Я вирус, порожденный злым гением

Прошло более двух недель, как Аки пропала. Я всё это время место себя не находил, благо Кураме меня не оставлял и подбадривал, но даже так мне было не по себя, что Аки в непонятном месте, как она там, что кушает, хорошо ли призыв к ней обращается, и, не дай Ками, они ее обижают, я от их мира и камушка не оставлю. И всё же, хоть у меня была что-то вроде депрессии, но тренировки никто не отменял, и только там я загонял себя до такого состояния выжатого лимона, не вы просто, представьте, пятнадцать часов заниматься, сосредотачиваясь лишь на одном, мозг который говорит «до свидания, хозяин, я как бы понимаю, что тебя не надо спать, но помилуй меня». Вот с одной такой тренировки я возвращался домой, разговаривая с одним блохастым ковриком по имени Курама. — Ну вот зачем ты это сделал, сопляк? — Возмущался Лис на своего друга, бегая по клетке и стуча по ней. — Ну, Курама, не бесись, ты же знаешь, для тебя же стараюсь. — Оправдался я, не хотя уступать ему в споре. — И вообще, ты что, на волю не хочешь? — Конечно, хочу, но когда там есть маленький дьявол, что-то расхотелось. — Сказал Курама, я же на его слова нахмурился. — Она же меня затискает до смерти. — Курама, еще раз. — Скривился я в оскале, что Курама вздрогнул. — Еще раз назовешь Аки дьяволом, я тебя не сдобровать. — Наруто, вообще-то это был комплемент. — Сразу оправдался Курама, вгоняя меня в шок, но тот быстро объяснил, в чем дело. — Твой же клан называли как? Правильно, красноволосые дьяволы, теперь до твоей больной бошки дошло? — А? Да, я понял, прости, просто забыл. — Сказал я уже подходя к дому. — Ну ладно, до завтра, Курама. — Ага, до завтра, надеюсь, вечером ты меня доставать не будешь. — Кто знает, кто знает, Курама.- Усмехнулся я входя в дом снимая себя верхнюю одежду и обувь. — Вот, не дают мне никто покоя. — Да ладно Курама, успокойся.- Но это Лис не услышал, так уже отключил связь.- Вот поразит отключился, ну ладно, пойду лучше что-то приготовлю. Но когда я только прошел в коридор и хотел свернуть за угол, как послышалось открывание двери. — Кто ты? — спросил я, поворачиваясь создавая из своей руки клинок. — Папочка, постой, я всё могу объяснить? — Сказала девочка, которая выглядела не старше десяти лет. Ее лицо было скрыто капюшоном, а на плаще была надпись «Призыватель». Под плащом она была одета в черную футболку и штаны того же цвета, а на ногах были черные босоножки. Она смущенно опустила голову, но когда она увидела клинок, я мог поклясться, что она испытала настоящий детский восторг. — Я повторюсь, кто ты и почему ты называешь меня папой? — Я не разделял настрой незнакомки и не понимал, почему та меня так назвала, это право имеет только один человек, поэтому, не убирая клинок, я направил его прямиком к ней, говоря этим: «Только сдвинься, и ты труп». — Папочка, ты меня что, не узнаешь? — спросила девочка, снимая капюшон, что позволило мне разглядеть ее получше. Черные растрепанные волосы, достающие до лопаток, с двумя заостренными длинными красными рожками, красные глаза с черной склерой, я смотрел на девочку, не отрывая взгляд, а на глазах уже наворачивались слезы. — А-Аки? — смотря на нее, я потерял концентрацию, и клинки развеялись, подбежав к ней, обнимая. — Где ты была, я с ума чуть не сошел, когда ты пропала. — сказал я, не отпуская ее ни на дюйм. — Папочка, прости, я тебе всё объясню и покажу, где я была.- Пролепетала девочка не сопротивляясь. — Не надо, я по твоему внешнему виду понял, что в мире призыва, да и Шинигами-Дона сказал. — Да.- Подтвердила она опуская голову в виноватом жесте. — Ну сколько моей принцессе лет? — Немного приободрившись появлению малышки, я задал интересующий вопрос. — Хоть я и выгляжу на десять, мне на самом деле только шесть, папочка.- В голосе девочки чувствовалось, что она очень нервничает и почти за весь наш короткий разговор почти не смотрела мне в глаза. — Больше так не делай, прошу тебя.- Не замечая ее состоянии я лишь ее сильнее прижимал. — Папочка, прости, прости, я не хотела, чтобы ты так волновался. — Аки, успокойся, всё нормально, я не злюсь… Не могу я на тебя злиться.- Отстранившись от нее, я нежно погладил ее по щеке и поцеловал в лоб. Она немного надулась. — Папочка, прости, что ослушалась, мне так хотелось пойти с тобой. — Снова извинилась за свое безрассудство.- А папочка, может быть, за чашечкой кофе и чая поговорил? — Ну, думаю, можно…- Легко соглашаясь на ее предложение, я кивнул головой. — Хорошо, тогда я пойду приготовлю кофе и чаёк.- Услышав мой положительный ответ, она убежала на кухню и через какие-то две минуты, что я пробыл в коридоре, мое солнышко показалось в проходе и с вопросительным взглядом посмотрела на меня.- Папочка, ты идешь? — Да иду, прости что заставил ждать.- Проходя мимо Аки я улыбнулся и положил свою руку на ее голову Аки улыбнувшись поставила чашки на стол и смотрела на меня и на мои дальнейшие действия. — Пап…- Я молча стоял смотря на Аки после уселся на столу и притянул к себя чашку кофе, и так же смотрел на нее в ответ. — Солнышко, а почему ты не садишься? — А, да, сейчас.— Притянув к себе табуретку, она села около меня и взяла чашку в руку. — Солнышко, не поведаешь ли мне, как ты провела эти годы в мире призыва? — спросил я с неподдельным интересом, а в глазах снова зажглись яркие искры веселья.— И что у тебя за призыв? — Давай я расскажу всё с самого начала.- Проговорила она, отпивая чай и ставя на стол.- Когда я проснулась…