«мемы»

***

      «Юлька» «Я соскучилась. Приедешь?»

«23:15»

      Бумага откидывается на спинку стула, выпрошенного у коменданта в обмен на тишину на этаже, и смотрит на конспекты перед собой, уложенные в его собственном беспорядке. Ухмыляется устало, понимая, что этим вечером он точно никуда вырваться не сможет.

«Сегодня не могу. Завтра на пары рано утром.» «23:16»

      В соседней комнате кто-то громко смеётся, роняет что-то тяжёлое, матерится, упоминая что-то вроде жизненной несправедливости, напоминая Владу о том, что здесь ещё и стены картонные.       Быть студентом тяжело. Ни тебе свободного времени, которое можно было бы потратить на любимую девушку и не менее любимые пьянки, ни денег, которые, вообще-то, тоже можно было бы с удовольствием потратить.       К слову, сейчас Бумага тратил только чужой вай-фай, на который любезные соседи пароль так и не установили, открывая ему доступ в жизнь, явно более интересную его студенческой.       Да чёрт возьми, в конце-то концов, не приводить же девушку в общагу? Для чего? Тараканами пугать? Он с этими ребятами конечно уже пару лет в дружеских отношениях, но Годунова вряд ли оценит наличие мелкой живности за изголовьем кровати.       «Юлька» «Хочешь, сама приеду?»

«23:18»

      Осматривает бардак, такой им любимый, и думает, что хочет, но совсем другого.       Да и, показалось ему, или нет, но кажется таракан, где-то около кровати, отрицательно затрещал, дав блондину понять, что Юле здесь делать нечего.

*Вложение* «Смотри какой браслетик: D» «23:20»

      Отборным юмором Влад отличался всегда.       Кричать во время просмотра страшного фильма, где кровищи и острых предметов больше, чем слов в сценарии; показывать девушке фотографии Шрека, когда та наносит на лицо очередную маску, очень напоминающую ему персонажа из его любимого мультика; в магазине, на вопрос «нужен ли пакет?», ответить кассирше «да нет, мы в руках понесём», и потом реально нести в руках — всё это парень считал очень забавным, отмахиваясь на все «у тебя глупый юмор», своим «сам ты глупый».       И Юля это правда очень ценила, каждый раз стараясь унять обиду внутри себя, но в этот раз оценить блестящие умственные способности своего любимого ей так и не удалось.       А Бумага, глупо улыбаясь собственной гениальности и уже представляя её ответ во всех красках и эмоциональной палитре, продолжает пялиться в экран, выжидая сладостной тирады.       «Влад Патимейкер» «Ахахах, Бумага.»

«23:25»

«Ты диалогами не ошибся?»

«23:25»

      А Бумага хлопает глазами и бьёт себя по лбу, болезненно морщась.       Ошибся. Конечно он, блять, ошибся.       Открывает фото, отправленное пару минут назад, абсолютно, блять, случайно, и взвывает, всматриваясь в экран: на фото его рука, на ней браслетик, купленный на кассе в каком-то продуктовом магазине, исключительно из любви к браслетикам, и всё это на фоне компьютера, на котором жирным шрифтом и большими, блять, буквами написано:

ХОЧУ МИНЕТ.

      Конечно, что ж тут спорить, минет парень хочет. Фото ведь он за этим и делал, только вот.       «Влад Патимейкер» «Мне спуститься?»

