Нарочно не придумаешь

— Сколько лет сколько зим, Рампо Эдогава. Я очень скучал по тебе, а ты? — А я надеялся, что ты уже несколько лет и зим в гробу переворачиваешься, — небрежно бросил детектив, пытаясь придумать план освобождения, при выполнении которого, он не пострадает физически, а вот морально, это уже другой вопрос. Датэ Иошихиро — единственный человек, который смог по настоящему заслужить ненависть Рампо за пару секунд после знакомства. Он был тем самым парнем, который превратил жизнь детектива в полицейской академии в ад. Этот человек может убить, пытать и избить, сыщик знал это на своём опыте. — Хм, как грубо, — парень жалостливо поджал губы, а затем хищно ухмыльнулся. — Тогда я силой достану твои слёзы и крики. Представлю, что это не от боли, а из-за невыносимой тоски по мне. Рука Датэ потянулась к чужой талии, а ладонь закрыла рот Эдогавы. Рампо готов был сделать что угодно, лишь бы Томмо убрал свои мерзкие конечности. Он мычал что-то неразборчивое в руку блондина, но тот не обращал никакого внимания на это. — Я знаю, что тебе не хватало моих прикосновений, но мог бы ты вести себя немного потише? — всё в этом отвратительном человеке вызывало тошноту. А особенно, этот фальшиво ласковый тон. Сыщик с трудом смог приоткрыть рот и сильно укусить преступника. — О нет, я буду как можно громче, чтобы люди за дверью услышали, — коварно ухмыльнувшись, промолвил он. — Ох, как же с тобой сложно. Не заставляй меня снова использовать рагипнол , — дурацкая улыбка мгновенно исчезла, а губы скривились в злобной усмешке. — Снова…? — у Рампо словно из-под ног убрали землю. Он как будто очутился один в океане, задыхаясь от собственной беспомощности и захлёбываясь солёной водой. У Эдогавы в голове сложился паззл. После нескольких недель пребывания в академии у него появилась сонливость и бессонница. Ты хочешь спать, но не можешь. Это было ужасно ощущать на протяжении нескольких месяцев. А так же присутствовала повышенная раздражительность и частичная апатия. Все эти факторы были побочным эффектом от рагипнола. — А что? Не помнишь? — голубые глаза блестели холодом под светом луны. — Какая неловкость, — на губах снова заиграл хищный оскал. Эдогава понимал, что это может быть чистым враньем, чтобы на время сбить его с толку и использовать как рычаг давления. Больше всего детективу не хотелось, чтобы сказанное Иошихиро оказалось правдой. — Ты мне нравишься больше, когда помалкиваешь и покорно лежишь, не сопротивляясь. Так что у меня есть кое-что для тебя, — перед глазами сыщика появился маленький прозрачный пакет с несколькими таблетками. — Ты же великий детектив, догадаешься что будет с тобой дальше? — А ты? Догадаешься, что случится, если я закричу? — Рампо пытался тянуть время, как мог. Если он примет этот препарат — дороги назад не будет. — Догадываюсь. Ты умрёшь, — парень мило улыбнулся и продемонстрировал пистолет, прикрытый ночной рубашкой и блестящий сталью. — Зачем тебе было подсыпать мне этот препарат? — сыщику было искренне интересно узнать, что творится в голове этого сумасшедшего. — Ты испортил мою репутацию в академии, а я испорчу тебе жизнь — так я подумал. Первое — галлюцинации. И ведь правда, твоя любимая тень стала появляться гораздо чаще, не только во сне. Второе — сонливость и бессонница. Я избавил тебя от сна. Третье — покорность. Одним из побочных эффектов препарата является раздражительность, а вместе с бессонницей это идеально. Ведь человек с отсутствием сна вменяем, податлив и максимально контролируем. Таким образом у меня появлялась возможность все чаще заставлять тебя употребить это снотворное, но в большом количестве он становится наркотиком. Ну, а пока ты был не в состоянии сопротивляться, я получал удовольствие