Реминисценция

***

Утро началось не с кофе. Это было даже не утро. 4 часа ночи. Громкий и чёткий стук в дверь заставляет мозг окончательно пробудиться. Парень идёт открывать дверь, заранее зная кто за ней. Он отпирает её, и та сразу распахивается, а ему в руки падает тяжело дышащее тело. Холодное, продрогшее до костей. Оно точно не может адекватно соображать и что-то самостоятельно делать. От него тянется шлейф алкоголя и сигарет. Может, даже наркотиков. Но Чонгука это не должно волновать. Он зарёкся, что больше это не его забота, но это создание снова умудряется разрушать его планы и обещания, данные самому себе. Каждый раз после своих колких и ранящих душу и сердце слов он продолжает напиваться до полуобморочного состояния и приходить к тому домой. Домой к Чонгуку. К своему уже сто тысяч раз бывшему парню, другу, партнёру, смыслу жизни. У Юнги больше нет никого. Только Чонгук, и возможно, старое, чёрное и потёртое пианино. Единственное, что осталось от родителей. Чонгук это знаёт, но он не мазохист. Хотя, только мазохист сможет прожить с таким, как Юнги больше пяти лет под одной крышей, душа в душу, жизнь в жизнь. Совместная однушка, еда, ванная, кровать, мечта. А потом ссоры, секс (приятный и самый быстрый, действенный способ примирения), и тихий шёпот пока один из них не заснёт. Всё они делили на двоих уже долгое время, но всему приходит конец, как бы банально и больно это не звучало. Нет никаких хэппи эндов. Всё это сказки, нереальные мечты. У них всё слишком больно, остро и трагично. У них невозможно. Рано или поздно происходит переломный момент. У одного или обоих. И когда они осознают это — становится поздно что-то менять, исправлять. Пути назад нет. Так и случилось с Юнги. Увольнение с работы, плохая компания, опускание рук и неверие в свои силы. Порой, Чонгук винит себя. В том, что не заметил всё с самого начала. Не придал этому должного внимания. Но и Юнги поступил как эгоист. Возможно, он всё-таки не такой и сильный духом. Либо же просто окончательно сломан и разбит. В любом случае, он забыл что он не один. Ведь младший всегда был готов помочь, поддержать, и быть рядом. Быть поддержкой, светом в конце туннеля. А Юнги сдался. И его можно винить как минимум за это. Жаль, Чон уже не знает, винит ли тот сам себя. Он не знает о чём он теперь думает, зачем всё это делает. Но он и не знает, не понимает какого быть зависимым. Особенно от наркоты. Настоящей. Он даже не представляет какого это: чувствовать ломку, желать только спасения либо смерти. Чувствовать жажду конца. Покончить со всем, либо добыть ту самую драгоценную дозу. Понимать что возможности достать её нет, и всё стает ещё хуже, сложнее. Сдерживаться невозможно, и тогда мозг подкидывает картинки из жизни: на протяжении всей сознательной жизни младший был рядом. И тело само неосознанно несёт хозяина к самому драгоценному (единственному) человеку в жизни. И не важно, примет ли тот его, или нет. Спасение тогда виднеется только в нём. И тот спасает. Переступая через себя, свою гордость и хрупкую психику. Он страдает, но жертвует своим всем ради спасения Юнги. Так было всегда и так есть сейчас. Хуже всего то, что он подсознательно понимает что так и будет всегда. Как бы он не устал от этого, он знает, что отказать ему не сможет. Он всё ещё любит. Он тоже своего рода зависим. Но по другому. Не от наркотиков, как Юнги. А от любви к нему же. Любовь — страшная вещь. Её нельзя потрогать, ею нельзя управлять и невозможно овладеть. Но она сильнее всего вместе взятого оружия на планете. Она способна убить, разбить, сломать, починить, дать надежду, уничтожить её же. Она как яд, и как лекарство. Её больно испытывать, но в то же время это самое невероятное и приятное чувство в мире. В любом случае она переполняет тебя. И так, как управлять ей нельзя, то она управляет тобой. Чонгук не верил в неё так-то. Что уж говорить о Юнги. Но они полюбили. Любовь разрешила им почувствовать себя. Странно, порой люди находят то, чего не ищут, а те, которые всю жизнь жаждали — так и не обрели. Это можно назвать и даром, и наказанием, ведь каждому своё. Для тех, кто в неё даже не верит, она, безусловно, стает наказанием. Юнги и Чонгук тому доказательство. Остаётся вопрос, и он любимый всеми. Почему? За что? Ответа конечно же не будет.