Нарочно не придумаешь

Рампо проснулся первым, сонно протирая веки и взъерошивая, и без того лохматые волосы. Взгляд скользнул на рядом лежащего Осаму, который спал безмятежным сном, прижав детектива к себе за талию. Похмелье не заставило себя долго ждать. Эдогава почувствовал головную боль, сухость и лёгкую тошноту. А также открытое окно манило к себе, после нахлынувших воспоминаний жаркой ночи. Но детектив сдерживался от этого порыва и, сидя в кровати, глядел в пустоту. Его мысли вихрем роились в голове, начиная с вопроса "Что вчера вообще было?" и заканчивая абсурдным "Почему я в рубашке этого кучерявого придурка?" — Почему не говоришь мне "Доброе утро"? — услышал Рампо обиженный голос напарника. — Потому что я ещё не проснулся. После похмелья любые хорошие воспоминания от проведённого времени стираются. Вот почему я не люблю пить, — фыркнул Эдогава и с трудом свесил ноги с кровати, держась за поясницу. — Хочешь сказать, что воспоминания прошлой ночи у тебя размылись? Могу напомнить, — усмехнулся парень, обняв сыщика сзади. — Неужели у тебя вообще есть на что-то силы? — промычал брюнет, устало вздохнув. — На тебя всегда найдутся, — в своей привычной манере ответил суицидник. Его пальцы легли на подбородок Рампо, разворачивая его к себе лицом и нежно целуя в губы. В следующий миг макушка детектива снова затерялась в подушках, поскольку Осаму явно не собирался останавливаться на простом поцелуе. Их лица оказались напротив друг друга, а холодная ладонь бывшего мафиози скользнула на живот партнёра, опускаясь всё ниже. Вдруг их прервал телефонный звонок. Дазай разочарованно вздохнул и, взяв телефон с прикроватной тумбочки, передал его Эдогаве. — Да, слушаю, — слегка хриплым голосом ответил он на звонок. Осаму не мог разобрать, кто звонил и почему, но этого и не требовалось для понимания, что всё плохо. Буквально за пару секунд сыщик поменялся в лице и довольно резко, встав с кровати, начал мерить комнату шагами, напряжённо о чём-то размышляя. — Вы уверены? — прерывистый выдох — Стопроцентная информация? Сейчас приеду, — он повесил трубку и кинул телефон на кровать, зарывая пальцы в волосы. — Что случилось и куда нужно ехать? — настроения как и не бывало. — Нас ждут в полицейском участке, откуда в скором времени должны были перевести Иошихиро в тюрьму, — после длительного молчания и вопросительного взгляда карих глаз Эдогава вымолвил: — Он сбежал. Воцарило молчание. Никто не знал, как реагировать на подобную информацию. Но в одном Осаму был точно уверен: Эдогава в опасности. — Он знает твой адрес? — Сомневаюсь. Но даже если и нет, то ему ничего не стоит узнать в кратчайшие сроки, — он уже в спешке натягивал штаны. — И поверь, способов у него предостаточно, начиная с взлома базы данных, заканчивая... сталкингом. — И каким образом он сможет взломать её? — недоверчиво спросил шатён. — У его матери было довольно много связей. Предусмотрительный сынок взял это на заметку и попросил у неё все номера перед тем, как её отправили в колонию, — детектив застегнул чужую одежду. — Мне можно с тобой поехать? — спросил парень, уже надевая брюки. — Почему нет? — пожал плечами Эдогава, заправляя уж очень длинную рубашку. — Извини, я ненадолго украду у тебя её. Можешь взять всё, что хочешь в шкафу, только быстрее, — сыщик вышел из спальни. — Неужели ты даже не хочешь позавтракать? — простонал бывший мафиози, натягивая чужой синий свитер. — Ну да, точно, ты же наелся уже, — прохохотал он, но с коридора в него прилетел тапок. — Эй, шутник, поторопись, — раздался хлопок входной двери. — И ты даже меня не подождёшь? Бессердечный! — но играть сцену без зрителей было неинтересно, поэтому парень обулся и, схватив куртку, выбежал вслед за напарником.