не только от превращения твоей жизни в кошмар, если ты понимаешь о чём я. Детектив понимал, но не хотел верить в услышанное. Его насиловали, пока он был под действием наркотиков. Рампо нечего было на это сказать, ему оставалось лишь тихо лежать, пока в голове творилась полная неразбериха. Паника нарастала, поскольку теперь Эдогава знал возможности этого преступника. — Осознавать, что тебя трахали несколько раз, а ты этого даже не знал на протяжении семи лет. Забавно, правда? На самом деле, я получил невероятное удовольствие от твоего потерянного вида. Ты в отчаянии — это лучшая месть тебе за все сказанные ранее слова. А теперь, когда ты узнал о своём прошлом побольше, я могу немного поразвлечься. Будь паинькой и открой ротик, — из пакета было изъято две таблетки, что являлось не нормой. У детектива в голове был полный беспорядок. Он одновременно обдумывал произошедшее и план спасения. Если он сейчас закричит, то Осаму точно его спасёт, но так же была вероятность, что Иошихиро успеет засунуть ему таблетку в рот. Про пистолет тоже нельзя забывать. Пока Рампо размышлял, преступник действовал и положил ладонь на изящное бедро сыщика, которая медленно скользила выше. Ухмылка на его губах становилась более зловещей, а рука приближалась к паху. Даже в такой ситуации Эдогава пытался мыслить рассудительно. Если он позволит сделать с собой это повторно, то не сможет больше уважать себя и жить с таким грузом на плечах. Был второй вариант развития событий: он закричит, его спасут, а от таблетки он может избавиться вызвав рвоту, пистолет нужно как-то незаметно отнять. Второй план был более подходящим: ждать. Дазай точно подумает, что что-то случилось, когда пройдёт достаточное количество времени. Была и обратная сторона медали, поскольку Рампо не хотелось бы, чтобы напарник застал его в непотребном виде. Сыщик принял решение окончательно, когда Датэ задрал подол платья. Ноги и пах обдало холодом. Но кричать рано, оружие всё ещё оставалось проблемой. Самый великий детектив не был бы им, если бы не смекалка. Рампо тихо простонал, наблюдая потерянное лицо Иошихиро. — Хм, это уже интересней, — усмешка на губах стала ещё шире, а руки к ужасу сыщика, отправились изучать чужое тело дальше. Эдогава плавно провёл холодной рукой по торсу преступника, вызвав этим действием ещё более шокированную реакцию. Нащупав пистолет, детектив напоследок еще раз простонал, чтобы ослабить бдительность и резким движением лишил преступника оружия. Холодное дуло было направлено в лоб Датэ, но его рука не остановилась и коснулась члена Рампо. Не в состоянии этого больше выдерживать, он разомкнул ранее стиснутые зубы и закричал, что есть силы. Как только он открыл рот, то почувствовал таблетки, которые сразу протолкнули ему прямо в глотку. Эдогава сильно закашлялся и проглотил медикаменты. Глаза наполнились страхом, на лице Иошихиро сверкала коварная улыбка, а дверь резко открылась. Суицидник влетел в комнату, застыв на месте от увиденной картины, но озадаченность ситуацией сменилась злостью и уверенностью, когда тот увидел детектива, который прикрывался чёрной шёлковой простыней, на кровати рядом с ним лежал пистолет, а в глазах стояли страх и слёзы. Шатен молниеносно подбежал к преступнику и, заломив руки за спиной, скрепил их металлическим наручниками, попутно прижимая тело к ковролину ногой. — Сато, вызывай полицию, — громко крикнул он и быстро сел к Рампо на постель. Нога Дазая находилась на спине преступника, который даже не сопротивлялся. — Всё хорошо? — тревожно спросил Осаму, держа сыщика за плечо. У Эдогавы хватило сил только на то, чтобы поддаться вперёд в объятия парня и прижаться к нему, а дальше всё как в тумане. Детктив потерял сознание от стресса.