«23:29»

      Друг у Влада потрясающий. Отзывчивый очень, честный, заботливый, а главное — с таким же ебанутым чувством юмора.       Парень стыдливо краснеет, пересылает сообщение Юльке, как он изначально и планировал, и быстро отвечает другу, пока тот и в правду не спустился.       Их разделяет всего один этаж и не самый убедительный отказ Бумаги:

«Блять, извини. Реально ошибочка вышла: ')» «23:31»

      Прочитано сразу же. Чашейко сначала что-то печатает в ответ, а потом, видимо, решает забить, и выходит из сети.       Ну и отлично — думает Влад, отталкиваясь вместе со стулом на колёсиках от стола.       Читать подколы друга ему бы сейчас не очень хотелось, так как в этом деле Патимейкер его явно превосходил.       За окном уже темнеет и парень врубает настольную лампу, что-то тихо напевая себе под нос. Снова кормит себя же «завтраками», решая забить на конспекты, и просто пялится в экран телефона весь вечер, пока Юля наконец не отвечает:       «Юлька» «Фу, Влад, ты придурок.»

«23:43»

«Я говорю тебе — я соскучилась, а ты херню эту противную отправляешь.»

«23:43»

«Уже две недели с тобой не виделись. Мог бы и сказать, что тоже скучаешь.»

«23:44»

      Влад в этот момент даже лицо её представил, стремительно краснеющее от злости, и глаза, внутри которых, если приглядеться, можно выцепить бегущую строку с матами, рандомными, которые генерируются у неё в голове при виде своего ебанутого парня.

«Ты чего?» «23:45» «Если тебя это обидело, прости. Я дурак.» «23:45»

      Извиняться за свои приколы уже стало чем-то привычным. Годунова обижается буквально на всё, но не шутить Бумага не может. Как жить тогда? Тем более, в этот раз он вроде ничего такого и не сделал.       Кажется, ему было даже обиднее, чем Юле.       «Юлька» «Да пошёл ты.»

«23:47»

      И вот такого он точно не ожидал.       Блондин читает и ещё пару минут думает, что ответить, но в итоге бросает телефон на кровать, зарываясь пальцами в отросшие волосы.       Очередная ссора на пустом месте злит. Даже как-то сильнее, чем обычно.       Обычно они ругались из-за невнимательности Влада к новому цвету её чёрного платья, которое, блять, такое же чёрное, как и остальные.. чёрные; или из-за объятий, которых девушке не хватало во время ночёвок, когда она, блять, и без того душит его каждую их совместную ночь; или из-за того, что Влад свинья, а не человек, и к её приезду посуду не помыл.. Да он, если честно, и запоминать-то не успевает, что делает не так, потому проёбывается ещё чаще и изящнее.       Студент иногда даже думает, что хуйня это всё, о долгой и счастливой жизни с девушкой, похожей на вашу мать — он, с ежедневным анальным трахом для мозгов, ужиться не может.       Стонет беззвучно, запрокидывает голову вверх, пытаясь унять в себе желание оборвать всю эту хуйню, и всё таки снова берёт телефон в руки, ни на секунду не сомневаясь в том, что собирается сделать.       Позвать друга кажется лучшим решением.

«Спускайся, дверь открыта.» «00:00»

