2.2-1 Разлом
11 апреля 2025 г., 18:36
Бекки Айвз раздумывала над тем, чтобы уехать из Индианы всю последнюю
неделю: слишком опасные события развернулись в навеки проклятом Хоукинсе. Когда Бекки пару дней назад самолично увидела в телевизионной трансляции повзрослевшую Джейн и как та применила свои способности на глазах у протестующей толпы, ей стало кристально ясно, что им с Терри лучше покинуть Индиану. Для этого пришлось решить рабочие вопросы и позаботиться о перевозке Терри: если раньше Терри могла хотя бы намекать, что хочет поесть или в туалет, то сейчас её когнитивные способности совсем сошли на нет.
И вот, в день, когда всё было готово для отъезда, Бекки узнаёт о произошедшем землетрясении. Что-то тёмное нависло над Хоукинсом и всеми ими. Бекки уведомили, что автомобиль службы помощи для людей с ограниченными возможностями, кем и является Терри, опоздает: основные магистрали центральной и южной Индианы оказались скованны пробками.
— Я знаю, Терри. Я знаю. Осталось немного, они скоро приедут и заберут нас. Переедем в Луизиану к нашей тётушке Беф. И всё у нас будет хорошо, хорошо, — заверяла сама себя Бекки. Она так и не знала, понимает ли Терри, что происходит вокруг, или её сознание окончательно скатилось до уровня годовалого ребёнка.
Время ушло за половину первого дня…машины социальной службы всё ещё не было. И, кажется, в ближайшее время могло не предвидеться. Хотя последнее это уже следствие встревоженность Бекки. Тревога всегда играла с Бекки злую шутку. Но сейчас — особенно.
Минута…три…пять…двадцать. Ни-ко-го. Зацикленность Бекки на времени так бы и заставила её продолжать накручивать круги у порога, но звук не то упавшей тарелки, не то разбившейся кружки вынудил её пойти в кухню, где на взор Бекки предстало удивительное зрелище.
Терри стояла на своих двоих. Её зрачки неестественно ёрзали из стороны в сторону, покрываясь белой паутинной пеленой. Руки Терри спали ровно на бока, как у солдата. А из носа пошла кровь.
В первые мгновения Бекки охватывает панический страх. Она пытается привести свою сестру в чувства, но та никак не реагирует. Свет в комнате начинает мигать произвольным образом. Бекки видела такое лишь раз — когда к ней заявилась Джейн. Она где-то рядом? И что, чёрт возьми, происходит с Терри?
— Хэй… Терри… Терри! — да, Терри и так никогда не могла ответить, но прямо сейчас она будто впала в гипнотический транс. Бекки нужно что-то предпринять…но что? «Конечно, укол…снотворное!». — Держись, Терри, слышишь? Я тебя вытащу… — Но стоило Бекки сделать шаг назад, как тело Терри начинает…взлетать, отрываясь от пола.
Со страху Бекки теряет равновесие и валится на пол, с ужасом наблюдая за тем, как вокруг затуманенных глаз и носа Терри образуются кровяные сгустки, а сама Терри размеренно поднималась к потолку, словно её тянула вверх невидимая связка воздушных шаров. Бекки хочет закричать, но инстинктивный страх подавляет любой звук, скапливающийся в её горле тяжёлым комом нехватки воздуха. Только когда настольная лампа взрывается от скачка напряжения, а волосы бедной Терри упираются в потолок, крик неестественной силы вырывается наружу:
— НЕТ-НЕТ-НЕТ…ТЕРРИ…НЕЕЕТ!!!
Одиннадцать оказывается не в силах отвести взгляд от того, что предстало её взору. Она отказывалась верить, что это правда. Ей это кажется. Всего лишь иллюзия из-за пережитого кошмара. Нет, это не Он. Нельзя. Так не должно быть.
Тень делает шаг навстречу Джейн. Джейн хочет бежать, как и ранее сбегала от этого кошмара. Теперь она вспомнила. Убежать — стратегия выживания, выстроенная её собственным подсознанием, дала о себе знать.
— Я знаю, что ты всего лишь проекция моего подсознания, Папа. Можешь не пытаться меня пленить или что-то внушить, не получится.
Доктор Бреннер лишь усмехается, переводя свой взгляд куда-то за Джейн. Алый грозовой разряд вновь бьёт по поверхности моря, заставляя его разбушеваться.
— Столько боли… Джейн. В тебе слишком много боли, раз я стою в этом образе…
Джейн хочет закрыть глаза и попытаться нащупать иное сокровенное воспоминание. Она осознаёт, что это нечто, что пленило её, сейчас заводит её всё глубже и глубже во тьму. Но Джейн сильнее этого. Джейн выше этого. Она выберется.
— Думаешь, что это проекция твоего разума?...Джейн. Не стоит так опускаться.
Одиннадцатая по-прежнему не хотела открывать глаз. Она попыталась представить счастливые воспоминания. Макс, их походы по магазинам и шутки в Стар-Корте… Майк, который пытался заботиться о ней, когда они затерялись во времени.
— Тебе придётся поверить, Джейн. Папа всего лишь оболочка, но иначе к тебе невозможно подобраться. Открой в конце-концов свои глаза! — Приказной тон, который обычно не использовался Бреннером в такой манере, сразу же даёт Джейн понять, что это не её воспоминание. Это нечто иное.
— Генри? — едва слышно молвит девушка, медленно открывая глаза. Сущность с лицом Мартина ухмыляется:
— Ох, Джейн, вы с ним так похожи. Двое людей, решивших дать отпор этому миру. Только он выбрал искоренить всё под корень, а ты — защищать. Инь и Янь, которые верно служили моим целям…
— Тогда кто ты? Зачем тебе наш город? И зачем тебе я??? — Джейн делает шаг навстречу своему кошмару.
— Ваш? — Нечто в образе Мартина начинает лихорадочно смеяться. — Вы, люди, цепляетесь за материальное. Даёте всему ярлыки. Тебе суждено стать выше этого, Джейн. Просто ты пока этого не знаешь.
— И что же мне «уготовано»? — Джейн решает потянуть время. Может, ей удастся создать сильное воспоминание, которое выбьет это нечто подальше от её разума.
— Взять бразды правления новым, идеальным миром, который я в силах создать. Ради всего человечества и жизни, Джейн. Мы обладаем даром, способным раздвинуть границы воспринимаемой нами вселенной. Я знаю, ты не готова принять это предложение сейчас…и навряд ли будешь готова после. Увы, знать будущее в пучинах наших разумов невозможно. Но я точно знаю, что ваш, раз ты так хочешь, Хоукинс, падёт до самого основания. Будет много жертв. И всё, потому что вы противитесь эволюции.
