Я улыбнусь тебе на закате

Весна уже во всю главенствовала в Сеуле, превращая город в цветущий сад, наполняя парки и скверы любителями социальных сетей. Джисон уже давно не выбирался в город - у группы только неделю назад закончился промоушен камбэка, во время которого сил не оставалось даже на поход за рамёном, отчего парни жили на доставках. Даже сейчас по выходным парни постоянно должны были присутствовать на музыкальных премиях и шоу, но пары свободных часов в день уже хватало, чтобы немного выдохнуть. Пряча пальцы в растянутых рукавах, парень постепенно отдалялся от центра, пробираясь по уже не таким оживлённым улочкам. С каждым шагом пакет, который до этого болтался из стороны в сторону, с каждым шагом становился всё тяжелее, будто предостерегая Хана о чём-то. Однако ничего уже не могло произойти. Вопрос, почему люди стараются максимально сделать своё окружение красивым и одинаковым, в последнее время часто всплывал в голове, когда Айдол начал замечать схожесть всех муниципальных зданий, будь то банк, нотариальная контора или крематорий. Вот и сейчас он шёл будто по саду, точно такому же, как множество других в городе, и будто это должно было помочь не чувствовать себя настолько разбито, но это ни черта не помогало. Одинаковые серые камни продолжали давить, не давая и на секунду забыть, где ты находишься. По новостям говорят, что корейцы не особо приветствуют захоронения, только вот незадача - вокруг парня была целая поляна усопших дух, среди которых ему нужно было отыскать свою, часть которой теперь навсегда замерла в холодной земле. – Давно не виделись, Хо-я. ---- – Хан? - знакомый, но такой нежданный голос вывел репера из раздумий. – Йен-хён? Что ты здесь.... – Тоже, что и ты, полагаю. Между мужчинами появилось напряжение. Говорить особо не хотелось, но при этом так много осталось невысказанным ещё тогда, в больнице, когда Джисон не смог даже смотреть в лицо врача, окрашенное чувством вины и бесполезностью. И тогда, и теперь, никто даже не думал винить Йена в произошедшем, однако образ больницы намертво приклеился к нему, отчего никто из стреев не мог спокойно вести разговор. Хан хотел, чтобы никто не считал себя виноватым, так как не понаслышке знал, как это тяжело. Он сам живёт с этим чувством уже третий месяц, ни написав ни строчки для нового альбома, проводя дни в кровати, в их комнате, силком заставляя доходить до тренировочных комнат и репетировать групповые номера. Как бы остальные мемберы не пытались, они не могли помочь своему другу выбраться из вернувшейся депрессии, даже зная о таком исходе событий. Конечно, никто не смог просто продолжать работать ни в чём ни бывало, однако работа помогала отвлекаться, найти выход своим эмоциям и хотя бы начать отпускать произошедшее. Чан первые две недели, как и вся группа, был отправлен в принудительный отпуск, однако потом он тут же заперся с своей студии, выпуская одну мелодию за другой; "Комнаты Чана не было месяц в эфире, а её возвращение превратилось в одну сплошную волну вопросов, в результате чего Крис не выдержал и отключился с раскрасневшимися глазами. Остальные стреи были не лучше, старательно избегая прессы до самого начала промо, которое тоже заставило сильно понервничать группу. Фанаты разделились во мнении, насколько уместно выпускать альбом спустя такой ничтожный срок после окончания официального траура, однако в этом все парни были единодушны - тянуть означало оттягивать то, что уже давно требовало выплеснуться наружу. Это был не ранее запланированный альбом о продолжении преодолении себя или группе ребят, что идут по головам для достижения своей цели. Вовсе нет. Stray Kids написали новый альбом, который поднимает тему только-только утраченной ими любви к близкому человеку. Некий акт обозначения своих позиций и чувств, которые легли на старые зарисовки 3рачи. И три песни, в кредитах которых значится их вечный участник. – Знаешь, а он ведь подписал бумаги на вскрытие врачебной тайны. - Руу в очередной раз нарушает погружение Хана в себя своими взбросами. И с каждым разом они становятся всё непонятнее. – О чём ты? Какие бумаги....