем проблема? —Я грешный человек, и если бы я была простой крестьянкой меня бы уже давно не было. —Вопрос остается тот же, знаете, начните хотя бы с простейшей вежливости по отношению к говорящему, относитесь к незнакомцам на вы например… —Я промолчу, поскольку не внемлю тебе и даже не имею желания, поэтому ускорю процесс. Она протянула руку, прям как тогда мрак. —Вас зовут Эндерма? —Нет, я—Персефона, не ожидала, правда?—ответила она и цокнув языком обратила мир в греющий ад—Ответь мне на вопрос: кто ты такая? —Я это то что я есть, я та, которая несет свет во тьму. —Хм…может это и она…хорошо, я отпущу тебя при одном условии: ты окажешь мне услугу, чтобы доказать свое предназначение, а точнее зажжешь фонарь в моей гавани, и теперь: иди. В тот миг я услышала только как огромная дверь захлопнулась и я оказалась на опушке того же большого леса, и кажется, я опять все забыла, я пробиралась сквозь лесную глушь, то и дело спотыкаясь о ветки, на лице у меня было много заноз и ран, которые ы совокупности больно щипали. Наконец-то я добралась до какого-то болота, лягушки повсюду квакали, везде разрослись камыши, но чего-то все же не хватало, и я это чувствовала, поэтому я полезла в самую топь, вскоре, запах смрада становился смертельным, но я шла и шла, где-то вдали русалки пели свою заунывную песню, я стала что-то вспоминать, но я не поддалась искушению шагала к невидимой цели. Казалось я никогда не дойду до конца болота, которое становилось все шире и шире, а я все шла и шла, пока не наступила на что-то грубое и похоже живое, как вдруг оно стало утаскивать меня в самую глубь болота, которое именовалось озером, и теперь я все вспомнила, и, хоть маяка я не видела, я стремительно боролась за свою жизнь, мое подсознание твердило мне сдаться, ведь это все нереально, но я не сдавалась и шла и шла вперед, притом утопая в бездонной смеси, долго мне там пришлось барахтаться, как вдруг, мой фонарь зажегся, и не тем светом, который я видела обычно, это был звездный свет, свет огня, свет лампочки в родном доме, это было все в одном и выглядело изумительно, нет, этому нет никаких прилагательных. Теперь я могла идти обратно, но как? На этот вопрос мне долго отвечать не пришлось, фонарь перенес меня обратно в подземное царство. Персефона одобрительно посмотрела на меня и промолвила: —Прощай, дитя, ты победила.—сказала она, гордо запрокинув голову, в знак того, что я могу уже идти. Я шла, не разбирая дороги, удивляясь: всё-таки как красив этот мир, несмотря на такую царицу. Ф она все сидела и думала, пока мир кружился вокруг нее, ведь теперь время ее не трогает,—она проиграла раз и навсегда, нет, конечно, она могла с легкостью меня убить, но фонарь не выбрал ее, а человеческая плоть ей была совсем ни к чему.