— Эволюцией не предусмотрено создание того, что противоречит законам физики.
— Эволюция вообще частичный вымысел, Джейн. Ярлык, созданный людьми для объяснения необъяснимого. Ограничения собственного могущества.
Джейн хочет ответить что-то в духе «Я всё равно найду способ уничтожить тебя», однако её намерение прерывается криком человека из-за горизонта:
— ДЖЕЙН! — светловолосый парень около тридцати лет несётся к Одиннадцатой и чуть не сбивает её с ног. Джейн мгновенно отстраняется от него, но тот сдерживает её в своих тисках и оборачивается к сущности:
— НЕ СМЕЙ ПУДРИТЬ ЕЙ МОЗГИ! — Он знает, что не сможет нанести ему физический урон, однако может попытаться заслонить собой разум Джейн.
— Твоя смена стороны, Генри, меня крайне удивила. Спасибо Джессике, чей дар помог принять мне верное решение.
— Генри??? — Джейн охватывает истинная паника. А парень сразу же вступает в конфронтацию с сущностью:
— Ты обещал мне, что мы убьём только всё, что связано с нашими проектами. С МК-Ультрой. Но я увидел твои истинные намерения…и я не позволю, чтобы они сбылись!
— Поздно, — сущность опускает свой взгляд, проявляя некое сожаление по отношению к Генри — Теперь вы заперты здесь, под опекой моего блуждающего подсознания. Вы не сможете вырваться. Да, Джейн, твоя знакомая, получившая дар огня и контроля разумов…она меня научила тому, как строить непреодолимые барьеры. Спасибо ей. И тебе.
Джейн хочет сбежать, но Генри крепко сдерживает её руки, попытки вырваться не дают никаких результатов, и Джейн приходится смирится с тем фактом, что Генри оказался физически крепче и сильнее неё. Вокруг начинает происходить нечто…неестественное. Без каких либо мук, словно хамелеон, лицо и телосложение Бреннера меняется на молодое, он становится выше…волосы обрастают густой чёрной гривой, и перед Джейн оказывается Майк. Это нечто приняло его обличие.
— Я даю тебе три дня, Джейн. Три дня, чтобы ты обдумала моё предложение. Моё человеческое начало будет ждать положительного ответа, в противном случае…твоё сознание будет стёрто. Генри, — вальяжно обращается к Криллу подобие Уиллера. — Три. Дня. — нечто, выглядевшее как Майк, поднимает свой взгляд, разводит руки, отворачивается и…распыляется, словно призрак, образуя вихревой поток пыли, который смерчем уходит в, как казалось, бескрайнее небо. Джейн, прихватив себя за область у сердца, с ужасом наблюдает за неестественным изменением неба, словно кто-то сверху переключал освещение как лампочки. Спустя пять секунд небо приобреает естественный оттенок, а ураганный ветер стихает до абсолютного штиля. Генри ослабляет хватку, и обескураженная Одиннадцать попеременно смотрит то на Генри, то на морской берег.
Джейн не находит сил что-либо сказать. Она в полнейшем замешательстве. Пять минут назад они с Джессикой вроде были в безопасности. А затем пылевая буря. Свободное падение. И она оказывается у моря. Бреннер. Майк. «Во что они ввязались? И что сейчас происходит с Хоукинсом?»
Ответов на эти вопросы у Джейн не было, но было осознание, что тварь, всё это затеявшая, не лжёт: Хоукинсу грозит смертельная опасность.
ГЛАВА 2.2 — ПОСЛАНИЯ|THE MESSAGES
2.2-1. The Fault|Разлом
У лаборатории Хоукинса Звон…в ушах стоит жуткий звон. Адреналин не чтобы зашкаливал. Он заглушил любую боль. Любые чувства. Он заглушил её собственное дыхание. Душа Шерон была готова вот-вот покинуть собственное тело. На полном серьёзе, Шерон уже считала себя трупом: от нападения демопсов, то и дело проскакивающих буквально в паре метров от неё, Шерон спасала лишь её способность замирать статуей. В буквальном смысле. Как только она осознала, что весь план Алекса летит к чертям и что их отряд стал пушечным мясом, то мгновенно легла на землю и… Притворилась мёртвой. Инстинкт самосохранения помог продержаться Шерон тридцать секунд…минуту…вторую. На третьей минуте все человеческие крики стихли. Лишь вязкое цоканье демопсов, рычание Демогоргонов и огненные струи, исходящие от демоподобных птиц.боже. Эти уродские создания с телом воробьёв и крыльями летучих мышей…будто сама смерть со своей свитой пришла сюда. Почему Шерон не ушла из чёртового проекта раньше? Почему просто не скрылась? Ведь Эмбер говорила ей, что если существует тот самый дневник со всеми почившими жертвами…если всё уже откуда-то известно, то они бы не остановили это. И где, чёрт её подери, армия США? Где вертолёты? Поддержка с воздуха? Ведь наверняка люди свыше знали о такой угрозе, но вновь ничего не сделали. Интересно, как они смогут скрыть всё то, что происходит сейчас? Вокруг ведь наступает в самом деле библейский ад. Температура воздуха планомерно начинает повышаться. Жар от спонтанно возникающих лесных возгораний, подорванных машин и разрывающихся орудий стремительно распространяется по воздуху, планомерно закрывая небо ядовитым тёмно-серым туманом. Отовсюду сыпется пепельная пыль. Сама природа кричит от боли, нечто страшное напало на неё. А ещё смрод от сгорающих человеческих тел…всё из описанного выше проносится перед глазами Шерон. Неподвижной Шерон. Такой маленькой Шерон в этом столь опасном мире. Проходит ещё пять минут. Бедную Шерон начинает лихорадочно сковывать озноб. Вот-вот она шевельнётся и, кажется, выдаст себя. В Шерон начинают бороться два начала: первое хочет всё прекратить и сдаться, второе — бороться за жизнь, если для этого даже придётся впасть в кому. Но нет, Шерон не чувствовала боли. Не была ранена. Её форма с бронёй остались совершенно целы. Алекс не соврал: этих тварей привлекает кровь. Они как комары, только размером с овчарок. И в условиях, когда вокруг сотни литров свежей крови Шерон для них — бессмысленная добыча. «Может попробовать шевельнуться?» Затёкшая правая нога вот-вот заставит её неконтролируемо дрогнуть. Шерон пытается сдержать