Невыносимый сосед

      – Ты с ума сошёл, Исаги? – ворчит Чигири, глядя на друга по ту сторону экрана смартфона, пока тот мельком оглядывается по сторонам в надежде не быть пойманным никем из студентов, несмотря на то, что учебный день давным-давно закончился, – Ты вообще понимаешь, куда идёшь? Это же самоубийство! – Вообще-то, Чигири, я уже пытался его отговорить, – безнадёжно вздыхает Бачира. Изображение его лица слегка искажется из-за нестабильной связи, – это бесполезно. Ты же знаешь, ему обязательно надо влезть в неприятности. Исаги стоит около пешеходного перехода, чувствуя малую долю неуверенности в том, что делает. Сейчас он прекрасно понимает беспокойство друзей. Идти на поводу у Несса было весьма глупо с его стороны, хотя как ни посмотри, но другого выбора так или иначе ему не оставили, ясно дав понять, что в случае неповиновения последствия окажутся весьма плачевными. К слову, был вариант оставить всё как есть и не идти на сомнительную встречу со старшекурсником, наплевав на то, что будет в конечном итоге, но зная Исаги, он бы всё равно не воспользовался им. – Да ладно вам, чего распереживались? – улыбается так непринуждённо, будто идёт на встречу с другом, а не с потенциальным врагом, – Если что будет не так, я разберусь с этим. – Нет, ты что, идиот? – рявкнув, ещё сильнее начинает злиться Хёма, скрывая за недовольством своё беспокойство, – А если он окажется не один, что ты будешь делать? – Не думаю, что он... – Да ты когда-нибудь нормально умеешь думать?! – Эй, ребят, давайте уж без этого, – вовремя вклинивается в разговор Мегуру, предотвращая ссору между друзьями, – Исаги, я не сомневаюсь, что ты можешь за себя постоять. Но тебе всё-таки надо было хорошо всё обдумать. Несс, как по мне, конечно, неплохой парень, просто проблема состоит лишь в его одержимости Кайзером... А то, что Кайзер в последнее время липнет к тебе, явно выводит его из себя. – Спасибо, я уже догадался, – Йоичи вымученно вздыхает, останавливаясь возле университетских ворот, – Ладно, я пойду. Если что-то пойдёт не так, можете звонить в морг. – Нашёл время шутить, – Чигири не оценил его шутку, – Будь осторожен, дурак Исаги. – Удачи, Исаги! Экран смартфона погас. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что поблизости никого нет, Йоичи не без проблем перепрыгивает через ворота, умудрившись оцарапать ладони о грубую поверхность и порвать штанину брюк. Впрочем, особенно серьёзных повреждений он больше не получил, а значит и переживать особо не о чем. Путь к университету свободно открыт, только вот поблизости нет ни Несса, ни того, кто мог бы ему подсказать о его местонахождении. А что, если Чигири прав, и Несс пришёл сюда не один? Вдобавок ко всему явно не с хорошими намерениями. Что ж, Исаги, об этом нужно было думать раньше, теперь придётся разбираться с проблемами самостоятельно. В конечном счёте ему пришлось обойти по меньшей мере половину территории, что не дало положительных результатов. Никакого присутствия старшекурсника здесь и в помине нет, если только он не обманул, чтобы подставить первокурсника за проникновение на территорию университета в неучебное время. Исаги едва слышно ругается, проклиная себя за излишнее доверие, пока за спиной не раздаются чьи-то шаги. – Ты всё-таки пришёл, Йоичи, – он оборачивается, встречаясь с привычной улыбкой Алексиса, – Ведь можешь быть хорошим мальчиком, когда хочешь, да? – Зачем ты меня сюда позвал? – напрямую спрашивает парень. Выраженице лица Несса приобретает какую-то наигранную загадочность. Или это расшалившееся воображение Исаги, пытающееся очернить в его глазах добропорядочного старшекурсника? Добропорядочного. Даже звучит смешно. – Скоро узнаешь, – единственное, что произносит Алексис, прежде чем развернуться к нему спиной, направляясь в известное только ему самому направление. Исаги вынужден последовать за ним. Путь не занял так много времени, но