Lanna

Вечерний замок впитывал всю атмосферу ночного празднества. Горгульи, рыцарские доспехи, готические рамы окон отбрасывали тени, они преследовали призраками Северуса Снейпа, летевшего по коридору. Гробовую тишину нарушала лишь его мантия, парящая за ним. Летучей мышью он плыл по извилистому лабиринту хогвартских коридоров. Он понял, что потерял всякую бдительность, когда на повороте его подвесили вверх ногами его же заклинанием. Что может быть унизительнее, когда против тебя действуют твоим же оружием? — Попался, Нюнчик. Этот сладкий голосок с капелькой мерзкого сарказма. Чертов Блэк. — Ублюдки. — Ну-ну, Нюниус, — пропел Поттер, — Что за слова? И как мисс Уайт с тобой общается, с таким грязным ртом? — Сальный урод, закрой свою пасть, — рявкнул Блэк. — Не собираюсь, — прошипел Снейп, — Что вам надо от меня опять? — Я хочу заключить с тобой сделку, Снейп. Пообещай, что будешь вести себя хорошо и мы тебя не тронем. — Отпустите меня! — Отпустим, если пообещаешь быть паинькой. — Хорошо, Блэк, хорошо, отпусти меня. Сириус ухмыльнулся и снял заклятие. Северус упал на пол глухим ударом и поморщился. Переборов боль, он поднялся, потирая руку. — Что за сделка? Блэк сцепил руки за спиной и принялся расхаживать вперёд-назад, обдумывая слова. — Время, Блэк, давай быстрее. — Не торопи меня, Нюниус. Он остановился, поднял голову и слегка наклонил ее, словно пёс, увидевший что-то незнакомое. — Я предлагаю тебе деньги. Много денег, галлеонов, да хоть украшения гоблинской работы. Взамен, ты должен прекратить общение с Ланной. Плевать как, мирной беседой или сделать ей больно резкими словами, что вполне в твоём репертуаре, Снейп. Гримаса отвращения и ужаса застыла каменным изваянием на лице Северуса. Такой мерзости он не ожидал услышать от Блэка. — Ты, — прошептал он, — Ты хочешь, чтобы я продал дружбу с человеком? Неужели ты хочешь сделать ей больно? — Я хочу отгородить Ланну от таких людей, как ты. Ты, Снейп, ты мерзкий пожиратель смерти и я не хочу, чтобы моя Ланна стала такой же. Ты влияешь на неё плохо. — Мне не нужны твои деньги, Блэк. Я дорожу Ланной. — Ты, — с усмешкой взвизгнул Сириус, — Ты дорожишь кем-то? Ты хоть знаешь какое это высокое чувство? Такому скользкому типу, как ты, Снейп, это не знакомо. Подумай хорошенько, деньги нужны всегда. — Мой ответ нет. — Нет?.. — НЕТ! Северус толкнул Блэка и бросился бежать, но Джеймс догнал его, прижал к стенке, приставив палочку к шее. — Не двигайся, Нюниус. Ты поплатишься за рукоприкладство. Первый удар пришёлся в живот. Скрючившись, Снейп издал глухой звук. Мозг на пару секунд затуманился, а в глазах заискрились звездочки. Следующий удар был сильнее, от Блэка, прямо в челюсть. Зубы жалобно скрипнули. Третий удар пришёлся Сириусу в грудь, тот покачнулся, поморщился, но не упал. Взревев, гриффиндорец накинулся на Северуса и толкнул к стене. Глухой удар головы об стену создал неприятное эхо, раскатившееся по коридору. Снейп соскользнул по стене, потеряв сознание. Разгневанный Блэк занёс кулак над Северусом. — Нет, нет, бродяга, стой, ты убьешь его! Джеймс в ужасе обхватил друга за руки и прижал к себе. Сириус осознал весь ужас происходящего. Освободившись от смирительной рубашки Поттера, он кинулся к Снейпу. — Нюниус., — он раздавал мягкие пощёчины, — Пошутили и хватит, вставай. Нюниус не подавал признаков жизни. — Ню… Нюниус. НЮНИУС, — заорал Сириус. — Тсс, — Поттер, нахмурившись, остановил Блэка, — Слышишь? Еле слышные