порыв дрожи, но у неё не выходит: нога предательски шевельнулась. За этим последовало ноль реакции — твари продолжали заниматься окружавшим их пиршеством. Шерон решает рискнуть: очень медленно, дюйм за дюймом, как полудохлая рыба, смотря чётко влево, она малыми усилиями начинает пробираться под дно бронетранспортёра: и у неё получается. Кажется, лишь один демопёс бросил на неё случайный взгляд, но тут же вернулся к поеданию чьей-то ноги. Шерон не понимала, как её до сих пор не начало тошнить. Как она вообще совершает эти движения. Но она продолжала. И продолжала. Не останавливаясь ни на миг. Спустя целую минуту пыточного извивания Шерон скрывается в тени дна автомобиля…и первым делом, что она делает — это полноценный вдох…и выдох. И ещё один. На целых двадцать секунд она забывается: тело расслабляется, а жжёный воздух лишь отдаёт приятным, как ей кажется, ароматом. Шерон понимала, что сейчас мозг может блокировать какую-то боль, но она решила верить, что никакой боли у неё нет. Лишь трясучка, озноб и сбитое напрочь дыхание. Двадцати секунд оказывается мало. Шерон не знает, как ей действовать: со всех сторон то и дело показываются липкие лапы демосозданий, огонь становится лишь ярче и больше. Шерон остаётся лишь одно: ждать, когда эти твари отвлекутся на что-то и уйдут. Такой момент наступает: правда, Шерон приходится пролежать под дном машины порядка пятнадцати минут. Но это было уже совершенно иначе: она могла слегка шевелить руками и ногами, менять ритм дыхания и погрузиться в свои мысли. Это было похоже на…медитацию. Которую Шерон посвятила своему желанию жить. Она вдруг поняла, что не хотела всего этого. Став ассистенткой Эмбер семь лет назад, она втянулась в жизнь психиатрической лечебницы. Пёнхерст стал её домом. Условия здесь были совершенны неплохие: зарплата достойная для Индианы, медицинская страховка, пособия, пенсионные накопления…всё, что нужно для ощущения стабильности. Два года спустя Эмбер решила посвятить её в разработку проекта Лазарь, которым Александр Эдмунс, близкий знакомый Эмбер, активно занимался. Поначалу это походило лишь на кружок поехавших докторов, верящих в какой-то апокалипсис. Учитывая нараставшую популярность культов Шерон этому не была удивлена. Её держала стабильность. Ей было всё равно на то, что происходит. Даже на пропажу малыша Байерса, гибель Барбары Холланд и в целом заговоры со стороны Хоукинской энергетической лаборатории. Но когда Шерон своими глазами прошлым летом увидела останки паукообразного существа, атаковавшего стар-корт, ей пришлось поверить в пророчество. Хотя может ли простой дневник по своей сути быть пророчеством? Сейчас же Шерон с удовольствием бы свалила из Хоукинса, уехала во Флориду, Багамы или Испанию… Испанию, да. Нет, Португалию! Сёрфить. На берегу океана. Подчиняться волне…её детская мечта. Но сейчас ей бы выжить. А уже потом остальное. Судьба даёт ей этот шанс: полчище демопсов привлекла некая вспышка света. Те мгновенно стадом ринулись в лес, не оставив никого среди догорающих машин и человеческих останков. Дурное зрелище. Шерон понимает, что это её шанс. Сейчас или никогда. Резким рывком ног она выбирается из-под автомобиля и осознаёт, что всё её тело страшно затекло. Мучительная волна мурашек проходит от самого верха шеи но пальцев ног и самих стоп, заставляя её несколько раз съёжится, едва не потерявшись в тёмнои тумане, возникшем в глазах. Только сейчас взору Шерон предстала настоящая трагическая картина. В живых осталась она одна. Вокруг лежали облезлые кости, останки рук, расплавленные бронежилеты…и пламя. Весь лес был окутан необъятным пламенем. Писк демоптиц стал постоянным. Едкий дым скрыл из виду даже здание лаборатории. Благо, дыхание он не затруднял. Шерон была нужна какая-то тактика. Хотя бы малый план. Внутренний голос твердил ей противоречивые мысли: то забираться назад под авто, то бежать от города, то кинуться в огонь…нет. Последнее Шерон делать точно не будет. Это всё внутренняя паника, подчиняться которой она не станет. Шерон вспоминает, что Эмбер оставила рюкзак с запасной провизией внутри бронетранспортёра. Убедившись, что демоптицы в принципе плевали на неё, Шерон неуверенно походит к автомобилю и видит, что его задние двери…разорваны. Кровь с железным привкусом осела на стенах и скамейках грузового отделения. Но Шерон обращает мало внимания на кровь. Она видит Эмбер. Здесь то Шерон и охватывает внутренний шок. Защитный костюм Эмбер был наполовину оплавлен, у одной из рук отсутствовала ладонь, а сама Эмбер смотрела прямиком на Шерон. Дыхания у той почти не было. Её и так смуглая кожа стала ещё более смуглой, а на лице застыл вечный ужас. Шерон впервые ощутила позыв рвоты, но каким-то чудом сдержала его. Задержав дыхание, она забирается внутрь и пытается вытянуть сумку, к которой Эмбер, очевидно, тянулась. Тут-то Шерон и видит, что оставшаяся рука Эмбер тянулась…к рации. Которая лежала под сидением. Сама рация была залита кровью. Шерон решает оставить очевидно сломанную рацию и поддевает тяжёлый ранец, спешно натягивая его на себя. Не смотря н возникшую ноющую боль в спине, Шерон затягивает ремешки потуже и в последний раз смотрит на развороченное тело Эмбер. «Я знаю, ты хотела огородить меня от всего этого. Не вышло. Но я постараюсь выжить. Да…постараюсь». Как вдруг Эмбер…выкашливает сгусток крови. Её глаза зашевелились. Шерон мгновенно понимает, что Эмбер жива. — Скажи…что-нибудь. Пожалуйста. Так, ясно…на моё плечо…давай…, — малый вес Шерон не даёт ей поднять Эмбер, та со стоном валится на пол и вновь отхаркивает сгусток крови. — Прошу…борись…ну же…, — Шерон не сможет бросить её. Они должны выбраться из этого вместе. — Ра-ци… — Не покидай меня. Я тебя вытащу. Мы… — Я…про…шу. — Ну же…, — в шоковом состоянии Шерон