Ты обещал быть рядом

Перед сегодняшней «защитой» проекта многие нервничали и почти не спали: Хосок и Тэхен повторяли танец от начала и до конца, Чонгук с Джином репетировали высокие ноты в песне, Чимин отдельно от Хо и Тэ оттачивал моменты, где движения у него получаются не так хорошо, как хотелось бы. Юнги ночевал у Намджуна и до пяти утра ребята разбирались, где в зале мероприятий можно подключить свою технику. Помимо этого, Джун списывался с декораторами и стилистами. Проверял, все ли сделано в лучшем виде и ничего ли не забыто. До Сеульского Арт-центра парней повезет арендованный Намджуном минивэн. Сам же молодой человек поедет на личной машине и будет ехать впереди, сопровождая свою группу и наслаждаясь тишиной. Он подозревает, что если бы поехал со всеми в микроавтобусе, то распереживался бы еще больше, так как ребята наверняка повторяли бы каждый свои партии и обсуждали бы будущий показ. Юнги и Чимин заняли места в конце автомобиля, Хосок стал третьим на их ряду. Чонгук и Тэхен сидели в середине машины, а Джин выбрал переднее место рядом с водителем. — Ты только посмотри на этих голубков, — тихо говорит Юнги с неким не то презрением, не то осуждением. — Мы вообще-то такие же, хён, — смеется Чимин, поднимая голову с чужого плеча и смотря на профиль Мина. Чонгук и Тэхен очень тесно сидели друг к другу. Казалось, еще немного, и Гу сядет к Киму на коленки, но он всего лишь упирался носом в чужую шею, довольно мурлыкая, как кот и вдыхая терпкий парфюм Тэхена. Старший в свою очередь крепко держал Чона за руку, боясь ослабить хватку хотя бы чуть-чуть, будто если отпустит, то потеряет любимого. На самом деле, они действительно сильно дорожили друг другом. Их любви, здоровым отношениям, о которых мечтает каждый человек, можно позавидовать. Смотреть на этих двоих — одно удовольствие и невозможность не улыбнуться. Приехав на место, всех парней окутала дрожь, в том числе и Намджуна, который был в этом месте не раз и в таких конкурсах ранее участвовал часто. Для него это были странные ощущения, каждый раз как в первый. Зал был довольно просторный, украшения отсутствуют, перед сценой стоит три стола, за которыми должны сидеть судьи. Позади них на спинках сидений прикреплены именные таблички, означающие места для кураторов. Джуну повезло — он сидит практически посередине и на сцену ему открывается отличный вид. За кулисами куратор не имеет права находится, поэтому это добавляет немного волнения участникам, но как говорил Нам: «пока вы есть друг у друга и пока вы вместе, вы все сможете». Именно эта фраза сейчас поддерживала ребят больше всего. Они стояли рядом с Юнги, который сидел в кресле и что-то настраивал в ноутбуке — не хотели оставлять его одного. Тихо переговаривались, чтобы не мешать и как-то отвлечь друг друга от напряжения. Немного получалось и становилось легче. Мин слышал ребят краем уха и иногда отпускал шуточки, что поднимало настроение и расслабляло еще больше. До их выхода остается 20 минут. Юнги отправляется подключать ноутбук к аппаратуре. Ребята, отвечающие за вокал, а это Чонгук и Сокджин, повторяют текст песни. Танцоры — Хосок, Чимин и Тэхен — самые сложные движения и поддержки. Намджун вспоминает о дыхательной гимнастике и пытается успокоиться. Сначала — музыка, мелодия которой с каждой секундой становится громче. Затем, выход танцоров и принятие ими своих позиций. Вокалисты стоят в самом конце сцены, посередине, на них позже направляется свет софитов и видно становится только их. — Да начнется представление, — шепчет Юнги, усмехаясь, чем вызывает подозрительный взгляд у звукорежиссера.

