Смерть, как призыв к чему-то большему

***

Увидев расписание слуг клана Цзинь, Вэй Усянь бросил его в сторону, лег на кровать и, обняв Цзян Чэна за талию, начал жаловаться. Он возмущался, что Цзинь Цзысюань бесчеловечен: он, Вэй Усянь, сделал все, чтобы помочь ему завоевать сердце Цзян Яньли, а теперь должен полгода служить в клане Цзинь. Он пожалел, что вообще помогал Цзинь Цзысюаню, и лучше бы оставил его на произвол судьбы. Едва он закончил жаловаться и начал кокетничать, как получил удар по голове от Цзян Чэна. Тот, не сдерживая силы, привычно сказал: — Слезь с моих ног! — В этой жизни Вэй Усянь стал мастером использовать любую возможность для своей выгоды, и Цзян Чэн уже не раз попадал в его ловушки. — Не слезу! А-Чэн, пока не погладишь меня по голове, я не уйду! — Вэй Усянь крепче обнял Цзян Чэна, уткнувшись лицом в его ноги и не отпуская, несмотря на попытки Цзян Чэна оттолкнуть его. — Слезай! — Вэй Усянь, как прилипший пластырь, продолжал лежать на ногах Цзян Чэна, называя себя трехлетним ребенком. Цзян Чэн, как всегда, не мог с ним справиться. С самого детства Цзян Чэн привык поддаваться Вэй Усяню, всегда следуя за ним и попадая в неприятности. Но на этот раз все было иначе: тот, кто вырыл яму, был внутри нее и не давал Цзян Чэну упасть, а вместо этого подставлял свое плечо, чтобы помочь ему выбраться. Возможно, в этот раз все действительно изменится. После долгих попыток оттолкнуть Вэй Усяня, Цзян Чэн вздохнул и, с легкой улыбкой, взял мягкую подушку. Вэй Усянь, думая, что Цзян Чэн хочет ударить его, быстро отстранился, но тот просто положил подушку на свои ноги и уложил на нее голову Вэй Усяня. Цзян Чэн нежно отодвинул прядь волос, закрывающую глаза Вэй Усяня, и тот, чувствуя себя комфортно, прикрыл глаза. Но в этот момент он почувствовал, как что-то потянуло его за волосы, и увидел, как Цзян Чэн с улыбкой держит в руках вырванный волос. Вэй Усянь не мог на него злиться. — Цзинь Цзысюань совсем несправедлив. Я всего лишь сделал так, что он иногда чувствовал себя нехорошо и вырвал у него несколько волос... — начал Вэй Усянь. — Кто же знал, что ты вырвешь у Цзинь Цзысюана столько волос, что у него почти образовалась лысина? Теперь ты в его руках, и сбежать не получится, — сказал Цзян Чэн. Хотя все идеи исходили от Цзян Чэна, а Вэй Усянь лишь выполнял их, почему же только он один должен быть наказан, а Цзян Чэн может спокойно наблюдать со стороны? Вэй Усянь надул губы и пробормотал: — А-Чэн, ты тоже его дразнил. Почему ты не наказан? — Разве это не ты дразнил его? — Цзян Чэн снова взял прядь волос Вэй Усяня, явно намекая, что вырвет ее, если тот продолжит. — Ладно, ладно, это я! А-Чэн, не рви больше волосы, а то я стану лысым и некрасивым. Вэй Усянь быстро замолчал. Он просто шутил, но если бы Цзян Чэну пришлось служить в клане Цзинь, он бы точно не позволил. Никто не смеет обижать его сокровище. Цзян Чэн отпустил волосы Вэй Усяня и рассмеялся. Он решил не говорить Вэй Усяню, что на обратной стороне расписания было написано, что ему нужно служить только ему и Цзян Яньли. Но госпожа Цзинь уже все устроила, и Цзян Яньли не нуждалась в помощи. К тому же, госпожа Цзинь не позволила бы никому, кроме Цзинь Цзысюаня, приближаться к Цзян Яньли, так что забота о ней легла на плечи Цзинь Цзысюаня. — Ложись спать. Если ты не встанешь к утру, я тебя не разбужу, — сказал Цзян Чэн, решив не рассказывать Вэй Усяню правду до утра. На следующее утро Вэй Усянь был сброшен с кровати Цзян Чэном, что вызвало громкий шум. Он, потирая больную спину, сонно поднялся с пола и посмотрел в окно. На улице было еще темно, и холодный ветер дул через щели, заставляя Вэй Усяня дрожать. Он вернулся под теплое одеяло и обнял Цзян Чэна. Холодный ветер и ледяные объятия Вэй Усяня разбудили Цзян Чэна. Раздраженный тем, что его сон прервали, а Вэй Усянь выглядел более довольным, чем он сам, Цзян Чэн ударил его по голове. — А-Чэн, зачем ты меня ударил? — Вэй Усянь потер голову и пожаловался. Ему снилось, как он и Цзян Чэн были близки, и он почти поцеловал его, но был грубо разбужен. — Уже утро, а ты еще не пошел на собрание? — Цзян Чэн крепко держал одеяло, не позволяя Вэй Усяню вернуться под него. Если тот снова залезет, это будет бесконечно. Вэй Усянь надул губы и начал тянуть