едва воспринимает лепет Эмбер. — РАЦИ… — Рация…я возьму её. Да, — Шерон подхватывает окровавленный передатчик. Однако она вновь пытается прихватить Эмбер. Та с большим трудом, почти без сознания, цепляется за лямки ранца, что Шерон нацепила на себя. — ДА…МЫ…, — неосмотрительно Шерон делает шаг из фургона и валится на землю, не сумев удержать Эмбер: её тело со всей дури ударяется о бампер, а голова впечатывается в раскалявшийся от внешнего жара асфальт. Шерон чувствует, как подвернувшаяся нога начинает адски болеть. Всё её сознание оказывается захвачено резкой болью, отчего она едва может понять, что конкретно сейчас происходит. Да вот только инстинкт самосохранения делает за Шерон всю работу: на фургон почти прямиком к Шерон спикировала демоптица. В самый последний миг усиленным рывком Шерон отскакивает на метров пять в сторону от фургона и валится на асфальт, замирая. Случайное движение её ладони активирует передатчик, и из него начинает звучать записанное Эмбер сообщение. На случай…если кто-то…выживет. Если вы…сможете добраться…до моего дома. Мой подвал способен…пережить ядерный…взрыв. Это убежи…ще. В это же время Шерон видит, как демоптица оголяет свою пасть, низвергая из себя пламя. Эмбер охватывается огнём и навсегда исчезает в нём. А Шерон не находит сил пошевелиться. Она снова будто мертва. Единственное, что улавливало её сознание, так это продолжавшую звучать из передатчика запись: В нём есть…инструкции…по устройству…системе…что спроектировал Эдмунс…система «Сайлент Майнд». Работает…как барьер. Вы найдёте там…все инструкции…к…*неразборчивое дыхание и скрежет* Фургон взрывается. Шерон приходится рыбкой прокрутиться по земле ещё пару метров. Жар подступает всё ближе. Осознавая, что от Эмбер вероятно остались лишь одни кости и подгорающая плоть, в Шерон активируется запас адреналина, который даёт ей фору в виде двух минут. Именно на столько у Шерон хватило сил, чтобы отбежать от горящего эскорта. Ей кажется, что изнутри вот-вот польются слёзы. Но нет. Их нет. Ничего нет. Внутри проступает омертвляющая пустота. Шок случившегося продолжал окутывать её сознание и тело. Дыхание оказывается к чёрту сбито. Одна из ног, кажется, сломана. Но Шерон осознаёт, что если она будет оставаться на месте, то либо болевой шок усилится, либо её сожрут эти твари. А потому выход был один — убраться от лаборатории как можно дальше. Еле ковыляя, шаг за шагом, метр за метром, расстояние между ней и шведским столом для обитателей Изнанки становилось всё больше. Постепенно к Шерон вернулось ясное сознание, шок начал уступать место осознанию и принятию решения к дальнейшим действиям. Шерон повторно прослушивает предсмертное сообщение Эмбер. Только сейчас она осознаёт, что Эмбер знала намного больше, чем она. Эмбер знала, что этот день может стать концом для них всех. Эмбер всегда была готова к тому, чтобы пережить даже…ядерный взрыв? О каком устройстве и барьере шла речь? Система? Почему Эмбер не рассказала ей об этом ранее? Несмотря на что, что пламя стремительно распространялось по лесу, асфальт оставался нетронутым. А значит, путь какой-никакой, да есть. Шерон хорошо знала Лихолесье, а потому сквозь боль понимала, что идти ей не так далеко, через полторы мили она доберётся до основной части города. Наверняка, кому-то удалось выжить также, как и ей. Шерон хранит эту надежду, и с каждым шагом, отдаляющем её от пламени и взрывов у лаборатории, она становилась сильнее. Круг за кругом, боль за болью…лишь бы выжить. Шерон не простит себя, если окажется съедена тварями, заполонившими окрестности города. Юго-западная окраина Хоукинса Звон…постоянный звон в голове. Первое, что чувствует Робин после потери сознания. Она умерла? Это рай? Ад? «А нет…это…ветка». Голова Робин соображает очень туго. Ультразвон, давящий на голову как снотворное, никуда не пропадал. Робин решает не думать о звоне. Она полноценно сосредотачивает своё сознание на ветке и ощущениях. Боли нет. Это хорошо. Значит, можно попытаться встать. «Давай…тихонько…» здесь Робин понимает, что лежит прямиком на краю обрыва, из которого поднимается…зловещий туман. Резких движений Бакли не совершает: очень медленно, не отрываю ладони от земли, она отползает на пару метров к упавшему стволу сосны. И только когда ей удаётся ухватиться за ствол, она оборачивает свой взгляд на обрыв и то, что за ним. По ту сторону обрыва в такой же отключке лежали Дастин и Максин. Хэндерсон, кажется, пытался подать признаки жизни, но весьма безуспешно. Макс — словно мёртвая. — Хэй….Дастин.Дастин! ХЭНДЕР… — в глазах начинает резко рябить, голос садится…а не прекращавшийся ультразвук снова заставляет Робин рухнуть на землю. Каким-то чудом ей удаётся сохранить сознание и вновь начать противостоять непонятному влиянию на её мозг. — ДАС-ТИН! ЧЁРТ….ВАС! ПРОСНИ…ТЕСЬ! — Робин уже не понимает, шум исходит откуда-то извне или у неё произошла травма уха и слуха. — ОЧНИТЕСЬ!!! — Робин осознаёт, что слышит себя прекрасно, значит никакой травмы у неё нет. «Наушники…нужно заткнуть уши!» — очень медленно Бакли просовывает руку в рюкзак и пытается нащупать хотя бы что-то, что может заткнуть уши. И о чудо — Дастин откуда-то нарыл наушники. Откуда — хрен его знает. Робин сразу же натягивает их не себя. Давящий шум становится слегка тише, но продолжал давать о себе знать. Однако, это влияние уже было терпимо. Ряби в глазах не возникает. Оперевшись о сосновый ствол, она вновь пытается докричаться по ту сторону обрыва. — ВСТАВАЙТЕ! ПРОШУ! ДАСТИН!!! МАКС!!! Чёрт вас… НУЖНО УХОДИТЬ!!! — Робин выкрикивает изо всех сил, кажется теперь её голос просядет по-настоящему. Но важно другое…до Робин только сейчас доходит, что ствола, по которому она могла перейти на ту сторону обрыва…не оказывается. Его просто нет. Очевидно, что