Тени забытого городка

Разговор состоялся во дворе сиротского приюта Пусана в тени гигантских раскидистых кипарисов. Джисон – точный двойник Хан Хёнджуна, – Минхо и Джиын, не сводившие с парня потрясенных взглядов, вышли из здания и расположились на старинной скамейке с высокой спинкой, стоявшей неподалеку от крыльца. Мимо них то и дело сновали рабочие, продолжавшие выносить из здания столы, шкафы и другие предметы мебели. – С ума сойти! – не выдержала ДжиН. – Как же вы похожи! Расскажи мне кто-нибудь об этом раньше, никогда бы не поверила! – Я не думал, что вы появитесь так скоро, – признался Джисон. – Директриса предупредила меня о вашем возможном появлении, просила подумать, нужно ли мне это или нет… И вот вы здесь. – Ты не хотел встречаться с нами? – удивился Минхо. – Я сам не знаю, чего хочу, – пожал плечами Джисон, скрестив руки на груди. – Сначала у меня действительно не было желания, но потом я подумал: «Чем черт не шутит?» Я всю жизнь провел в этом приюте, ничего не зная о своих родителях или других родственниках. Если что-то прояснится, я буду только рад. Минхо обратил внимание на его руки – изящные, но при этом крепкие, с коротко остриженными ногтями. Это было так не похоже на дорогой маникюр Хан Хёнджуна и его холеные ухоженные пальчики. Хоть какое-то отличие. Ведь даже голоса у Хенджуна и Джисона были одинаковые. Только Джисон говорил спокойно, плавно и мелодично, его было приятно слушать. Хенджун же всегда разговаривал жестко, отрывисто, с нотками презрения к собеседнику. Определенно, Джисон нравился Минхо куда больше его брата-близнеца. – Так вы, стало быть, брат и сестра? – спросил Джисон Джиын, покосившись на парня. – Да, но не родные, – ответила Ли. – Все так сложно… – Что-то меня это не сильно удивляет, – улыбнулся Джисон. – Минхо – сын Ли Джиха, второй жены моего отца, – пояснила Джиын. – Дон Ук усыновил его, поэтому у нас одинаковые фамилии. Но кровной родней мы не являемся. – И у вас есть еще один брат… – Да, его зовут Хёнджун. И я вижу его, когда смотрю на тебя, – признался Минхо. – Вы с ним похожи как две капли воды! – Единственное, что приходит в голову: нас перепутали в роддоме, – сказала Джиыр. – Уж не знаю, как это вышло… Я ознакомилась со статистикой, подобные вещи случаются гораздо чаще, чем мы можем себе представить. Мы с Хенджуном попали в особняк Ли Дон Ука, а вы в этот приют, откуда моего близнеца потом удочерили. Но как вы оказались здесь, в Пусане? Ведь это так далеко от Тхэбэка… – Если честно, даже не помню, – пожал плечами Джисон. – Я здесь с самого рождения. Кем были мои родители, мне неизвестно, но я точно знаю, что они погибли. После этого я и очутился в приюте. О существовании сестры узнал лишь недавно. Мне рассказали о ней в четырнадцать лет, когда пришло время получать паспорт. По окончании учебы я мог уехать из приюта, наладить связи с сестрой, поэтому одна из воспитательниц и сообщила мне о Наён. Но та, похоже, не сильно стремилась поддерживать отношения, не искала встреч со мной. Да и я как-то без нее обходился, а потом узнал, что она погибла под колесами автомобиля. И теперь вот выясняется, что она даже не была мне сестрой… Я считал, что у меня нет родственников, но тут появились вы. Конечно, я согласился на встречу! – Все так запутано, – пробормотал Минхо. – Но ваш приют закрывают. А что, если мы заберем тебя с собой в Тхэбэк? – спросила вдруг Джиын. – Как ты на это смотришь? – В Тхэбэк? – изумился Джисон. – Если честно, никогда не думал о том, чтобы куда-нибудь уехать… Хотя следовало бы. Сейчас передо мной открыт весь мир – и абсолютно никаких планов на будущее. Я работал и жил в этом приюте, у меня здесь есть своя комнатка. Вернее, была. Но когда приют закроют, я останусь без жилья и без работы. Я уж решил податься в Сеул, найти работу, снять квартиру… Но совершенно не представляю, чем бы я хотел заниматься. Что ж, можно и в Тхэбэку заглянуть. Если это не слишком… неожиданно. – Я познакомлю тебя с отцом, – оживилась Джиын. – Тебе там обязательно