шаги раздались в конце коридора. Они становились громче с каждой секундой. — Северус! Грубоватый голос Ланны становился мягче, когда она произносила его имя. Ее силуэт становится все ближе и ближе. — Блять. Джеймс опомнился быстрее Сириуса. Достав мантию, он накрыл себя и Блэка. В последние секунды он успел переметнуться на другую сторону коридора. Кромешная тьма скрыла факт их исчезновения под мантией. Ланна встала. Ее лицо сменяло эмоции. Первое: Интерес. Она увидела что-то незнакомое в коридоре. Этого тут раньше не было. Второе: Изучение. Она пригляделась. Какая-то бесформенная груда у стены. Третье: Первые верные мысли. Она нахмурилась и пригляделась ещё внимательнее. Это человек. Четвёртое: Полное понимание. Она поняла, кто это. Пятое: Дикий ужас. Это Северус. — Северус… Она бросилась к нему, раздала сначала лёгкие пощёчины, потом пощёчины пожёстче. Не реагирует. — СЕВЕРУС! Ланна трясла его что есть мочи. Все равно не реагирует. В истерике она положила его на колени и обняла. Положив ладонь ему на шею, она почувствовала редкие удары сердца. Редкие-редкие, настолько, что если бы не ее беспокойное состояние, то она не почувствовала бы их. — Венгардиум Левиоса. Тело Снейпа повисло в воздухе. Руки и ноги безжизненно тряхнулись. Благо она знала, что он жив. Она никогда так не бегала. Никогда. Картины, рыцарские доспехи, все это семенило в ее глазах, все это было созерцанием миллисекундного мига в ее жизни. С высокой скоростью она пробежала мимо Пивза, он даже не заметил ее. Сейчас она не обходила призраков, а проходила сквозь них, от чего те недовольно восклицали. Гордый Кровавый барон уступил ей дорогу. Даже Филч ничего ей не сказал, а лишь прижался к стене, освобождая путь единственной любимой ученице. Дверь в лазарет слетела с петли, когда Ланна открывала ее. Тяжеленная дверь. Слетела с петли. Мадам Помфри выскочила из спальни, заспанная, недовольная, но она ничего не сказала, увидев обезумевшую Ланну и летящее за ней тело студента. Колдоведьма молча указала на койку, куда приземлился Северус. — Мадам Помфри, ситуация СОС. Он еле дышит. — Что с ним? — Не знаю, — истерика Ланны раскатывалась по лазарету горьким запахом, — Не знаю! , — она зарыдала, — Я нашла его в коридоре, он там лежал, не знаю сколько он там лежал. Колдоведьма провела палочкой над Северусом, шепча заклинания. — Не буду скрывать, ситуация и в правду СОС. Он на волоске от смерти. Рыдания Ланны прекратились. Она оторвала взгляд от Северуса и застыла, глядя на ведьму с ужасом. Вновь взглянув на Снейпа, она ахнула. Подушка была в крови. — Кровь! На подушке! Следующий час Ланна помогала Помфри в перевязке головы, подавала мази и микстуры. Мерзкие запахи лекарств она не чувствовала, обоняние притупилось чувством ужаса. Закончив с Северусом, колдоведьма дала Ланне успокоительное. Потная и уставшая, она откинулась на стуле, закрыв лицо руками. — Я знаю, кто это сделал. Закрывавшая вонючие лекарства Помфри повернулась к слизеринке. — Это сделал Сириус Блэк с дружками. Точнее он, — она говорила отрывисто, — И Поттер. Джеймс Поттер. А Люпин и Петтигрю стояли в стороне. Наблюдали и не вмешались. Твари. Силы покинули Ланну. Она сложила руки на койке Северуса, положила на них голову и уснула. Помфри не стала ее будить, перекладывать, только нашептала заклинание хорошего сна, выключила свет и пошла к себе. Заходя к себе в комнату, она обернулась на слизеринцев, покачала головой и скрылась в спальне.