по мере приближения к нужному месту, Исаги понимает, что они идут в сторону общежития. Тогда какого чёрта место встречи было назначено на территории университета? – Подожди здесь, – говорит немец, скрываясь в проходе. Дверь слегка приоткрыта, поэтому Исаги мог отчётливо видеть, как Несс, изображая вежливую, добрую улыбку, о чём-то невозмутимо переговаривается с пожилой женщиной за стойкой, время от времени жестикулируя, тем самым вызывая смех у собеседницы. Время ожидания растягивается ещё на пару минут, в итоге Несс выглядывает из-за двери и жестами просит первокурсника идти за ним. Другого выбора всё равно нет. Они вместе почти бесшумно поднимаются по лестнице на четвёртый этаж и останавливаются перед дверью под номером 23. Намерения Несса всё ещё непонятны, и спрашивать сейчас что-то Исаги пока не решается. Однако его вытянутое по струнке напряжённое тело и навязчивые мысли так не считают. Рано или поздно, всё равно что-то пойдёт не так. – Заходи, – улыбается старшекурсник, пропуская Исаги вперёд. – Что происходит? Дверь за ними плотно закрывается. Ничем не примечательная комната встречает первокурсника ярким освещением. В нос бьёт мужской, явно дорогой, парфюм, а в поле зрения попадается знакомая расслабленная на кровати фигура. Спортивное подтянутое тело, не скрытое тканью футболки, сразу бросается в глаза, вот только Исаги, как в первый раз, не может оторвать взгляд от татуировки, оплетающейся вокруг всей руки её обладателя. Заметив появление Исаги, Кайзер вскидывает брови, словно удивлён тому, что он здесь, после чего его губы растягиваются в приветственной улыбке. – Йоичи, какая приятная неожиданность, – он приподнимается с кровати, являя взору хорошо подкаченное тело, – Какими судьбами? На лице Исаги вырисовывается растерянность от нынешней ситуации. Какого черта здесь происходит? И почему здесь Кайзер? – Несс, ты объяснишь мне наконец, что происходит? – хмурится синеволосый, поворачиваясь к старшекурснику. Улыбка на красивом лице становится более дружелюбной, чем раньше, что не может не показаться довольно странным. Но спешить с выводами не хочется. – Я хочу извиниться перед тобой за своё поведение, – брови Йоичи поднимаются вверх, – За всё, что наговорил и натворил, поэтому пригласил тебя сюда. По просьбе Кайзера. Он переводит взгляд с одного на другого, при этом пытаясь понять, шутка это или всё-таки нет. С каких пор всё изменилось? Или ему снова ждать чего-то в самый неподходящий момент? А может быть в этом есть какой-то скрытый подвох? Заметив на лице первокурсника искреннее недоумение наравне с растерянностью, Михаэль издаёт смешок. – Почему ты так удивлён? Исаги смотрит на него. – Ты спрашиваешь, почему? Смешно, Кайзер. Что ты с ним сделал? – он кивает на Несса. – Я? А что я мог с ним сделать? – делает вид, будто ничего не понимает. А может действительно не понимает? – Исаги, ты слишком зациклился на своей ненависти ко мне. Расслабься сегодня с нами. Йоичи со вздохом зарывается пальцами в свои волосы. Ничего непонятно. Ситуация настолько странная, настолько абсурдная, что уже перестаёшь понимать, где реальность, а где вымысел. Несс опять что-то задумал. Он знает, нет, даже уверен в этом. А вот что касается Кайзера... В последнее время он ведёт себя чересчур странно. Чему верить в таком случае – непонятно. – Йоичи, – юноша дёргается от прикосновения чужих пальцев к коже. Кайзер приподнимает его лицо за подбородок, заглядывая в глаза, – расслабься, всё хорошо. – Расслабиться? – он грубо сбрасывает с себя чужие руки, смотрит на обоих исподлобья, – Я не понимаю, что вы хотите от меня. Особенно Несс. – Я ведь уже всё сказал, Йоичи, – тот продолжает улыбаться, – хочу загладить свою вину. – Слабо в это верится, особенно после сегодняшнего разговора. – Я просто ревную, что Кайзер слишком много времени уделяет тебе, вот и всё. Не сердись на меня, прояви понимание, – Алексис наклоняет голову чуть вбок. Видимо, не чувствует никакой вины. Оно и видно. Исаги шумно выдыхает, сжав двумя пальцами переносицу. – Мы с Кайзером соседи, только и всего. Не придумывай себе невесть что, вы ведь и так встречаетесь. До слуха неожиданно доносится приглушённый смех Кайзера. Парень непонимающе смотрит на него, пока осознание происходящего не бьёт в голову. – ...