***

      Сообщение «Влад Патимейкер» прочитал уже через две минуты, но даже спустя пол часа так и не явился. Ответа тоже не было. — Да блять, — блондин падает на кровать, встречаясь лопатками с бедняжками пружинами, и уже думает ложиться спать, но прежде, чем провалиться в сон, слышит уверенный стук в дверь и подскакивает, почему-то долго не решаясь открыть. — Открывай, придурок, или минет уже не хочешь? — тихий смех, доносящийся из-за двери, заставляет её отпереть и впустить привычно весёлого друга.       Чашейко всегда помогает разбавить рутину глупой студенческой жизни. Вроде беззаботной, но ответственной, полной дурацких пар по философии и пьянок, с дешёвым, но уже подороже чем в школе, алкоголем. Все вокруг уже примеряют маски унылости, пресущей обычно только взрослым, но его тёзка совсем другой.       На всю голову ебанутый и в своём юморе бестактный. Вот он какой. — Хочу, — говорит Бумага, ухмыляясь, заигрывая с другом бровями, — Проходи, — кивает устало, — Раздевайся. — Ахах, ты мне чтоль отсосать собрался? — в голос смеясь спрашивает младший, тут же скидывая обувь.       Проходит вглубь комнаты, кидает мимолётный взгляд, на зарывающегося в волосы блондина, и с неприкрытым интересом за этим наблюдает, улыбаясь: — Юльке отправить хотел? — А кому ж ещё? — обречённо спрашивает тот, отвлекаясь от ахуеть какого интересного занятия, и падает на кровать, слабо ухмыляясь в ответ. — Мне же отправил, — снова смеётся. Заливисто, будто воздушно-капельным передавая смех НЕпатимейкеру.       Напряжение, из-за неловкости всей этой ситуации, понемногу спадает, и Бумага теперь хотя бы спокойно может смотреть другу в глаза.       Тот садится на кровать, рядом с Владом, и закидывает на неё ноги, по-свойски как-то. — Может в плойку рубанём? Ну, в Мортал Комбат можем, или чёт вроде того? — вскакивает, начиная рыться в дисках, — Зельда есть ещё.       Игнорирует внутренние позывы о том, что надо бы извиниться, или.. а что таких ситуациях говорят? В любом случае, он же не пидор приёбнутый какой-то, чтобы за это волноваться. — Давай в Мортуху. Не уходить же мне теперь, — ухмыляется, рассматривая спину старшего, а тот только еле заметно дёргается, прекрасно понимая то, что Чашейко имел ввиду.       Ладно, ему похуй, но не настолько, чтобы забить на явные подколы младшего.       Игра запускается, мелькает чёрный экран с подписью: «Play», «Menu», «Exit».       Бумага передаёт один из джойстиков младшему, нажимая на плей.       Выбор персонажей. — Опять того пидора возьмёшь? — спрашивает Влад, смотря, как ловкие мальчишеские пальцы быстро двигают «этойхуйнейкотораяуправлениепростобанкахзкакназватьэтухуйню», наводя на Кёртиса. — Сам ты пидор, — Чашейко по-детски, по-наивному улыбается, — Я только его комбинации полностью помню, — останавливается нажимая на готов, — Поэтому пизда тебе.       Менее быстрые пальцы Бумаги медленно перемещают ту штуку на Коллектора. — Ты у меня сейчас кредит выплатишь, — коллабмурит Бумага, — А твой страйкер отсосёт.       Вошли в кураж, вдыхая прекрасный запах шуточного напряжения, витающий в воздухе. — Погнали.       RAUND ONE!

FIGHT!

      Пока время на комбо удар копится, Патимейкер делает подсечку с помощью комбинации: вниз-вниз и сносит персонажу Бумаги 16ХР. — Блять, криво, — говорит Чашейко, с силой цепляясь за джойстик, который и так уже настрадался, а тут целый шквал ударов. — Комбо! — одновременно кричат парни, забывая о рамках приличия, за которым наблюдать должен был один из них.       Кёртис использует специальный приём, выводя Коллектора в нокаут.       RAUND TWO!

FIGHT!

      Страйкер кидает Коллектора через прогиб, снося практически половину ХР, начиная пинать. — Бля, Влад, я ща проебу! — шёпотом кричит блондин, всплёскивая руками, ведь время комбо удара он пропустил, тем самым получив его от соперника. — Да как всегда в принципе.       Чашейко, поднимает голову к потолку, прикрывая глаза, распологая её на коретке. — Если не знаешь какая комбинация для чего, то не играй с профи, — Чашейко вновь тихо посмеивается, под злое шипение старшего. — А давай, — азарт в голосе Бумаги роли особой не играет, поэтому младший не вслушивается, — на желание?       Патимейкер смотрит на него, а-ля какой же ты еблан, проебёшь же, но вытянутую руку пожимает. — А давай.

