Аллигатор, весна и кое-что еще

– Да, это определенно кактус, – вынес свой многозначительный вердикт Кацуки. – Что вы еще, блять, ожидали от меня услышать?!       Еще недавно утром он вошел в класс, как всегда с надеждой, что сегодня будет один из тех редких, но счастливых спокойных дней, когда ничего не произойдет, но увидев, что его одноклассники уже спозаранку сходят с ума из-за какой-то ерунды, быстро распрощался с ней. Потом, разумеется, он спросил (рявкнул), что тут происходит ("Какого хрена вы все опять разгалделись?!"), после чего его подвели к парте Изуку, на которой уже стоял горшок с растением. – Бро, он тебе никого не напоминает? – спросил Киришима, и судя по тому, как звучал вопрос, в нём явно был какой-то подвох.       Кацуки посмотрел на него как на идиота. Эйджиро никак не отреагировал, вероятно, потому что Бакуго делал это слишком часто и у Дерьмовых Волос просто напросто выработался иммунитет. Чувствуя себя еще большим идиотом, Кацуки вновь перевел взгляд на кактус.       Все вокруг затаили дыхание.       Кацуки еще никогда не чувствовал себя настолько нелепо: стоя перед гребаным кактусом, пока одноклассники наблюдали за ним с таким видом, будто растение сейчас начнет открывать Бакуго все секреты Вселенной – ни больше, ни меньше.       Прошла минута. Кацуки понятия не имел чем занимается он и окружающие его сумасшедшие, с которыми ему не повезло учиться.       Что им вообще от него нужно? Кактус как кактус. Растение оставалось настолько же обычным и невыразительным, насколько оно вообще может быть – как бы долго Кацуки на него ни пялился. Ну, разве что цвет у него был чуть более насыщенным, чем Бакуго привык видеть у кактусов, не говоря уже о том, что он казался Кацуки каким-то… почти знакомым что ли. А еще верхушка растения была странно утолщенной, так что кактус по-своему напоминал скорее крупную круглощекую голову с шеей, точащей из горшка. Кацуки почти мог поклясться, что видит странные точки на "щеках" головы, чем-то напоминающие… веснушки…       Стоп.       Твою мать. Разумеется!       Кацуки застонал. – Блять, серьезно, Деку?! Кактус?! – А я говорил, что он догадается! – взвизгнул возбужденный Каминари. – А вы "не поймет он, не поймет!". А я всегда верил в Каччана! Попрошу мои денежки на стол!       У Кацуки даже не было желания ругаться с болванами за то, что они поспорили и начали делать ставки на то, узнает он Деку или нет: он всё продолжал пялиться на Изуку? Зуктус? Изуктус? КакЗуку?.. Кактус-Изуку, пытаясь понять, что он при этом чувствует.       Он догадывался, что превращение его "соперника" в зеленый суккулент, скорее всего, очередной случай дерьмовой удачи Изуку с причудами, знал также и то, что оно не будет постоянным – их одноклассники могут быть беззаботными, но Кацуки уверен, что если бы над ними нависла угроза потерять одного из самых любимых ребят в классе, болваны бы так себя не вели; однако это не значило, что ему нравилось видеть вместо Изуку какое-то безмолвное растение.       Кстати, о безмолвности… – Ладно, придурки, Деку явно не в состоянии говорить, но как на счет его органов чувств? Он вообще осознает себя сейчас или что?       Вопрос заставил всех немного притихнуть, прежде чем ребята начали торопливо выяснять ответ. Кацуки только закатил глаза: они, черт побери, были в престижной старшей школе с чертовски сложным проходным экзаменом и это, как минимум, гарантировало, что у его одноклассников должны быть мозги, которые они в состоянии использовать, однако Кацуки порой казалось, что половина из этих ребят отказывается делать это из принципа.       Ну или может быть он просто немножко – самую малость, совсем чуть-чуть – волновался за дерьмового задрота и хотел бы быть уверен, что ему не причинят случайно боль или страдания. – Я связался с Айзавой-сенсеем, и он сказал, что с высокой вероятностью Изуку может осознавать всё, что с ним происходит, – отрапортовал наконец Очки.       Кацуки едва сдержал рычание. "С высокой вероятностью", блять. Отлично. Очень успокаивает. – Деку-кун, прости, пожалуйста! – тут же заворковала Очако, склоняясь над кактусом. – Мы не хотели быть грубыми! Когда всё это закончится, мы обязательно одолжим тебе записи с уроков. И Кацуки к тебе тоже подпускать больше не будем… – Ой! – возмутился Бакуго в свою очередь – не то чтобы он очень хотел быть рядом с кактуЗуку, но попытки Круглых Щечек отодвинуть его в сторону просто-напросто заставили его воспротивиться и пойти наперекор чисто из вредности. – Мы еще посмотрим, кто кого не будет подпускать!       Не давая никому времени прийти в себя, он протянул руку, схватил горшок и уверенно водрузил его перед собой на парту. – Бакуго, не будь грубым с Мидорией! – послышался монотонный голос Двумордого.       Кацуки как раз уселся за свой стул и, не оборачиваясь, показал придурку средний палец. – Ему всяко будет лучше здесь, чем среди вас, идиоты! Вы, чего доброго, еще и поливать его начнете каждые пару часов! – Кошмар какой, а надо было чаще?! – взволнованно спросила Урарака, и Кацуки закатил глаза.       Определенно, у Деку было больше шансов выжить рядом с ним, чем с кем бы то ни было еще, решил Кацуки, и до конца дня с абсолютно невозмутимым видом таскался с дурацким горшком, чтобы вечером вернуть его обратно в комнату Изуку, а на следующий день, когда взволнованный задрот попытался поблагодарить его, категорически отказываться признавать хоть что-то из случившегося.       ...Инцидент в целом прошел практически без жертв, если не считать Мономы, который решил, что подкрасться к классу 2А в столовой и пошутить на счет странной внезапной любви Кацуки к растениям – это хорошая идея. Во всяком случае, Ицуки Кендо, которая утаскивала потрепанного, порядком подпаленного Нейто, только пожала плечами и сказала, что это было вполне заслуженно.