*BTS — Stay*

Парни выступают без единой ошибки, вложив в песню всю душу и силы. Они не только выполнили свою работу «как надо», но и безумно кайфанули от самого выступления. Раскрыли свое тело, голос, мысли, поделившись этим с окружающими. Жюри в какой-то момент пооткрывали рты от переизбытка эмоций, а в конце трека встали со своих мест и громко аплодировали. THE SAINT Entertainment показало себя во всей красе, и если сегодня они не выиграют, то это будет большим провалом для каждого участника. Ожидание для ребят не было чем-то утомительным, как это обычно бывает. Они нашли чем себя занять до оглашения результатов и практически не нервничали, потому что были убеждены, что выступили более, чем на 200% и показали всю свою мощь. Расходиться они не стали: взяли по напитку в ближайшей забегаловке и сели в парке неподалеку. Много разговаривали, шутили, обсуждали других выступающих, делились мнением о месте, куда они сегодня приехали, пили содовую и наслаждалась обществом друг друга, как бы странно это не звучало. Они не знали, но каждый думал о том, что им повезло оказаться именно в этой группе, с этим наставником и, в целом, в этой компании. Скорее всего, они не пересекались бы на работе так часто, как вынуждены были пересекаться во время создания чего-то удивительного и впечатляющего. Благодаря этому проекту они сблизились и стали действительно друзьями, что в свое свободное время любят зависать друг у друга. Пока другой не видел, каждый смотрел на рядом сидящего или стоящего и улыбался, вложив в эту улыбку благодарность и некую любовь. Когда группа вернулась в помещение, было как-то слишком шумно. Многие носились туда-сюда, держа в руках не то реквизит, не то свои вещи. Еще одни что-то бурно обсуждали при этом активно жестикулируя. Вся эта атмосфера начала давить на семерых парней и стало не по себе. Однако Намджун шепнул, чтобы все сохраняли спокойствие и самообладание. Объявление результатов началось с последнего, пятого места, за которое ничего не полагалось, кроме сертификата за участие. К четвертому месту помимо сертификата еще добавлялся сладкий подарок. Начиная с третьего места участник получал бронзовую настоящую медаль, букет цветов и денежный приз. То же самое было и со вторым местом, но медаль уже была серебряная. И первое место — грант на обучение в Лос-Анджелесе, золотая статуэтка и денежный приз каждому, если выигрывает группа. Последние два места парни слушали спокойно и не дергаясь. Но заговорив один из судей про первое призовое место, все внутри них напряглось. Кажется, они даже перестали дышать. Но смогли выдохнуть, когда не услышали себя. Оглашая жюри следующее призовое место, Намджун начал тихо и истерично смеяться, что заставило и остальных подхватить его, кроме Чонгука и Тэхена. Эти двое были снова увлечены друг другом и, наверное, им до лампочки какое место они займут, если бы на них не шикал Сокджин. И вот оно решающее, первое место. Тут уже было не до смеха, сердце вдруг забилось так сильно, что еще чуть-чуть и оно бы выпрыгнуло из груди. У Хосока вспотели ладони, Юнги сжал челюсть слишком сильно, Чимин вцепился ногтями во внутреннюю сторону ладоней, Чонгук кусал губы с бешеной скоростью, а Тэхен нервно поправлял прическу. На самом деле, они даже не знали, в списке ли они победителей. Они просто были уверены, что должны там быть. И вот оно «Победителями ежегодного конкурса на лучший музыкальный проект среди развлекательных компаний и компаний по поиску талантов становятся THE SAINT Entertainment» И зал взрывается

***

— Предлагаю всем завалиться в бар и жестко напиться! — кричит громко Хосок, держа в руках золотую статуэтку. — А что? Хорошая идея, — отзывается Намджун и тепло улыбается, оглядывая всех вокруг. — Я и Юнги — пас, — слышится голос Чимина. — Мы едем к моим родителям в Пусан. — Чимин-а! Весь кайф обламываешь! — ноет Хосок, надевая на лицо грустную улыбку. — Как-нибудь в другой раз, ребят. Всем спасибо, все большие молодцы. Ура! — произнес Чим напоследок и взяв Юнги за руку, повел того к их машине. — Неправильно так с ними поступать, — бубнит Мин. — Тебе нужно отдохнуть. Поехали.

