(Don't) find me

— Я серьёзно. Ещё минута и те двое амбалов в чёрных кепках были бы у тебя на хвосте, по сторонам не смотришь, не? Чимин совершенно точно по сторонам смотрел и никого не видел. Он нервно заёрзал, повернулся к Тэхену полубоком, поглядывая украдкой и надеясь, что его серьёзное напряжённое лицо сейчас посветлеет и он рассмеётся, скажет, что пошутил. Но тот лишь вздохнул и словно нехотя пояснил: — Я уже не на шутку испугался, что не успею, когда ты рванул из парка как в задницу ужаленный. Чимин почувствовал как в шее болезненно щёлкнуло, когда он излишне резко в удивлении повернул голову в сторону Тэхена. До него наконец медленно доходил смысл его слов и Чимин понемногу начинал понимать природу его скверного настроения. — Ты был там? Тэхен кивнул, подтверждая. Внезапно его телефон разразился знакомым противным гудением беззвучного звонка, но он не глядя сбросил его, словно и так знал, кто звонит и не желал с ним разговаривать. Чимину подумалось, что это не его дело и он не имеет права спрашивать, поэтому он лишь украдкой следил за ещё более мрачным тэхеновым лицом. Долго гадать, продолжит ли Тэхен разговор не пришлось, он тяжело вздохнул и проворчал: — Я уже понял, что ты был занят поисками человека, похожего на Криса, да. Но будь осторожнее, ладно? Мы не в лучшем положении сейчас. Чимин в недоумении поднял бровь, намекая ему продолжать. Они внезапно встали в небольшую пробку, Тэхен вновь в раздражении забарабанил по рулю и Чимин с трудом удерживал себя от того, чтобы в смешанных чувствах стечь вниз по мягкому сидению. Он понятия не имел почему они так спешат, но что-то ему подсказывало, что ничего хорошего это не сулит. Возможно... Возможно стало известно что-то про Чана. Теплого воздуха машины внезапно стало не хватать, лёгкие просто отказывались его набирать, захотелось немедленно выскочить из машины и спрятаться где-нибудь подальше отсюда, подальше от этого тупика, который приготовила ему жизнь. Но после взросления такое удовольствие стало слишком большой роскошью, поэтому ему не оставалось ничего, кроме как ждать пока Тэхен объяснит ему наконец, что происходит. — Признаюсь честно, всё кажется, хуже, чем мы думали. Он уронил лицо на ладони и как следует растёр. Внутри и снаружи творилось слишком много всего. Слишком много, чтобы он мог выдержать. Он с трудом сглотнул, ожидая слов Тэхена словно приговора. — Стало очевидным, что за тобой усиленно следят и сегодня у них был отличный шанс тебя забрать. Чимин вперился пустым взглядом перед собой и шестерёнки в его голове снова с ржавым скрипением заработали. Телефон зазвонил вновь. — Если они и правда так усиленно за мной следят, то в теории скоро должны были понять, что я не Чан, — с неясной надеждой предположил Чимин, но Тэхен покачал головой и мгновенно поспешил разбить все его розовые мечты: — Ты правда не понимаешь? Этим тупым ищейкам плевать, Чан ты или не Чан. Им достаточно того, что ты на него очень похож, а уж пробить ваще родство по своим связям самому Ли не составит труда. И тогда они будут действовать иначе. Тэхен замолчал, его лицо посерело и перестало что-либо выражать. Чимин уже видел что-то отдаленно похожее в его мимике и поведении вчера, когда они поцапались с тем ублюдком Хосоком. Будто внутри задели невидимую, но важную ниточку и она оборвалась. Отчего-то Чимин сомневался, что эта важная ниточка была как-то связана только с ним, Чимином, было там что-то ещё. Что-то, чего он опять таки не знал. А Тэхен прокручивал то, к чему вела эта нить в голове и явно не был доволен. Неужто что-то в этой истории повторяется? Или перекликается с той, что осталась в прошлом, вернее сказать? Захотелось отвернуться и дать Тэхену время разобраться с этим тёмным нечто, но времени у них определенно не было, поэтому он, на секунду засомневавшись, все же поторопил: — Как действовать, Тэхен? — Будут давить на тебя, и тут два варианта. Либо ты расколешься и скажешь, где он, что естественно не может сработать, потому что мы все блять не знаем где Крис и что с ним. И второй вариант — он сам выйдет на людей Ли, чтобы тебя оттуда вытащить. Тогда конец настанет обоим и игру можно официально объявить проигранной. — Ты думаешь... — "он правда сбежал?" — в этом есть смысл? Тэхен заглянул в его глаза и Чимин увидел в них что-то тёмное и мрачно серьёзное. Они не сказали друг другу ни слова о своих тщательно отгоняемых предположениях, но поняли, что они есть у обоих. — Не знаю, Чимин. Во всяком случае, они наверняка думают, что да. Чимин отвернулся к окну, отрешённо считая фонарные столбы, проносящиеся мимо. События продолжали накидывать все новых и новых проблем и не давали ни единого ясного пути решения, лишь слепые блуждания в темноте. Ему надоело натыкаться на тупики, но он никак не мог отыскать чёртов выход. Где же Чан, когда он так нужен? — Не думай об этом пока, — посоветовал Тэхен и на его лице появился намёк на приободряющую улыбку. — Просто будь осторожнее и держись нас, Намджун у нас действительно крут во всех этих планах, должен помочь. Светофоры и пробки закончились почти сразу как затих разговор. До гаража долетели на едва ли допустимых скоростях в гробовом молчании. Но переваривать предстояло не только это.