не встречаетесь? – Не встречаемся, Йоичи, – Михаэль заглушает смех и смотрит на соседа с озорством во взгляде. Эта ситуация рассмешила его не меньше, чем нелепое выражение лица мальчишки, – То, что мы позволяем себе немного больше, ещё не значит, что между нами есть отношения. Ты так уверенно это сказал, что на секунду даже я поверил в это. Исаги ещё никогда по-настоящему не ощущал себя таким глупым. Кайзер снова, в очередной раз делает из него посмешище. Впрочем, ничего нового. Ему ведь это нравится, то есть... всегда нравилось. – Ты лишь с той ситуации успел сделать выводы, это глупо, не находишь? – спрашивает Несс, позволив себе едва слышно усмехнуться. Первокурсник бросает на него хмурый взгляд, яростно игнорируя пунцовые от стыда щёки, которые можно было заметить невооружённым глазом, – Даже щёки покраснели. Милашка. – Так он ведь правда милашка, Несс, – Кайзер со спины обвивает одной рукой талию мальчишки, второй сжимает у линии челюсти, обхватив пальцами щёки. Исаги начинает сопротивляться, не в силах терпеть такие унижения, но сдавленно шипит, когда хватка становится сильнее, почти причиняя боль, – Даже его попытки сопротивляться весьма умилительные. Настолько мило, что хочется сделать больно. Исаги бьёт локтем назад, совершенно не в курсе, куда может прилететь удар. Но во всяком случае его это не волнует. Подобные выходки уже давным-давно перестали быть смешными. В комнате кроме них троих никого нет, остальные навряд ли вообще что-либо услышат из коридора в связи с тем, что дверь плотно закрыта, не пропуская наружу лишние звуки. У обоих с головой не всё в порядке, а это значит, что подвох в этой встрече всё же был. Несс завлек его в ловушку, откуда выбраться теперь совершенно невозможно, и вдобавок ко всему Кайзер с его замашками делать всё, что вздумается. Если вовремя ничего не предпринять, их действия могут повлечь за собой определённые последствия. И ещё неизвестно, кто пострадает больше: он или они. Хотя судя по тому, что их двое, а он один, и гадать не нужно, в чью пользу всё обернётся. – Йоичи, мы пошутили, расслабься, – Несс заботливо убирает с чужого лба прядь волос и невинно улыбается. – Да идите вы к чёрту со своими шутками, – огрызается Исаги, уворачиваясь от чужих касаний. Злость настолько сильно выворачивает душу наизнанку, что терпеть практически нет сил, – Отпустите меня, я пойду. – На улице уже поздно, Йоичи, – мурлычет на ухо Кайзер, бесстыдно оглаживая ладонью чужой живот. Даже сквозь ткань рубашки Исаги ощущает горячие прикосновения, от которых внезапно начинает мутить в голове, но намеренно не подаёт виду, – Оставайся с нами, тебе понравится. Он начинает пунцеветь от смущения сильнее, чем от злости. Ох, это чёртово кайзерское обаяние, которому противиться практически невозможно, и в то же время дико хочется поставить на место, чтобы понял, что он не так прост, как кажется. Раньше он бы закрылся в своей комнате и не выходил до самого утра, но не сейчас, когда он сам на чужой территории в компании двух потенциально опасных парней. – Я не гей, – внезапно срывается с губ. Кайзер и Несс почти синхронно усмехаются. – Ох, каждый думает в меру своей испорченности, знаешь ведь? – ухмыляется Михаэль, с наслаждением упиваясь чужими эмоциями. Ему безумно нравится выводить Исаги на эмоции, ведь это приносит ему особое удовольствие, которое больше никто не сможет ощутить по отношению к его дорогому и любимому соседу. Сам Исаги подобного не одобряет, да и никогда не станет этого делать, если только сам не сломается и наконец не откроется, как того желает старшекурсник, – Ну так что, останешься с нами на одну ночь, Йоичи? – Общежитие закрывается через полчаса. А сейчас...  – Несс смотрит на время, – Какая жалость, эти заветные полчаса уже прошли. Тебе придётся остаться здесь. Невероятно, эти двое всё спланировали с самого начала. А ведь Чигири с Бачирой яростно уговаривали его не приходить сюда, ведь ничем хорошим всё это не кончится, но Исаги по своей глупости наивно полагал, что ничего страшного не случится. Теперь эту кашу, к сожалению, расхлёбывать приходится ему самому. – Выбора у меня всё равно нет, – вздыхает первокурсник, – только учтите оба, держите свои руки при себе. – Какой ты неженка, Йоичи, – блондин прижимается к его спине, уместив подбородок на плече, обдавая шею горячим дыханием, – Не переживай, приставать не будем, *für eine Zeit lang. Непонятно, что могла значить последняя фраза, но Исаги не особо придаёт этому значение. – Ты сейчас пристаёшь ко мне, Кайзер, – парень пихает старшекурсника локтём, – убери руки. Михаэль разочарованно вздыхает, с неохотой выпуская Исаги из своих объятий. Хотелось бы как можно дольше подержать в своих руках это сопротивляющееся тело, трогать там, где позволено только ему, а после наблюдать за милой реакцией и розовеющими от смущения щеками. Исаги Йоичи всё ещё кажется ему чем-то недосягаемым, не поддающимся чужому влиянию, и тем, кто пробудил исключительный интерес к своей персоне. Но в открытую проявлять своё желание присвоить мальчишку себе – всё равно, что показать всем их не совсем ещё, но близкие отношения. Такой исход событий Исаги точно не понравится, и он начнёт вновь отдаляться, держать ту дистанцию, которая была у них в самом начале. Кайзер всегда добивается всего, чего хочет, но желание присвоить Исаги Йоичи себе, сделать его своим, становится совсем невыносимым, до боли в груди, до мурашек по коже. Михаэль даже сам не заметил, как намерения сделать из Йоичи послушную собачку, преданно выполняющую любые приказы, в конечном счёте превратились во что-то большее. Или это всего лишь его воображение? – Меня вот что интересует, – Исаги неуверенно присаживается на край кровати, – ты не живёшь в общежитии, но время от времени здесь появляешься. – Я здесь раньше жил, Йоичи, – немец усмехается. – И почему ты захотел жить именно со мной? Здесь условия неплохие, – хмурится. Кайзер и Несс молча переглядываются, будто между ними в такие моменты возникает ментальная связь, и они общаются телепатически. Исаги впервые стало интересно, как долго они вообще знакомы друг с другом, но спрашивать что-то такое не особо хочется. Любой вопрос, любой интерес с его стороны может быть использован против него самого. И он в этом не сомневается. – Из-за тебя конечно же, – спустя пару минут молчания отвечает старшекурсник, насмешливо выгибая бровь. – Почему всё сводится ко мне? – Ты мне интересен, вот и всё, – чужие губы растягиваются в привычной ухмылке. Какие-то односложные вопросы. И это заставляет Исаги быть ещё более осторожным, чем прежде. Кайзер не отвечает так, как ему того хочется, в его интересах всего лишь отвести подозрения от себя и своих дальнейших мотивов по отношению к нему. Нет смысла дальше задавать такие вопросы, проще оставаться на своей позиции и держать ухо в остро. – Время уже позднее, – говорит Несс, кивая на настенные часы, – Йоичи, где ты предпочитаешь спать? – и улыбается как ни в чём не бывало. – Я посплю на полу, – Исаги недоверчиво хмурится, – будет лучше, если мы поступим так. – Но на полу холодно, – чёртов Кайзер, делает вид, что беспокоится, – может всё-таки... – Нет, сегодня я посплю на полу, – настаивает на своём первокурсник. Лучше уж так, чем оказаться в постели с этими... двумя. – Как скажешь, Йоичи, – улыбка Алексиса внезапно становится весьма пугающей, – но учти, что по ночам ты можешь услышать странные звуки. Странные звуки?..