*Brian Tyler, Breton Vivian — The Gift*

Юнги молча сел в машину и в первые минуты их пути не задавал никаких вопросов. Укутываясь в бежевую толстовку, что он надел поверх белой рубашки, и сложив руки на груди, старший смотрел в окно и наблюдал за проносящимися автомобилями, высотками Сеула и фигурами людей. Мысли менялись очень быстро, было практически невозможно за что-либо ухватиться. Вот сейчас Мин думает о том, какие рабочие молодцы, что смогли воссоздать здание, похожее на одну из геометрических фигур, только какую, он не мог вспомнить. О том белом лабрадоре на пешеходном переходе он как-то мечтал в детстве. А дизайн у миниатюрного кафетерия менялся ни один раз, и сейчас это место снова подвергается реорганизации. Потом в его голове спешно и оживленно всплывают воспоминания. По большей части, последнего дня, который он провел в больнице, но и также времяпрепровождения с друзьями, работе над проектом и всей шумихой, связанной с ним. Молодой человек вспоминает как много отдавался любимому делу, и как мало дарил себя Чимину. Начинает корить себя за то, что чувства свои скрывал, Пака своим поведением извозил, на эмоции выводил и поступками своими ранил. Злился на себя, что предугадать такой исход не мог. Ногтями больно в ладони впивался, да так, чтобы Пак не заметил. Он начинает прокручивать в голове все возможные сценарии и искать там, рыскать, как крот, хороший исход и надежду, что все образуется и все снова будет как прежде. Но сколько бы Юнги не думал, сколько бы он не пытался, с этого момента тревога, страх, отчаянность и чувство безысходности — его лучшие друзья на ближайшее время. Мин поворачивает голову на водительское сиденье и оглядывает Чимина с головы до ног. Рассматривает его всего, каждую мелочь, каждое украшение, каждый волос, упавший с головы на черный пиджак. Рассматривает и внутри себя кричит пронзительно. Вспоминает их первую встречу, первое совместное похмелье, после которого на следующее утро они издевались друг над другом. Ссоры с соседями по кампусу, громкие скандалы. Вспоминает как учил Пака грязным словам, потому что тот был слишком пай-мальчиком. Совместный просмотр квартир для жилья после выпуска, переезд. Их первый поцелуй и первый секс. Тело окутывает множество мурашек, потому что оно тоже помнит немало: ласки Чимина, его любимые точки на теле старшего, его привычка постоянно держаться за руки, когда парни находятся дома, короткие поцелуи в лоб от Пака на работе, когда тот случайно проходит мимо студии Юнги, в которой он работает. — Хён? Все в порядке? Юнги помнит все — Ты какой-то мрачный. Юнги помнит каждую мелочь — Тебе плохо? Тошнит? Мне остановиться? Чимин тоже все помнит, и даже больше — Не молчи, хён, я нервничать начинаю. Чимину будет очень больно — Все в порядке, Чимин-и. Задумался просто, — отвечает Мин, улыбаясь тому. К дому родителей Пака ребята приезжают почти за полночь. Мисс Пак приготовила праздничный ужин и хотела отпраздновать всей семьей победу сына и его друга на конкурсе, но, к сожалению, из-за пробок на дороге Ги и Чимин не успели вовремя. Женщина оставила на столе пару закусок и одно горячее блюдо, чтобы дети не оставались голодными и отправилась спать. Когда парни, зайдя на кухню, услышали вкусный запах, а затем увидели еду, то облегченно выдохнули, потому что, если честно, проголодались они жутко. Уплетав все, что они видели, они еще долго сидели в гостиной, попивая соджу и разговаривая о том о сем.