***

От смеси резких запахов, характерных для гаража и разнообразных ароматов острой пищи, стоящей на столике в зоне отдыха, его едва позорно не вывернуло у самого входа. Чимин про себя монотонно считал от одного до десяти, на третьем десятке внутри всё сжалось по другой причине. Знакомая серая иномарка вся в грязи после минувшего дождя припаркована аккурат у входа в гараж, но вселенское зло находилось не в самой машине, а значит где-то внутри гаража или в доме и Чимин не знал, что из этого хуже. Едва они вошли в прохладное нутро гаража, как по всему помещению прокатилась волна тишины, туша зачатки разгоравшегося спора. Мучительные три секунды заставили его с мазохистским неудовольствием мазнуть взглядом по каждому растерянному лицу и остановиться на том, которого мечтал бы не видеть до конца жизни. — Твою ма-а-ать, — с отчаянием протянул раздражённый Хосок, обречённо встретившись с чиминовым взглядом в упор. Чимин может и медленно соображает временами, но он не дурак. Шестерёнки в его голове наконец до чего-то да доскрипели. Когда Хосок оборачивается обратно на старших, с которыми неприкрыто спорил, Чимин уже почти не раздражён его поведением, потому что нечто, напоминающее злорадство, внезапно стало в нём сильнее. Наконец-то хищник почувствовал себя жертвой, запертой в клетке. Почувствовал себя тем, кем он был пару дней назад. Так ему и надо. — Скажи, что ты шутишь, блять. Какого хуя он тут делает, а? Сокджин хосоковы крики игнорирует, мгновенно материализуется рядом с вошедшими, хлопает Тэхена по плечу, вероятно, в знак благодарности и затем сразу же с укором шепчет что-то на ухо, Тэхен тяжко вздохнув мгновенно теряется в глубине гаража. Чимин с едва скрываемой тоской проводил его взглядом, внутри появилось чувство фантомной уязвимости, словно его лишили его временной шаткой опоры, но оно быстро перекрылось с готовностью предоставленной заботой старшего. Перед глазами появилось озабоченное сокджиново лицо, он проворчал что-то себе под нос и дотронулся до его лба, вероятно проверяя температуру. Потом недовольно всунул ему кружку обычного растворимого кофе с молоком и лёгким похлопыванием по спине проводил к зоне отдыха, по дуге огибая угрюмого недовольного Хосока, как огромную, грозящуюся взорваться, ядерную бомбу. Чимин с опаской смотрел на его злое лицо, вероятно, он готов был выдворять его отсюда любыми возможными способами. Пускай Чимин и имеет смутные преставления причин его нахождения здесь, но гордость разрешать гнать себя ссаной тряпкой точно не позволит. Он садится прямиком на середину дивана и старается держаться уверенно, чтобы как следует побесить Хосока. Рядом плюхается Чонгук, выглядящий едва ли лучше чем он сам. На его плечах покоится серое полотенце, которым он лениво вытирает влагу со слипшихся от дождя волос. Где-то неподалёку маячит такой же мокрый Юнги, Чимин фантомно чувствует его изучающий взгляд. Сокджин опускается в бордовое кресло рядом с диваном, держа в руках ещё две кружки кофе, попутно успевая уворачиваться от загребущих рук Чонгука. — А ты куда руки тянешь, молодой человек? Третья кружка в день — не слишком ли для твоего организма? — Отстань, Хён, и без тебя голова болит. — А чего ей не болеть с твоим образом жизни? Жуй сиди. Джей на удивление быстро сдается. Дуется и тянется к картонной коробочке с рамёном быстрого приготовления, молча засовывая тот себе в рот. Джин опускает кружки на кофейный столик, уставленный едой и без удовольствия ждёт конца убавившей громкость перепалки Намджуна и Хосока, в которой сам больше не участвовал. От близкого запаха еды желудок неприятно стягивает, тошнота неминуемо подступает к горлу, хочется выйти на воздух, но Чимин непоколебимо сидит исподлобья наблюдая за ссорой. Он солжёт, если скажет, что ему не нравится