Нарочно не придумаешь

Ветер спутывал волосы и неприятно проникал за шиворот. Сквозь тёмные тучи, виднелись очертания бледного полумесяца. Осаму вызвал такси, вспоминая адреса Йосано и Куникиды, которые беззаботно сопели на задних сидениях такси. Улица затихла сразу после того, как Осаму захлопнул дверь машины, и автомобиль с рычанием матора растворился в темноте. Коллеги, наконец-то были отправлены по домам. Дазай молча оглядел ночную улицу, потом бросил короткий взгляд на Рампо. — Пошли, — произнёс он на ухо Эдогавы почти шёпотом. Парни решили отправится домой к детективу, так как он был ближе всего. Работники агентства неспешно шли под фонарями, которые освещали мокрый после дождя асфальт. Сыщик порылся в карманах куртки, в поисках ключа и, наконец нащупав его, открыл дверь. Рампо зашел в собственную квартиру и уже было хотел пропустить Осаму, но бывший мафиози не нуждался в особом приглашении. Как только Дазай зашёл в прихожую, послышался звук захлопнувшейся двери, и суицидник прижал Рампо к ближайшей стене всем телом, будто только и сдерживал это желание весь вечер. Их губы слились в поцелуе — неуклюжем от спешки, влажном от дыхания и горячем от вспыхнувшых внутри чувств. Не увидев сопротивления со стороны детектива, шатен холодными ладонями охватил его бедра. Пальцы сыщика вцепились в ворот рубашки Осаму. — Голова кружится, — выдохнул Рампо, отстранившись от недостатока воздуха из-за глубокого поцелуя. Алкоголь затуманивал сознание, страсть отдавала быстрым сердцебиением и пульсацией в висках. Дазай усмехнулся, скользнул руками вверх по спине Рампо и начал снимать с него куртку. Та мягко скользнула на пол. Затем пальцы коснулись застёжки брюк, но он не торопился, разглядывая прекрасную радужку глаз партнера. Металл пуговицы под его пальцами нагревался. — Подожди… — Рампо вдруг взял его за запястье руки, протянутое к брюкам сыщика, дыхание прерывистое. В глазах была тень сомнения. — Мы оба под градусом. Не глупо ли это? Дазай поднял взгляд. Его голос звучал уверенно с тенью серьезности: — Я под вином, но не в бреду. Если скажешь "нет" — я все пойму, и мы просто ляжем спать. Вопрос только в том, хочешь ли ты этого, — ответил он, глядя в изумрудные, стеклянные от опьянения глаза. Молчание. И затем без лишних слов Рампо взял Дазая за руку и повёл в спальню. Суицидник лишь усмехнулся и понял, что отказа не будет. Детекив толкнул парня на большую кровать, замечая на губах партнёра ухмылку, раздался тихий скрип мягкого матраса. Эдогава оседлал бедра суицидника, склонившись над чужими губами. Поцелуй был мягким, затяжным, опьяняющим и так далеко не трезвое сознание. Рампо, поддавшись распутности, разместился между ног Дазая, прижимаясь лицом к выперающей части брюк. — Ты совсем разашёлся, — слегка нахмурился шатен, опираясь локтами о матрас. — Я под вином, но не в бреду, — повторил он чужие слова и расстегнув молнию на брюках, стянул штаны вместе с нижним бельем. — Боже, что же ты творишь, — нервно рассмеялся он, падая обратно на подушки. — Говорит тот, кто сам хотел мне вставить, — усмехнулся детектив, погружая член в рот. — Это не одно и тоже сам...