Lanna

Первые лучи солнца заглянули в лазарет. Скользнули по койкам, тумбочкам и микстурам на них, по лицу Северуса и Ланны. Набирая силу с каждой секундой, они становились ярче и пробуждение настигло девушку. На миг ее брови нахмурились и она раскрыла глаза. От вчерашних слез ее ресницы слиплись, а волосы от бега и метаний спутались. Она оглянулась и горько выдохнула: это был не сон. Взглянув на друга, она потускнела еще больше. Не двигается. Лежит, как Ленин в мавзолее. В легком беспокойстве она взяла его за руку. Тёплая. Значит жив. Потрогала шею, пульс есть. Слава Мерлину. Слезинка покатилась по щеке Ланны, губы дрогнули, это все, на что она способна сейчас. Всякие эмоции забрал у неё вчерашний день. Прядка волос Северуса легла дорожкой ему на лоб и глаза. В обычной жизни он бы нервно сдул ее, но сейчас ему она не мешает. Ланна нежно убрала прядку и заправила ее за ухо, оставив руку на его щеке. — Пожалуйста, будь жив, Северус, прошу, — прошептала она. Становилось жарковато, Ланна передвинула ширмы, создавая тень себе и другу. Птички за окном защебетали, информируя об отлёте в тёплые страны на зимовку. Осень. Ланна любила это время года. Лишь 1 год она встречала его с любимым другом, ходила по Хогсмиду, держа его за локоть, совершала вылазки в Запретный лес, ведь именно осенью можно собрать ингредиенты для зелий, эксклюзивные ингредиенты для эксклюзивных зелий. Они читали под ивой, прислонившись друг к другу. И даже спустя долгое время их дружбы, Северус вздрагивал от ее прикосновений, что уж говорить об объятиях. Ланна горько улыбнулась, вспоминая моменты с Северусом. Как же она им дорожила. Могла отругать, покалечить и убить за него. Она обработала ему затылок, сделала перевязку, влила в рот микстуры с таким мерзким запахом, что ее бы стошнило, благо она не ела. Обработала спину, чтобы там не возникали пролежни. Дверь мягко открылась, послышались шаги нескольких людей. Она обернулась с равнодушным видом и увидела тех, кого ожидала увидеть. Делегация, состоящая из директора, профессора МакГонагалл, Слизнорта, Флитвика и Помоны. Все деканы. — Доброе утро, Ланна, — с радушным видом обратился директор. От такого тёплого пожелания, Ланну хватило отвращение. — Если так можно сказать, профессор. Дамблдор вновь улыбнулся. Да что ты, сука, лыбишься?! Ланне стало ещё противнее. Она еле сдержалась, чтобы не поморщиться. Деканы же выглядели куда более правильнее в этот миг. Обеспокоенная львиная деканша разглядывала Снейпа и Уайт, у Флитвика залегла морщинка между бровями, Помона теребила в руках палочку, а Слизнорт выглядел так, словно ему выписали штраф за неправильную парковку. — Ланна, девочка моя. Фу, Мерлин, какая я твоя девочка? Извращенец. Пердун старый. — Мадам Помфри рассказала мне все вчера ночью, мне бы хотелось услышать твою версию. Ланна почувствовала вмешательство в сознание. Искусное, такое, что некоторый легилименты могли его и не почувствовать. Лёгкая колкость прошлась по лбу Ланны и пошло бы дальше, если бы она вовремя не создала щит. — Я патрулировала коридоры и увидела Северуса. Сразу понесла его сюда. Никого не было рядом на месте преступления, по крайней мере так кажется на первый взгляд. Преступники ещё не ушли, когда я оказалась там. Дамблдор посмотрел на нее так, словно она больная, тронутая умом. Как же хочется ему вмазать. — Вы кого-то подозреваете? В его глазах заплясали смешинки. — Да. Блэк и Поттер. — А у вас есть доказательства, мисс Уайт? Ланна опешила. Она подняла взгляд на директора, полный разочарования и ненависти. — Есть. Многолетняя ненависть Блэка и Поттера к Северусу. Мелкие пакости закончились лазаретом для моего друга. Деканша вздохнула и уставилась в пол. Нет сомнений, она верит Ланне. Знает, что минимум эти двое сделали это злодеяние. Ей было стыдно от головы до самых пяток. Дамблдор же не сменил эмоции, так и смотрел на Ланну, как на умалишенную. — Это не доказательство, мисс Уайт. Это мог сделать кто угодно, даже Пивз. — Чего? Пивз? Призрак? Он не мог так сделать, максимум уронил бы чернильницу на голову, а от этого еще никто в кому не впадал. Дамблдор ничего не ответил. — Я вас поняла, профессор, — Ланна поднялась со стула, — И вновь вы их выгораживаете. Даже если бы Северус умер, — на этом слове она прослезилась, а голос стал дрожать, — Вы бы придумали несчастный случай, версию для министерства. Я их сама приглашу сюда и обязательно Риту Скитер. Деканы ахнули, но Дамблдор не терял маску безразличия. — Не стоит, мисс Уайт, не стоит. Это нам ни к чему. Если Северус не поправится, министерство обязательно приедет сюда. — Сплюньте, профессор. Северус будет жить, я о нем позабочусь. — А как же учеба, мисс? , — вставил своё Слизнорт. Ланна кинула грозный взор на своего декана, от чего тот попятился назад. — За мою учебу не переживайте, я каждый учебник знаю наизусть. Могу сдать все темы за 2-3 дня. Начиная с сегодняшнего дня, после уроков. — Хорошо, мисс Уайт, учителя будут ждать вас после уроков. Я составлю вам расписание. Взгляд Ланны потеплел, а мышцы лица расслабились, когда она посмотрела на эту мудрую женщину. Та ответила ей подбадривающим взглядом. — Ну что ж, мы пойдём. Дамблдор поднялся со стула и повёл делегацию на выход из лазарета. Когда дверь за ними закрылась, Ланна села на стул. — Уебок. Профессор Лабрадор. Хорошо, что русскую речь никто не понимает, даже величайший волшебник.