растерянность, граничащая с уязвимостью мелькающая в глазах Хосока после каждой фразы Намджуна. Он не успевает окончательно провалиться обратно в свои мысли о Чане и сегодняшнем дне в частности, когда Чонгук незаметно для других придвигается к нему ближе и шепчет: — Мы тебя сто лет ждали, ещё бы немного и пришлось ехать без тебя. Пора бы номерами обменяться хотя бы, Тэхен никогда не берёт трубку, без понятия, что я ему сделал. — Ты отвлекаешь его и зудишь под ухо, когда он занят. Удивлён, что он всё ещё не закинул тебя в чёрный список. Юнги нависает над их спинами, скрестив руки на груди и не выглядя особо довольным их внезапными сплетнями, но как ни странно говорит тихо, чтобы слышали только они двое. С такого ракурса Чимин находит его похожим на сурового тюремного надсмотрщика, вразрез с этим Юнги позволяет увидеть им тень лукавой усмешки на своих губах. Когда на секунду опешивший Чонгук понимает смысл сказанного и порывается ответить, Юнги уже отходит от дивана подальше и отворачивается. Чимин устало потёр висок и отпил из дымящейся кружки, пропуская через с трудом работающий фильтр в голове только что поступившую информацию. Тепло гаража и кофе в его руках порядком его разморили, заставляя ноющую внутри тревогу ненадолго перейти в фоновый режим. Кажется, он снова соображал ещё медленнее, чем обычно. — Ехать куда? Чонгук сделал вид, будто не заметил, что его просьбу обменяться номерами пропустили мимо ушей, дождался пока Джин, подозрительно взглянувший в их сторону, отвернётся обратно и затараторил на одном дыхании: — Хосок вчера озадачил нас информацией, что что-то нарыл, но не может сказать, пока не перепроверит ещё раз. Он уже поделился частью информации с Намджун-хеном и, вероятно, ему та не очень понравилась. — Чонгук замолчал так же резко и спонтанно, как и начал диалог. Потом его лицо едва заметно скривилось в гримасе, в смеси эмоций, отразившихся на мальчишеском худом лице, угадывалось негодование и нечто похожее на обиду, смешанную с опаской. Где-то внутри прятался страх. Страх, который храбрившийся Джей старательно запрятывал подальше и поглубже внутрь не только от окружающих, но и от самого себя. Чимин не был бесчувственным камнем, он понимал. — Опять эти его мутные связи, если бы не Чан, ради которого мы всё это делаем, я бы ему не простил всё это дерьмо, если честно. Он будто не хочет ничего менять в своей жизни, ненавидит просить о помощи, тупой придурок. Чонгук замолчал, понимая, что сказал лишнего, и тут же излишне старательно налёг на рамён. Чимин не знал и если честно знать не хотел, сколько "всего этого дерьма" этот придурок Хосок натворил и продолжал творить, преследуя какие-то свои неясные цели, но серьёзно кивнул словам Чонгука, он понимал. Если бы только они знали, сколько раз ему приходилось переступать через себя и делать что-то против своих принципов, напоминая, что всё это делается исключительно ради Чана. Чимин был не готов, что взгляд Хосока снова обратится к нему. Намджун продолжал ему что-то спокойно вещать, но он словно нарочно нечитаемо уставился на одну точку на чиминовом лице. Чимин с готовностью ответил тем же. Он едва удержался от того, чтобы показать этому придурку средний палец, жаждя увидеть его наверняка бурную агрессивную реакцию. Но Хосоку, словно прочитавшему это в его ответном немигающем взгляде, хватило их крошечной безмолвной баталии, чтобы снова завестись и без стеснения выплюнуть всё, что думает уже полностью обратив внимание на него одного: — Да он нихрена не знает об этом мире! Я не хочу отвечать за несмышленого щенка, не видящего перед собой никого кроме пропавшего хозяина. Мнимое чувство превосходства укоренившееся внутри растворилось в мгновение ока, оставив после себя знакомую скребущую пустоту, глупо было скрывать, что слова резанули по