я не нашёл ничего дома. – Не нашёл, потому что они хранились у его нотариуса со всем прочим. Я получил оригинал около месяца назад. Видел бы ты лица моего начальства. - мужчина позволил себе самодовольную ухмылку - Иметь шанс выдвинуть подобное исследование на конгресс ценой пары дополнительных коек в моём отделении. Минхо просто миротворец. – Я.. надеюсь это сможет помочь тебе.. - Джи не особо понимал, что конкретно произошло, но по интонации старшего было ясно, что дело серьёзное и влиятельное. – Да, я тоже. Я уже связался со знакомым, он работает в Австрии. Хочу сделать сравнение некоторых показателей со случаями заражения в Европе. - Йен опустился на корточки сбоку от шатена и поставил на надгробие бутылку сливовой соджу - Опять заставляешь меня работать, противный донсен! Их разговор был в основном продолжался безмолвно. Каждый думал о своём, периодически высказывая очередные причитания о причудливом характере Минхо или о последних событиях. Йен поздравил парней с альбомом, пошутив, что даже купил себе альбом, где ему выпали карты Чонина и Бина. – А я знал что они - твои любимчики! - показано вздыхал на новость Хан. Ближе к обеду врач начал потихоньку собираться, причитая на разницу во времени с Европой, из-з чего ему приходится перестраиваться на ночной режим. Разминая затёкшие мышцы, мужчина немного помычал от растяжки, но прекратил, стоило заметить рядом новую фигуру. – Хёны? - звонкий голос никак не сопоставлялся с высоким худощавым парнем, который явно скрывал данный факт под огромной толстовкой. Надетая набекрень кепка и пластырь на щеке придавали дворовый вид, если бы не висящий наперевес ранец, в котором точно лежали горы дополнительных учебников. – Ты, Юха? - Джи не сразу смог признать младшего товарища, который знатно изменился за время их разлуки - Да что вас всех несёт сюда.... – Кто бы говорил, Джисони-хён. - как и раньше, школьник не отличался вежливостью, игнорируя прожигающий взгляд старшего. Подойдя ближе, мальчик опустил рюкзак на землю и достал оттуда какие-то сложенные бумаги, кладя их рядом с другими подношениями. – Принёс Минхо записку, серьёзно?) - видимо, Йен не видел в поступке что-то странное, что нельзя было сказать про Хана, который явно потерялся. – Я всегда приношу сюда результаты всех контрольных с курсов и школы. - как-то обиженно произнёс мелкий, стараясь не выглядеть смущённым таким вниманием. Вместо этого он стал третьей наседкой, обращая всё своё внимание вперёд - Хён, я, как и обещал, усердно работаю и на последнем тесте по биологии набрал 92 балла. Я знаю, что до вступительных ещё далеко, но я буду готовиться и дальше! – Почему ты не перестаёшь говорить об учёбе? Я конечно знал, что Минхо помогал тебе с уроками, но всё не должно было быть так плохо. - Хан сам с лёгкостью вспомнил, как Хо вместе с Чаном помогали младшим готовиться к экзаменам в старшей школе. После дебюта времени на учёбу практически не было, и сам шатен был рад, что смог разделаться с ней ещё в Малайзии. – Конечно я буду говорить об учёбе, чтобы хён знал, что я дорожу его подарком! - Юха будто был возмущён необразованностью собеседников, однако, увидев растерянные лица, поумерил пыл - Минхо, он.. открыл счёт на моё имя и вписал его в завещание. Лица старших тут же вытянулись от данной информации. Если честно, они вообще никогда не обсуждали, что господин Ли оставил после себя, помимо большой библиотеки и пары дюжин спортивных костюмов. Было логично, что все активы перейдут его родителям, если обратного не было указано в завещании, которое адвокат зачитывал отрывками лично с каждым из его участников. Поэтому стреи даже и не знали, кто присутствует в перечне имён. Это не было какой-то важной частью их жизни - Минхо и так оставил после себя достаточно воспоминаний, чтобы развариться ещё и с этим. – Так, это пока что не отвечает на вопрос, зачем ты притащил сюда столько тестов. - кажется, Руу тоже не улавливал связи между всем этим. – Мы с хёном много раз обсуждали учёбу и моё желание поступить на ветеринара, но мои родители сделали это смыслом своей жизни, отчего почти не появлялись дома, пропадая на работе. А хён, он.. На этом счёте храниться сумма, которую я не смогу использовать до выпуска и она равняется плате за несколько курсов практически любого местного вуза. Минхо оставил послание, что он хочет помочь моей семье не разбиться окончательно, поэтому решил оставить мне деньги на учёбу. И, и я