***

— Ты уверен? У нас могут быть большие проблемы, — брюнет взволнованно оглядывался. — Рот закрой. Если нас и заметят, так это из-за твоей вечной болтовни, — Иошихиро сосредоточенно высыпал парашок в напиток. Это была обычная вода, поскольку высокомерный всезнайка точно не будет пить алкоголь. — Но всё же…— его прервали тихие шаги, от которых оба студента подскочили на месте. Датэ по быстрому растворил гранулы медикамента в жидкости и всунул стакан в подрагивающие руки парня. — Действуй по плану и не натвори хуйни, а не то твоя сестрёнка познает взрослую жизнь, — блондин тихо посмеялся и злобно ухмыльнулся, подталкивая брюнета к шумному залу. Вечеринка, на которой собралась большая часть студентов академии, была в полном разгаре. Никого не смущал тот факт, что это был заброшенный корпус общежития. Громкая музыка из колонок оглушала, неоновые лампочки заставляли жмурится, разноцветные круги бегали по стенам с ободранными обоями. Подростки веселились на танцполе. Ведущий, подключив микрофон к колонке, говорил: — Хей, мы рады собрать вас здесь! Повеселиться от души это то что надо после нудных лекций преподавателей! Танцуйте как в последний раз, потому что после этого море алкоголя с закусками вас ждут! Главное с утра — не проснутся в канаве или с незнакомым вам человеком в одной постели! — толпа разразилась хохотом. — Всем хорошей ночи!!! Тусовка продолжалась, но не все желали быть затоптанным на танцполе, потому несколько студентов сидели в углу на стульях и тихо о чём-то беседовали с друзьями. Эдогава скучающе оглядывал толпу, в надежде найти своего единственного друга в этом учебном заведении — мед-брата. Его сюда заставил пойти какой-то парень, по словам которого, мед-брат тоже будет присутствовать. Якобы, тот ещё молодой и недавно выпустился из медицинского колледжа, а потому не против ещё погулять на вечеринках. Со временем, на танцполе толпа уменьшалась и все больше знакомых и друзей собирались в группы, что то бурно обсуждая. А Рампо с каждой минутой все больше хотел покинуть это место, но неожиданно из толпы возник какой-то парень и устремился к будущему детективу. — Ем, привет, — Эдогава скучающе осматривал его. Брюнет и был тем, кто позвал его на эту тусовку. — Ага. Что такое? — немного грубо ответил подросток, ожидая узнать причину, по которой к нему подошёл этот чудак. — Не хочешь воды? Просто ты тут уже давно сидишь, наверное и горло уже пересохло, — сбивчиво проговорил брюнет, протягивая будущему сыщику стакан. — Спасибо, — Рампо сомневался, но все же выпил, на вкус — обычная вода, запах отсутствовал, и он расслабился. — Твой друг мне написал, что придёт через несколько минут. Мне тут немного скучно, потому что мои друзья ушли пить алкоголь, а я не любитель. Можно сесть рядом с тобой? — он не казался будущему детективу плохим человеком, поэтому кивнул на пустующий стул рядом с ним. — Спасибо, — смущённо улыбнулся брюнет. Они немного разговорились. Эдогаве было с ним не особо интересно, но, чтобы развеять скуку, вполне сойдёт. Диалог протекал спокойно и у будущего детектива улетучились все подозреня по поводу этого парня. Спустя некоторое время Рампо почувствовал лёгкое головокружение и тошноту. — С тобой всё нормально? — обеспокоенно спросил новый знакомый. — Что-то голова кружится, — неразборчиво проговорил подросток. — Если хочешь, могу отвести тебя в одну из комнат общаги. Полежишь, может станет лучше. А я напишу твоему другу в какой ты комнате. У Эдогавы не было другого выбора, кроме как согласиться. Ноги почти не держали, музыка давила на уши, взгляд расплывался. Он даже не заметил, как с помощью этого парня, имя которого он даже не знал, они уже пришли в комнату. Потёртые обои, старые скрипящие кровати и сомнительные матрацы. Но даже не смотря на эти нюансы, будущий сыщик устало свалился на кровать, которая протяжно скрипнула под весом парня. Брюнета как не бывало, а на его месте стоял Датэ Иошихиро. Торжествующая ухмылка не сползала с его лица, он медленно подходил к кровати, на которой мирно спал Рампо. Для Эдогавы конец наступил ещё тогда, когда он выпил воду с сильным снотворным.