блять..,— бывший мафиози резко выдохнул от ощущений горячего языка на возбуждённой плоти. Рампо медленно скользил языком по всей длине, помещая его постепенно в рот. От суицидника были слышны лишь тихие вздохи и возня на простынях. Осаму решил преподнятся на локтях, чтобы оценить ситуацию, но тут же об этом пожалел. Напарник с членом во рту будет ещё всю жизнь снится ему в эротических снах: Зелёные глаза были полны сосредоточенности, от темных волос отражалось тусклое свечение луны, а щеки были слегка надуты. Когда суицидник посмотрел в эти глаза, сам того не ожидая, почувствовал, как у него покраснели щеки. Пока Дазай спорил в голове сам с собой, сыщик времени зря не терял. Он успел уже и ускорить ритм и даже раз чуть не подавился собственной слюной, которая обильно выделялась. С развратным хлюпаньем парень достал член изо рта и невинно спросил: — Я все правильно делаю? — Рампо этот вопрос действительно беспоил, так как он не являлся профессионалом в подобном. — Ты делаешь даже лучше, чем следовало бы, — прохрипел Осаму, сминая простыню пальцами. Эдогава лишь усмехнулся и продолжил про себя смеяться с реакции напарника на не такой уж и идеальный минет. — Достань, — неожиданно резко проговорил суицидник, приподнявшись на локтях, но брюнет ускорил движения и спустя пару секунд во рту у него оказалась горячая сперма. — Выплюнь, — требовательно сказал парень, протянув салфетку, которую нащупал в кармане рубашки. — Всмысле "нет"?! — фыркнул парень на отрицательный кивок со стороны детектива. У бывшего мафиози ушло минут десять на то чтобы насильно открыть челюсти сыщика. Во что превратилась кровать и спальня во время ожесточённые борьбы, слабонервным лучше не видеть. Но Осаму ожидал необычный поворот. Когда рот был открыт, он увидел там лишь белые зубы, остатки спермы на языке и в уголке губ. — Ты ведь почти сразу её проглотил и все эти десять минут издевался надо мной, верно? — вздохнул шатен, взъерошивая волосы на затылке. — Ага, было забавно, — прохохотал Рампо, возвращая подушки обратно на кровать, поскольку во время погони одна оказалась в коридоре, а вторая на шкафу — Повторим? — с самодовольной усмешкой предложил он, снова толкая напарника на кровать и нависая над ним. — Оказывается, когда ты пьян, ты ведёшь себя хуже, чем Куникида, Йосано и Чуя вместе взятые, — устало выдохнуд суицидник. Рампо лишь неопределённо пожал плечами, подцепляя бинт на шее Дазая и притягивая для поцелуя. Осаму не думал так просто сдаваться и отвлекая внимание сыщика пылким поцелуем, провёл пальцами по его щеке, прикоснулся к уголку губ и, схватив парня за запястья, лёгким движением корпуса перевернул Рампо на спину. Бывший мафиози навис над Эдогавой, прижимая его руки над головой к матрасу. — Мне так больше нравится, — усмехнулся шатен в губы детектива, слегка двинув коленом вперёд, которое находилось между бёдрами сыщика. — Нечестно, — прошипел Рампо, пытаясь не застонать от ощущения трения в паховой области. — Оставлю это тебе на самосуд, — не стал возражать парень, расстёгивая полосатую рубашку детектива. Он нежно провел рукой по оголённому торсу сыщика и тот что то невнятно промычал. — Ты слишком худой, надо бы тебя накормить, — усмехнулся суицидник глядя на впалый живот и выперающие рёбра. — Спасибо, уже поел, — ехидно ответил Эдогава, многозначительно облизнув губы. — Ты скоро договоришься у меня, — фыркнул шатен, расстегнув чужие брюки, и они полетели за пределы кровати. Рампо на это хотел снова съязвить, но вместо очередного подкола, изо рта вырвался рваный вздох. Осаму повторно лизнул сосок и заметив, как бледная кожа покрывается мурашками усмехнулся. — Смазка есть? — выдохнул суицидник, любуясь потрёпанными волосами и лицом напарника: порозовевшие щёки, тёмный взгляд и блеск глаз заставляли бывшего мафиози желать его ещё больше. — Да, но там, наверное, вышел срок годности. Посмотри в тумбочке, — прохрипел Эдогава в ответ. Пошарившись одной рукой в ящике, Осаму все же нащупал тюбик и даже несколько презервативов. Парень выдавил на пальцы приличное количество лубриканта и Рампо вздрогнул, когда почувствовал приставленные к отверстию холодные пальцы. — Не бойся, я буду