Когда меня раскрыли

      Солнце уже скрывалось от людских глаз на горизонте, своими рыжими лучами подобно кисти оставляя мазки на улицах Лондона. Карен то и дело приходилось щуриться от блеска зарева, и пробиралась через захолустья дум недавней встречи мысль о том, что стоило бы наконец приобрести солнцезащитные очки, хоть и считала яро, что они ей не подойдут. Прикрывая рукой лицо подобно козырьку кепки, девушка смогла хотя бы смотреть на дорогу, чтобы не споткнуться и не столкнуться с прохожими.       «- Погибшей являлась Хлоя Дуглас, которую как раз вы недавно упоминали, — на малое мгновение в лице инспектора промелькнула едкая насмешка, но она тут же скрылась от чужих глаз, боясь быть замеченной, — Если вы хотели подробности о ее смерти, то я вам не расскажу о них», — то и дело проворачивала слова мужчины, и сама даже не понимала, почему затаила на него обиду. Ведь прекрасно понимает — она не детектив, и прав на подобную информацию не имеет. И все равно, к горлу комок подходит, да губы дует, как ребенок.       «- Тейлор Мур… — протянул мужчина, осматривая фотографию темноволосого студента, у которого в глазах сплошные задоринки. Брови приподнялись подобно удивлению, но вот ухмылка, растянувшая губы, была настоящей. Он бросил на стол фотографию, укладывая локти на стол, — Мне кажется, вам лучше об этом расспросить как раз его, мисс Барлоу».       Карен бесилась. Этого мужчину она понять не могла до конца. То он вызывает чувство сострадания, то сплошное раздражение. Особенно тогда, когда вот так вот издевается над ней. «Почему никто меня никогда не ставит в известность?!», — хотелось завопить девушке, но в итоге она лишь обозленно пнула бедный мусорный бак, а затем провыла от боли в кончиках пальцев.       Рыжеволосая уже была рядом с общежитием, когда стали закрадываться вечерние сумерки, оттого и по коже стал проходить приятных холодок после весеннего зноя. Студенты медленно плелись в корпус, обсуждая проблемы дня и общую для них рутину. Кто-то смеялся, кто-то более скромно переговаривался, а кто-то вообще засел в телефоне, с глупой улыбкой строча кому-то сообщение, при этом умудряясь довольно ловко лавировать между остальными и пробежаться по ступенькам прямиком к двери. И вот Карен слилась вместе со всеми, даже отмечая про себя, что некоторых из них когда-то видела в коридорах университета, но пообщаться, конечно, не удавалось.       Но дальше двинуться не удалось. Облокотившись спиной о темную каменную кладку, девушка понуро наблюдала за тем, как студенты один за другим прикладывали свои ключи-таблетки к маленькому терминалу и заходили внутрь. Она даже могла понаблюдать за тем, как поднимаются по лестнице вверх, или как кто-то берет почту из ящичка благодаря полупрозрачной входной двери этого корпуса. Наконец, спустя пяти минут ожидания показался знакомый силуэт, а следом дверь распахнулось и миру явилось довольное, но запыхавшейся лицо Сары. — Прости! Давай, заходи, — подруга с нескрываемым удовольствием запустила немного прозябшую девушку внутрь и резво поскакала по лестнице вверх, то и дело оглядываясь назад и активно щебеча о том, что она только что заделала вкуснейшие бутерброды и заварила кофе, который совсем недавно появился на полках в супермаркетах.       Карен могла лишь кивать и поддакивать, старательно делая вид, что вовлечена в эти повседневные темы, лишь бы полностью вновь не утонуть в мыслях о ее истинной цели визита в общежитие. Вообще, она была несколько раз в нем, и то благодаря своей подруги, но полноценно изучить его так и удавалось.       Она снова оказалось в светлой, с кричащими элементами декора комнате. Хоть и не большая, но в ней умудрялись жить две дамы с удивительно отличными друг от друга вкусами, и это сразу бросалось в глаза. Сара, девочка-битва, обустроившая свое жилище слева, как раз и была той самой персоной, любящий неон, что резал глаза сходу. И Тарани, ее соседка по комнате, что любила предметы, дарящие безмятежность и нежность. Перламутровый, пастельный розовый, бархатный коричневый — эти цвета полностью описывали мягкую натуру второй жительницы этой комнаты. Когда Сара, так до конца и не определившая свой стиль личности, перебегала от радости за мягкие миленькие игрушки до экстаза за черепа, пауков, змей и рэп-индустрии, которая проявлялась в виде пластинок, гордо висевших на стене прямо над кроватью. — Тарани нет? — тут же сходу спросила Карен, стоило пройти внутрь помещения, но глаза не отводила от аккуратного пятидесятилитрового террариума, стоявшего все там же на комоде в углу. Будто почуяв гостя, птицеед выполз из своего домика-черепа и своими большими глазками уставился в ответ на рыжую, двигая заинтересованно хелицерлами. — Смотри, а Кристиан тебя помнит! Иди сюда, мой маленький миленький пирожочек, что, проснулся уже? — тут же забыв о своей подруге, студентка подбежала к своему домашнему любимцу, лелея его и нянчась. Крышка террариума заскрипела, как и нервы зеленоглазой… — Нет, не смей! Сара! — буквально перелетев и так маленькое расстояние комнаты в самый даль, столкнувшись задом со столом у окна, девушка сжала рука в кулаки, борясь с паникой. — Да ладно тебе, дорогая. Он тебя не покусает. Ну посмотри, разве он не милашка? — держа в руках малютку-птицееда, она мягко его поглаживала подушкой указательного пальца, развернувшись лицом к гостье. Вздохнув, медленно пошла к ней на встречу, но пока что сделала только лишь шаг, — Скажи лучше, Сара. Зачем ты попросилась сегодня ко мне в гости?       Руки ухватились уже за край стола, крепко сжимаясь на нем. Глаза не переставали смотреть на это пушистое членистоногое, что могло в любой момент прыгнуть на нее, и, не дай бог, укусить. Сглотнув образовавшийся в горле комок страха, рыжеволосая нервно выдохнула, — В-в гости же… Разве я приходила всегда с какой-то определенной целью?       Голубоглазая усмехнулась, ее взор сощурился, стал подозрительным, хитрым. Явно не верила, явно о чем-то догадывается, но хочется услышать все как есть напрямую, — Карен, милая моя Карен, я знаю, когда ты врешь, — и ее лицо ожесточилось, стало непоколебимым, почти что злым. Это изменение заставило девушку отвлечься от паука и уже беспокоиться о другом. Стало откровенно не по себе. — Сара? Что за хрень? — непонимающе изогнув брови, студентка смотрела уже на подругу, она немного расслабилась. — Это я у тебя должна спросить. Зачем ты ко мне сегодня пришла? Я знаю, что ты была в полицейском участке вчера вечером. Что они тебе там наговорили? — и она стала убирать своего паука обратно в террариум, сбавляя хоть немного невроз гостьи. Карен расслабленно бы выдохнула, если бы не вопросы, раздаваемые в этих стенах.       Голова заболела, сдавливая виски. «Ну вот откуда она это знает? Видела меня, садящуюся в машину? Но тогда точно вокруг никого не было. Или у полицейского участка? Но что ей там было делать? Нихрена не понимаю уже ничего…», — присев на кровать и потирая лицо ладонями, Барлоу никак не могла сконцентрироваться хотя бы на одной вещи.       Возможно, внешний вид подруги дал свои плоды — Сара смягчилась и присела рядом, но все еще физически не контактировала. Лишь напряженно свела брови на переносице и сцепила пальцы на бедрах, ожидая хоть каких-то слов. Но знала бы она, что Карен совсем не была готова к подобному разговору. Точно не сегодня, не сейчас. Ни морально, ни психологически, никак.       «У меня нет сейчас на это ни времени, ни сил, чтобы рассказать все как есть. Как, что мне ей сейчас сказать? Не прямо же — Я пришла сюда, чтобы проникнуть в комнату какого-то Тэрри Пратчета, которого никогда не видела, и лишь потому, что он как-то связан с дурой Хлоей! Почему я должна? Потому что меня попросил лейтенант Адамсон! Почему он меня попросил? Я сама не ебу! А нет, простите, взамен на то, что я узнаю, как сдохла как раз Хлоя. Класс, логика во».       