***

      Исаги просыпается посреди ночи от странного шума. За окном всё ещё темно, и только слабоватое свечение луны, проникающее через закрытые шторы, можно увидеть с такого расстояния. Кайзер и Несс по всей видимости спят уже давно, но тревожить их подобной ерундой сейчас хочется меньше всего. Сон, как рукой сняло, и теперь Йоичи лежит на полу, бездумно уставившись в потолок, который едва ли можно разглядеть в такой темноте. Странно вот так лежать в чужой комнате, зная, что любой момент может оказаться для него плачевным или даже последним. Всё-таки шутка про морг, которую так не оценил Чигири, имеет место быть. Йоичи едва слышно усмехается, но замолкает мгновенно, когда краем уха улавливает странный шорох с боковой стороны. И этот подозрительный звук доносится со стороны кровати. Спустя пару секунд за этим шорохом доносится приглушённый стон. Исаги напрягается, прекрасно понимая, к чему всё это ведёт, но до сих пор надеется на собственные слуховые галлюцинации. Ему же могло просто показаться... или нет? – Будь послушным мальчиком, Несс, – неосознанно вслушивается в хриплый голос старшекурсника, – и постарайся быть тише, если не хочешь, чтобы Йоичи нас услышал. Скрип кровати, и снова приглушённый стон, на этот раз умело контролируемый. Исаги закусывает край одеяла, молясь, чтобы его не обнаружили за таким постыдным подслушиванием. Желание покинуть эту комнату возникает скорее из-за смущения, всё-таки он здесь третье лицо, лишний человек, но будет ли правильным уйти сейчас, когда даже входная дверь не поможет скрыть его внезапное исчезновение? Мысли неловко путаются в голове в один сплошной клубок, и что-либо предпринять в такой странной ситуации практически невозможно. Когда Исаги, гонимый разнообразными мыслями, уже собирается снова заснуть, сверху доносится ещё один стон и шорох одеяла. Первокурсник с красными от смущения щеками накрывается одеялом с головой в надежде, что всё это вот-вот закончится. Но, к сожалению, ситуация начинает только набирать обороты. Скрип становится всё чаще и быстрее, а стоны всё глубже и громче. Низ живота подозрительно тянет, и Исаги начинает изо всех сил проклинать эту чёртову ночь, бормоча под нос грубые ругательства. – Какой хороший мальчик, – слышатся одобрительные нотки в чужом голосе. Звуки наконец стихают, позволяя первокурснику вздохнуть с облегчением, – но, кажется, мы разбудили Йоичи. Всё тело бросает в неприятный осадок. Исаги начинает мутить, и ему становится двойне хуже, когда за пределами одеяла кто-то аккуратно присаживается совсем рядом. Он бы сделал вид, что всё это время спал, но разве можно лежать спокойно, когда воздуха под одеялом катастрофически не хватает? – Я знаю, что ты не спишь, Йоичи, – одеяло резко сбрасывают, открывая взор на сжавшегося в позу эмбриона первокурсника. Исаги лежит боком, уставившись куда-то в темноту, – Прости, что разбудили, – чужая рука ласково гладит его по волосам, скользя ниже по шее и добираясь до напряжённых бёдер. Йоичи дёргается, сбрасывая с себя руки, которые совсем недавно вжимали другое тело в кровать, и предпринимает попытку отодвинуться, – Ревнуешь, да? Или твоё тело так отреагировало? – Заткнись, – шипит