***

Одинокая машина ехала по пустой трассе. Луна освещала все вокруг, Леса сменялись полями, деревнями и маленькими поселениями. Природа затихла, птицы спали и все жители тёмного леса тоже погрузились в глубокий сон. Детектив проснулся от споров коллег, но он не мог разобрать ни единого слова. Голова болела, уши заложило, тело не хотела двигаться и глаза под грузом усталости не открывались. — Это полный п…— немного истерический голос медсестры прервал громкий бас Куникиды. — Выбирай выражения, Йосано, — идеалист сосредоточенно наблюдал за дорогой. — Так что в итоге произошло? — Дазаю оставалось лишь тихо сидеть и наблюдать за метаниями врача, но он не понимал ничего. Что произошло с сыщиком? Почему он уже не просыпается час? — Рагипнол. Одного слова было достаточно, чтобы привести суицидника в ступор. Об этом препарате он слышал мельком от знакомых. Всё что Осаму про него знал, было из новостей про жертв изнасилований. — Когда он вернётся в сознание и сколько длится действие препарата? — Дазай действительно чуть не умер от страха, когда застал полураздетого сыщика с пистолетом в руках в спальне преступника. — Он проснётся тогда, когда возьмёт себя в руки и откроет глаза. Рампо сейчас на половину в сознании, но даже если придёт в себя, толку от него будет немного. Речевой аппарат, на определённое количество времени, почти не работает. И что-либо делать он тоже будет не в состоянии. Препарат действует от двух до восьми часов, смотря сколько он принял. Я буду даже рада, если Рампо будет спать всю дорогу, потому что самый сильный эффект приходится на первые два часа. Мне бы не хотелось видеть, как мой друг страдает от головной боли, тошноты и даже не в состоянии что-то сказать или сделать. После подробного пояснения врача, Дазай замолчал. Ему очень хотелось расспросить детектива, при каких обстоятельствах ему пришлось принять этот наркотик. Куникида с силой сжимал руль автомобиля, а Йосано, глубоко вздохнув, надела наушники и погрузилась в беспокойный сон. Осаму разглядывал сыщика и гадал, через что Эдогаве пришлось пройти за те минуты, что он находился в спальне преступника. Рампо не знал, что ему делать с той информацией, которую преподнёс Иошихиро. В его жизни почти ничего не изменилось, ведь все эпизоды связанные с академией остались в прошлом. Да, больно, тяжело, омерзительно, но я уже ничего не изменю. Всё что можно было сделать, это спасти себя от очередного изнасилования от Датэ. Детектив принял решение, что постарается не акцентировать своё внимание на том, что происходило в прошлом. "Так будет проще игнорировать боль", — пронеслось в мыслях Эдогавы. Всю дорогу никто не смел нарушать тишину. Куникида думал, стоит ли говорить о произошедшем Фукудзаве-сенсею. С одной стороны, начальник и по сути отец Рампо-сана, но с другой, это решать только самому детективу. Йосано размышляла о том, как помочь другу справится с ситуацией. Она знала, что ему больно, но нуждается ли он в её помощи? Она самая близкая его подруга и ей придёться ему помочь, даже если Эдогава этого не захочет. Он не переступит через свою гордость и никогда не попросит о помощи, поэтому Акико попробует рискнуть. Она уже рассуждала о разговоре, который должен скоро произойти. Йосано спасёт Рампо от самого себя. Дазай находился в полном непонимании, что ему следует сделать. Он друг сыщика и обязан хоть что-то предпринять для поддержки. Проблема заключалась в том, что суицидник не умеет этого делать. В мафии существовали только его личные проблемы и решал он их самостоятельно. Он вырос среди преступников и убийц, для которых поддержка другого человека была слабостью, а потому Осаму и не научился с детства правильного взаимодействия с людьми. Только с мафиози. Понятное дело, что Дазаю хотелось облегчить страдания детектива. Он не позволит сыщику думать, что несёт этот груз в одиночку. Бывший мафиози не бросит второго друга в жизни и не позволит ему умереть. Осаму хватило Одасаку. Четыре часа прошли незаметно. Доппо припарковал машину рядом с домом Эдогавы. Когда врач проснулась, неожиданно попросила Осаму об услуге. — Дазай, можешь провести эту ночь вместе с Рампо? Если он очнётся, я и не знаю, что будет у него на уме. Я боюсь. — Не думаю, что Рампо оценит этот жест доброй воли, но твои переживания мне понятны, а потому, если