старым ранам. Чан был для него всем, и другом, и братом, и просто опорой в конце-концов, он последует за ним куда угодно, хоть на луну, если понадобится и никакие бесчувственные камни не смеют называть его несмышленым щенком, буквально приравнивая их отношения к бестолковой беспочвенной привязанности. Чимин готов поклясться, что никогда не бил и не имел желания бить людей, но в этот раз его кулаки сжались сами собой. Ему всего лишь хотелось заехать по этой озлобленной на всё человечество морде, чтобы он наконец заткнулся раз и навсегда. Чтобы никогда больше не смог ляпнуть того, что ляпнул сейчас. — Заткнись и молись, чтобы я тебя не ударил, Чон Хосок. Слова неожиданно вылетают не из чиминова рта. Тэхен появился из ниоткуда так же быстро как исчез и уже стоял аккурат между Хосоком и столом, преграждая Чимину угол обзора и путь. Все в неожиданности вскочили со своих мест, все кроме Чимина, в чьё предплечье железной хваткой вцепился Чонгук, потянувший его обратно на диван. Его круглые глаза, с упорностью заглядывающие в его словно кричали наивное "Не надо. Нельзя." Чимин повиновался, осознавая, какой серьёзной это может стать ошибкой. — Вот именно, что он ничерта не смыслит в этом и безопаснее будет держать его рядом с собой. И учить выживать. Чтобы не захотел научить кто-то другой. В сокджиновых глазах блеснуло что-то хладнокровное, странное. Что-то, что Чимину не доводилось раньше видеть и не удалось разгадать, что-то, к чему он понятия не имел как относиться. На место пылающего адским огнём пламени внутри пришла холодная неповоротливая глыба льда, Чимин откинулся обратно на спинку дивана, явно заставив Чонгука с облегчением выдохнуть. Хотелось встать и уйти, но что-то подсказывало ему, что он очень пожалеет, если сделает это, поэтому вновь мысленно считая от одного до десяти и обратно, он старался успокоиться. Ради Чана. Только ради брата. Чимин Сокджина знал, но не узнавал. То же лицо, те же привычки и голос, но все равно будто что-то не то. Дело ли в пресловутом "люди меняются"? Или было что-то ещё? Ему не нравилось чувство, которым заполнялись его лёгкие, когда он много думал об этом, но не думать не получалось. Сокджин спокойно смотрел на из последних сил бушующего Хосока, по видимому сменив тактику переговоров. Хоуп впечатлённым не выглядел, но не найдясь с ответом, поджал губы и на удивление быстро затих. Словно сдулся как воздушный шарик, приземлился на дальнее кресло, скрипнувшее старыми пружинами, и отвернулся к высокому окну. Чимин проследил весь его путь взглядом, на секунду задержал глаза на умиротворенно кружащейся в воздухе пыли, мелькавшей в солнечных полосах света, а затем мрачно бросил невзначай: — Не все рады меня видеть я смотрю. Радужка Джина на просвет отдавала болотно-зеленым, а не карим, как ему всегда казалось. Чимин не знал об этом, пока тот не бросил на него долгий взгляд боковым зрением. Чонгук повёл плечом, следя взглядом за своим парнем, кружащим рядом с остальными старшими, готовый в любой момент полезть их разнимать, в чем уже вероятно не было нужды. — Они не знали, что ты приедешь. Чимин тем же безрадостным тоном ответил только чтобы не молчать, тишина давила на уши: — Ещё лучше. Чонгук откинулся на спинку дивана и шумно выдохнул, явно утомлённый этим разговором. Он перебирал пальцами сырое полотенце, отпечатавшееся на драных синих джинсах мокрым пятном и то ли пытался соскочить с темы, чтобы не раздувать скандал, то ли не нашелся с тем, что сказать. Чимин отзеркалил жест и растёкся по спинке дивана, краем глаза наблюдая, как Джин без интереса хозяйничал на столе, освобождая место для его коробочки с рамёном. Джей повернулся к нему лицом и поджал край губ, словно это у него здесь было право возмущаться, у Чимина не было ни сил, ни желания анализировать