он провалился в образовавшуюся от землетрясения пропасть. — О нет…нет-нет…чёрт…вот же… ПРОКЛЯТЬЕ! СВОЛОЧЬ! ЧЁРТ! — со всей злости Робин бросает попавшийся под руку камень, и тот чуть не попадет в Дастина. Робин ещё больше начинает злиться на себя и испытывать настоящий гнев, который копился в ней все эти дни. Если бы она не заставила Стива остановиться, то они бы не нашли Крисси на месте убийства какой-то девчонки, Крисси бы не убила своего бойфренда, они бы не оказались замешаны в расследовании, и скорее всего всего этого не случилось бы, если бы не её внутреннее благородство. Это тебе не роман с девчонкой из Италии, это блин апокалипсис. «О чём я нахрен думала…всё это из-за меня… Стив…что со Стивом. Чёртова тревожность…но это всё из-за…». Внутренний голос Робин замолкает, поскольку по ту стороны разрыва раздался голос Дастина. Сначала Робин подумала, что ей померещилось, но вновь обратив свой взор к провалу, она увидела, что Хэндерсон…орёт во всю глотку. Рядом с ним стоит словно после бодуна Максин. Но, очевидно, не выдержав давления от ультразвука неизвестного происхождения, Макс снова валится на землю. — …Хрень…это… РОБИН! — НАУШНИКИ! НАДЕНЬ…НАУШНИКИ… — Дастин отрицательно машет головой. — НЕ СЛЫШУ! — УШИ ЗАТКНИ! ЭТА ШТУКА…ОНА НА МОЗГ ВЛИЯЕТ! ЗАТКНИ УШИ! — осознавая, что Дастин всё ещё не понимает её, Робин указывает левой рукой сначала на себя, а затем на Дастина и прикладывает обе ладони к ушам, только после этого Дастин осознаёт что надо сделать и, стянув с себя куртку федералов, затыкает ею уши. Теперь Дастин понимает, что ему пыталась объяснить Робин: ультразвук перестал так сильно давить на его слух. — ЧТО ПРОИЗОШЛО?! ЧТО ЗА ХРЕНОТЕНЬ, РОБИН!? — БЕЗ ПОНЯТИЯ! — крикнула она в ответ — ДЕРЕВА БОЛЬШЕ НЕТ. Я НЕ ЗНАЮ…КАК ПРОЙТИ! — Я ВИЖУ! ДОЛЖНЫ БЫТЬ ЕЩЁ ДЕРЕВЬЯ! РОБИН! — ДА? — ПЕРЕДАТЧИК…ЕСТЬ ПЕРЕДАТЧИК! — КАКОЙ К ЧЁРТУ ПЕРЕДАТЧИК?! — РАДИО! — НА КОЙ ЧЁРТ ОНО МНЕ? — Их перекрикивание прерывается раздавшимся неподалёку криком демопса. По коже Робин проходит холодок… — ЖДИ ЗДЕСЬ! МЫ С МАКС….МЫ ВЫЗОВЕМ ПОДМОГУ. СЛЫШИШЬ? — СЛЫШУ! НО НЕТ, ДАСТИН, НЕТ! ЭТИ ТВАРИ…ОНИ РЯДОМ. УХОДИТЕ! УВОДИ МАКС! Я СПРАВЛЮСЬ! — Я НЕ БРОШУ ТЕБЯ! — Робин вскрикивает со всей силы: — УХОДИТЕ! СЕЙЧАС ЖЕ! — НЕТ! ЕСЛИ ТЫ УМРЁШЬ, ТО И Я… — ЕЩЁ НЕ ВРЕМЯ УМИРАТЬ! Я ВЕРНУСЬ….В ХИЖИНУ. ЗАТАЮСЬ. НАЙДИ ПОДМОГУ. ПО РАДИО. У МЕНЯ ЕСТЬ РАДИО. ТВОЁ ЦЕРЕБРО. — Я НЕ… — ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО ДРУГОГО ВАРИАНТА НЕТ! — за прошедшую минуту Робин прошла все стадии до самого принятия и осознания, что в её голове сформировался какой-никакой, да план. Дастин молча кивает и пытается начать приводить в чувства Макс. Робин осознаёт, что никак не может помочь Дастину в пробуждении Макс. Однако, спустя десять секунд Макс приходит в сознание…Робин видит, как Дастин на пальцах объясняет Макс, что ей нужно закрыть уши. Быстро сориентировавшись, Макс встаёт на ноги. Робин уверенно сохраняет улыбку, хотя её душа была охвачена лютым ужасом. — ОБЕЩАЙ, ЧТО ВЫЖИВИШЬ! — прокричал сквозь непрекращавшийся звон Дастин. — СТИВ МЕНЯ УБЬЁТ, ЕСЛИ Я ОТКИНУ КОПЫТА! — Внешне казалось, что Робин обрела внутренний покой, на деле же её организм готовился к тому, чтобы начать выживать. Лес, полный изнаночных тварей. Что хуже: оказаться в русской псевдотюрьме на заброшенной военной базе или быть съеденной Демосозданиями? В любом случае, придётся выживать. Не оглядываясь на Дастина с Макс, Робин без замедления удаляется от разрыва назад в сторону города. Макс в растерянности не понимает, что происходит. Дастин же пытается её вразумить: — Нам придётся разделиться. Нужно уходить. Эту штука излучает какой-то шум. Какое-то его оружие. Нам нужна помощь…полиции, военных. — Я не брошу её! — Прохода нет больше. Она выживет. — Но ты в это не веришь, — в своей прямолинейной манере отвечает Макс. — Не верю. Дастину приходится принять игры, в которую с ними начала играть изнанка. Разделение — план ли Истязателя? Если да, то какую роль в этом должна сыграть Робин? Задаваться этим вопрос сейчас нет никакого смысла. План прост как две капли воды: добраться до военных, после связаться по радио с Робин и вызволить её из Хоукинса. И пока что Дастин будет придерживаться именно этого плана. Он знает, что Истязатель специально играет на их чувствах. Верит. Но нет, сломить Дастина у него не выйдет. Это Дастин сломит его. В центре Хоукинса Сэм начинает свыкаться с болью от нанесённых ранее ему ударов. Голову всё больше захватывает чувство непомерной и в то же время бессмысленной тревоги. Он знал, что прямо сейчас демопсы рвут военных как хотят. Пушеное мясо. Наверное, ему следовало в своё время послушать Мартина Бреннера. Какими бы благими намерениями Джейн не были, все её действия ведут к одному и тому же кошмару и многочисленным жертвам. — Да, резервы. Мы в ожидании ваших резервов. Что значит…не будет? Я знаю, что наш объект в городе…засечена у лаборатории? Мертвы? Как руководитель операции, я имею право. Сэм слышит всё, что говорит Салливан. Через секунд десять тот бросает передатчик и вскрикивает в пустоту. — Сэр, у нас идут потери… — ВОН!!! — Салливан отказывается верить, что людьми свыше принято решение по…изолированию Хоукинса. Ядерный вирус. Сэм испускает лёгкий смешок. Такой едва заметный. С каким обычно дедушки играют со своими внуками. Но у Сэма не было внуков. У него и детей-то не было. — Мы с вами в одной большой ловушке, подполковник. Полагаю, это конец. — Я знал, что ваш объект опасен, доктор. Если бы я своевременно уничтожил её, город был бы… — Иллюзия, подполковник. Я повторюсь, что Джейн сделала многое, чтобы залужить её доверие. Она на нашей стороне. -ОНА РАЗНЕСЛА ДЕСЯТКИ ЧЕЛОВЕК В МЯСО! У ЛАБОРАТОРИИ, ДОКТОР. ЕЁ НЕ БЕРЁТ НИЧТО! ТАМ МОИ ПАРНИ ПОДЫХАЮТ. НА НАШЕЙ, СТОРОНЕ ГОВОРИТЕ? МОЖЕТ, ВЫ ЕЩЁ СКАЖЕТЕ, ЧТО НУЖНО ЕЙ ПОМОЧЬ??? - Произнесённое переворачивает осознание Сэма с ног на голову. Улыбка пропадает, как и любая насмешка. От Оэунса следует тихий ответ: — Значит, ему удалось…это плохо. — Кому, доктор? Кому удалось и что?! — Вам придётся поверить в то, что вы видели в документации ультры…, — Салливан, разумеется, слушать дурного доктора не собирался. Подполковник имел чёткое представление действий: зачистка. Зло, которым охвачено население города в виде поехавшей испытуемой, подлежит уничтожению. И он понял, что раз их изолируют от внешнего мира приказом свыше, то Оуэнс более ему не нужен. — Ваша взяла, доктор, — тихо сказал Салливан, приоткрыв решётку, за которой сидел Сэм, — Мы с вами выйдем наружу. И вы отправитесь самолично искать вашу Джейн. — Сэм почувствовал подвох, однако не мог не согласиться с выпавшим ему предложением. Искать Джейн, конечно же, он не отправится. Сэм уже начал строить план отхода. Да, он далеко не полевой военный, но он прекрасно понимал, что шансов выжить, вырвавшись на свободу, больше, чем оставаться приманкой в этой клетке. На самом деле Салливан не собирался давать Оуэнсу такой шанс. Как только они подошли к выходу из военно-полевой палатки, Сэм услышал звук перезарядки пистолета: — Простите, Сэм, но вы мешаете моей операции. Пока девчонка не будет устранена, кошмары города не закончатся. Так что считайте, я облегчаю вам… И пока Салливан вёл свою импровизированную речь, Сэм прикидывал свои шансы. Только на прикидывание времени не оказалось: ко входу в палатку на огромной скорости приближался демопёс. Сэм осознал скорость его шагов по звуку. Машинально он отскакивает в сторону — …Ношу. Среагировать подполковник не успевает: не то огромный пёс, не то маленькое подобие динозавра получает инстинктивно выпущенную пулю, но та не наносит существу никакого вреда. Следующей пули уже не последовало: резкий крик подполковника продлился всего пару секунд. Сэм же, осознавая, что путь чист, доверяется своему инстинкту самосохранения, быстро выбирается наружу и, прихрамывая, направляется к выходу из военного лагеря: вот за что Сэм был благодарен своему телу и разуму, так это за то, что ему всегда удаётся не паниковать и сохранять ясный ум. Пускай отовсюду разносился рёв демогоргонов, пламя и вскрикивания демоптиц, а воздух становился всё более спёртым, Сэму удаётся подобрать кусок брезента и накрыться им — поскольку брезент сам по себе негорюч и с неохотой пропускал запахи, он является весьма хорошим щитом против демосозданий и Изнанки в целом. Только сейчас Сэм начал чувствовать боль в области живота и поясницы от подопечных Салливана. Но Сэм не сердился на них и не считал врагами. Сэму было искренне жаль осознавать, что прямо сейчас весь военный гарнизон, а может и больше людей, оказались в смертельной ловушке. Сэм не думал о том, выживет ли он. И он не знал что творится с Джейн. Он вообще не знал, куда ему двигаться. Добираться пешком до лаборатории — поехать можно. Сэму нужно какое-то тихое, незаметное и безопасное место. Но где такое найти? Где Хоукинсе может располагаться, к примеру, ядерный бункер. При мысли о бункере в разуме Сэма что-то передёрнуло. Вспоминая события последних дней Сэм зацепился за группу из шестерых подростков, найденных в…подвале. Подвал. Подвал школьного психолога Эмбер Келли на востоке города. Сэм понимает, что это его шанс. Если подростки описывали всё так, что она заперла их чтобы они выжили, значит там должно быть много еды. Ну или хотя бы элементарная защита от тех тварей. Но прежде Сэму понадобится радиопередатчик чтобы впоследствии связаться с внешним миром. Искать выживших среди этого кошмара — всё равно что искать саму смерть. Объезд Форт-Уйэна, север Индианы Сердце Элис продолжало биться сильнее прежнего. Она чувствует страшную тревогу за свою дочь. За остальных. И ничего не может с этим поделать. Харви пытался несколько раз привести её в чувства…но успокоить жену у него не получалось. И тогда он смирился: они могут лишь гнать в сторону Хоукинса как можно скорее. Тревожные полувидения Элис…всё это Харви не нравилось. Только вот когда его рука случайно включила одну из радиолволн Индианы, их самые страшные опасения оправдались: Произошедшее около сорока пяти минут назад землетрясения в городе Хоукинс заблокировало движение в радиусе пяти миль от центра города. Из-за плохих погодных условий…простите. До нас дошла новая информация: в районе Хоукинса произошёл выброс ядерных токсинов, что и послужило причиной землетрясения. Подъезды к городу закрываются федеральной службы безопасности. Идёт оценка возможностей эвакуации… — Что за землетрясение? Харви? Там что, горная местность? Я не помню… — Харви решил не играть в хорошего мужа. Он знает, что причина у землетрясения в Хоукинсе может быть только одна. — Боюсь, те твари….которых ты видела в прошлом. С которыми боролась Джейн. Они атаковали город. Прости, — Харви закусывает губу и сохраняет тишину. Сердце Элис опустошается. Она прислушивается к своей внутренней тревоге, как вдруг в её сознании прорисовывается…тентакль. Волна холода, словно мозг замораживают изнутри. И снова чердак…человекоподобная тварь, покрытая странной шкурой…тентакли мирно растекаются во все стороны. Выходят на улицу, покрытую полуядерным мраком. И растекаются далее во все стороны… Но всё это стремительно проходит. Элис хочет вскрикнуть, но не решается нарушить тишину. Лишь спустя пол минуты она оборачивается к мужу: — Видения усиливаются. Харви хочет резко дать по тормозам, но сохраняет хладнокровность и съезжает на обочину без лишней суеты: — Ты уверена, что нам стоит ехать? — Но наша дочь… — Я думаю, она смогла уйти оттуда. Хочу верить в это. — Едем дальше. Это