Не будите спящего дракона

Если бы, потерявшись в небе У меня осталось бы только одно крыло, Им стал бы ты Если бы, блуждая по моим руинам, Сияла бы только одна ниточка, Ты был бы ею. Если забытую богами Меня бы выбросило на остров, Ты был бы тем островом Даже если бы лишним Остался хрупкий порог, Я бы решилась переступить его. Бессмертная, бессмертная, У меня такое чувство, что я та, Которая переживет все эту боль Я умираю из-за тебя Бессмертная, бессмертная, Я сорвала край неба Оно не укрывало больше Вечность Я умираю из-за тебя Если слова - это следы Я оклеймлю свою кожу Тем, о чем не говорят Хоть ничто тебя не затмевает Я сохраню боль, Если останется только она Мне будут напрасно говорить, Что что-то не стоит ничего Все это что-то - мое Чем мне поможет Найти судьбу, Если она не ведет меня к тебе ? Бессмертная, бессмертная, У меня такое чувство, что я та, Что переживет все эту боль Я умираю из-за тебя Бессмертная, бессмертная, Я разорвала край неба Оно не укрывало больше Вечность Я умираю из-за тебя Я умираю из-за тебя Lara Fabian - Immortalle

Сиплый кашель заставил поморщиться Селентию Берк, голову которой раздирала головная боль и навязчивая мысль, что все-таки вчера последний стакан огневиски был явно лишним. - Бекки, потише, пожалуйста, - гаркнула она на молодую худосочную ведьму, - Перебудишь весь этаж! - Ой, доктор Берк, вы уже здесь! - пропищала побелевшая от страха перед главным колдомедиком девица, - Я думала, вы будете позже. - Поменялась дежурством с доктором Перксом, у него у матушки завтра юбилей, он хотел выспаться перед дорогой, - зевнула колдомедик, - Ну, что у нас тут случилось за время моего отсутствия? - доктор Берк взяла со стойки стопку пергаментов. - Ничего особенного, - пожала плечами ведьма, - У больного из третьей палаты были галлюцинации, хотел выбить окно, посчитав его глазом морского чудища, - девушка хихикнула, чем вызвала на лице колдомедика кислую улыбку, - И одна роженица. - Роженица? - переспросила доктор Берк. - Да, она у нас наблюдается, я нашла ее фамилию в ваших списках. - В моих списках? - спросила доктор Берк, - Если она значилась в моих списках, то должна была стать на учет как будущая мать. Она стоит на учете? - Нет, доктор Берк, - ответила ведьма, - Я искала ее, но не нашла. - Как ее фамилия? - Сейчас, секунду, - она начала рыться в кучей маленьких листочков, - Мерлин всемогущий! Куда же я подевала это... - Пока ищешь лучше скажи мне, роды были тяжелыми? - спросила доктор Берк с беспокойством. Ей не очень нравилось такое начало утреннего дежурства. - Не сказать чтобы так... - поморщилась ведьма, выуживая обрывок пергамента из-под стопки книг, - У нее доктор Стемпс принимал ребеночка, сказал, что могло быть и хуже... А вот! Нашла! Лейн! - Лейн?! - вскрикнула доктор Брек, смотря ошалелыми глазами на девицу, - Ты не шутишь? - Она так назвалась, - пропищала ведьма, - Сказала, что ее зовут Скарлетт Лейн. - Вот паршивка! - прошипела доктор Берк, - В какой она палате? - рявкнула она на девицу. - В третьей, - промямлила та, и колдомедик, вырвав у ошарашенной ведьмы пергамент, помчалась в палату. Она открыла дверь, которая жалобно скрипнула, пуская доктора Берка в полностью белую комнату с белой мебелью. Колдомедик поежилась, ощутив странное дежа вю при виде худой и бледной девушки на кровати, укрытой белой простыней. Это жалкая картина заставила ее умереть свой пыл. - Доброго вам утра, доктор Берк, - проговорила пациентка слабым голоском ребенка и слабо улыбнулась. - Сегодня понедельник, милая, - отозвалась колдомедик, - оно по определению не может быть добрым. - Может, - закивала она, - Сегодня родился мой сын. Доктор Берк смотрела на нее с примесью гнева и восхищения. Было невооруженным глазом видно, как она слаба и измучена многочасовыми родами. - Как вы это делаете? - спросила она. - Что? - спросила девушка, усмехнувшись, что вызвало у нее приступ боли, заставивший ее поморщиться. - Остаетесь живой, не смотря ни на что, черт вас подери, - ответила доктор Берк, качая головой. - Это я надеялась узнать у вас, - ответила