понравится! – Увидишь своего настоящего брата, – добавил Минхо. – Я даже не знаю, что сказать ему при встрече. – О, не переживай об этом, – мрачно усмехнулась Джиын. – Зная Хёнджуна… Ты с ним только поздороваешься, а все остальное он тебе скажет сам. Главное – отец. Он будет рад с тобой встретиться. – И правда неожиданное предложение, – задумчиво произнес Джисон. – Еще утром мне и в голову не пришло бы, что такое возможно. – Чего долго думать? – воскликнул Минхо. – Поехали! Спонтанные решения часто оказываются самыми правильными. По крайней мере у меня так бывает. – Может, вы и правы. Махнуть на все рукой и отправиться в Тхэбэк. Все равно кроме детских воспоминаний меня тут ничего не держит. Я собирался писать заявление об увольнении завтра, но можно написать и сегодня. – Ты не пожалеешь, – обрадовалась Джиын. – Дом у нас большой, комнат всем хватит, а с устройством на работу поможем. Или в Тхэбэке, или в Сеуле, у отца везде есть связи. – Но только на первое время! Я не хочу никого обременять и сам буду оплачивать свое жилье, – сразу предупредил Джисон. После этих слов Минхо проникся к нему еще большим уважением. – Мне потребуется немного времени, чтобы собраться. Большинство друзей уже уволилось, прощаться особо не с кем… Вот что, дайте мне час на сборы и оформление документов, а затем я поеду с вами. Знаете… Что ни делается, все к лучшему. Еще утром я совершенно не знал, как жить дальше, а теперь вот появился даже призрачный план на будущее. – Конечно, – кивнула Джиын. – Собирайся и прощайся с кем хочешь. А мы пока сходим куда-нибудь пообедать. Они договорились встретиться у ворот приюта через час, затем Джисон поспешил к себе собирать вещи, а Минхо и Джиын отправились на поиски какого-нибудь кафе. Никто из троих не заметил директрису приюта, которая наблюдала за ними через окно своего кабинета, прижимая к уху телефонную трубку. – Я сама не понимаю, как это вышло, – оправдывалась директриса. – Я не хотела ничего говорить, но стоило этой девке лишь посмотреть на меня, как язык сам собой развязался! Это похоже на какой-то гипноз! Да, верно, встретились. Думаю, они позвали его с собой… Что?… Какого дьявола?! Прекратите на меня орать! Я много лет исполняла ваши просьбы, но теперь меня увольняют, так что наше сотрудничество окончено! Я вас не боюсь, и ваши проблемы меня больше не касаются. Вы не хотели этой встречи, но она произошла… Сами теперь выпутывайтесь, как знаете. Из трубки посыпались гневные проклятия, но директриса просто положила ее на аппарат. А затем сдержанно улыбнулась: больше ей не придется хранить чужие секреты, и она этому очень рада. Иногда чужие тайны чрезвычайно опасны не только для карьеры, но и для жизни. Все-таки хорошо, что ее досрочно отправляют на пенсию. * * *  Ким Хен Ун умирал от страха. Сначала на него накинулись эти два типа в черных масках, затем подвалила целая банда жутких громил, способных превращаться в монстров. Никогда в жизни ему еще не было так страшно! Дернул же его черт вернуться в Сеул и обратиться за помощью к проклятой предательнице Красотке! Ему всего-то нужна была какая-нибудь неприметная квартирка, чтобы переночевать пару раз, прежде чем навсегда покинуть город! Хен Ун собирался снять деньги со своего банковского счета, забрать ценные вещи из своей старой квартиры, если, конечно, за ней не следит полиция… Если бы не эта жадная девка, через пару дней он уже мчался бы в поезде на другой конец страны. А вместо этого сначала ему на голову грубо натянули черный непроницаемый мешок, а теперь швырнули на какое-то жесткое сиденье. Ким обильно потел от страха, и холодные капли стекали у него по спине. Радовало лишь то, что не убили сразу. Значит, он для чего-то нужен похитителям, причем живым. Ким взвыл от боли, когда ему резко заломили руки назад. На запястьях защелкнулись холодные браслеты наручников. А вот это ему уже совсем не понравилось. Дело принимало плохой оборот. Видимо, будут пытать. С головы Кима сорвали черный мешок, и в глаза ударил