*Daniel Di Angelo — Drive You Insane*

Время почти 4 часа утра, а они только заходят в комнату, где Юнги обессиленно падает на кровать спиной вверх, закрывая глаза и готовясь спать прямо так: в одежде, в которой был на конкурсе и в позе морской звезды. Он практически засыпает, когда чувствует чужую руку на своей ягодице и нежные поглаживания по спине. Они настолько непринужденные и легкие, что тело пронзает тысяча мурашек. Чимин жестом просит Юнги повернуться на спину, а тот, когда выполняет просьбу младшего, тянется за поцелуем. Пак не в силах отказать любимому и не прикоснуться к манящим мягким губам, начиная их томно целовать, позже оттягивая нижнюю и слегка прикусывая, вызывая тихий стон старшего. Он седлает его бедра, стягивая с себя футболку, а потом расстегивая пуговицу за пуговицей на рубашке Юнги, пристально смотря тому в глаза. Мин наблюдает за действиями младшего, улыбается и помогает ему, ослабляя ремень и жестом требуя снять джинсы. Чимин делает тоже самое с чужими брюками, однако вместе с ними снимая с тела Ги и боксеры. — Какого черта меня ты полностью раздел, а сам в трусах сидишь? — возникает Юнги. Он получает в ответ лишь ухмылку и недовольно цокает, отворачивая голову в сторону. Чимин в следующую секунду с кровати поднимается, чем привлекает внимание старшего и не отрывая от того взгляда снимает с себя нижнее белье, скалясь. Ги тянет к Паку свои руки и заключает в объятия. Они целуются долго, переходя на более развратные и страстные поцелуи, как вдруг младший отстраняется и поцелуями начинает вести дорожку до паха Мина. Руками ласкает соски старшего, отчего тело сразу отзывается на ласки, заставляя Ги издать томный выдох. Тот чувствует, как чужие губы прикасаются к члену и оставляют короткие поцелуи рядом с ним. — Милый, передай смазку с тумбочки, — произносит Чимин, прерываясь и становясь на колени на кровати. — Ты что, готовился? — спрашивает Юнги, в чьих глазах младший видит растерянность. Пак забирает смазку и выдавливает немного себе на руку и анус Ги. Жидкость довольно холодная и старший дергается на кровати от температуры. Чимин подносит один палец к колечку мышц и аккуратно его вводит. Получив от Мина одобрительный кивок, он добавляет второй, разводя их внутри на манер ножниц, а после и третий, растягивая чужое нутро еще больше и наблюдая за нетерпением старшего. Презерватив подать Пак не просил — ушел за ним сам, на что Юн недовольно застонал. Как только Чимин вернулся на кровать, Мин не отрывал взгляда от младшего и наблюдал за его действиями. Нависая сверху, Пак подставляет член ко входу Юнги. Чимин входит медленно, давая Ги привыкнуть. Оба стонут от удовольствия. Мин расслабляется, выгибая спину и блаженно прикрывая глаза. Младший одной рукой тянется к чужой талии, другой раздвигает ноги старшего еще шире, чем есть сейчас, и одну из располагая у себя на плече. Чимин ускоряться не спешит, двигается размеренно, только угол проникновения меняет, чтобы попадать по той самой точке. Наклонившись, он шею Юнги зацеловывает, в некоторых местах оставляя красно-багровые засосы, пока тот сжимает чужие волосы у себя в руках. — Ты же не любишь нежно, — задыхается Мин, цепляясь за чужие плечи. — Я сейчас слишком тобой очарован, чтобы втрахивать в кровать, — улыбается Чимин и тянется к губам старшего. Пак опускает голову, практически кладет ее на плечо Юнги, открывая доступ к шее. Но Мин вместо поцелуев в эту часть, приближается своими губами к уху Чимина, отчего младший может теперь слышать лишь стоны своего парня и никакого окружающего мира вокруг. Кончать можно прямо сейчас, потому что нет ничего лучше, чем знать, что такие сладкие стоны удовольствия выбиваешь из чужого тела ты. Чимин все же ускоряется, попадает по простате все более чаще и с каждым толчком дышит все тяжелее. Он оглушен, погружен в Юнги полностью — и физически, и духовно. Восхищен им, ослеплен своей любовью к этому человеку. Любит невозможно, долго обижаться именно на него не может. Он подарил ему свое сердце и будет не против, если Мин его растопчет. Юнги чувствует скорую разрядку и тянется рукой к своему члену. Начинает надрачивать себе в такт толчкам Чимина и стонет все громче, отчего младший шикает на старшего, потому что тот весь дом таким образом перебудит. Еще пара минут и оба кончают почти одновременно с глухим стоном. Чимин сначала лежит на чужом теле, рукой водя по лицу Юнги, затем встает за салфетками, чтобы сперму с них двоих убрать и презерватив в мусорку выкинуть. Как только заканчивает, ложится со старшим рядом, крепко обнимая того, и закрывает глаза. — Люблю тебя, — шепчет Юнги, оставляя кроткий поцелуй на лбу Пака.