Йоичи, жмуря глаза, словно это поможет ему скорее избавиться от странного наваждения, – не трогай меня, я ничего не слышал. – Почему ты злишься? – соблазнительно тихо мурлычет немец, нависая сверху и водя кончиком носа по шее. Тело Йоичи начинает инстинктивно дрожать, – Я ведь даже ещё ничего не сделал. Первый поцелуй приходится на покрасневшую щеку. Скользнув губами ниже к линии челюсти, руками обласкав плечи и руки, старшекурсник вынуждает Йоичи сменить положение. Теперь он кажется таким доступным, таким желанным, что сдерживаться больше не приходится. Но он не может, просто смотрит туда, куда падает лунный свет, и завороженно очерчивает глазами все имеющиеся изгибы. Мальчишка шумно выдыхает в ладонь, когда чужие пальцы касаются бёдер и скользят дальше, и снова предпринимает попытку отстраниться. – Чего ты такой дёрганный, Йоичи, – шепчет на ухо блондин, оглаживая ладонью в районе паха, в ответ получая полу стон полу вздох, – я просто хочу помочь справиться с проблемой. – С этой проблемой я могу и сам спра... ах... виться... – Сомневаюсь. Когда это делает кто-то другой, ощущения совсем другие, – шепчет так проникновенно, что все внутренности сжимаются от удовольствия, – Позволь хотя бы сейчас тебе помочь, Йоичи. – Почему ты спрашиваешь? Если захочешь, сделаешь. – Потому что ты мне нравишься, Йоичи. Слова Кайзера Исаги пропускает мимо ушей, потому что совершенно перестаёт здраво рассуждать, и почти не различает, где сон, а где явь. Чужие пальцы приспускают штаны вместе с бельём и умело обхватывают чувствительную плоть. Тело слегка потряхивает от непривычных ощущений, а с губ срывается хриплый постыдный стон. Исаги накрывает ладонью рот в попытке сдержать собственный голос. Однако Кайзер всё равно делает всё, что ему заблагорассудится. – Испорченный мальчишка, – Михаэль целует место за ухом, находя всё новые чувствительные места первокурсника, – возбудился только от того, что просто подслушивал. Похоже, рассудок окончательно оставил Исаги, потому что голос Кайзера кажется ему сейчас до одури соблазнительным, вынуждающим подчиниться столь умелым рукам. Длинные пальцы идеально обхватывают член, словно были специально созданы ради подобных случаев, и надрачивают в такт подрагивающим бёдрам. Йоичи всхлипывает, утыкаясь лицом в подушку. – Нравится, Йоичи? – невзначай интересуется блондин и с особым удовольствием прикасается губами к шее, намереваясь оставить на ней собственнический засос. Тело перед ним протестующе дёргается, – Я осторожно. Доверься мне. Движения ускоряются в противовес губам и языку, которые медленно смакуют кожу на шее, всасывая её и оставляя яркий засос. Йоичи сжимает подушку до побеления костяшек, чувствуя приближение долгожданной разрядки, и этого оказалось более чем достаточно, чтобы со стоном излиться на живот, пачкая чужую руку и край собственной рубашки. – Хороший мальчик, – довольно ухмыляется Михаэль, слизывая с пальцев чужое семя и параллельно наблюдая за обмякшим телом Исаги. – Ненавижу тебя, – хрипит первокурсник, не в силах даже подняться с матраса, из-за чего приходится оставить всё как есть и позволить сну окончательно овладеть сознанием.