происходящее, морально он находился на грани того, чтобы залечь в спячку на ближайшее столетие, чтобы наконец не видеть, не слышать, не чувствовать. От Чонгука пахло мятной жвачкой и кофе, через сетчатые вставки на красной толстовке виднелась покрытая мурашками кожа, он заговорил тихо и будто бы виновато, едва заметно проглатывая шипящие звуки. — Ну, ты же знаешь какой у нас Хосок. Не хотели провоцировать конфликт лишний раз. — Ага, я так и понял. — Чимин, клянусь, если Хосок услышит, он меня прикончит, но думаю твоя обида станет меньше, если я скажу. Может по Хоупу и не скажешь, но по нему действительно сильно ударило исчезновение Чана, он и раньше то был не подарок, а после... Совсем замкнулся что-ли? — Чонгук заправил выбившиеся из общей массы сырые пряди за уши, продолжая тихо тараторить ему почти на самое ухо. — Совсем невыносимый стал, в дерьмо какое-то влез вот. Цепляется к любой мелочи, что по его мнению связана с Чаном и мчится проверять. За это время стоящими оказались от силы парочка, да и те никуда не привели в итоге, мы чувствуем, что его это ранит. Но он правда питает слишком много надежд, когда несётся разбираться. Поэтому, ну, проверять каждую зацепку всем вместе не имеет смысла? Чонгук задумчиво уставился в сводчатый потолок гаража, жуя щеку изнутри, словно ничего только что ему и не говорил. Чимин с трудом заставил себя мучительно медленно переварить, закрыв глаза. В его и без того туманной картине мира эти части никак не хотели стыковаться в один в целостный факт. — Вот... Значит как. Тэхен, ничего больше не говоря, ушёл на улицу, напоследок хорошенько задев бедром спинку кресла Хосока, тот дёрнулся, но сжал челюсть и промолчал. Между этими двумя происходило что-то странное блять. И это показалось Чимину весьма интересным. — Чонгук. — Ммм? — Мне казалось, что в первый день нашего знакомства Тэхен жаловал Хосока больше, чем сейчас. — У них давно разлад. Они то перебрасываются смехуёчками как лучшие друзья, то глотку друг другу перегрызть готовы. После твоего появления так особенно. У Тэхена... Как бы так сказать, — Чонгук снова замялся, пожевав губу, словно решая, стоит ли говорить, - блять, главное не спрашивай об этом его, хорошо? Он всё равно не скажет ни за что, — Джей сгорбился и отвернулся в сторону так, чтобы его лица не было больше видно, — в общем, в прошлом они очень сильно повздорили и мы думали, что они всё решили, но видимо нет. Отголоски дают о себе знать, сейчас все на нервах ещё. — В общем, подумай дважды, прежде чем ответить. Слова Намджуна прозвучали неожиданно громко, словно окончательно ставили точку в их разговоре и сообщали об этом всем. Глаза Хосока распахнулись и сверкнули злобой. — Намджун, я не... Джин схватился за виски, болезненно потирая их пальцами. Отсекая зачатки новой ссоры на корню, он громко устало произнёс так, чтобы слышали все: — Давайте сначала поедим, а потом продолжите препирательства. Вероятно, это был единственный возможный компромисс, который устроил всех уставших парней, рассевшихся вокруг маленького стола, словно кучка младшеклассников на обеде. Тэхен присоединился спустя десять минут, от него стойко несло табаком. К огромному облегчению нервных клеток Джина, Хосок с ними не ел. Его глаза под бледными закрытыми веками нервно бегали и Чимин сделал вывод, что тот просто делал вид, что дремал. На секунду стало интересно, о чём может думать такой человек как он, но Чимин поморщившись отогнал эту мысль. Какого хера его должен интересовать беспорядок, творящийся у этого придурка в башке? На время еды настала короткая пятнадцатиминутная тишина, каждый знал, что та была лишь секундным затишьем перед бурей и скоро атмосфера вновь накалится. Джин на пару с Чонгуком с трудом впихнули в него чуть меньше половины порции рамёна и лишь тогда