решил, что должен добиться места в лучшем универе, поэтому начал усердно учиться, принося доказательство того, что хён не зря в меня поверил и вот.. Он такой дурак, продолжает докучать мне и заставляет маму проверять все мои домашки. Так смущает. – Ну, Минхо не мог бы сделать по другому. Он та ещё заноза. - Хан ясно представлял перед собой Минхо в образе надоедливого учителя, так что жалобы Юха были вполне оправданы. – Ладно, пойду я от вас, мне ещё на дополнительные занятия. ---- Спустя полчаса ушёл и Йен, молча похлопав по плечу. Они и до этого почти не говорили, поэтому Хан лишь проводил удаляющийся силуэт взглядом, снова погружаясь в себя. Уже перевалило за полдень, срок надо будет возвращаться домой, под эти сочувствующие взгляды. Он ненавидел, когда парни смотрели на него так. Будто за ним ходит призрак. – Ладно, Хо, пора мне. - Джи закопошился, доставая содержимое пакета, в котором оказались пудинг, стакан холодного кофе и чизкейк - Знаю, что всё остыло, но я принёс твоё любимое. Надеюсь твоя душа будет довольна. Встать и уйти никак не хватало решимости, поэтому Хан просто продолжал пялиться на холодный кусок камня перед собой. Слова Йена и Юха напомнили ему о запрятанной в самую глубь комнаты вещи, которая каждый день заставляла нарезать круги по дому в сомнениях, готов ли он столкнуться с реальностью. Но слова людей, которые нашли в себе силы идти дальше и черпать силы из остатков памяти, заставили задуматься, правильно ли продолжать убегать от самого себя? ---- – Я дома. - общежитие как всегда было пристанищем хаоса, в котором парни уже привыкли существовать. Небольшая передышка после недель промо дали возможность побыть в себе или навестить семью - тут уже каждый волен выбирать. Однако вся группа осталась в своём доме, даже не заикаясь о поездках: все были слишком истощены для каких-либо передвижений. К тому же переживать последние события вместе было легче, хоть и немного. Все потихоньку возвращались в привычное себе состояние, пытаясь помочь с этим своему другу, который почти не вылезал из одеяльного шалаша. – Хан-а, ты вернулся! - голос Ликса донёсся из кухни, сопровождаемый шипением сковородки - Мы скоро садимся ужинать, ты вовремя. Джи на это лишь кивнул, уходя в спальню. ---- Никто не спрашивал, как прошла прогулка Хана, чтобы лишний раз не тревожить парня. Айдол упорно старался сохранить лицо, пряча мокрые глаза в капюшонах и козырьках, что всё равно не могло убежать от внимания мемберов. Помочь другу хотелось, но даже сеансы обнимаешь от Чана будто сделали хуже, ведь после них Джи много раз извинялся за излишние хлопоты и никак не принимал слова заботы от старших. – Ты слишком мало ешь, Хан-и, давай ещё порцию курочки. - к окончанию фразы в тарелке уже лежала горсть маринованного мяса, от одного вида которого то ли слюнки. Приём пищи проходил практически в полной тишине. Все были истощены накопившейся работой, и постепенно откисали в размеренной рутине, не в силах выдавать бесконечные возгласы и идеи. Каждый будто находился в своём собственноручно созданном мире, и пока не хотел его покидать без сильной надобности. – На следующей неделе менеджер согласовал новое интервью для американского журнала, скорее всего проведём встречу в здании компании во вторник, так что будто готовы. - в конце Чан по привычке напоминал всем скизам о предстоящих делах и отправлял парней либо в гостиную на вечерний просмотр, либо по комнатам спать. Выходные давали свободу действий, поэтому лидер лишь попросил не шуметь, первым занимая очередь в душ. Остальные тоже постепенно разбрелись кто куда, заполняя коридоры музыкой щёлкающих замков. "Я должен с этим справиться. Столько времени прошло, ребята всё ходят вокруг меня на цыпочках - я не заслуживаю такого особенного отношения" - Сон уже пятнадцать минут гипнотизировал лежащий напротив него ноутбук, боясь заходить дальше. С того дня, как он вышел из кабинета нотариуса с подписанными документами, уведомляющих его о своей доле в завещании господина Ли, а также списком, который Минхо попросил передать и чётко соблюсти все прописанные там инструкции. Тогда Хан не смог в одиночку пойти в уже почти собственную квартиру в одиночку, заручившись поддержкой не менее подавленных друзей. Так, за неделю коротких сеансов, каждый