***

Большой зал был заполнен учениками, никто не знал про ночной случай, поэтому гудение не стихло, когда Ланна прошмыгнула к столу, все желали ей доброго утра, как и обычно. Но все заметили ее наимрачнейший вид. Она плюхнулась рядом с Мелиндой. Та вовсю поглащала еду, а сидевшие рядом как всегда смеялись с неё. Если раньше Ланну это подбешивало, то сейчас ей хотелось заавадить каждого, кто смеётся. — Ли, привет, доброе утро, где ты была? Почему не ночевала в комнате? , — обеспокоенно спросила подруга. Ланна не ответила, лишь ковыряла любимую овсянку с голубикой с мрачным видом. — Что-то случилось? Что-то ужасное, я вижу, расскажешь? — Доедай быстрее, расскажу в комнате. Со скоростью света Мелинда схомячила завтрак и они направились к выходу. Ланна захватила бутерброды и парочку кексов. В комнате Ланна легла на кровать и уставилась в потолок. Мелинда ерзала на стуле рядом, ожидая рассказа. Ланна рассказала все, что случилось и догадки насчёт виновников. — Ли, это были они, 100%, точно они, я бы также подумала. — Спасибо, что ты веришь мне. Мне ещё верит МакГонагалл. — Их должны исключить за такое деяние! — Да что, ты лапушка, Лабрадор покрывает своих любимчиков. Тоже мне, светлый волшебник. Гад. Мелинда села на кровать к подруге и ободряюще погладила ее по плечу. — Я буду помогать тебе реанимировать Северуса. Ланна повернулась к подруге и тепло улыбнулась. Положила руку на ее кисть и легко сжала. — Ты самая лучшая подруга, Ми. Я скажу тебе время, когда нужно будет приходить. Мелинда поцеловала Ланну в щеку. — Я всегда буду рядом, люблю тебя. — И я тебя люблю, моя милая глупышка. Ланна поднялась с кровати, попрощалась с подругой и пошла к МакГонагалл за расписанием. Деканша сидела в своём кресле, напоминающем трон королевы и что-то писала. Дверь за Ланной мягко закрылась, Минерва посмотрела на ученицу и даже не стала ругать за вход без стука. — Садитесь, Ланна, я почти закончила. Ланна кивнула и села напротив профессора. Индивидуальное расписание ученицы Ланны Адалин Уайт. Факультет: Слизерин. Понедельник: • Зельеварение: 5 часов вечера. • Трансфигурация: 6 часов вечера. Вторник: • Травология: 7 часов вечера. • ЗОТИ: 8 часов вечера. Среда: • Чары: 5 часов вечера. • Зельварение: 7 часов вечера. Четверг: • Астрономия: полночь. Пятница: Факультативы. 307 кабинет 5 часов вечера. — Спасибо, профессор. — Мисс, мне жаль. Извините. Ланна подняла взгляд на МакГонагалл, та была мрачна, как сумерки холодным летним вечером. В глазах была видна тоска и непонимание. Непонимание, как ее львята могли сделать такое. — Профессор, вы ни в чем не виноваты. Я вас очень уважаю. И… Я бы хотела такого наставника своим будущим детям. — Спасибо, Ланна. Вы умная, хорошая девушка. Будьте рядом с Северусом, он вас слышит и чувствует, просто не может показать этого сейчас. Когда дверь за Ланной закрылась, профессор закрыла лицо ладонями и всхлипнула.