оставили его в покое, занявшись своей едой. Чувствуя неприятную тяжесть в желудке, Чимин откинулся на спинку дивана и без интереса читал постоянно обновляющийся чат его университетской группы. Опять назревали очередные бесполезные внеучебные творческие мероприятия, нацеленные на сближение коллектива. Чимин в сближении не нуждался, лишь отмечался в диалоге для галочки и успевал придумывать едва ли правдоподобные отмазки, чтобы во всем этом хуебесии не участвовать. Ему было далеко не до этого сейчас. Всё его внимание всегда было обращено на поиски Чана и ему ни капли не было стыдно. Он просто иначе расставлял приоритеты. Брат всегда будет для него на первом месте, что бы ни случилось и ничто это не изменит. Он пятую минуту подряд лениво перебрасывался тупыми мемами с Хёнбином, когда Намджун наконец отложил палочки, вытер рот от острого соуса бумажной салфеткой и спросил: — Так что с информацией, Хо? Хосок отозвался почти сразу, хотя голос его звучал так, словно он действительно дремал или собирался дремать. — Засекли мотоцикл, похожий на мотоцикл Чана. — Просто похожий, прикалываешься? — Юнги, лениво колупавший палочками в своей порции рамёна, скептично поднял бровь. — А что нам остаётся блять? Можем ждать дальше! Игнорируя язвительные комментарии Хосока, Намджун полез в телефон, попутно задавая вопросы, чтобы получить недостающие подробности. — А что по номерам? — Не знаю, мне скинули фотографии и на них ожидаемо нихера не видно. — Где он? — На штрафстоянке, я скинул геометку, его бросили в черте города вчера утром, нам разрешили съездить посмотреть. В любое время до восьми вечера, я договорился. Чимин сглотнул. Неужели? Неужели в этот раз им повезло и они что-то нашли? Пускай мотоцикл и выглядел странной находкой в контексте их ситуации, Чан слишком его любил чтобы, чтобы бросить в какой-то глуши. Краем сознания Чимин уже воображал причины произошедшего и в каждой вариации развития событий Чану нужна была их помощь. В груди все неприятно сжалось. Им стоило ехать немедленно, судя по лицам переглянувшихся старших, думал так не только он. Чимин подхватил рюкзак, отряхнул его от каких-то чудом доехавших с ним до самого гаража налипших жухлых травинок и с готовностью смотрел на Сокджина, но его хмурое лицо на секунду заставило Чимина задуматься не собирается ли Джин-хён тоже сделать ему какую-то подлость сейчас. Он был готов отстаивать свое мнение не хуже зло оскалившегося, словно дворовая псина, Хосока. — Он не поедет, нехер всей толпой тащиться! Джин вздохнул и жестом прервал его, вновь распалившегося и готового вновь устроить ссору. Казалось, что в этот раз Хосок уступать уж точно не собирается, но Сокджин твёрдо стоял на своем, пригвождая его к месту каждым словом. — Во-первых, один человек ничего не изменил бы, а во-вторых, все и не поедут. Намджун протянул мужчине бутылку воды и кивнул, поясняя: — Нам с Джином срочно нужно уехать по делам мастерской, ничего серьёзного, просто возникли кое-какие проблемы с бумагами. — Как знал, что нужно было вчера одному съездить. — Так чё ж не съездил? Тэхен сидел на спинке дивана полубоком и скрестив руки на груди смотрел на Хоупа с вызовом, Хосок с готовностью собирался отозваться на такую очевидную издевку. — Тэхен, я могу рассчитывать на твою помощь? Тэхен в недоумении поднял бровь. Конечно, Чимин был знаком с ними не так давно, но из того, что он успел заметить, создавалось впечатление, что Тэхен отвечал больше за непосредственно работу в мастерской, а не "проблемы с бумагами", как выразился Джин. Тэхен без удовольствия кивнул и не глядя больше на Хосока ушёл вслед за Намджуном, судя по всему, отправившемуся к машине. Сокджин, вероятно, хотел сказать что-то ещё, но просто кивнул и пробормотал что-то похожее на пожелание удачи, тоже удалившись.