мембер получил от Минхо подарок на прощание: кулинарная рукописная книга для Феликса, книги по балету и записи новых движений для Хёнджина, небольшой склад марких кроссовок с размером Чонина. Даже Чан, державший в руках несколько исписанных нотных тетрадей и письмом, с первой строчки которого превратился в помидор и отложил ознакомление на попозже. Да, они были очень близки, но никто и не предполагал, что их товарищи настолько "запариться". И по этому чёртовому списку Джисону отводились все блокноты и записи старшего, а также ноутбук, на котором некоторые файлы хранились специально для него. И после ночей слёз, которые Хан ронял, читая самую красивую в жизни лирику, он боялся узнать, что ждёт его дальше. Ещё больше текстов? Записанные демки? Письмо, которое Хо не успел переписать или распечатать? Вот так он и жил практически месяц, не в силах ни забыть про лежащий в комнате предмет, ни наконец покончить с собственными страхами. И сегодня его выдержка закончилась. – А может я ошибся и ещё рано? - спросил сам у себя репер, когда глаза заблестели от одной только фотографии на экране блокировки, где увидел собственное лицо с их совместной поездки на Чеджу. Наизусть заученный пароль, почти пустой рабочий стол с говорящими папками "Документы для родителей", "Мои идеи для музыки", "Дневник наблюдений за самим собой", "Не забыть", и последняя "Для Хана" - одна форма имени заставляла поёжится и воспринимать вс как-то серьёзней. Собравшись с мыслями, Сон кликнул по ярлыку. Файлов было немного, но внимание сразу привлёк единственное видео, в названии которого ничего не было. "Может, он просто забыл удалить ненужное? Всякое бывает, видео выбивается из текстовых документов и фото, вряд ли Хо оставил...." Только он наверняка и оставил бы. Пока семиминутный ролик грузился, Джи успел передумать, подключить наушники, спрятаться под одеяло и вернуться обратно, практически решить позвать кого-то к себе и замереть на месте. Минхо оставил это ему одному Если понадобится, он позже покажет ребятам Но не сейчас Это их личный момент <I>Милый Хан-и, если ты смотришь это видео, значит, что либо ты любопытная белка и суёшь свои щёки в мой ноутбук,</i> - Минхо на экране сидел перед камерой, скорее всего телефона, в домашнем луке с завязанными на макушке волосами и нежно улыбался. Будто у них сейчас просто вечерний созвон и весь прошедший ужас им приснился - либо прошло уже достаточно времени, чтобы ты был готов поговорить со мной в последний раз. Я знаю, ты не сразу решишься на подобное, поэтому буду ждать столько, сколько потребуется. Хан уже еле сдерживал рвущуюся наружу истерику, а ведь это самое начало ролика, тоже дальше.. – Прости меня, малыш, мне так не хотелось с тобой расставаться, но жизнь решила иначе. Однако я надеюсь, что ты продолжишь блистать на сцене и дарить позитив всем стэй мира и за меня тоже. Даже если будет трудно, я знаю, ты у меня сильный и, если что, уверен, Чан и Бинни даст тебе хорошенький подзатыльник за отлынивание от работы, верно?) "Ох, Хо, они ко мне вообще не подходят с подобным, будто я растаю от рабочих вопросов" – Но если что, я припас для тебя некоторые свои черновики. А также нашёл тут пару листочков в мусорке, думаю, тебе не стоит так категорично оценивать "Файтинг обезьяны и мороженого". – Хё-оон - Сон закрыл лицо от смущения, слушая продолжительный и такой нежным смех из наушников. Лино заставлял его чувствовать себя неловко даже в такие моменты. – Если серьёзно, я записываю это видео в качестве подарка. Боюсь, мне будет слишком неловко делать это лично, и мне хотелось бы оставить какое-то напоминание о себе, чтобы мой Хан-и не хандрил. Ты же сам говорил, что лучшее лекарство - это музыка, верно? Тут Ли с видео исчез на время из кадра, немного пыхтя на фоне, возвращаясь уже с.... гитарой в руках? – Не судите строго, я не такой уж профессионал в этом, но пару аккордов вроде запомнил. А дальше Минхо начал играть. Мелодия и правда была очень простая, с периодическими запинками пальцев о лишние струны, однако Хан не мог оторвать взгляда от увлечённого выражения лица старшего, пока Хо не начал петь. Я простился со всеми своими друзьями, Встречая свой собственный финал, С каждым следующим днем Я бы солгал, если бы сказал, Что не скучаю по всем ним