пациентка, продолжая улыбаться. - Как вы решились на это? - спросила колдомедик после долгой паузы. - У меня не было и мысли, чтобы на это решаться. Так суждено было случится, - отозвалась она, - Другого варианта для меня не существовала, не существует и никогда не будет существовать. - Вы могли умереть... - Но я жива, - она пыталась всплеснуть руками для большего эффекта, но это получилось лишь жалкое движение запястий. - Возможно... - прошептала доктор Берк, - Возможно, я ошибалась на ваш счет. И на счет того самоотверженного и любящего вас человека. Его любовь сильнее... Сильнее смерти, - колдомедик удержалась, чтобы не закатить глаза от того, как пафосно это прозвучало. - Да... - утверждение прозвучало как-то грустно, а голова девушки повернулась к окну, за которым серое небо готово было разразиться рыданиями. - И где же новоиспеченный папаша? - веселее проговорила доктор Берк, которая была не в силах сердиться на ослабленную и понурую пациентку, - Обычно у нас отцы прописываются в коридорах, пока их благоверные лежат на сохранении... Ответом ей послужило молчание, тягучее и тяжелое. - Простите мне мое любопытство, мисс Лейн, но... - доктор Берк смутилась, поняв, что взболтнула лишнего, - но это моя задача: я должна записать в свидетельство о рождении ребенка имена его родителей. Так, как вы сказалаи, зовут вашего... отца ребенка? - спросила доктор Берк, совершенно растерявшись, что редко случалось с ней. - Я не говорила, - тихо ответила девушка. - Тогда скажите. - Нет, - отозвалась она, - Поставьте прочерк. - Прочерк? - переспросила колдомедик, занося перо над пергаментом. - Да, - проговорила мать, - Поставьте прочерк. - И снова тишина, звонкая и ядовитая. - Мисс Лейн, прошу, простите меня, если влезла не в свое дело или же как-то вас обидела, поверьте, я этого не хотела, - извинилась доктор Берк. - Что вы! - воскликнула девушка, насколько хватило сил, - Вам не за чем извиняться, - в ее глазах не было слез, они были какими-то потерянными, лишенными чего-то важного, - Я все понимаю. И во избежание дальнейшей неловкости хочу проинформировать вас, что... что он не знает о ребенке. И не должен узнать. - Тогда, может, вам нужна помощь. Знаете, сейчас существует множество обществ помощи волшебницам, которые... - Нет, не беспокойтесь обо мне. Я не одна. Колдомедик нахмурилась. Как женщина она, естественно, испытала отвращение к мужчине, который даже не знает о том, что стал отцом. Ведь это значит, что он не был рядом с матерью своего сына все время, пока она носила его наследника под сердцем. - И прошу вас, не думайте о нем плохо! - попросила она, будто прочитав мысли доктора Берк, - Я сама так решила, посчитав это лучшим для всех, в особенности для нашего сына. - Вы уверены в этом? - спросила она с горечью. - Да, больше, чем уверена. - Знаете, Лунария, - начала доктор Берк, которую вся эта ситуация полностью выбивала из колеи, - позволите обращаться к вам по имени, да, спасибо, так вот, Лунария, я хочу сказать вам, что... что впервые встречаю такого человека как вы и сейчас я говорю не о своей врачебной практике, а о своей жизни в целом. Я не могу сказать, что в вас есть что-то особенное, вы ничем не отличаетесь, но что-то в вас завораживает и восхищает, поверьте мне, не я одна это вижу. И я больше, чем уверена, что никому и никогда не разгадать этой тайны вашего магнитизма, что и к лучшему. Некоторым тайнам положено так и оставаться тайнами, не находите? - Нахожу, - отозвалась девушка, - Именно поэтому отец моего ребенка не знает, что у него есть сын и именно поэтому мне не нужна помощь. Некоторым тайнам положено так и оставаться тайнами, - эта цитата прозвучала так мистически, что доктор Берк вздрогнула, - Мой сын — плод великой любви и самой большой тайны. Надеюсь, что его судьба будет такой же невероятной, как и то благодаря чему он появился на свет, великому чувству и такому же секрету. - А невероятному человеку положено невероятное имя, - добавила колдомедик, окуная перо в чернильницу, - Вы ведь уже выбрали имя? - Да, - отозвалась она, - Растабан