Фута и две подружки

Румянец на щечках коровки становился все красней. В её мыслях ютились самые пошлые и при этом скромные мысли, что подобно водовороту опускались вниз по телу к лобку. Снова её киска намокла и тело испытывала тяжесть, которую хотелось выпустить наружу. Грудастая девочка посмотрела вниз, на вторую Танюшу, чье лицо излучает одно лишь блаженство и разврат, и с трудом выдавливает из себя. — Я-я... х-х-хотел-л-ла б-бы... поц-ц-еловать её... — Коровка Таня прикусывала губы глядя на то с каким удовольствием её подружка очищает свое личико от спермы. Ловкими и быстрыми движениями пальцев она собирала загустевшую сперму и отправляла в свой голодный ротик, облизывая губки. Она не могла удержаться. — П-п-пожалуйст-та? На волшебном слове коровка посмотрела на Аню щенячьими глазками. В этот момент сердечко буквально било у обоих как бешенное. У первой от смущения и возбуждения, а у второй от умиления и желания развратить её. Член футы в этот момент проскочил между мягких и теплых ляжек коровки, вжавшись горячей и твердой плоти к нежным половым губам умытых в склизких слюнях милашки. Головка буквально уперлась в выпирающий клитор, натирая его такт пульсациям. Руки Ани плавно поглаживали груди, но потом начали опускаться вниз к мягкому животику Коровки. — Как хочешь, сладенькая... — Шепот футы снова обжигал ушко Коровки, а руки начали тянуть её на себя. — Только давай сменим тогда позу, дабы ты могла с ней целовать сколько захочешь... Милашка с любопытством наблюдала за тем, как сочная подружка меняла позу, ощущая как пламя похоти ещё горело в её теле от груди опускаясь вниз к лобку. Глаза неотрывно наблюдали за мягким животом, пухлыми ножками и нежной киской, а также за милейшим лицом укрытым за объемными грудями. И все это было с виду сверху вниз, словно смотришь на белоснежную статую из мрамора и мягкости. Но вот ракурс сменился. Фута утащила Коровку за собой и нежно опустила её на Милашку. Их лица оказались почти вплотную прижаты между собой и две красавицы смотрели в глаза испытывая разные чувства. Коровка терлась грудью и испытывала смущение от желанной близости, а Милашка не могла не переставать любоваться нежными чертами подружки. Причем обе чувствовали сквозь свои упругие и мягкие груди, как их сердца начинали биться все быстрее и быстрее, разгоняя кровь и нагревая тела. Пот скатывался по телам обеим, но именно с Коровки он капал прямо на стройное тельце Милашки, которая собирала каждую капельку в свой голодный ротик. — Прости... — Промолвила с трудом Коровка и отвела взгляд в сторону. Она поджимала губы,и пыталась отпрянуть от Милашки, но не удалось. Милашка резко обхватила подругу за талию и прижала к себе так, что её грудь утонула в груди Коровки. — Не волнуйся... — Прошептала помешенная на сексе Танюша, чья ласковая рука прильнула к румяной щечке скромной Тани. Её губы начали не спеша приближаться к губам грудастой красавицы. — Твое тело великолепно, коровка... Сама мягкость и сочность... Одурманив словами подружку, Милашка прильнула к её сладким губам. Лишь на мгновение Коровка испугалась и подумала, что что-то идет не так, но пущенный вход язык развеял её страхи. Она начала целовать в ответ и две сладкие девочки уже во всю игрались с языками и ласкали сладкие тела друг-друга, под звонкое мычание от удовольствия. Милашка гуляла по телу Коровки и чувствовала как тяжесть и сочность плавно переплетались между собой. Она пыталась пальчиками зачерпнуть как можно нежной плоти Тани, утопая своим телом в её объятиях, пока их губки без остановки хлюпали и чавкали. Грудастая Таня также не отставала от своей подружки-тезки. Своими сильными и большими ручками она впивалась в стройное тельце Милашки, поглаживая и лаская её так, будто та была её домашним питомцем и делала массаж. Движения были плавными, но настырными, размазывая по бархатной коже сладкий пот. Ну а её пухлые губки брали вверх над губами подружки, взамен давая возможность властвовать язычком в её ротике, испуская самые развратные