просто…волнение. Я справлюсь, Харви. — Три часа. Три часа и мы будем на месте. А может и меньше. Хотел бы Харви остановить тревогу Элис, да только самому становилось всё тревожнее. Джессика ведь могла и не уйти. Она бы, как отбитый герой, стала бы бороться до последнего. Харви сделал бы так. Но что тревожиться — кроме новостных сводок они не обладали никакой информацией. А таинственный чердак и часы…чёрт его подери, они как будто в штат Мэн направляются. В самую кошмарную историю Стивена Кинга. Три часа. Три грёбаных часа! За которые может случиться всё, что угодно. А что случилось уже? И что происходит прямо сейчас? Весь этот клубок тревожных мыслей вынуждал Харви гнать всё быстрее и быстрее. Северо-Восточная окраина Хоукинса, выезд на Моргантаун Внутреннее опустошение. Нежелание принимать услышанное. Это не может быть похоже на правду. Майк не в силах пустить слёзы. Нэнси пытается приобнять брата, при этом сама чувствует разрывающуюся головную боль. Джим во всю ходит из стороны в сторону, Джойс…просто в ступоре. — Блеф. Всё похоже на то, что было зимой с девчонкой…как её… Синди. Да, — Лукас пытается обратиться к Кали, но та, очевидно, его совершенно не слушала. Кали вовсю погружалась в собственные мысли. Где они прокололись? Как это существо переиграло их? И действительно ли мертво сознание Джейн? А если его можно возродить? В Кали начинает разгораться внутренняя буря. Нет, не обида…а гнев. Весьма сильный гнев. Гнев, утягивающий сознание водоворотом на самом дно, в наитемнейшие уголки подсознания. Но почему? Ответ Кали уже знала. У неё не остаётся выбора, кроме как прибегнуть к самому извращённому, ужасному и опасному способу спасения Джейн. Чтобы вытащить Джейн из лап дьявола, её придётся обратиться к настоящему дьяволу в человеческом обличье. — КАЛИ! — Окликнула её Розари. Восьмая, не обращая внимание на продолжающееся бурчание Лукаса, подходит к своей начальнице. — Я должна быть уверена, что твои силы могут помочь в борьбе с этой тварью. -Смею вас поправить, — Кали опирается на дверь вертолёта — Помочь здесь может только стратегия действий. Голая борьба приведёт только к большим жертвам. Потому что я видела, на что способен тот, кто стоит за этим всем. — И кто за этим…стоит? — Кали не видела дальнейшего смысла скрывать правду от всех: — Питер. Один из первых подопытных доктора Бреннера. Так он называл парня. В 1979 году он устроил резню, после которой я и с сбежала из лаборатории. Тогда Джейн…уничтожила его. Вроде бы уничтожила. Но судя по тому, что я помню…она лишь перенесла его в тот мир. — Тот мир? Кали? — Она говорит об Изнанке, — вклинивается в разговор Лукас. Кали с выраженным отторжением всё-таки обращает свой взгляд на Синклера. — Получается, всё это время опасный тип, обладающий схожими способностями как у Джейн, сидел там…взаперти. И терроризировал город??? — Я боюсь, что он мог…трансформироваться в нечто более ужасное. — Кали, у нас нет времени. Там в опасности люди! — И ЧТО ВЫ ПРЕДЛАГАЕТЕ? — Срывается Восьмая. Все сразу же оборачиваются в её сторону, — Гибнуть ради этого городка!? Всё, мы проиграли! Вы не сможете противостоять армии первобытных созданий. И мы ничего! Не знаем! О нём! — Даже если так, то как нам вытащить Джейн? Тело не может жить без сознания. Я это знаю от самой Джейн, — уверяет всех Майк — Я не приму ответ, что Джейн мертва. Нам нужно бороться. — Она же явно сказала, Майкл: мы не сможем противостоять им, — вступает в полемику Джим. — И хотите найти виновного, так это я: из-за меня всё это произошло. Из-за грёбанного Святого. — Я тоже виноват, — добавляет Лукас. — Если бы я смог ранее заподозрить подозрительное поведение Патрика, то он бы не сделал то, что сделал. — Нет-нет, нет. Виновата я: я не сообщила Джессике, как и куда нужно действовать. А теперь, если она мертва, то неизвестно что случилось с теми данными, которые я успела взять из полиции. И пока все вокруг искали виновного в произошедшем, Кали начинала смиряться с объективной реальностью. — Нам нужен специалист в области человеческого разума! — малая толпа обращает свой взор на Восьмую. — Но в первую очередь, нам нужно убраться подальше от этого барьера, потому что… — Кали делает шаги к обрыву: ультразвук усиливается, и её сознание начинает мутить. — Мы снова упадём в отключку. И да, нам нужна хащита. Кто-то, кто может противостоять тем тварям. Кто знает, где сейчас Синди Лэнг? Из-за которой творилась вся хрень зимой? Что, никто? — Нэнси сразу же соображает и хватает первый попавшийся передатчик: — Стив? Джонатан? Приём! Ответьте кто-либо. Бедфорд, центральная Индиана В это же время Автомобиль оперативной службы с синей мигалкой…никогда Стив ещё не испытывал такого наслаждения от ведения машины. Тачка просто пела! Плавное переключение передач, педали, утапливаемые без глюков, уплотнённая спинка сидения… Джонатан находился в собственных размышлениях: ему было важно, чтобы Нэнси была в безопасности. Уилл рядом с ним, значит и остальное должно быть в порядке. Уилл же дремал на плече Рокси. Сидя на заднем сидении, она испытывала лёгкое недомогание, но Рокси списывала это на явную усталость. Эти дни выдались чересчур…трагичными. И теперь, когда в Хоукинсе случилось землетрясение, а Уилл вновь ощутил контакт с Изнанкой, стало ясно, что они вступили в очень опасную игру, и игра эта пойдёт далеко не по их правилам. Тишину нарушает радиопередатчик, который первым схватывает Джонатан: — Да. Нэнси? Нэнси!!! Ты в порядке?! Боже… — Да. Со мной Джим, Лукас, Майк, Кали… Розари. Мы в безопасности. За городом, — трубку сразу же перехватывает Стив: — Робин. Где Робин? Нэнси? Где Робин? — слышать о том, что Стив печётся о Робин, Нэнси до сих пор было непривычно…но ей приходится сказать всё как есть. — Честно, не знаю. Она