***

От Хосока стойко несло табаком и химозной мятой — скорее всего шампунь, а ещё вид вне полумрака гаража у него был до того уставшим, что даже смотреть было боязно. После произошедшего вчера никто в присутствии Чимина тему его работы не поднимал и он отчасти даже был рад. Хоупа в его жизни стало до тошноты много и Чимин бы с удовольствием вычеркнул его из неё вовсе. Хосок уже давно перешагнул безобидную черту "неприятный тип" и теперь болтался где-то между неоднозначными "невыносимый опасный кретин" и "тронешь — убьёт". Опершись бедром о собственную машину, он пустым взглядом смотрел куда-то в ещё грязновато-жёлтое от прошлогодней травы поле и курил явно не первую по счету сигарету, неаккуратно стряхивая пепел себе под ноги. Когда Чимин неосторожно хлопнул тяжёлой дверью гаража, его обдало таким холодком от его тяжёлого взгляда красных глаз, что на секунду он застопорился и решил, что ехать действительно плохая идея. Но гордость и неожиданные проблески здравомыслия ни за что не позволили ему сдать назад. Следующим неприятным известием стал вполне очевидный факт — терпеть Хосока придётся в непосредственной близости к этому типу, потому что заднее сиденье было мгновенно занято уже прилипшей к друг другу парочкой соулмейтов. Чонгук послал ему извиняющийся взгляд, а вот Юнги выглядел едва ли виновато, скорее прохладно беспристрастно как всегда. Стоило Чимину опуститься на шуршащую кожу сидения и ощутить уже знакомый тошнотворный запах сигарет и ароматизатора для машины, как к нему вернулся неприятный осадок, проходящий липким холодком вдоль спины и гоняющий по всему телу нервное оцепенение. Хосок ему не просто неприятен, он без сомнений мог сказать, что он всей душой его ненавидит. Чимину нравилось злорадствовать и видеть его горечь и растерянность со стороны, но снова оказаться с ним бок о бок, как при первой встрече, он был не готов. От Хосока исходила какая-то неясная сила и угроза. Ему не хотелось знать, что будет если излучающаяся опасность достигнет уровня "критично". Он крутил в руках брелок с пандой, не вовремя отцепившийся от кармана рюкзака, и делал вид, что ему охренеть как интересно разглядывать пустынный серый вид пустого участка дороги за окном. Перед глазами стоял тот злополучный вечер, когда его запихнули в эту машину в первый раз, запястья прошибло фантомной болью и он с трудом подавил желание проверить, не остались ли там ещё какие-то следы. Против воли вспоминалась первая встреча, на секунду показалось, что он снова в воняющем сыростью подъезде слышит его бесцветный голос. " —… Где он? Ты же знаешь, что бывает за невыполнение поручений, Чон? — Я уже сказал господину Ли, что найду его, не вмешивайтесь." Что-то в этой фразе заставляло его внутренне выворачиваться наизнанку, но он никак не мог понять, что именно, кроме очевидно прямым текстом прущей угрозы, он гонял её из раза в раз и никак не мог зацепиться за что-то совершенно явное, лежащее на поверхности. Я уже сказал господину Ли, что найду его, не вмешивайтесь. Я уже сказал господину Ли. Господину Ли. Твою мать. Господину Ли. Теперь имя в памяти не казалось серым и безликим. Коря себя за невнимательность и забывчивость, он постарался с точностью воспроизвести в памяти и другой диалог, услышанный вчера. Мозг придавленный лихорадочно мелькающими обрывками мыслей и воспоминаний снова работал крайне медленно, словно решив, что сейчас точно необходимо использовать энергосберегающий режим. "— Есть тут один бизнесменишка, зовут Господин Ли. Подмял под себя всю полицию в городе и спокойно приторговывает наркотой и оружием. Мы предполагаем, что Чан ему дорогу перешёл, больше некому." В носу почудился запах крови, словно пробкой забившийся в ноздри и не дающий чистому воздуху добраться до нуждающихся в нем лёгких. Он, не успев себя остановить, машинально коснулся верхней губы, но там ничего не оказалось. Ничего не мешало дышать, но так невыносимо сильно захотелось открыть окно. Чимин задержал дыхание и отвернулся к окну, тщетно стараясь восстановить шаткое равновесие внутри себя, сбитый столку он коснулся лбом холодного стекла, терпеливо дожидаясь момента, когда его наконец отпустит. Пальцы в перчатках продолжали перебирать по рулю, методично поскрипывая. Чимину показалось, что он не сможет ассоциировать этот звук ни с кем, кроме ублюдского Хосока с его ублюдскими непонятными загонами и не менее ублюдскими тайнами и намерениями. Два паззла в его голове никак не желали