и пошлые звуки, что возможно было издать ртом. — Ох, какая красота... — Раздался голос футы за их спинами. — Девочки, вы там случаем обо мне не забыли? — Цепкие руки Ани впились в объемные и мягкие ягодицы коровки, вонзившись в мягкую плоть тонкими и длинными пальцами. — Потом ещё, чего вы целуетесь только губками на своих милых мордашках? До этого девочки целовались и ласкали друг-друга, особо не прижимаясь своими телами. Да их груди соприкасались, но лишь из-за впечатляющего объема одной из них. Но в остальном только руки терлись и вжимались в изгибы и округлости подружек, пока наконец-то не вмешалась Аня. — У вас ведь есть ещё и эти губки, сладенькие... Руки футы надавили всем весом на объемную попку Коровки и медленно опустили ту всем телом на Милашку. Гладенькие и покрытые тонким слоем пота и влаги лобки соприкоснулись, а вместе с ним и нежнейшие половые губки, пропитаные от начала и до конца сладкими соками. Обе девочки тут же замычали от наслаждения прямо во время поцелуя, почувствовав как их набухшие клиторы уткнулись друг в друга. Их бедра незамедлительно начали тереться и прижиматься, пытаясь сковать себя в "ножницы", но Аня не дала этого сделать. — Что такое, девочки? Хотите потереться друг об друга? Ах... Мои сладкие, не волнуйтесь, сейчас я вам дам эту возможность.... — Фута наслаждалась видом извивающихся тел. Как мягкое и округлое тельце Коровки переливалось прижимаясь к стройному и подтянутому телу Милашки. Будто упругие скалы встречались с нежнейшими волнами белоснежного моря. — Как же я вас обожаю... С этими словами, Аня поддалась бедрами вперед и её головка уткнулась в нежнейшие тиски из двух женских тел. Половые губы обеих девочек ласкались и терлись друг об друга, плавно расступаясь перед упругой плоть толстого члена. На её головке и до самой середины венозного ствола была натянута тоненькая пленка из прозрачного презерватива, что лишь на несколько жалких миллиметров отделяла от всепоглощающей влаги двух текущих девочек. — М-м-м-м... Божечки... Какие же вы горячие... — Прошептала Фута, поглаживая попку Коровки и двигаясь все дальше и дальше, слыша в ответ звонкое мычание и развратное причмокивание слюнявых губок. — Я рада, что вам нравится... Киски девчонок мокли. Влага неостановимым потоком вытекала из их отверстий. Половые губки будто бархатные полотна окутывали своей плотью проталкивающийся между ними член. Жар исходящий от члена и тел развратниц сталкивались между собой и будто закручивались спираль между своими хозяйками. Это чувство нарастало и выливалось в обжигающий шторм наслаждения, от которого мышцы как футы так и девчонок пульсировали и сжимались. — Ах... Девочки, молодцы... Умнички, мф... Мои... Продолжайте... Аня не переставала хвалить и всячески ласкать словами Коровку и Милашку. Её руки хоть и были уложены на мягкую попку первой, всячески тиская и поглаживая её. Но зато вторая лучше чувствовала вес и упругость члена футы, ощущая как обтянутая резинкой плоть упиралась прямо в её клитор и узенькое отверстие. Но бедра всех троих двигались в такт друг-другу, в развратном ритме, когда влажные шлепки и скрипы скользкой плоти заглушали собой даже звук моря. Член утопал в объятиях двух кисок, разделяя их между собой, пока увесистые яйца шлепались о упругую попку Милашки снизу. Аня резво двигала бедрами вперед и назад, придерживаясь за попку Коровки, не давая ей при этом отстраниться от тела подружки. Член буквально полировался половыми губками и омывался в блестящей влаге, проталкиваясь по самое основание и лобком упиралась в промежность обеих девочек. И самый сладкий момент для них был именно тогда, когда упругая и пульсирующая головка вдавливалась своей плотью в их нежные и ласковые клиторы, что буквально подставлялись под напор члена. Ведь фута в этот момент на несколько секунд "задерживалась" и виляла своей попкой из стороны в сторону, дабы как следует "промять" пышным достоинством бугорки девочек, выдавливая из них очередные приглушенные влажным поцелуем стоны.