***

      Несколько часов игры, яркой графикой выкалывающей глаза, бутылка дешёвой газировки, распитой на двоих, и куча тупорылых (в стиле Чашейко) заданий, по типу: пройти по коридору без трусов, прикрываясь одними руками; крикнуть на весь корпус: Я гей!; постучать в чужую дверь и убежать.. — Блять, — говорит впервые за вечер, проигравший шатен, устремляя жалобный взгляд на Влада, — Я же ниче такого не загадывал. Ну, ты это, помягче будь.. — ловит на себе злой, но шутливый взгляд Бумаги, и мысленно даёт себе в рожу за то, что о возможном проигрыше и не задумывался, — Блять. — А что ты хочешь, чтобы я загадал? — спрашивает тихо, задумываясь, — Даже не так — что ты можешь?       То ли это смелость ударила в голову, то ли газировка, к слову, ни разу не алкогольная, то ли предвкушение.. Но скорее лень и больная фантазия, которыми блондин не очень хочет руководствоваться. — Я могу тебе отсосать, — без раздумий отвечает младший, подмигивая, заливаясь смехом.       Бумаге тоже смешно. Он-то, блять не Юля, своё брезгливое «фу» везде вкидывать. — А тогда давай играем последний раз, — переводит взгляд на экран компа, на котором лежит Китана, поверженная Кинтаро, — Проигравший отсосёт победителю.       В своём гениальном чувстве юмора Влад не сомневается ни разу, а вот больную фантазию притупить изо всех сил старается, но в итоге, он как ебучая Китана на экране: лежит в ахуе и пялится.       Дух соперничества и адреналин в крови дают о себе знать. — А давай.