Чем дольше Карен молчала, тем больше шатенка нервничала. Сначала она лишь сжимала сцепленные руки, а потом начала кусать губы. Последним признаком нервоза стало перебирание пальцев и легкие движения торсом. — Ладно, все, стоп! Ты меня правда пугаешь в последнее время, Карен… — тревожено начала подруга, и это было видно по ее лицу. Все еще нахмуренные брови, в глазах стоял страх, — Ты же мне можешь верить, Карен. Я всегда была рядом, всегда готова поддержать. Но, ты мне не можешь сейчас все рассказать, я права?       С дрожью на губах выдыхая, рыжеволосая отняла руки с лица и смотрела на девушку, сидевшую рядом. В груди заболело от произнесенных слов. Верить ей? Да она сама в себя не верит уже. Готова поддержать? Вполне, но самой не до конца разобравшись в происходящем, выдать все начистую вот так вот, еще и в общежитие, где везде есть глаза и уши в стенах… — Да, ты права. Не здесь и не сейчас точно. Я сама все скажу, когда будет подходящая возможность. Даю тебе свое слово… — поджав губы, произнесла она. И почему-то это слово далось ей особенно тяжело.       Немного погодя, в полном дискомфорте из-за сложившейся ситуации и неврозе, никто из них не решался нарушить тишину, но Карен все же ее нарушила. Небольшой частичкой правды, — Да, я пришла не просто так. Потому что ты мне нужна, Сара, — на мгновение шатенка просияла от этих слов. Подобно щенку, ее глаза заблестели, улыбка начала находить на губы, — Мне нужна твоя помощь, — и немного тут же угасло это сияние.       Смущенно хмыкнув и облизнув губы, Джонсон спросила, — Ну и какая? Не просто же так именно в гости попросилась, верно? — размашистый кивок был ответом, — Ну, выдавай, что от меня требуется… Вслепую доверюсь, так уж и быть.       Рыжеволосой стало противно от самой себя. Смотря на подругу, то, что она готова даже так ей помочь, ничего не зная, вслепую.       Карен давно не было так тошно. «Какая я уродка…», — впиваясь ногтями в ладони, думала она, а вслух произносила, — Мне нужно узнать, где живет Тэрри Пратчет. И попасть в его комнату. — Как понимаю, что тебе понадобилось в его комнате, я пока что не могу знать, — внимательно смотря на подругу и получив отрицательный взмах голову, девушка вздохнула, — …Узнаем.       Не в силах больше видеть побитый облик подружки, Сара положила ладонь на рыжую макушку и мягко начала по ней водить. Резкий дрог и удивленный вид ее посмешил, — Хватит тебе. Все хорошо, не раскисай, а то будешь, как изюм. Ты же не старуха, чтобы быть изюмом. Фу, или ты старуха? — Сара! Епт твою мать! — раскрасневшись, девчонка кинулась на шатенку с целью защекотать, а получила лишь смех, разгоняющий тучи в голове. Поэтому она и любит Сару. Сара правда классная…       Несколько мужских голосов прокатились эхом по коридору и донеслись до комнаты. Подобно суслику, рыжая подсобралась и вытаращила глаза, смотря на дверь так, будто сейчас случится нечто необычное — но нет, студенты просто прошли мимо них, смеясь и обсуждая что-то свое, забавное и интересное. Горячее дыхание опалило шею, заставляя мурашки пробежаться по коже. Карен прошипела и смущенно-раздраженно глянула вниз, на усмехающейся подругу. — Нет, я, конечно, совсем не против подобной позы, — ладони с длинными тонкими пальцами шустро оказались прямо на довольно худых ягодицах Барлоу, нависающей сверху, и по-собственнически слегка сжали их, — Но прикинь выражение лица Тарани, резко открывающую дверь? Ух, не знаю, что будет первым — шок, раздражение или смущение. — Да пошла ты в жопу, Сара! — все еще испытывая стыд, девушка быстро ретировалась с чужого тела под смешки, но вот зад еще чувствовал даже сквозь джинсы горячие ладони. Это и смущало, и почему-то нравилось, но все же дискомфорт и даже некая грязь за саму себя пересиливало два этих чувства, — Все, пошли. Правда, время не ждет, — с обреченность произнесла Карен, с преданностью и жалостью поглядывая на подругу.       