нестерпимо яркий свет. Хен Ун испуганно зажмурился. – Это он? – раздался насмешливый женский голос. – Тот самый прихвостень Хёджона? Кто бы мог подумать… Жалкий червяк, вот он кто! Хен Ун медленно открыл глаза и сразу сощурился. Он находился в темном прямоугольном помещении. Перед ним на большом круглом столе стояла включенная настольная лампа; ее свет был направлен ему в лицо. За лампой, полускрытые тенью, стояли какие-то люди, кажется в черных капюшонах. Невозможно было понять, сколько их всего и кто из них мужчины, а кто – женщины. Больше Ким ничего не разглядел, уж слишком ярким был свет. – Кто вы? – испуганно пролепетал он. – Вы меня убьете? – Это зависит только от твоего благоразумия, – произнес надтреснутый старческий голос. – Поможешь нам, мы тебя отпустим. А станешь упорствовать… – Это не в его интересах, – вставил женский голос. – К тому же у него нет выбора. Если этот змей Бомгю решил его прикончить, значит, не хочет, чтобы он проболтался. Как только он все расскажет, у него не останется повода для его уничтожения. – Ч-что вы хотите знать? – заикаясь, спросил Ким. – Что связывало тебя с Ким Хёджоном? – сухо спросил неизвестный мужчина. – Не считая того, что он был твоим начальником в музее? – Я… Я не понимаю… – По его приказу ты похитил Ли Минхо, – жестко произнес еще кто-то. – Зачем? – Не похищал я никого… – Первая ошибка, – насмешливо констатировал старик. – Стрелец, он твой. И Ким тут же получил мощный удар. Кто-то отвесил ему такую оплеуху, что голова резко дернулась назад, и он едва не опрокинулся вместе со стулом. – Мы – не полиция, – злобно прошипел кто-то. – И нам известно куда больше, чем ты думаешь. Будешь и дальше упорствовать? – Нет! – испуганно крикнул Ким. – Я все расскажу, только не трогайте меня больше… Это все Хенджон! Он приказал мне выкрасть мальчишку из академии и привезти его на метеостанцию! – С какой целью? – воскликнул уже знакомый женский голос. – Что ему было нужно от парня? – Он хотел заставить его говорить! – поспешно пролепетал Хен Ун. – Пытался выяснить у него какой-то секрет! – Какой еще секрет? – Я не знаю! Честно! Ким отдавал приказы, но никогда не посвящал меня в свои дела. – Что же заставляло тебя подчиняться? – Он… он хорошо платил мне, – с трудом выдавил Хен Ун. Одна из женщин презрительно фыркнула. – Ты видел его убийцу? – спросила она. – Да! Жуткий тип в маске, скрывающей лицо! Маска похожа на ваши! Он оглушил меня, а затем застрелил моего босса… – Тебе приходилось встречать его раньше? – осведомился старик. – Как-то ночью он приходил в наш музей, – доложил Ким. – Встречался с Хёджоном. Я тогда дежурил и слышал, как они разговаривали в зале средневекового оружия. – Что?! – изумленно выдохнул какой-то мужчина. – Так они действительно были знакомы? – Я слышал их разговор лишь краем уха, – поспешно пробормотал Ким, – и далеко не все. Ким Хеджон называл его Змееносцем. Он был рад помочь ему… Говорил, что давно хотел отомстить за то, как с ним поступили. В комнате воцарилась гнетущая тишина. Хен Ун беспокойно заерзал на стальном сиденье. – Расскажи подробнее, – наконец произнес кто-то. – И помни: от этого зависит твоя жизнь. Ким послушно зажмурился, напрягая память. – Это случилось незадолго до ограбления, когда из музея вынесли золотые кубки, – заговорил он. – Я дежурил той ночью, а директор остался в своем кабинете допоздна. Он словно ждал кого-то. Через парадные двери никто не входил, в этом я уверен. Но, совершая обход около полуночи, я услышал голоса в кабинете Кима. Сначала решил, что он говорит по телефону, но затем заговорил другой человек. Мне стало интересно, каким образом он проник в здание… я заглянул в замочную скважину… и увидел его… – Это был мужчина? – спросили у него. – Он был в плаще и стоял спиной ко мне, голос хриплый, говорил он почти шепотом, поэтому я не понял, кто это. Но, судя по тому, как он вырубил меня на метеостанции, это должен быть мужчина. Женщина не может обладать такой силищей. Ким назвал его Змееносцем и сказал, что