медленным, — прошептал он на ухо детективу и, смазано поцеловав его в щеку, ввёл один палец. Сыщик лишь сжал пальцами плечо напарника, передавая свой дискомфорт. Шатен мягко растягивал брюнета, одновременно заплетая очередной поцелуй, чтобы отвлечь внимание. Но если с одним пальцем это и получилось, то со вторым не очень. Суицидник так же медленно ввёл второй палец и сразу почувствовал на своём плече царапины от ногтей. Бывший мафиози добавил ещё смазки и мягко разводил пальцы в стороны, сводя их обратно и не обращая внимание на свое плечо, которое покрылось мелкими, но глубокими царапинами. Он лишь целовал детектива в губы, заглушая редкие болезненные шипения. Неожиданно для самого себя, изо рта сыщика вырвался стон, по телу прошел разряд, а пальцы, сжимающие плечо напарника, упали на простыню. Осаму лишь усмехнулся и повторил своё действие. Эдогава закрыл рот ладонью, но у шатена на это были совсем другие планы. Он нажимал на эту точку снова и снова, сводя парня с ума. Дазай добавил ещё лубриканта, точно так же медленно и аккуратно вводя третий палец в детектива. Ладонь снова оказались на плече, глаза были зажмуренны, а веки дрожали. — Расслабься, — тихо выдохнул бывший мафиози на ухо партнёру, но в ответ получил лишь ворчание и очередные царапины. Спустя какое-то время, когда пальцы уже свободно входили, суицидник снова нащупал простату и усмехнулся, вслушиваясь в стоны детектива. Зелёные глаза горели желанием, свечение луны пробивалось в комнату, освещая его покрасневшие щёки, потрёпанные волосы и мягкие губы из которых доносились стоны. Эти мелодичные звуки ещё долго будут преследовать Дазая в эротических снах, на пару с прошлым воспоминанием. — Вставь уже, — с усилием проговорил парень и снова издал протяжный стон. — Даже не знаю, — с издёвкой ответил партнёр, замедляя движение пальцев. — П-пожалуйста...быстрее, — Рампо уже не мог терпеть, а потому пришлось делать самое отвратительное для него — просить. — Даже не знаю, пока что мне ещё хочется понаблюдать за твей очаровательной реакцией, — издал смешок бывший мафиози и ускорил движения. Спустя несколько секунд, из Эдогавы вырвался протяжный стон, и он кончил, заливая каплями полупрозрачной жидкости свой и чужой живот. Брюнет не мог отдышатся, перевернувшись на живот и пряча лицо в подушке. Осаму натянул презерватив и провел горячей ладонью по оголённой пояснице детектива, кожа покрылась мурашками, что заставило уголки губ дрогнуть в полуулыбке. Дазай, не задумываясь, сжал ягодицу сыщика, получая в ответ ворчание. Копна волос вынырнула из-под подушек и окинула напарника осуждающим взглядом. — Ну знаешь ли, могу себе позволить, — пожимая плечами фыркнул бывший мафиози, снова сжимая мягкую кожу. — Никто и не спорит, — ответил брюнет, привычно сощуривая глаза — Вставь мне уже, — с усталым вздохом сказал он, наблюдая за реакцией. — Уже устал? Долгий секс не твоё? — со смешком подколол шатен парня. Брови Рампо приполнялись в недоумении — Наверное, возраст уже не тот, да? — не унимался эспер. — Видимо да, вставь уже, — сонно промолвил детектив, снова падая лицом в подушку. — Ну раз уж ты меня так просишь, я конечно же.. — Не паясничай, у самого уже стоит, — донеслось ворчание из под подушки. Втретий раз просить не пришлось, Дазай усмехнулся и раздвинув ягодицы, медленно и нежно начал входить. Эдогава не издал ни звука, и он продолжил входить, задев простату, услышал сдавленный стон в подушку, а ухмылка на губах суицидника стала шире. — Почему молчишь? — игриво протянул тот, поглаживая поясницу парня. — Тебе так хочется поговорить, что ли? — с явным раздражением уточнил брюнет. — Так интереснее. — Ну знаешь