***

После разговора с офицерами полиции они сразу направились в детективное агентство. Директор и эсперы были уже проинформированы. У них должно было произойти собрание, на котором будут обговариваться варианты решения проблемы. Парни молчали всю дорогу. Слова тут и не требовались. Они зашли в офис, наблюдая за Куникидой, волосы которого напоминали скорее стог сена. В руках он держал бутылку минеральной воды, приложив её ко лбу. Йосано выглядела не лучше: синяки под глазами, вчерашний макияж в виде потёкшей туши и смазанной помады. Девушка просто сидела, положив голову на стол и чуть ли не засыпала. — Всем не особо доброе утро, — хмуро поприветствовал их Эдогава, направляясь к своему столу, держа в руках папку по делу побега Иошихиро. Идеалист сдавленно что-то промычал, а Акико махнула рукой, даже не поднимая головы со стола. Наконец-то, спустя пару минут дверь распахнулась и Фукудзава появился в офисе. Его внимательный и строгий взгляд проанализировал каждого работника. — Что, понедельник — день тяжёлый, да? — неожиданно пошутил директор, но его улыбчивость длилась недолго, поскольку все недоумевающие взгляды коллег были направлены на него. Он встал перед доской и попросил всех сесть за один большой стол. Рампо, естественно, разместился в середине, напротив приёмного отца. — Итак, начнём. Как вам известно, преступник Датэ Йошихиро, который в скором времени должен был быть переведён в колонию строгого режима, сбежал, — он сделал паузу, мельком взглянув на воспитанника, и продолжил: — Предположительно, в два часа ночи он вскрыл замок. Надзиратель заснул, за что и был уволен, дежурные бесследно исчезли, а Иошихиро, успешно покинув полицейский участок, растворился в ночных переулках. У кого-то есть вопросы? — Эдогава незамедлительно поднял руку и с разрешения директора спросил: — Вы сказали, что надзиратель уснул, но по всему участку ведётся ночное дежурство, а не только рядом с камерами. А также, охранников, которые следят за камерами наблюдения, было двое. Тут достаточно много несостыковок, — детектив говорил уже не с усмешкой, а со всей серьёзностью. Его глаза сверкали холодным расчётом, словно он допрашивает преступника, а не расспрашивает шефа о подробностях. — Ты как всегда прав. Но я опираюсь на слова, сказанные полицейскими, — слегка нахмурился мечник. — Есть доказательства, что Иошихиро сам вскрыл замок? Дазай лишь с жаром наблюдал за этим невероятным гением, пряча ухмылку. Суицидник предполагал, что сыщик уже знает, как был совершён побег, но в данный момент просто испытывает других людей, чтобы убедиться в своих невероятных умственных способностях. — Нет. Сигнал был утерян, прежде чем это произошло, — Фукудзава пытался не показывать своего раздражения, но колкий взгляд выдавал его актёрскую игру. — А что с дежурными? Почему они не отреагировали ещё тогда, когда изображения исчезли? И неужели не вызывает подозрений тот факт, что камеры дали сбой? Вы уверены, что запись была оригинальной? Ведь продолжение мог кто-то стереть и выставить ситуацию случайностью, — вопросов было достаточно, чтобы услышать тяжёлый вздох директора. — Куникида, сигнал может прерваться из-за сильного дождя? — мечник обратился к идеалисту, ожидая ответа. — Высока вероятность, что да. Связь между антеной и спутником могла разорваться из-за грозы, ливня и грома. В наше время эта проблема актуальна, — чётко ответил Доппо, поправляя очки. Юкичи многозначительно посмотрел на сыщика, не разрывая зрительный контакт, словно ожидая очередную атаку. — Дазай, пистолеты, которые выдают полицейским, достаточно громкие, чтобы услышать на расстоянии примерно семи метров? — задавая вопрос, брюнет даже не смотрел на Осаму. Его внимание было сконцентрировано на лице приёмного отца, пытаясь заметить малейшие изменения в настроении и взгляде. — Да, скажу даже больше, им специально выдают подобные модели, чтобы звук был достаточно громким для привлечения внимания. Таким образом другие полицейские должны вызвать подкрепление, а также обеспечить стрелявшему напарнику безопасность, — бывший мафиози с лёгкостью ответил и попытался не смотреть на Йосано, которая была как минимум в шоке. — Значит, преступник использовал другое оружие или уловки, сделал всё по-тихому, чтобы в результате пропали дежурные. Предположений уже слишком много, а доказательств ноль, — добавила медсестра, неловко наблюдая за коллегами. — Рампо, просто расскажи свою теорию. Я не знаю ответов на твои вопросы. У меня на руках только папка с отчётом, переданная полицией, — он устало вздохнул. — Я предполагаю, что в полицейском участке был минимум один человек, который ему помогал. Очень выгодная позиция — нет подозрений и доступ ко всем базам данных... — на этом моменте Эдогава резко замолчал, вспоминая свои слова: "...