***

      Утро следующего дня Исаги не задалось с самого начала, когда взглянув на экран смартфона, первокурсник обнаружил двадцать пропущенных звонков от Чигири и Бачиры, и сотню сообщений в общем чате, большинство из которых источали агрессивную энергетику. Настолько агрессивную, что Йоичи ощущал её буквально отсюда. – Меня убьют, – бормочет под нос парень, оттягивая рукой помятую рубашку. Где-то сбоку под одеялом раздаётся шорох, привлёкший внимание первокурсника. Телефон выпадает из рук, с грохотом оказываясь на полу, когда на глаза попадается сонное ухмыляющееся лицо Кайзера, пристально уставившееся на него. Воспоминания прошлой ночи моментально бьют в голову, отдаваясь лёгкой болью, и Йоичи неловко отодвигается, сохраняя дистанцию между старшекурсником. – Доброе утро, Йоичи, – хриплый ото сна голос блондина по утрам кажется ещё привлекательнее, только это не то, о чём в первую очередь должен думать Исаги, – Хорошо спалось? – То, что было ночью... – он сглатывает, – ...было ошибкой. Забудь всё, что было. Ухмылка на лице Кайзера становится шире. – Как я могу забыть, когда ты так сладко стонал? – кожа покрывается, на удивление, приятными мурашками. Снова пытается вывести на эмоции, только контролировать их Исаги уже, к сожалению, не в состоянии. Щёки тут же вспыхивают румянцем, напоминая о произошедшем, – Тебе настолько было хорошо? А, Йоичи? Исаги начинает испытывать дикий стыд. Хочется провалиться сквозь землю, потому что вспоминать прошлую ночь слишком стыдно, не то, что обсуждать это. Никогда бы не подумал, что наступит тот день, когда они с Кайзером так сблизятся. А признаваться в том, что вчера было действительно хорошо, он не станет даже под дулом пистолета. – А ведь знаешь, – Михаэль тянет к нему руку, невесомо касаясь пальцами щеки, – Несс тоже мог поучаствовать в этом, но вместо этого предпочёл наслаждаться твоими стонами там, на кровати. Всё, терпеть подобные издевательства уже нет никаких сил. Йоичи резко поднимается на ноги, позволяя одеялу небрежно упасть на пол, и хмуро смотрит на довольное лицо Кайзера сверху вниз. – Я уже всё сказал, Кайзер, и повторять больше не буду, – вопреки недовольству, которое намеревался выплеснуть на старшекурсника, Исаги говорит с абсолютным спокойствием, – Всё, что было вчера, большая ошибка. Больше не смей затрагивать эту тему, – и преодолев расстояние до двери, пулей вылетает в коридор под громкий смех блондина. На свежем воздухе, к счастью, думается гораздо легче, чем в душной комнате, но все эти приковывающие многочисленные взгляды студентов, выходящих из общежития, не дают ему никакого покоя. Кайзер и Несс уже переступили ту черту, которую Исаги намеренно обходил стороной, и теперь неизвестно что они планируют делать дальше. А вот что на счёт произошедшего вчера... Исаги кусает губы, стараясь не думать об этом. Всё это было ошибкой, всего лишь очередная извращенная прихоть Кайзера, но... почему его прикосновения всё ещё ощущаются на коже? И то, как он умело руководил процессом, будто знал все его чувствительные точки... – Приди в себя! – Йоичи хлопает себя по щекам. Проходящие мимо люди странно на него косятся, – О чём ты думаешь вообще... – Исаги! – вдали слышится радостный голос Бачиры. Его появление радует Исаги. Самый, что ни на есть комфортный человек из его окружения после Чигири. Оказавшись рядом, Мегуру крепко стискивает друга в объятиях, как если бы не видел его целую вечность. Знал бы он, как сильно его рад видеть Йоичи, это просто что-то с чем-то. – С тобой всё хорошо? Ты выглядишь... – он осматривает одногруппника с головы до ног, – ...