Она не заставила долго ждать — захватила телефон, что-то спрятала в карман кожанки и вышла из комнаты, не забывая закрыть ее на ключ. Через высокие коридорные окна совсем ярко слепило уже почти зашедшее солнце, и буквально пять минут, и оно скроется за горизонтом окончательно. Длинные тени ложились то на стены, то на плитку пола. За каждым поворотом казалось бесконечных коридоров слышались голоса. — До скольки ты сказала я буду коменданту? — проходя очередной одинаковый коридор, спросила девушка. — До восьми. В девять уже комендантский час. Надеюсь, мы успеем за это время — я еще искупаться хочу сходить, — подходя к плану этажа со списком жильцов, шатенка начала бегло его изучать, пока Карен параноидально смотрела по сторонам. Ее взгляд зацепился за одиноко висящие часы на светлой стене — они показывали шесть сорок, — Нашла! — резкий возглас подруги заставил тут же обернуться и уставиться в то место, куда та тыкала, — Тэрри Пратчет, комната пятьсот сорок. На пятом этаже живет, засранец… — А что с пятым этажом не так? Слишком высоко для тебя? — усмехнулась зеленоглазая.       Сара закатила глаза, — Детка, выше меня только бог. Пятый этаж просто, ну… Он не из самых нормальных, скажем так. Лучше с ними не связываться, — ее плечи обессилили, а взгляд похмурел. Она снова внимательно уставилась на Карен, решая что-то для себя.       Но не заставила долго ожидать. Тяжело вздохнув и прошипев по поводу того, нахрена вообще во все это ввязывается, повела девушку за собой, — Я правда не знаю, как мы с тобой вообще попадем в комнату, но на месте решим, да? — На самом деле, у меня уже есть мысли, как это можно сделать… — перешагивая через очередную ступеньку и жадно глотая воздух полной грудью, уже успев запыхаться, раздосадовано провыла, — Неужели в этом новеньком стильненьком нет лифта? — Хоть попу подкачаешь, да и вообще, ты хоть что-то ешь? Худая, как богомол — Вообще-то у богомолов зад есть, и еще какой! — фыркнула Карен, хватаясь за перила и крепко сжимая их ладонями. — Тейлора надо предупредить, а то вдруг следующий раз станет последним… — усмехаясь, шатенка остановилась напротив двери на пятый этаж — Сара! — вот теперь ее лицо правда горело от стыда. И, казалось бы, ее цель, миссия, которая сейчас прямо происходить будет, должна эту краску быстро убрать, но нет. Заходя в коридор пятого этажа она все еще была красная как помидор.       Опомнившись, Карен обернулась, собираясь сказать, что как бы план есть — но они его не обсудили ведь. Тут же на подколы перешли. Но единственное, что увидела, это удаляющийся спину подруги, целенаправленно куда-то шедшую.       И проследив за ее направлением, сердце замерло, забыло, как биться. Девушка шла прямиком к комнате Тэрри. Не понимая, что делать — останавливать, или, может, окликнуть. Куда себя деть? Рыжеволосая снова стала тем маленьким ребенком в магазине у кассы, где мама отошла за каким-то продуктом и оставила в очереди, а она все подходит и подходит…       На удивление, в коридоре пусто и тихо, поэтому звук стука о двери был четким и раскатистым, что лишь еще больше напрягло и напугало и так ошарашенную Карен. Не теряя более и секунды, она быстро свернула за поворот в следующий коридор и прижалась боком к стене, прислушиваясь.       Сначала ничего не происходило, лишь легкие шебуршения Сары, которая тоже нервничала. Уже начало казаться, что никого нет в комнате — это даже было бы на пользу им, но вскоре раздался заглушенный голос какого-то парня, спросившего, кто это. — Да так, Сара с третьего. Тэрри нужен, — видимо, ничего лучше она не придумала, решила действовать так, напрямую. «Ну, в ее стиле, чего я ожидала, собственно…», — фыркнула девушка, и улыбка от мысли сама лезла на губы.       Раздался щелчок замка, дверь приоткрылась. Карен не сдержалась и выглянула совсем на немножко, чтобы хотя бы краем глаза увидеть, что там и как. Парень с соколиным носом и острыми скулами, короткими кудрявыми волосами показался из-за двери, нависая сверху подруги. — Ну, я это. Чего тебе? — и он явно был не настроен гостеприимно пригласить попить чаю у него в комнате. С искренним интересом наблюдая за ними двоими, рыжеволосая думала насчет своих дальнейших планов. Что будет изучать в первую очередь, оказавшись в комнате, на что стоит обращать внимание, где рыскать. Начал захватывать опасный азарт. — Это по поводу КТ. Направили к тебе.       