способов у него предостаточно, начиная с взлома базы данных...". Осаму взял его руку под столом и сильно сжал, заставив опомниться. Он продолжил: — ...а также к камерам, и доверие всех в участке могли сыграть немаловажную роль. С напарником под прикрытием всё и так понятно. И если даже его напарником был другой осуждённый, всё равно это большое преимущество. Иошихиро просто помогали, а вот если он работал в одиночку, то всё становится в разы интереснее. Все молчали. Идеалист выписывал всё в блокнот, суицидник перебирал в пальцах бинт на другой руке, о чём-то рассуждая, Йосано не проронила ни слова, так как не была профессионалом в детективной части обсуждения. Фукудзава-сенсей лишь внимательно слушал парня и в глубине души гордился, что смог вырастить из того мальчишки великого детектива. — Если он был один, то для начала должен был узнать план полицейского участка и лазейки, где отсутствовала бы охрана. Думаю, он мог бы позвать одного из дежурных и вырубить его, вкратце: обезвредить и не наделать, а избежать шума, чтобы второй работник, не задумываясь, приблизился к напарнику и Датэ нанёс бы очередной удар. Затем он забрал бы у полицейского ключи от камеры и был бы освобождён. Предположим, что видеонаблюдение и правда было прервано из-за погодных условий. Всё элементарно и просто, — Рампо закинул в рот конфету и встал со стула. — Отлично. Уже шесть вечера, рабочий день окончен. Куникида, передай мне завтра все записи. Хорошего вечера и прошу прощения за то, что вызвал вас, хоть и обещал выходной, — директор тоже поднялся со стула, поправляя своё зелёное кимоно. — Всё равно не понимаю, зачем нам знать о том, как он сбежал, если цель — это отыскать и, быть может, ещё присудить вдобавок пару месяцев за побег, — фыркнул брюнет, обращаясь к шефу. — Да, но нужно же с чего-то начинать, — сдержано ответил мечник. — Ты сегодня хорошо поработал, — добавил он, когда эсперы покинули офис. — Будь аккуратен по пути домой, не думаю, что Датэ не захочет действовать и мстить, — он погладил его волосы, словно Эдогава был всё тем же подростком. — Попроси Дазая проводить тебя до дома ради твоей безопасности. Спокойной ночи, Рампо, — и Юкичи ушёл в свой кабинет. Парень лишь закатил глаза и взял со стола директора отчёт от полиции. Быстро перелистывая страницы, ему всё больше хотелось смеяться, видя надпись, что дежурные пропали без вести. Ведь когда он осматривал клетки осуждённых и задний двор, на мусорных баках виднелась кровь. Иошихиро убил дежурных, с помощью напарника-полицейского отключил камеры, упаковал тела в мусорные пакеты и успешно сбежал, прекрасно зная, что в этот день вывозят мусор. — Предусмотрительный идиот, всё просчитал, — недовольно фыркнул он и, небрежно кинув, папку на стол, покинул офис. Стук от обуви детектива звонко разносился по пустому и тёмному коридору. В мыслях витали лишь им же сказанные слова: "...способов у него предостаточно, начиная с взлома базы данных..." "...человек, который ему помогал. Очень выгодная позиция — нет подозрений и доступ ко всем базам данных..." Голова слегка закружилась от нахлынувшей паники. Его шатнуло в сторону, и Эдогава опёрся одной рукой о стену, склонив голову. В голове пульсировало, пол, на который смотрел парень, поплыл. Дыхание участилось, второй рукой он сжал свои тёмные спутанные после сумбурного утра волосы. Паника не отступала. На его плечо легла чья-то рука, заставив Рампо резко обернуться; с его уст невольно слетело нецензурное слово. Завидев в полумраке знакомый синий свитер и бежевые брюки, он успокоился. — Зачем так пугать?! — недовольно проворчал брюнет, резко выдохнув, стараясь успокоить колотящееся в груди сердце. — Ох, приношу свои извинения, — Дазай наигранно сделал виноватое выражение лица, положив ладонь на грудь. — Так что хотел-то? — спросил сыщик и снова приобрёл безразличный вид. Они вместе направились в конец коридора. — Я по