должна быть с Дастином и Макс. Не знаю… — Чёрт, Нэнс… — Стив! Мне нужно знать, где сейчас Синди Лэнг. Вы знаете? — Дай его мне, — Рокси перехватывает передатчик от Стива, который продолжает сосредоточенно вести машину, — Да. Я знаю, где она. Она на пути к Хоукинсу. Через час, а может раньше, будет. — Стоп. Ей помогла Джессика? Или она выехала из Гринвуда раньше? — Она прилетит. Времени на раздумья не было. — Хоть кто-то додумался прилететь на самолёте, — подытоживает Нэнси, — Она уже приземлилась в Индианополисе, когда ты последний раз связывалась с ней? — Боюсь, он и какой-либо другой аэропорт ей не понадобится. У неё есть план. — Какого рода план? — услышав из передатчика голос Нэнси, Уилл пробуждается от полудрёма. — Он вам не понравится. — Рокс? — одновременно из передатчика доносятся голоса как Нэнси, так и Майка. — Окей…она прыгнет у Хоукинса из самолёта. С парашютом. — Она… ЧТО? — ЧТО??? — оборачивается Стив. Джонатан вытаращивает свои глаза, а у Нэнси перехватывает сердце. — Это исключительно её план. Она сказала, что нужна Хоукинсу. — Нет-нет, стоп: Хоукинс захватили Изнаночные существа Его отрезало барьером. Демопсы и птицы…это ловушка! — Что? — Рокси не понимает, о какой «зачистке идёт речь». — Остановите её!!! Город охвачен огнём! Там нечего спасать!!! — А как же РОБИН?!!! — гневно вскрикивает Стив. — Вот чёрт…чёрт! Боюсь, уже поздно. Нэнси отключает передатчик, сразу же подбегая к Розари. — Необходимо закрыть воздушное пространство над Хоукинсом. Срочно! — Оно закрыто ещё со вчера, родная… — Значит, нужно найти легкомоторный самолёт…чёрт. Она же убьётся! — Кто убьётся, Нэнси? Нэнси! — Розари пытается понять, что сейчас вообще происходит. Но получалось у неё это довольно хреново. А Кали в это время озарил не то смех, не то отчаяние…от того, насколько абсурдно эти дети решают бороться со смертоносным противником: без единого плана. Придётся признать, что без того, кого Кали не хотела проклинать всей душой, им не справиться. Но только демон может познать демона. А потому она в очередной раз прерывает балаган этой мини-толпы: — Есть только один человек, способный пролить свет на природу связи Питера и Джейн. Тот, кто её образовал. Нам нужен доктор Мартин Бреннер. И я знаю, где его найти. Где-то над северной Индианой, час спустя За прошедшие сорок минут полёта стресс у Синди сошёл почти что на нет. Когда закончился набор высоты и давление в ушах выравнилось, казалось, что самое страшное уже позади. Лететь пассажиром правда приятно. Облака, закрывавшие землю, напоминали куски лоскутного одеяла, или же просто бесконечного поля…а яркое солнце существенно прогревало ей лицо и руки. Не смотря на накопившуюся усталость в плечах, Синди продолжала думать о том, что же им с Ричи предстоит совершить. Ричи же сохранял лёгкий нервный тик. Он, откровенно, не понимал, зачем ему соваться в это самое пекло. Он ведь ничем не сможет помочь. Он не стратег, не учёный, не обладает какой-либо силой. Он в буквальном смысле бесполезен. — Мог ли ты представить год назад, что мы с тобой…здесь. В самолёте. С парашютами за спиной. — Я мог представить что у нас может быть нежеланный ребёнок, но не это, Синд. Кошмар. Может, тупо сядем на хайвей? Не знаю, есть же рядом… — У нас нет на это времени. Без Джессики мы ограничены. — Я боюсь за тебя, Синди. Ты можешь переоценить…, — но не успел Ричи произнести это, как их с Синди резко подбросило вверх….затем ещё раз и ещё реще — Во чёрт… — Всё в порядке. Эй, всё в порядке. Мы сделаем это. И ты будешь со мной, ладно? Я нужна этому городу, а ты нужен мне. — Не будет ли лучше…если я останусь подальше от всего этого. — Может и будет. Но думать об обратном уже поздно. Дэйв обратился к паре по громкой связи: — Воздушная яма, ребят. В порядке всё у вас? — Да! — крикнула Синди. — Мы целы. Всё путём. — Это хорошо. Очень хорошо. Вам выход через двадцать минут. Если вы передумаете, дайте мне знать. — Мы не передумаем! — Отвечай за себя, — шепнул ей ну ухо Ричи. Проходит ещё десять минут…тут-то разум Синди осознаёт весь масштаб того, во что они вот-вот втянутся. На горизонте стало появляться тёмное облако красно-ало-синего тумана, в котором то и дело грезили молнии вперемешку с тёмными столбами. Сознание Лэнг впервые почувствовало настоящую тревогу и опасность. Но Синди понимает, что нет разницы, где эту тревогу она бы испытала. В любом случае ей предстоит сохранить здравый разум для того, чтобы не погибнуть. Дэйв продолжал корректировать курс и высоту. Через пять минут ему следует брать правее, чтобы уйти западнее закрытой для воздушных судов зоне. Но Дэйв знал, что он этого не сделает. У него уже была выработана стратегия действий. Он отключит транспондер с передачей местоположения и заглушит всю сигнальную электронику, переводя систему в тестово-экстренный режим. У них будет три минуты, прежде чем система вернётся в нормальное положение. За эти три минуты Дэйву нужно будет решить множество задач, а именно: как скрыться от возможных военных вертолётов, как наиболее безопасно подойти к городку и на какой высоте совершить выброску. Скорее всего, высоту придётся взять большую: так уменьшится вероятность встречи с вертолётами, летающими на более низком эшелоне. Да и вообще: как совершить выброску этой пары так, чтобы потоки не затянули их в ураган, который, очевидно, бушевал над городом? Землетрясения, теперь ураган и молнии неестественного света среди белого дня…чем же околдован этот городок? И каким образом девчонка получила силу огня? Неужели ведьмы и правда существовали? Дэйв начал задаваться слишком глупыми вопросами. Ему следует вернуться к решению важных полётных задач. Можно думать многое, но факт, что именно он несёт ответственность за жизнь этой безумной пары, остаётся неизменным.