***

— ТВОЮ МАТЬ!!! БЛЯТЬ, НАХУЙ, КАК ТАК???? — отборный мат и тихое шипение, буквально вырывается из рта Патимейкера.       Так просто победа Бумаге ещё не давалась, но гордость сама всю эту хуйню переступала и, победно вздёргивая подбородок, подкидывала сознанию лестные комментарии в честь идеально сыгранной катки, пока Чашейко уже к Богу обращался, мол, что за подстава? — Ну проиграл, так проиграл, — успокаивается наконец и не пойми отчего вытирает губы, скидывая с себя худи, — Жарко тут. — Ахах, ну да, — Бумага смеётся, отвечая то ли другу, то ли фанатам в его голове, которые уже просят у блондина автографы, нарекая его лучшим киберспортсменом страны, — Ну что, расходимся?       В своём сознании он всё ещё на белоснежном пьедестале, если у киберспортсменов на награждениях вообще такие есть, благодарит маму, за когда-то купленный первый компьютер, вспоминает свой первый джойстик, и вообще.. — Ээээ, стоп-стоп-стоп. Я что, зря пришёл? — младший, мягко бьёт студента по плечу, тем самым укладывая лопатками на кровать, — Я же проиграл, — улыбается, так слащаво и пошло, что это уже заводит Бумагу, который от визжащих фанаток наконец вырывается, и снова материализуется здесь.       Под другом, теперь не только словами, но и всем своим видом обещающим ему минет. — Но я не гей.. — хочет сказать, тут же вспоминая, что сам предложил. — Ну раз так, то я тоже.       Распологается сверху, садясь на пах. Закусывает губу, начиная двигаться. — Слезь, — шепчет блондин, но вместо того, чтобы отстранить от себя мальчишку, лишь кладёт ладонь на его бедро, притягивая выше, — Здесь приятней, — оправдывается. Сгорает от смущения и стыда, прикрывая лицо свободной рукой, закусывает костяшки пальцев, лишь бы не застонать.       Шатен наклоняется, прижимаясь грудной клеткой к старшему, и осторожно кладёт свою холодную ладонь поверх горячей ладони пассии. — Убери руки, — голос такой нежный, ласкающий слух своим низким тембром, но в то же время властный и грубый.       Из-за этого Бумага медленно раздвигает несколько пальцев, тут же сдвигая их обратно. Он видит полуобнажённого, разгорячённого парня, который распологается сверху, всё так же продолжая прекрасной задницей соприкасаться с вставшим членом.       С хуя он вставший — последнее, о чём сейчас хочется думать. В первую очередь Владу бы материализовать обратно пьедестал и фанаток, и забыться там нахуй, от стыда этого подальше.       Чашейко не выдерживает и сам убирает руку, мягко опуская вниз, приближая к своим джинсам.       Таким развратом от него всегда за километр несло, особенно когда младший на пары приходил в рваных джинсах, оголяя белоснежные колени, этим самым развратом, видимо, нетронутые. Только вот сейчас Бумаге этот самый километр не помешал бы, дабы воздуха хоть немного вдохнуть. — Чувствуешь? — кладёт ладонь Влада на существенную выпуклость в его штанах и всё теми же собственными пальцами свободной руки расстёгивает ширинку, скользя чужой ладонью к своему члену, — Ты не обязан быть геем, чтобы возбудить гея, — на секунду затихает, вслушиваясь в сбившееся дыхание студента, — Ты не обязан быть геем, чтобы возбудиться от действий гея.       Ну ебать, конечно, мудрость — подкидывает вдруг проснувшийся разум, влезая в тупорылейший спор эмоций в башке Бумаги, но возбуждение его настойчиво игнорирует, стоя с больной фантазией у руля.       Бумага решается наконец открыть глаза и вновь посмотреть на парня перед собой.       Приподнимается на локтях, заглядывая в карие глаза.       В них всё ещё виднеется та самая похоть, то самое желание, та самая просьба о большем.. Но теперь в них появилась жалость, раскаяние, или что-то вроде того — он не эмпат, а долбоёб, потому не разбирается — что с таким отчаянием переглядывались с чувствами в глазах Влада. Он явно расстроен подобным настроем старшего. — Чувствую, — отвечает, свободной рукой хватая парня за загривок, притягивая к себе. Сам распологает парня на своём теле, кладёт ладонь, которая ранее была в боксерах мальчишки, на его задницу, с силой сжимая, — Ещё как чувствую.       Целует. Целует властно и грубо, кусая холодные губы.       Отстраняется, но лишь завидев, как мальчик открывает рот, — хочет что-то сказать — вновь целует. Сразу проталкивает горячий язык в чужой рот, исследуя всё впервые. Постукивает по ровным коронкам зубов, поглаживает нёбо, сплетает языки. Сминает губы, слабо покусывает, чувствуя во рту металлический привкус.       Чашейко отстраняется первым, тяжело дышит, ладошкой упирается в грудь.       Бумага снова хочет поцеловать Патимейкера, но тот прислоняет палец к его губам. Спускаясь ниже.       