дороге встретил Фукудзаву-сенсея и директор попросил провожать тебя до дома. Он и правда волнуется за тебя, — промолвил суицидник с задумчивым лицом, спускаясь по лестнице. — Да сдалась мне какая-то помощь, — фыркнул парень, минуя одну ступеньку за другой. — А я так не думаю. Тебе небезопасно сейчас находиться на улице одному. Даже дома ты не можешь быть уверен, что ничего не случится, — серьёзно сказал бывший мафиози, придержав детектива за плечо, обращая его внимание на себя. — Я не меньше директора переживаю за тебя. Мне хватило эмоций с прошлой миссии, не думаю, что тогда у тебя было всё под контролем, — его голос звучал довольно грубо, но со словами нельзя было поспорить. — Ладно. Хорошо. Будешь меня теперь с работы провожать до дома, — закатил глаза Эдогава и, открыв, дверь кафе, вышел на улицу. Холодный ветер проник за воротник, заставляя поёжиться. Голые деревья выглядели невыносимо тоскливо. По дороге мчались машины и автобусы, люди желали поскорее вернуться домой со скучных работ. — Не только с работы, но и на неё. Была бы моя воля, я бы жил с тобой, но ты мне этого пока что не позволишь, — раздосадовано ответил шатен, прогуливаясь по парку вместе с коллегой. — "Пока что"? Не обольщайся, — усмехнулся Рампо, шагая по ровно выложенной тропе. — "Пока что" и не собирался, — подколол он, получив в ответ прекрасные изумрудные закатившиеся глаза сыщика. Они ещё какое-то время шли в тишине, каждый погружённый в свои мысли. Тихо щебетали птицы, шуршала слегка жёлтая трава. Тучи сгущались, оповещая о приближении ливня. Небо потемнело, атмосфера из тёплой и уютной превратилась в напряжённую и подавленную. — Кто бы мог подумать, что сегодняшнее прекрасное утро превратится в это лишь из-за одного единственного звонка, — хмыкнул Осаму, спрятав ладони в карманы куртки. — В этом нет ничего удивительного, когда работаешь во имя правопорядка и безопасности граждан, — со вздохом, полным усталости, ответил детектив, пнув камень носком ботинка. — И всё-таки это совещание не стоило того, чтобы лишиться замечательного утра и продолжения той шикарной ночи. Ты был таким очаровательным с утра, что я хотел бы тебя видеть каждый раз, как открываю глаза, — усмехнулся Дазай, наблюдая смущение коллеги. — Хватит нести какую-то чушь, — пробормотал сыщик, мельком взглянув на хитрую физиономию парня. — Чушь? — невинно переспросил бывший мафиози. — Ты в кровати в моей расстёгнутой рубашке был довольно милым. — Ага, я видел твою довольную рожу. Это же надо было додуматься оставить засосы везде, где только можно. У меня теперь всё в синяках и укусах, — фыркнул брюнет, закрывая шею воротником рубашки. — И я ни о чём не жалею, — простодушно ответил суицидник, проведя пальцем по оголённой шее детектива. — Так, руку убери. Ты ведёшь себя слишком надменно, — поёжился он, и шатен не смог сдержать улыбку, увидев мурашки на чужой коже от своего прикосновения. — А как я могу вести себя иначе, когда прошлой ночью великий детектив стонал подо мной и просил не останав... — он не договорил, поскольку ладонь детектива закрыла ему рот. — Ты придурок. Как можно говорить подобное вслух. Бесстыдник, — в его голосе можно было услышать осуждение и смущение. — Кстати, мы уже пришли, так что я пойду. Но Эдогаве помешал недовольный взгляд напарника. Эспер указательным пальцем показал на свою щёку, в ожидании поцелуя на прощание. Рампо не сдержался от вздоха и закативших глаз. — Чёрт, ты серьёзно? — и, получив в ответ настойчивый взгляд, детектив всё же выполнил просьбу и, встав на носочки, поцеловал парня в щёку. Осаму растянулся в довольной ухмылке и заключил сыщика в объятиях, выслушивая недовольное шипение. Поднялся ветер, взлохмачивая волосы обоих. Простояв так ещё пару секунд, суицидник всё же сжалился над Эдогавой и отстранился, сияя улыбкой. — Увидимся завтра, Рампо. Я зайду за тобой утром, — и, махнув на прощание рукой, скрылся за поворотом. Брюнет ещё пару секунд смотрел на пустое место, где только что стоял юноша, и, поискав ключи в карманах, открыл дверь, заходя в подъезд. На улице темнело, словно по волшебству зажигались фонари. Предупреждающе сверкнула молния, обещая не самую приятную погоду этой пасмурной ночью. Уставшие после работы люди погружались в безмятежные сны, а сыщику всегда приходилось гадать, насколько жуткое сновидение его ожидает сегодня.