ли, положение с членом в заднице не особо вдохновляет на светские беседы! — фыркнул сыщик. Осаму звонко рассмеялся на заявление партнёра, его слова показались шатену до жути смешными, — Хватит ржать, ты ещё не до конца вставил. Слегка успокоившись, Дазай размашисто зашёл до основания, снова задевая простату и с наслаждение выслушал результат своих действий. — Больно? — на всякий случай спросил он. На него смотрела пара изумрудных глаз, в которых горело желание, нетерпение и что то ещё, что Осаму не смог понять. — Нет, — коротко ответил Эдогава и сразу после этого, суицидник вышел и резко вошёл. Развратный шлепок эхом разнёсся по комнате, а следом за ним и чувственный стон. — Приподними-ка зад, — с жаром выдохнул Дазай. Рампо выполнил просьбу, прогибаясь в пояснице и оставаясь лежать лицом в подушке — Молодец, послушный, — усмехнулся бывший мафиози, начиная двигаться более уверенно и ритмично. По комнате разносились вздохи, шлепки и стоны, самые громкие из которых, Дазай заглушал поцелуями — глубокими, властными, полными страсти и любви. Его ладони блуждали по прогнутой спине, а глаза наслаждались прелестным видом на поясницу с яркоалыми засосами, зад и макушку Эдогавы. Все это заставляло его ещё больше возбуждаться. Сколько было раундов уже никто не знает, так как Рампо сбился с счёта после второго, но он запомнит это невероятное удовольствие, растекавшееся по всему телу и ощущение горячих губ от бесконечных поцелуев. Последнее, что помнил детектив, это собственный стон, звучащий в унисон вместе со стоном Дазая, а затем — темнота.

***

Он разлепил сонные веки и почесал макушку, пытаясь понятно, сколько сейчас времени, где он и кто. Переводя взгляд на настенные часы, Эдогава увидел, что сейчас уже полчетвёртого утра. Устало выдохнув и сев в постели, он огляделся по сторонам в поисках Дазая. Но это было напрасно, ведь шатен стоял на балконе в штанах и расстёгенутой рубашке с сигаретой в пальцах. Вымучено вздохнув, Рампо поднялся с кровати и обнаружил, что полностью чистый, в своей домашней серой свободной футболке. Он лишь улыбнулся от мысли, что его вытер и переодел его парень. "Парень? Боже, до чего я докатился" — подумал он, распахивая дверь балкона и сразу почувствовал обволакивающий его холодный ветер. — Проснулся? Ничего не болит? — окинув его оценивающим взглядом, спросил суицидник. — Только поясница, — проворчал в ответ сыщик, потирая больное место — Кстати, задница не болит, — поделился небольшой радостью он, разминая затекшую спину. — Ну конечно не болит, я же растягивал, — ехидно усмехнулся парень, затягиваясь сигаретой. — Ага, моё почтение, что я смогу нормально сидеть на работе, — фыркнул брюнет, наслаждаясь яркой луной. Они ещё немного помолчал, и когда Осаму затушил окурок, Эдогава осмелился спросить: — Ну так что,..мы типо встречаемся теперь? — детектив наблюдал за задумчивым видом бывшего мафиози пару минут, прежде чем услышать ответ: — Конечно, если ты этого хочешь. Предложение и признание с моей стороны уже было, так что теперь все зависит от твоего решения, — тень улыбки скользнула по лицу Дазая, а взгляд карих глаз впился в Рампо. — Ты мне нравишься, — ответил парень, сразу после последнего слова, сказанного суицидником. Осаму лишь кивнул, словно все это время и так знал это. Его рука легла на макушку детектива, поглаживая жёсткие, блестящие волосы цвета вороньего крыла. Поцелуй был медленным, чувственным и любящим. Бывший мафиози нежно прижал Эдогаву к себе за талию. Внутри обоих работников детективного агентства плескались незнакомые для них чувства, но парни понимали, что среди вороха этих эмоций точно есть место для любви друг к другу.