Влад смотрит на всё это, как заворожённый, и вот теперь-то он и не отрицает, что приёбнутый. Ещё и пидор.       Чашейко сползает на пол, чуть ли не лужицей растекаясь на дешёвом линолеуме, пережившем ситуации и похуже, и, распологаясь на коленях, стягивает с Бумаги штаны вместе с боксерами.       Ради удобства младшего Бумага садится на кровать, оказываясь на самом краю.       И вот это тот самый ебанутый момент, когда «на самом краю» и не про кровать-то вовсе. — Спасибо, — шепчет младший, поднимая голову. Студент, и все его дурацкие эмоции, искренне восхищаются, глядя на раскрасневшегося Чашейко. В глазах горит огонёк, который выдаёт всё желание младшего, а пухлые, из-за поцелуев, губы, выражают невинность, которой тут нахуй и не пахнет. — Ты делал это раньше? — спрашивает Влад, приподнимая голову младшего за подбородок, заставляя посмотреть на себя. — Тебе? Нет. — хлопает большими глазами, будто и не про «сосать член» они сейчас говорят, рассматривая улыбку на лице Бумаги, который чуть сжимает щёки. — А кому-то? — улыбка сменяется ухмылкой. Такой.. Такой.. Прекрасной? — А ты как думаешь? — мотает головой, стряхивая ладонь Бумаги со своей щеки, начиная тереться ей же о член.       Влад с прищуром смотрит на мальчика, который изо всех сил старается вести себя как можно больше по-шлюховски, и не верит.       Даже если бы его под угрозой смерти заставляли поверить — нет. — Думаю, — проводит членом по губам мальчишки, и уже вслух повторяет —Нет.       Шатен смотрит на него в ответ, хоть на секундочку стараясь выцепить из этого взгляда хоть что-то кроме простого желания, и, видимо, цепляет, аккуратно касаясь члена подушечками пальцев. — Почему же меня тогда называют "Патимейкером"? — целует головку, смачивает член слюной, облизывая, — А теперь? — после сказанных слов вновь повторяет действия, воспроизведённые ранее, берёт в рот головку. — Всё ещё нет.       Отстраняется, меняя милую улыбку, на заигрывающую. — Неправильно думаешь.       Бумага хочет что-то сказать, но губы, накрывшие его член, позволяют лишь издать сладостный, еле слышный, стон, и парень сам, неосознанно, поддаётся вперёд.       Как студент он явно преисполнился, ведь за вечер освоил два новых способа зарабатывать деньги (и я не про минет, гадкие вы извращенцы) — киберспорт, ведь его победа, блять, мурашками по телу ощущается, работая языком так умело, что он даже почти поверил, и ещё можно курсы какие-нибудь ебанутые открыть, вроде — как соблазнять парней на минет.       Но разум всё таки немного прорывается к пульту управления, очевидно восклицая: за такие тренинги тебе рожу набьют!!       Начинает Чашейко медленно, смакуя момент и чужой член во рту, облизывая, смачивая, делая всё для собственного удобства.       Но спустя пару минут тот медленный темп сменяется на резкий и размашистый, и пальцы Бумаги с силой сжимают волосы и шею, направляя.       Он чувствует губы, пережимающие член по всей окружности, и стонет так, будто он вообще впервые с кем-то сексуальной близости.       Мортал Комбат — лучшая игра — единственное, что читается на перифирии его сознания. — Влад, я сейчас.. — не успевает договорить, изливаясь в горячую глотку, сжимая короткие волосы сильнее и чувствуя, как стыд наконец хватает его за руку, причитательно так качая головой, мол: как же так?       Чашейко проглатывает вязкую, солёную сперму, отстраняется от члена. Вновь начинает улыбаться. — Теперь точно неправильно, — подбирает с пола толстовку, — Увидимся в универе.       Целует, все ещё не отошедшего от оргазма, Влада в щёку и уходит.       Всё, на что хватает сил — упасть на кровать. — Ахуеть.       И теперь он Китану пиздец понимает.

***

      Первые пару часов Влад даже не думает спать. Он вообще забывает как это — расслабляться.       Парень смотрит задумчиво на фотку эту ебанутую, но в чате с Юлей. К Владу Патимейкеру заглянуть не решается.

ХОЧУ МИНЕТ. — всё ещё кричит экран,

а Влад улыбается довольно, мысленно восклицая — а я вот уже не хочу!       И его мысли будто сквозь километры читают, отвечая как-то виновато:       «Юлька» «Владик, я тут подумала..»

«5:04»

«Нам не стоило так ругаться из-за пустяков.»

«5:04»

«Прости меня. Я всю ночь не спала. Переживала очень.»

«5:05»

      Бумага на это ухмыляется, на секунду даже с укором вспоминая события минувшей ночи, но не отвечает, продолжая просто ждать.       «Юлька» «Если хочешь, я могу прямо сейчас приехать. Если на счёт той фотографии ещё всё в силе:D»

«5:07»

      Влад задумывается.       Извинись она сразу — всё всё равно сложилось бы так.

«Прости, Юль. Один первокурсник, у нас в общаге, оказывается делает потрясающий минет.» «5:11» «На этом всё, Юль.» «5:12»