***

Застывшие гриффиндорцы сидели под мантией затаив дыхание даже тогда, когда Ланны Уайт и обмякшего тела Снейпа не было рядом уже давно. Выйдя из оцепенения, Джеймс взглянул на друга. На Блэке не было лица. Он был словно белый пергамент, полотно, девственное, не тронутое, не заляпанное глупой писаниной школьника. Лопнувшие сосуды в глазах выступали красными дорожками на белках. Одна эмоция — ужас. Сириус делал гадкие вещи, но не жестокое избиение. Есть 3 исхода судьбы Нюниуса: 1) Полное выздоровление. Молись, Блэк, чтобы так и было. 2) Инвалид. Северус может стать овощем. Кто будет менять ему подгузники? Кто будет учить его заново ходить? Кто будет учить его разговаривать заново? Даже при самом лучшем исходе, Снейп никогда не станет прежним. Он станет никому ненужным, обузой этого мира, вечным заложником Мунго. Лучше следущий пункт, чем этот. 3) Смерть. Азкабан для Блэка и Поттера за убийство. Мунго, отдел для с ума сшедших для Ланны. — Пойдём, Бродяга, пошли. Нельзя здесь оставаться. Блэк разрыдался. Разрыдался так, словно произошло худшее в его жизни. Истерика, истерика, истерика. Она ложилась пылью на каждый объект в коридоре. — Сириус, хватит, пойдём. — Нам, н-н-нам н-надо в-в-в лазарет-т. — С ума сошёл? Уайт нас убьёт, пошли в башню. И снова шаги. Более тяжёлые, навевающие ужас на Поттера. Кто-то идёт и этот кто-то найдёт их даже под мантией невидимкой. Холодный пот прошёлся по затылку Джеймса, прошёлся по позвоночнику. Он взмок везде: голова, спина, трусы. Адреналин и стресс бушевали в нем, сердце готово было выпрыгнуть из груди, волосочки на теле встали дыбом. А этот кто-то подошёл совсем близко. Этот кто-то никто иной как Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. Никакая мантия невидимка не скроет их от величайшего волшебника. Не надо быть гением, чтобы почувствовать немое присутствие в пустом коридоре. Мысли. Много мыслей. Они кишили везде: на стенах, на потолке, в воздухе. Осели на спящих картинах, истуканах. Великий волшебник Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор поровнялся с ними. Легким взмахом руки он снял мантию невидимку с гриффиндорцев. — Добрый вечер, а точнее ночь, юноши, — мило улыбаясь, прокряхтел он, — Что вы делаете в столь поздний час вне башни? Разве вы не должны быть в тёплых постелях? Сириус кинулся к ногам директора. — ПРОФЕССОР! О, МЕРЛИН, ПРОФЕССОР, Я УБИЛ СНЕЙПА. Блэк зарыдал, словно брошенная собачонка. Дамблдор взглянул на него свысока и нежно улыбнулся, словно увидел котёнка, пьющего молочко из мамкиной сиськи. — Встань, мальчик мой. Встань. Подняв на ноги Сириуса, он взмахнул рукой, приглашая Поттера пройти с ним. — Поговорим в кабинете. Причудливый кабинет. Странные вещи на полках. Они скрежетали, тикали, шуршали. Директора мирно посапывали в картинах. Феникс крякнул, когда увидел хозяина. — Садитесь. Дрожащий, словно осенний лист Блэк приземлился на стул. Джеймс сел на соседний стул и вжался в него. Будто это его спасёт. Лёгкий взмах руки и на столе организовался чайный сервиз в цветочек: причудливый чайник, чашечки, мисочка с конфетками и печеньями, сахар, маленькие ложечки с сердечками на концах и белые салфетки. Дамблдор — безумный шляпник. Поттер и Блэк — Алиса. — Пейте чай, он успокоит ваши нервы, — он взглянул на друзей, сложил руки домиком и улыбнулся, — Пейте, не стесняйтесь. Гриффиндорцы ожидали слов об отчислении, отпивая чай дрожащими руками. Стресс разлился по всему кабинету. Дамблдор встал, сложил руки сзади и расхаживал по кабинету, измеряя его площадь шагами, словно он тут появился впервые. Погладил феникса, от чего тот заурчал. Сдул пыль с какой-то штуки. Поздоровался с проснувшимся директором в картине. — Профессор, — нарушил напряжённую тишину Поттер, — Нам собирать чемоданы? Дамблдор развернулся к гостям, он словно забыл про их существование. Снова улыбнулся. Они будто бы ничего не натворили. — Куда, юноша? Я вас не буду отчислять, вы не совершили ничего страшного. — КАК? , — заорал Блэк, — МЫ УБИЛИ СНЕЙПА! — Успокойся, мой мальчик, с Северусом все будет хорошо, он жив. Сириус облегченно выдохнул, тяжёлый камень с его души упал. — Но это не отменяет того факта, что вы совершили покушение на жизнь однокурсника, — равнодушным тоном добавил директор. Поттер нервно глотнул. Сириуса вновь заколотило. — Мистеру Снейпу повезло, что коридоры Хогвартса патрулировала староста его факультета мисс Уайт. Как прекрасно, что она оказалась так вовремя возле вас. Дамблдор взглянул с улыбкой в потолок и вновь обратил взор на гриффиндорцев. — Мне жаль, профессор, жаль, что я чуть не убил Ню… С-с-сев… Снейпа. С ним точно все будет хорошо? — Думаю, что да. Мадам Помфри искусный колдомедик, она его исцелит. Однако, — директор сел на кресло, — Завтра вся школа узнает об этом инциденте. Точнее МОЖЕТ узнать. Но не должна. В Хогвартсе не нужны проверки от министерства и уж тем более, — наливая себе чай, заострил внимание директор, — Нам не нужна Рита Скитер. Я поговорю с мисс Уайт, успокою ее. Школа ничего не узнает. А вы, — строго отметил Дамблдор, — Никому не рассказывайте о случившемся. — Хорошо, — в один голос ответили мародеры. — Я вас провожу до комнат. Пойдёмте. Когда портрет закрылся за гриффиндорцами, Дамблдор улыбнулся. — Ради всеобщего блага.