он спросит, могу ли я сказать, что это была твоя идея? — он уже представил, как Эдогава на него кричит, когда увидит суицидника в своей квартире. — Всё что угодно, только останься с ним, — Акико была растеряна и ей было неловко просить коллегу остаться с её другом на ночь, так ещё и без ведома хозяина квартиры. — Не бойся, я постараюсь ему всё объяснить. Детектив уже несколько часов мучился от головной боли. Галаза упорно не открывались, будто веки были склеины. Но спустя час попыток, он все же взял себя в руки и распахнул глаза, осматривая присутствующих размытым взглядом. — Рампо! Я так переживала. У тебя что то болит? — медсестра взяла холодную ладонь сыщика в свою. Эдогава лишь неразборчиво что то проговорил, после чего максимально чётко и кратко попытался донести свою мысль. — Домой. Дазай, спохватившись, вышел из автомобиля, открывая дверь для сыщика и помогая ему встать с сидения. Он, конечно же, понёс бы детектива на руках, но парень лишь оттолкнул руки бывшего мафиози. Осаму всё равно придерживал Рампо за пояс, закинув руку Эдогавы себе на плечо. И, на последок сказав обеспокоенной Йосано, что свяжется с ней в ближайшее время, направился к дому сыщика. Повезло что там был лифт. Когда они очутились на пятом этаже, Рампо дрожащей рукой протянул коллеге ключи, но они с звонким грохотом упали на пол. Детектив хотел было уже поднять их, но его опередил суицидник, который сам поднял ключи и открыл дверь. Сыщик ввалился в квартиру, придерживаясь за стену, ноги по прежнему не слушались. Квартира встретила их пустотой и холодом. Ничем не примечательные обои, обычные люстры, все как у всех. Эдогава медленно шёл к ванной, опустив голову и глядя в пол. Он чувствовал себя ужасно. Так плохо, наверное, ему ещё никогда не было. Или же было, но он все забыл от медикаментов. Воспоминание о Иошихро заставило поёжится. Дазай тихо следовал за коллегой, готовый в любой момент придержать друга, если тот упадёт, но детектив успешно добрался до ванной и закрылся там. Суицидник пару минут стоял у двери, но вскоре вошёл в просторную комнату, которая таковой не казалась, поскольку творился там полный хаос: скомканное одеяло валялось на кровати, пол в упаковках от чипсов и пустых бутылках из-под сладких напитков, в стороне шкафа стопками лежало множество книг и вырезок из газет, подоконник завален хламом, а окно открыто настежь. — Как тут вообще можно жить? — спросил сам у себя Осаму, ему никто не дал ответ, лишь ветер завывал на улице. Было бы хуже, если бы бывший мафиози всё же услышал ответ. Бывший мафиози усмехнулся этой мысли. Парень опустился на большую кровать, задумавшись о произошедшем и вспоминая разговор с Йосано, когда они ещё были в фургоне рядом с большим особняком. — Надеюсь, что скоро все закончится, — сказала Акико, наблюдая за камерами видеонаблюдения. — Ага, — заторможено ответил Дазай, будто даже не слушая её. — Что между вами? — напрямую спросила медсестра, неотрывно глядя в карие глаза. — А что между нами может быть? — Дружба, — расплылась в хитрой улыбке врач. — или же, что то покрепче, чем просто обычная дружба, — увидев, что Осаму хочет возразить, она продолжила. — Или в магазин за конфетами, который находится в нескольких километров отсюда, ты просто так ходил? А букет делал, чтобы развеять скуку, верно? — насмешливо продолжила девушка. — Я прогуливался и случайно наткнулся на магазин, а букет не из настоящих цветов, — небрежно махнул рукой суицидник. — Так если ненастоящие, зачем дарил? — не успокаивалась Йосано. — Просто нравятся аригами, — все так же безразлично ответил парень. — Мы даже, в перерывах между работой разговаривали на эту тему и ты множество раз повторил, что ненавидишь его. — А теперь полюбил, — Дазай постепенно начал злится. — Мы обсуждали это две недели назад и за это время… — Хорошо. Нравится он мне! — недовольно прошипел раздраженный Осаму. — Так бы сразу и сказал, — закатила глаза врач. — Ты ему уже об этом сказал? — спросила медсестра, продолжая неотрывно смотреть на бывшего мафиози. — Нет, — коротко ответил суицидник, отворачиваясь к окну. — Я бы тебе посоветовала поторопиться с признанием, — как бы невзначай промолвила она, глянув на камеры. — Почему это? — Дазай все ещё не понимал, к чему клонит Акико. — Не боишься, допустим, что тебя могут