сегодня... Если бы они только знали, что я хотел сказать... Слова пробирали до дрожи, заставляя кожу покрываться мурашками, пока Ли продолжал: Если бы я мог быть рядом с тобой этой ночью, Я спел бы тебе колыбельную. Никогда не позволяй никому уничтожить свет в твоих глазах. Однажды я проиграю это сражение, Пока я исчезаю во тьме, просто помни: Ты всегда будешь сиять также ярко. Будь сильным, возьми меня за руку, Наступает наше время, ты понимаешь, Сегодня мы попрощаемся, И хотя мне очень жаль, что всё кончается именно так... Если обещаешь не плакать, то я скажу тебе То, что хотел бы сказать. – Хо, нет, я не хочу ничего слышать, просто вернись ко мне.. - Хан, уже не сдерживая себя, сидел со скомканной в руках подушкой и трясся, боясь отвести взгляд от своего прекрасного хёна, который прямо сейчас разрывал его сердце подобными речами - Я не заслуживаю всех этих слов. Я не сильный, у меня не получится.. Порой мы должны стать сильнее, Ты сможешь быть сильным и без меня Когда меня здесь больше не будет, Ты должна стать сильнее. – Лино, я так скучаю по тебе.. Если бы я мог быть рядом с тобой этой ночью, Я спел бы тебе колыбельную. Никогда не позволяй никому уничтожить свет в твоих глазах Я ошибся и проиграл это сражение... Но ты никогда не должен исчезать во тьме, помни: Ты всегда будешь сиять также ярко. Как свет в твоих глазах... Некоторое время по комнате разносились лишь короткие всхлипы, остановить которые не было никакого желания. Джисон был опустошён и выведен из строя, пытаясь переварить услышанное. Это правда, что слова в песне действуют на него намного лучше, чем письма или сообщения, поэтому старший и принял такое решение. Хану даже не нужно было подтверждение этого. Его Минхо всегда знал, как лучше поступить со своим бельчонком. – Хани, пообещай мне, что продолжишь идти дальше, хорошо? Даже если ты меня не видишь, я всегда буду рядом, следовать по пятам твоих начинаний тихим призраком и поддерживать, пока тебе будет это нужно. Но не отстраняйся от остальных ребят и всего мира. Иначе придётся стирать тебе память о стольких моментах.... – Нет! - хоть парень и понимал, что разговаривает с ноутбуком, настолько живая беседа заставляла бурно реагировать на всё подряд - Хён, я попытаюсь, честно. Но мне нужно время. Я так не привык быть без тебя. – Вот и умничка. Люблю тебя, Хан-и. Будь счастлив. - запись закончилась, заставляя зафиксировать на экране кошачью улыбку Минхо, каким он выглядел последние месяцы их жизни. Такой домашний и.. ---- – Ладно, раз я пообещал, значит надо что-то делать, да? - почесав голову, Сон ещё некоторое время находился в размышлениях, когда же он будет готов двигаться дальше. Отдирать растекшееся тело от безнадёжности было трудно, особенно когда всё вокруг напоминает о причинах. Однако Хан постоянно забывал, что он не один. Хоть он и пытался, настроение в группе явно были натянутыми из-з его состояния и нежелания ни с кем говорить, поэтому сейчас Айдол даже не предполагал, что переживают остальные. Возможно, сейчас самое время задаться данным вопросом? Подняв уже нагревшийся ноутбук в руки, Хан вышел из комнаты, прислушиваясь к спальням остальных: никто не спал, но и признаков бурной деятельности не было. В гостиной горел телевизор, на котором Хенджин и Сынмин смотрели очередную дораму. Появление Джи вызвало обеспокоенный интерес, однако тот пока собрался для разговора только с одним человеком, поэтому в попытках объяснить всё одним взмахом руки исчез в проходе. – Кто там? Проходите! - после стука дверь в комнату лидера приоткрылась, и на пороге появился потрёпанный репер - Хан-а? Что случилось? Сначала младший не понял встревоженную интонацию в вопросе, однако увидев в зеркале распухшие глаза и мокрые щёки не удивился. Видимо, он просидел в своей комнате немного дольше, чем предполагал. В любом случае, сейчас он хотел поговорить совершенно о другом. – Хён, у меня есть идея для нового альбома. – Тааак.. я рад, что ты хочешь вернуться к работе, но почему сейчас? - Чан боялся как вспугнуть только пошедшего на контакт друга, так и случайно подтолкнуть его в нескончаемый трудоголизм. – Пожалуйста, - Джи поставил на стол компьютер, чего владельца Крис тут же признал, непроизвольно стискивая челюсти - я хочу включить тебе один трек.