немного потрёпанно. Парень неловко улыбается, пытаясь скрыть свою нервозность. – Случилось одно недопонимание, – он в спешке засовывает запачканные концы рубашки под брюки, – и всё пошло немного не по плану, а так я в полном порядке. Переживать не о чем. – Чигири очень недоволен, – тянет Мегуру, задумчиво вытягивая губы трубочкой, – поэтому не советую приближаться к нему ближайшие пару недель. Не согласиться с этим просто невозможно. У Чигири несколько сложный характер, и он всегда скрывает беспокойство за друзей за маской недовольства. Со стороны, казалось бы, он злится и готов рвать и метать, но на самом деле, в глубине души он просто переживает. Не Исаги ли знать его, они ведь всё-таки знакомы достаточно. – Тебе следует привести себя в порядок. – Да ладно, – саркастически закатывает глаза первокурсник, в ответ получая ехидный смешок, – я вообще-то в курсе, Бачира. Только времени мало, а я оставил учебники в квартире. – Может попросишь Кайзера? Его передёргивает от одного лишь упоминания соседа. Ему и без этого неловко смотреть в лицо этому самовлюбленному придурку-извращенцу, так ещё опять лезть к нему со своими просьбами. К тому же, в последний раз, когда Кайзер без ведома Йоичи принёс ему конспекты, то взамен самовольно заключил уговор, который в итоге вообще оказался нелепым предлогом, чтобы поиздеваться. Исаги даже пытаться не будет. – Доверия к нему ноль, – равнодушно бросает синеволосый и останавливается около входа, так, чтобы не загораживать проход другим, – До занятий немного осталось, придётся уложиться в минут двадцать. – Может тебе помочь? – Спасибо, Бачира, я сам справлюсь. Увидимся на парах. Такой маленький, но столь необходимый диалог заметно успокаивает метающуюся душу Йоичи. Он то и дело оглядывается по сторонам, этим самым приковывая к себе ещё больше ненужного внимания, а вдобавок к оставшимся проблемам становится не по себе, когда за спиной начинают неразборчиво шептаться. В чём дело? Парень, преодолев холл, поднимается на второй этаж и под вниманием чуть ли не половины всего университета скрывается в туалете. К счастью, посторонних здесь нет, так что привести себя в порядок не составит никакого труда, чем Исаги и занимается. Умывается, приводит волосы в более менее приличный вид, однако с испорченной рубашкой придётся немного повозиться. Для удобства Исаги аккуратно снимает элемент одежды и под струёй воды начинает намыливать мылом для рук, так как под рукой кроме этого ничего нет. Засохшее пятно спермы, похоже, не спешит отстирываться, и парень начинает заметно нервничать. Во время того, пока Йоичи старается добиться хоть каких-то результатов тщетными попытками, дверь в туалет с характерным звуком начинает открываться. – Проблемы, Йоичи? – первокурсник испуганно дёргается и смотрит на вошедшего. Кайзер улыбается как ни в чём не бывало, плотно прикрывая за собой дверь. Для полноты картины его ещё здесь не хватало, – Я могу помочь. – Я от тебя достаточно помощи натерпелся, – снова огрызается парень и возвращается к бесполезной попытке отстирать рубашку. Всё-таки её придётся выбросить, она пришла в негодность, – Чего ты хочешь? Снова поиздеваться? – Какой ты грубый, – вздыхает старшекурсник, медленно подходя к нему. Тот обречённо вздыхает и оставляет попытки отстирать пятно, – Я всего лишь хочу помочь, – и накидывает на чужие плечи свою чистую рубашку. Исаги замирает, с искренним удивлением глядя на старшекурсника в отражение зеркала. Тот улыбается и, чтобы не вызвать новую волну недовольства с его стороны, отходит назад на пару шагов, явно давая понять, что никаких плохих намерений в данный момент у него и в помине нет. С чего бы это? Или гложет чувство вины? – Не смотри на меня таким взглядом, Йоичи, – блондин усмехается, – можешь считать это моей попыткой извиниться. Очнувшись от временного ступора, первокурсник наконец надевает рубашку под внимательным взглядом соседа. Отказываться от помощи как-то неловко, или в случае отказа может случится чего похуже. Исаги, да ты грёбанный параноик. – Спасибо... – тихо бормочет под нос, неловко опуская взгляд вниз. Грязную рубашку он решает просто выбросить. Потом. За дверью доносятся чужие голоса. Пока никто не застал их обоих вместе и не пустил слухи, Йоичи в спешке закрывает кран и не без труда выжимает рубашку. Проходя мимо старшекурсника, он на секунду задерживает на нём взгляд, пытается понять его истинные мотивы. Но разве хватит одной секунды, чтобы понять хотя бы то, почему Кайзер вообще решил сжалиться над ним? В конечном итоге, с кучей нерешенных вопросов в голове Исаги покидает уборную.