одеяло. После долгой борьбы он сдался и пошел к шкафу, чтобы переодеться в форму слуги клана Цзинь. Он помнил, что Цзян Чэн легко простужается, и не хотел, чтобы тот снова заболел. Цзян Чэн, привыкший вставать рано, не мог снова заснуть. Он попросил Вэй Усяня принести ему одежду. Вэй Усянь, внезапно осенившись идеей, нашел деревянный поднос и положил на него одежду Цзян Чэна. Он подошел к Цзян Чэну, слегка поклонился и сказал: — Молодой господин Цзян, пожалуйста, оденьтесь. Цзян Чэн рассмеялся, встал перед Вэй Усянем и снял верхнюю одежду. Вэй Усянь с улыбкой подошел, якобы чтобы помочь Цзян Чэну надеть одежду, но на самом деле обнял его. — Ты помял мою одежду, — нахмурился Цзян Чэн, но не оттолкнул Вэй Усяня. — Если ты будешь таким неуклюжим, Цзинь Цзысюнь точно будет недоволен. Услышав имя Цзинь Цзысюня, Вэй Усянь поднял голову и недовольно сказал: — Чтобы я служил этому маленькому господину? Ни за что! Цзян Чэн с интересом поднял бровь. — Разве я не трудный маленький господин? — Я всегда был слугой клана Цзян, служить своей семье — это естественно, — обнял Цзян Чэна Вэй Усянь. — Кроме того, я служу тебе по собственному желанию. О каком нежелании может идти речь? — Вэй Усянь, ты никогда не был слугой клана Цзян, — ударил Цзян Чэн Вэй Усяня по плечу. — Если кто-то скажет тебе что-то плохое, бей его. Если кто-то не согласится, пусть придет ко мне. — Хе-хе-хе, А-Чэн, ты действительно заботишься обо мне. — Не льсти себе. Если ты не оденешься, то опоздаешь на собрание. Не позорь наш клан, — Цзян Чэн спокойно надел одежду и добавил: — И если встретишь девушку Мианьмиань, не вздумай заигрывать с ней. Не знаешь, как умрешь. Вэй Усянь не смог сдержать улыбку. Он подошел к Цзян Чэну и ткнул его в щеку. — А-Чэн, ты ревнуешь? Цзян Чэн оттолкнул его руку и закатил глаза. — Если бы я ревновал по каждому поводу, я бы уже давно сыт по горло. Заметив, что уши Цзян Чэна покраснели, как спелые яблоки, Вэй Усянь сдержал желание укусить их. Если он продолжит дразнить, Цзян Чэн точно рассердится. Вэй Усянь улыбнулся, отпустил Цзян Чэна и быстро оделся. Пока Цзян Чэн был не начеку, он поцеловал его в щеку. — А-Чэн, если заскучаешь по мне, позови! — Он быстро выбежал из комнаты и закрыл дверь, избежав подушки, которая полетела в его сторону. Когда Вэй Усянь пришел на собрание слуг, Мианьмиань удивилась его появлению. Она объяснила, что Цзинь Цзысюань приказал, чтобы Вэй Усянь не работал с остальными, а служил только Цзян Чэну. Вэй Усянь тихо пробормотал, что Цзинь Цзысюань все же не лишен совести. Он заметил, что Мианьмиань действительно красива, но в его глазах никто не мог сравниться с Цзян Чэном. Он мог хвалить других, но никогда не позволял себе лишнего. Мианьмиань показала Вэй Усяню весь дом клана Цзинь. Территория была огромной, в десять раз больше Лотосовой гавани. Она объяснила, где живут члены семьи, а где находятся важные места. Она предупредила его не приближаться к комнатам членов семьи, особенно к Цзинь Цзысюню, который был очень вспыльчивым. Мианьмиань была не похожа на других девушек. Она была умна и общительна, и Вэй Усянь за несколько дней захотел переманить ее в Юньмэн. В течение полугода Вэй Усянь постоянно спрашивал Цзян Чэна о «неизвестных» событиях. Он хотел понять, что произошло, разделить бремя Цзян Чэна и быть частью их общего секрета. В прошлой жизни, после окончания учебы, Вэй Усянь оставил записку и ушел с Нэ Хуайсаном путешествовать. Они встретили Лань Чжаня и вместе отправились на задание. По словам Нэ Хуайсана, Вэй Усянь и Лань Чжань были идеальной парой. Позже Цзян Чэн, беспокоясь о Вэй Усяне, отправился за ним и нашел его. На этот раз Цзян Чэн выбрал другой путь. Он остался в клане Цзинь, но продолжал управлять делами клана Цзян, готовясь к восстанию клана Вэнь. Вэй Усянь узнал о трагедии на Пристани Лотоса и понял, почему Цзян Чэн так изменился. Он бы поступил так же. За это время Вэй Усянь подружился с Мианьмиань и встретил интересного гостя клана Цзинь по имени Сюэ Ян. Услышав имя Сюэ Яна, Цзян Чэн нахмурился. В прошлой жизни Вэй Усянь и Лань Чжань вместе уничтожили его. Но в этой жизни Вэй Усянь подружился с ним. Возможно, это был шанс изменить Сюэ Яна и предотвратить трагедию. — Вэй Усянь, что ты думаешь о Сюэ Яне? — спросил Цзян Чэн.