Стоило девушке произнести таинственное «КТ», как Тэрри изменился в лице. Глаза подозрительно забегали из стороны в сторону, да и с порога высунулся дальше, прямо оглядывая коридор на наличие еще других людей. Карен явно вовремя успела юркнуть обратно за стену, иначе бы он ее заметил и окликнул сто процентов.       Но ее волновало другое, даже скорее заинтересовало. Что это за «КТ», которое заставило Тэрри тут же изменить свое отношение к ней? Задумавшись, она прослушала их дальнейший разговор, но он был совсем не долгим — спустя несколько секунд они пошли по коридору в сторону выхода с этажа.       Когда дверь плавно за их спинами закрылась, и они сами скрылись из виду, Карен вышла из своего «укрытия» и направилась прямо к комнате. Она не была удивлена или раздражена тем, что дверь естественно оказалась закрыта — инспектор любезно предоставил ей отмычки. Присев напротив скважины, тонкий крючок в одной руке, «спица» в другой и, вздохнув, Карен кивнула себе, начиная колдовать.       И вроде бы вот, нащупала нужный отсек, начинает на него давить, но сил не хватает, не поддается. Крючок начинает дрожать вместе с рукой, а скрип лишь пугает. Девушка искреннее не понимала, что она делает не так — начинает заново все, ищет нужный выступ, давит, помогает «спицей», замок все равно не двигается с места.       Обматерив уже тысячи раз гребанный замок, то и дело параноидально после оглядываясь и вытирая пот со лба, она в очередной раз пытается взломать дверь, как холодные тонкие пальцы кладутся на ее, и в этот момент Карен падает со страху в обморок. — Тихо-тихо, воришка, это я, — прошептала Сара, хватая голову подругу своей ладонью. Та исступленно, подобно рыбе в воде, смотрит на нее. А после испуганно шипит: — А где Тэрри? — Похер на Тэрри, двигайся, — и отталкивает рыжеволосую в сторону, отбирая у нее попутно приспособления. Карен следила за ловкими движениями пальцев, как они действительно творили волшебство вскрытия прямо напротив нее. Восхищение — то, что взаправду переполняло ее. После того, скольких попыток стоило у нее на этот идиотский замок, оно не могло не нагрянуть тогда, когда Сара за несколько мгновений вскрыла его, — Готово, проходи. — Сара… Ты же расскажешь мне, как ты научилась это делать? — принимая инструменты обратно, задала все же вопрос зеленоглазая, проходя внутрь. В нос тут же ударил запах мужского дешевого одеколона, затхлого воздуха и свежезаваренного доширака. — Только после того, как ты мне скажешь, откуда ты нашла эту приблуду, — и девушка понимала, что та имеет ввиду как раз отмычки. И проглотила язык, ведь она права. Одна правда взамен на другую правду, все честно.       Зеленые глаза стали быстро скакать с одной вещи на другую, то и дело цепляясь за то, что не следовало бы. Время идет, нужно понять, какая сторона комнаты кому принадлежит. — Ему явно не мешало бы иногда проветривать комнату. Ты же согласна со мной, Сара? — поворачиваясь полу боком к подруге и ухмыляясь, Карен ожидала какого-нибудь ответа. Хлопок белой двери буквально в двух шагах от нее совершенно сбил с толку и напугал, — Сара! Какого черта?! — она подошла и схватилась за ручку двери, дергая ее на себя, но та не поддавалась. Ее четко держали с другой стороны, причем крепко, — Сара! — Ответы, Карен. Мне нужны гребанные ответы! Я тебе не буду дальше помогать, пока не получу их. Мне это все чертовски надоело! — Ты спятила что ли?! Выпусти меня тогда отсюда, я тебе скажу снаружи! Не будь идиоткой! — ударяя ногой за деревянную поверхность, девушка начинала уже злиться, но паника была все же главенствующей. — Ну уж нет, детка. Говори все здесь и сейчас, и мне похер на то, увидит нас кто или нет, — обозленный голос за дверью лишь еще больше вселял страх в девушку, заставляя кожу стать гусиной, потому что понимала, что подруга не шутит. Ей правда плевать сейчас на нее.