складываться в часть общей картины, словно были частями двух совершенно разных головоломок: Хосок знает, что его ищут и имеет с ними какую-то связь, но не пытался выдать им его координаты ни разу за все это время. Его мутная шайка бандитов, с которой он трётся слишком подозрительно, напоминает ему то, о чём парни поведали ему вчера. А может он просто накручивает себя, мало ли сколько людей с фамилией Ли может быть в их городе? Однако там явно была какая-то странная компания, которая не сулила ничего хорошего. Чимин сомневался, что они решили сыграть в благородство, там было что-то ещё. Было ясно лишь, что творится какое-то дерьмо, которое он никак не мог пока объяснить. Хосок в его глазах стал ещё более чертовски мутный и непонятный, излучающий свинцом повисшую в воздухе ауру опасности, убивающую все хорошее в радиусе километра. В зеркале отражались цепкие карие глаза, смотрящие прямо в его не то с вызовом, не то с неприкрытой неприязнью и злорадством. В том избытке чувств и воспоминаний, водоворотом закружившим его, он тщетно не мог ничерта распознать. На секунду показалось, что Хосок всё знает. — Я надеюсь, вы не собираетесь миловаться на заднем сидении моей машины, голубки? — Смотри на дорогу, Хосок. Чимин вздрогнул и обернулся меж сидений назад, стараясь не столкнуться ненароком взглядом с наблюдающим за ними Хоупом. Чонгук нервно сопел на заднем сидении, пялясь в телефон, тесно прижатый к груди Юнги рукой старшего и на диалог старших намеренно не обративший внимания. Чимину показалось, что щёки Джея слегка порозовели, как и уши. По ощущениям его загорели тоже. Чимин уловил жесты, выдававшие его, Чонгука, волнение. Первое время в его телефоне мелькали разноцветные картинки манги, которую он без интереса прокручивал от главы к главе, а к середине дороги и вовсе расфокусировались, чёрные глаза не бегали по изображениям, просто замерли в одной точке. Губы Юнги были прижаты к лохматой макушке младшего, бледной ладонью он поглаживал его по плечу в жесте успокоения. Уши старшего были заткнуты наушниками, в минуты тишины были слышны тяжёлые басы, доносившиеся из них. Казалось, он не слышал даже собственные мысли, забивая голову посторонним шумом, эта мысль показалась Чимину очень знакомой. В моменте, когда Юнги приоткрыл один глаз, почувствовав его взгляд, Чимин спешно отвернулся, не сумев, впрочем, сделать непринужденный вид, розовые щеки мгновенно выдавали его с потрохами. В сторону водителя он не смотрел, слышал лишь надоедливое перебирание кожи перчаток по рулю и его тихое дыхание. От Хосока не хотелось отворачиваться, но и пристально следить за каждым его движением вызывало отвращение, Чимин уперся взглядом в лобовое стекло и старался не позволять рукам дрожать. Он его не боится. Не. Боится. Блять. И того, что ждало их где-то на сраной штрафстоянке на другом конце города тоже. Гаденькие мысли, как пауки, то и дело все равно доползали до его мозга и стремительно оплетали ядовитой паутиной всё его сознание. Чан не расставался с мотоциклом ни на день, тот стал едва ли не продолжением его тела. Чимин не верил, что брат мог бросить такую дорогую для него вещь добровольно. Если мотоцикл действительно окажется тем самым — значило ли это, что игра, правил которой они и без того не знали заведомо проиграна? Что если... Искать уже некого? Он зажмурил глаза, как от удара и незаметно для других потёр висок, мигрени вновь вернулись и принесли с собой навязчивые мысли и возможно галлюцинации. И вправду недолго свихнуться. Они тормознули у какой-то забытой богом не то заправки, не то автомойки и еще с минуту сидели, не глуша мотор в тишине. Невысокий полный дядечка в серой потертой временем униформе вышел на крыльцо и помахал им рукой. Чонгук не выдержал первым. — А если его продали? Или банально угнали? Да с ним что угодно могли сделать! — Думаешь, Крис позволил бы? Прервав перепалку, Юнги привёл свой аргумент, на котором едва зародившийся разговор и иссяк: — Мотоцикл не обязательно приведет к владельцу, уж извините, парни. Но что-то мы да выясним сегодня. Он вылез из машины первым, Чонгук прошмыгнул следом, Чимин вновь позволил панике пробраться в свои лёгкие. Столкнуться с первой настоящей зацепкой лицом к лицу оказалось гораздо труднее, чем находиться в непрерывном её поиске долгие месяцы. Чимин сглотнул, не шелохнувшись с места, Хосок сжал руку на ручнике, заметно занервничав. Чонгук любезно открыл ему дверь, протягивая руку и помогая выйти из машины.