уже и не надеялся увидеть его вновь. Затем они пошли в зал оружия, а мне пришлось спрятаться за занавеской, чтобы они меня не заметили. Из их разговора я понял, что Змееносец заплатил директору за какую-то важную информацию. Хеджон еще сказал, что теперь все поплатятся за свою спесь и гордыню… Затем Змееносец спросил его о некоем предмете… матри… метрике… – Матрикул? – напряженно спросила какая-то женщина. – Точно! – торопливо закивал Хен Ун. – Матрикул! Так он его и назвал! Хеджон сказал, что у него его отобрали, когда выгнали из какого-то круга. Я совершенно ничего не понял. А потом Змееносец просто исчез… В следующий раз я увидел его уже в Тхэбэке, на той проклятой метеостанции. – Похоже, мерзавец Хеджон сдал убийце всех своих коллег по тайному кругу, – произнес хриплый мужской голос. – Всех нас. Назвал имена… Только его самого это не спасло от расправы. Змееносец его обманул! – Собаке – собачья смерть, – злобно произнесла женщина. – Что тебе еще известно?! – Ничего! Клянусь! – пискнул Ким. – Хеджон рассказывал тебе о тайном круге? Упоминал в разговоре Зодиак? – Нет! – замотал головой Хен Ун. – Понятия не имею, о чем идет речь. – Он говорил тебе о том, чем занимался в прошлом? – Нет! Он никогда со мной это не обсуждал! – Мне кажется, он лжет, – спокойно произнес кто-то из присутствующих. – Бомгю не зря пытался помешать нам забрать его. Он и Огненные волки ищут этого болвана, даже готовы убить, чтобы он не раскрыл рот. А раз он так боится, значит, он чего-то недоговаривает. – Я больше ничего не знаю, – взвыл Ким, трясясь от ужаса. – Либо ему что-то известно, но он сам этого не осознает. – Очевидно, что Бомгю как-то связан со Змееносцем и не хочет, чтобы нам стали известны его секреты, – насмешливо произнес некий мужчина. – Раз он больше ничего не знает, можно его отпустить. Попадется Бомгю – это уже его проблемы. – Слышишь? – К Хен Унц вплотную подошла женщина в длинном черном плаще и низко опущенном капюшоне. – Сейчас мы отпустим тебя… Но надеюсь, Бомгю не отступит от своего плана и воздаст тебе по заслугам за все, что ты натворил. Если же тебе все-таки повезет скрыться, навсегда беги из Сеула! Вернешься – пожалеешь. – Я уже понял, – поспешно закивал Хен Ун. – Я уеду! Вы никогда больше меня не увидите! Никогда!!! На голову Кима снова натянули черный холщовый мешок. – Отвезите его на вокзал, – послышался старческий голос. – И пусть катится на все четыре стороны. Ким Хен Уна грубо стащили со стула и волоком потащили из комнаты. Но он был счастлив. Черт с ними, с ценностями. Главное – бежать как можно дальше от этого проклятого города. Жизнь дороже всех денег и ценных вещей! С недавних пор он понимал это как никто другой. * * *  Когда дверь за Кимом и тащившими его Стрельцом и Козерогом захлопнулась, Скорпион повернулся к остальным членам Королевского Зодиака. – Вы все слышали, – проговорил он. – Змееносец связан с Бомгю и его Огненными волками. А в убийствах виноват мерзавец Ким, это он предал нас всех. – Но кому конкретно он хотел отомстить? – спросил Лев. – Бывшим членам круга? Или вообще всем? – Убийца очень избирателен, – заметил Телец. – Первой погибла Ким Ёнсон, затем Хёджон и Уджин. Стрелец, Козерог и Водолей. В какое время они состояли в Королевском Зодиаке? – Этот период длился несколько лет, если мне не изменяет память, – ответил Скорпион. – Члены тайного круга приходили и уходили… Некоторые погибали в сражениях со злом… – Но Змееносец… – нахмурился Рак. – Он появился неспроста, значит, надо рассматривать именно тот период, когда в Королевском Зодиаке состояло тринадцать членов. – Период, когда тринадцатого не стало, – тихо произнесла Рыбы. – Именно то ужасное время. Почти семнадцать лет назад. – Напомните, кто из ныне присутствующих состоял тогда в Королевском Зодиаке? – спросила Близнецы. Большинство участников тайного собрания подняли руки. – Черт возьми, – озабоченно произнес Скорпион. – Но нет худа без добра. Теперь мы хотя бы знаем, в каком направлении вести расследование.