***

Первый день занятий окончился с успехом, Ланна сдала все темы, которые смогла. Она шла к лазарету, но около лестницы свернула в другую сторону. Ноги сами ее несли в сторону Выручай-комнаты. Не зная зачем, но она доверилась своему чутью. Не зря. Проходя мимо Выручай-комнаты, она почувствовала мысли. Много мыслей, они накладывались одна на другую, они путались. Эмоции. Они отдавали холодом, словно рядом был дементор. Ланна резко остановилась. — Ты здесь. Выходи. Ничего не произошло. — А НУ ПОКАЖИСЬ, УРОД. Резкое движение руки и невербальная магия сняла мантию невидимку с Сириуса Блэка. Тот задрожал, но остался сидеть на корточках, как и сидел. Злость охватила Ланну. Такая злость, что она подняла здорового Блэка на ноги, схватив его за грудки. Взяла за шкирку и кинула его в Выручай-комнату. Даже комната сразу послушалась ее. Сейчас они там, где все спрятано. Сириус приземлился на старый матрас, но слегка ударился головой об шкаф. Бешеная Ланна захлопнула дверь и повернулась к бывшему другу, тяжело дыша. Медленно она подошла к нему, подкралась, словно пума. — Скажи, Блэк, — прошептала она, — Зачем ты это сделал? Их носы почти соприкасались. Сириус нервно глотнул. — Я случайно. Глаза Ланны расширились от злости. Лицо стало пунцовым, а губы скривились. — СЛУЧАЙНО? От ненависти невербальная магия сделалась особенно сильной. Блэк полетел в груду хлама в 7 метрах. Он не сопротивлялся даже тогда, когда Ланна приземлилась на него и начала избивать. — ТВАРЬ! Я УБЬЮ ТЕБЯ! «Что-то на русском и явно нехорошее», — подумал Блэк. Сильные пощечины прилетали с каждой секундой. Последующая месть была нанесена кулаками. Буквально минуту назад Блэк был красивым юношей, сейчас же он был в крови и синяках. — Я УБЬЮ ТЕБЯ, ГАДЕНЫШ, УБЬЮ БЛЯТЬ! Он отлетел в противоположную сторону. Разбил зеркало спиной, серебряные осколки посыпались, словно град. — Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, НЕНАВИЖУ, НЕНАВИЖУ! Удары, удары. Сломанный нос, два синяка на глазах, разбитая губа, осколок зуба расцарапал щеку изнутри. — Я ОТРЕЖУ ТЕБЕ РУКИ И ЯЗЫК, СУКА! Полуобморочное состояние, но жить будет. Ланна остановилась. Убьёт она его после школы, попозже. Надо доучиться. Она встала с него, достала из кармана колье, которое он ей подарил на новый год и кинула в него. — Забирай свой подарок, мне от тебя ничего не надо. Из кармана мантии Сириуса торчал пергамент. Чистый, обычный, ничего особенного, но кто носит с собой просто так пергамент? Она достала его и развернула. — Это что? — Пергамент. Просто пергамент. Ланна отвернулась от него, провела рукой, что-то приговаривая. Проступили кляксы, пятна, палочки, рисунки. Она ухмыльнулась. Нашёл время врать. — Господа крыса, заносчивый олень, конченый уебан и оборотень? Она обернулась к нему, сжала пергамент в руке и ударила им по его лицу. — Все эти года вы выслеживали Северуса по этой дряни, прятались под мантией и нападали на него толпой. Ее шёпот щекотал стены и рухлядь комнаты. — Вы кучка мразей. Вы хуже Гитлера и Грин-де-Вальда. Вы самое мерзкое отродье, вы мерзкое шоу ужасов, вы дерьмо, ссанье и блевотина этого мира. Вы не достойны и капли радости. Нахуй тебя и твоих проклятых друзей. Она выбежала из комнаты с картой мародеров, оставив Сириуса полуживой кучкой на полу. Он понимал, что заслужил избиения. Ланна попробовала уничтожить карту заклинаниями, пыталась ее сжечь, но ничего не выходило. Чертов крестраж четырёх уродов. Единственное, что она придумала для неё — это отдать Филчу. Она попросила спрятать ее хорошенько и никогда никому не отдавать. Филч пообещал исполнить просьбу любимицы в самом лучшем виде.