опередить? — Кто, например? Продавщица в пекарне? Сомневаюсь, — самоуверенно и с насмешкой сказал он, не улавливая намёки девушки. — Ошибаешься, — лукаво улыбнулась медсестра — Вот Эдгар Аллан По частенько заходит в агентство и они минимум два часа разговаривают о новом детективном романе. — Он? — усмешка не сходит с лица бывшего мафиози. — Да нет, — все ещё уверенно заявляет Дазай. — Если хочешь встречаться с Рампо, просто признайся, а не наблюдай исподтишка все часы работы, — она продолжала все так же хитро ухмыляться. — Я так не делаю, — тихо сказал Осаму. — Ага, ну да, — недоверчивось читалась в глазах девушки — Каждый раз, когда захожу в офис, вижу, как ты пускаешь слюнки на него, — Дазай на это лишь что-то пробормотал и продолжил с интересом разглядывать окно, будто там стоит липрекон с горшочком золотых монет. — Не затягивай и будь честным в первую очередь с собой, — проговорила Йосано, не оставляя коллегу в покое. — А что если…— задумчиво начал он, но медсестра опередила Осаму. — А если чувства будут невзаимны, то он продолжит вести себя, как ни в чём не бывало. Не выгонит же Рампо тебя из агентства, — снисходительно усмехнулась она и продолжила наблюдать за камерами, оставляя Дазая со своими мыслями наедине. Бывший мафиози задумчиво вздохнул. Он решил быть честным с собой, как и посоветовала врач. Из мыслей его вывел щелчок замка в ванной, Эдогава вышел, придерживаясь за стену. — Рампо, — позвал суицидник, привлекая внимание коллеги, но он даже не обернулся, лишь остался стоять на месте. — Тут только одна кровать. — Я буду спать в гостиной. Можешь взять вещи, чтобы переодеться, в шкафу, — хриплый голос сыщика немного напугал. — Но у меня точно другой размер, — заметил Осаму. Ему было невероятно неловко сейчас задерживать Эдогаву болтовней, детективу сейчас и так сложно, а тут ещё и его глупые вопросы. — Я люблю свободную одежду, которая не сковывает движения. Тебе должна быть по размеру, — с трудом проговорил Рампо. Ему становилось лучше, поскольку прошло почти пять часов с принятия наркотика, эффект уменьшился и сыщик мог говорить внятней, а ходить стало проще. Это не могло не радовать Дазая. — Спасибо. Спокойной ночи, — сказал суицидник, но был проигнорирован, это его вообще не задело, поскольку состояние Эдогавы было для него важнее любых слов. После того, как детектив исчез в другой комнате, Осаму начал рытся в шкафу и, на удивление, действительно обнаружил одежду своего размера. Переодевшись в серые спортивные штаны и свободную чёрную футболку он устало улёгся на кровать. В фургоне было спать жутко неудобно и после таких ночей обычная кровать была, словно подарком вселенной. Мысли кочевали по воспоминаниям. Суицидник понимал, почему Акико попросила его, а не осталась с сыщиком. Она каждые пару часов отправлялась на короткие миссии, чтобы вылечить людей, а после использования своей способности, Йосано возвращалась обратно спать в неудобном кресле автомобиля. Девушка была физически и морально вымотана, а потому силы у неё оставались только на то, чтобы упасть на мягкую кровать и проспать минимум двенадцать часов. Тяжело вздохнув, Дазай откинулся на подушку и вдруг вспомнил, что Рампо остался в грязном платье горничной с пятнами от запёкшейся крови, поскольку у него все же не получилось отстирать их. Поднявшись, бывший мафиози взял первые попавшиеся шорты с футболкой и направился в гостиную. Ноги были ватными от усталости, голова немного болела от пережитых волнений. Заглянув в комнату, где был Эдогава, Дазай застал сыщика, который сидел на подоконнике, оперевшись лбом о стекло. — Эм, Рампо, — тихо и неуверенно позвал он коллегу, который лишь коротко глянул в сторону суицидника. — Я принёс тебе чистую одежду, — парень выдавил подобие улыбки. — Можешь положить на диван и идти спать, спасибо, — коротко и сухо ответил детектив. Осаму, помявшись на месте, всё же оставил вещи и, скользнув взглядом по уставшему другу, направился в спальню. Скоро должен быть рассвет, который рассеет гнетущую темноту ночи. Много всего произошло за последние пару часов и никто не ожидал такого печального исхода. Особенно Эдогава, который продолжал сидеть на холодном подоконнике. Его плечи подрагивали от тихих рыданий. Под светом фонаря блестел мокрый асфальт, а по стеклу окна барабанили мелкие капли дождя.