Арканум Ленй, так и запишите. - Сын будет носить вашу фамилию? - в голосе доктора Берк прозвучало плохо скрываемое удивление. - Да, мой сын будет носить мою фамилию, - твердо ответила девушка, не смотря на явно выраженную слабость. - Хорошо, - кивнула колдомедик и принялась выводить ровные и округлые буквы. - Мисс Лейн, ребеночек проснулся ваш, - пропищала худющая дежурная ведьма, - Проголодался. - Неси тогда, Бекки, - раздраженно ответила доктор Берк, - Чего стоишь? - Ой, несу, несу, - подпрыгнула девица и исчезла. - Почему вы так решили? - спросила доктор Берк, потеряв терпение, - Почему вы скрываете от него сына? - Потому что люблю их обоих, - просто ответила девушка, - Люблю так сильно, что вы себе даже представить не можете. - Да... - протянула она, хлопнув себя и по коленки и вставая, - И понять, скорее всего, тоже не смогу... - Я и не прошу вас понимать, - ответила девушка, поднимая на нее взгляд своих пронзительно зеленых глаз, - Вашего уважения, что я слышу в ваших словах мне более, чем достаточно. Доктор Берк кивнула и молча покинула палату. Она уже подходила к стойке и клала пергаменты на стол дежурной ведьмы в соответствующую папку, когда услышала стук каблучков Бекки и недовольное ворчание. Колдомедик обернулась и медленно вернулась к двери, из которой только недавно вышла. Сквозь стеклянный проем она видела светящееся лицо Лунарии Лейн, берущей на руки маленький комочек, завернутый в белую пеленку. Доктор Берк прикусила губу, чтобы не дать скупой слезе скатиться по напудренной щеке. Эта маленькая девочка пережила такое, что ей и не снилось. Великую войну, великую боль и великую любовь. И осталась совсем одна с младенцем на руках. Пока она еще не понимает, как измениться ее жизнь, но было у доктора Берк твердое убеждение, что это она сама ни черта не понимает в этой жизни. Лунария Скарлетт Лейн держала на руках своего единственного ребенка, счастливое напоминание о человеке, которого она больше не имеет права видеть, подарок судьбы, доказательство их выжившей любви, которую можно назвать, какой угодно, но только не счастливой. Но у маленького Растабана Арканума Лейна еще много времени впереди, чтобы самому стать счастливым, а как известно, родители счастливы лишь тогда, когда счастливы их дети. И Лури искренне верила, что ее сыну уготована великая судьба, такая же великая, как и ее любовь к его отцу. Ему суждено стать настоящим драконом как и он. Песня к главе: Lara Fabian - Immortalle. Примечание автора: ТАЙНА - arcanum Маленькое письмо к читателю: Вот и почти подошел к концу мой труд. Кажется, только вчера я начала писать первую главу, а тут уже эпилог... Я надеюсь, что тебе, дорогой мой читатель, понравилась история, которую я придумала, в моих мыслях ты нашел что-то полезное и увидел в этом фанфике больше, чем просто еще одну "фанатскую выдумку". Путь это был для меня не просто, ведь то, что ты сейчас прочитал - мой дебют в фанфикшене, который бы не состоялся, если бы не: - Дорогая и любимая _-Primrose-_, которая подтолкнула меня к написанию сей работы. Моей благодарности тебе нет предела. Лунария бы никогда не покинула бы пределов моего воображения, если бы не ты. Спасибо тебе, моя дорогая. - Прекраснейший и честнейший критик AppleBarni, без ценных советов которой мне было никак не обойтись! В написании некоторых глав я обязана полностью тебе. Спасибо тебе, моя невероятнейшая! - Восхитительной и чудесной Кристмас, которая оставила первый комментарий и стала моим первым читателем из твиттера. Твоя поддержка неоценима! Спасибо тебе, моя волшебная! - Две самых преданных поклонника моего, если можно так выразиться, творчества из твиттера, а именно WibblyWobbly и ДУБОРОЩЕ, которые писали мне о своих впечатлениях в 140-ка символах. Спасибо вам, мои хорошие! - И, конечно же, огромное спасибо я хочу сказать тебе, читатель. Без тебя у меня бы ничего не вышло. Спасибо тебе наиогромнейшее! Можно сказать, что история подошла к концу, но я безбожно совру тебе, если напишу так, потому что на самом деле все еще впереди. Все только начинается. До встречи!