Релокация

Фоновый шум обеденного холла отвлекал, не давая совсем впадать в панику. С тех пор, как Лань Чжань оставил его стоящим посреди тёмного коридора, Вэй Усянь не находил себе места. Вспоминая выражение лица коммандера, он проклинал своё легкомыслие и недалёкость. Если Кирку и случалось ненамеренно обижать Спока, по бесстрастному лицу этого нельзя было прочесть. Но Лань Ванцзи с ним наедине был так открыт и уязвим, что сейчас он чувствовал себя последней сволочью. Входящее от Маккоя было голосовым. Вэй Ин, волнуясь, вдавил мокрым пальцем треугольник наушника поглубже. Бессмыслица — тот и так прилегал идеально. - В общем, слушай сюда, старейшина Илина, - утомлённо сказал Маккой. - Спок понял всё раньше тебя — это раз. Наблюдал все твои похождения, и решил, что не станет даже пытаться. Потому что хотел слишком много. Как любой нормальный вулканец — всего тебя целиком. Вэй Усянь было ткнул в значок голосовой записи, чтоб ответить, но мог только молча сглатывать. Иконка скрылась за ненадобностью. - Да, и кстати. Во всём, что касается спаривания и партнёрства, он вулканец до сих пор. При релокации Спок взял с собой базу своего вида — ту, что была до Сурака. Учитывай это, если до сих пор имеешь виды на нашего Лань Чжаня. - Да мне... в жизни таких засосов не ставили. Вспоминаются любовные повадки клингонов, когда тебе прокусывают щёку до скуловой кости. - Привыкай! Не хочу тебя пугать, но ваш брачный ритуал начался примерно тогда, когда ты прыгнул за ним в лаву, - хмыкнул Леонард. - Для вулканца это ОЧЕНЬ красивые ухаживания. И то, что при этом ты отвергаешь его метки, для Лань Ванцзи выглядит, как самые отстойные качели. - Понял, - закивал Вэй Усянь. У Маккоя был талант выражать мысли ёмко и по существу. - Ты знаешь, что коммандер видел под чоргхом? - Он пил чоргх?! - Он скучает по тебе, неужели не понятно? Окей, Я СКУЧАЮ ПО ТЕБЕ, Джимми-бой. А он думал ещё раз увидеться. И в той изменённой реальности впёрся в душевую в твоей каюте, чтобы признаться. Можешь представить, насколько ему было надо? Вэй Усянь послал в чат гифку «снесло башку». С очень правдоподобно срезаемой фазером крышкой черепной коробки — так, что было видно колыхание мозговой массы и сеть артерий Виллизиева круга. Он понимал, что Боунз не врёт. Но поверить, что эта невозмутимая вулканская морда хранила такой секрет, было трудно. *** Наверное, от шока в памяти всплыло, как они с Боунзом торчат в медотсеке, вместе листая свежий голо-каталог «Bad Dragon Fleet». С розовым светящимся слоганом на обложке «Вам, первооткрыватели новых миров». У самой известной в Федерации фабрики по производству секс-игрушек был шикарный ассортимент. Так что в красочном каталоге демонстрировались члены со всего обозримого космоса, выполненные столь реалистично, что захватывало дух. Там были новейшие модели, в точности копирующие волнообразное скольжение раздвоённого голубого органа андорианца. Интерактивные флэш-лайты, имитирующие жёсткую, как капкан, хватку вагины кардассианки. Они с Лео смотрели это без звука; рекламный голос с придыханием раздражал. И Джим увлечённо рассматривал все страницы подряд — как нормальный пансексуал, он был не против любых вариантов. Если те были не совместимы с человеческой анатомией, он мог хотя бы пофантазировать. Но так было ровно до тех пор, пока на чёрном фоне каталога не всплыла надпись «Вулканцы». И экран не заполнил росчерк бледно-зелёного уха, край ровно подрезанной смоляной чёлки и взмывающая к ней бровь. Некий размытый собирательный образ того, что для многих было фетишем. - Стоп. Остановить просмотр! - задохнувшись от сдавившей грудь паники, крикнул он. - Джиммии, - протянул Леонард. - Да ладно! Неужели даже не любопытно? Он замотал головой. Отчётливо понимая, что этот внутренний запрет — самый серьёзный. Но как было объяснить другу, что есть просто непроизносимые вещи, на границе между надеждой и верой в чудо? Что он просто не может позволить себе мечтать в эту сторону? Ведь у Кирка даже не было никаких полезных активов. Много бравады, не очень впечатляющее по функционалу тело и простенький человеческий мозг. - Ну не хочешь смотреть, так отвернись, - велел Маккой. И, очевидно, снова включил воспроизведение. И пока Джим с закаменевшей шеей стоял к нему спиной, вполголоса заметил: - У них галюциногенная, представляешь? Ты знал? Но тут слабенький вариант предлагают, конечно. - Умолкни! - Ого, есть возвратно-поступательная модель на присоске. Чтобы долбить тебя до отключки в равномерном темпе. Разве не круто? И он, скрипя зубами, был готов Боунза убить. Ибо всё, что досталось Джиму — это крепкая хватка руки коммандера на горле, сдавливающая хрящи гортани. Пусть оно совсем никак не относилось к сексу, его дурацкий мозг посчитал ощущения возбуждающими. Что теперь с этим делать, Джим не знал, маринуясь в своём томлении, стыде и вине. Потому что как раз тогда сказал своему ненаглядному Споку, что погибшую мать тот не любил. И хотя рациональный по природе коммандер не держал на него зла, сам Джим не мог себя простить. Так что с тех пор старался быть как можно лучше, моральнее, ответственнее. Но всё равно наверняка не дотягивал даже до нижней планки вулканского стандарта — в этом он был уверен. *** Джим Кирк никогда не пользовался косметическими ухищрениями — ему было не для кого. Вэй Ину повезло больше. Смотрясь в отражающую поверхность голо-экрана, он аккуратно вёл тёмно-красную линию над нижними ресницами. На эту идею навёл бывший владелец тела — в материалах, присланных Пайком, тот колонист всегда был улучшен краской. Вэй Усянь надавил на кнопку в квадратной металлической коробке, и та медленно открылась, явив взгляду прессовку крыльев жучков льотех. Проводя по жирной субстанции пушистой кистью, он оставил на скулах полосы хайлайта, который при повороте головы переливался от алого к индиго и льдисто-голубому. Растушевал, улыбаясь отражению. Подумав, нанёс на губы немного красного тинта, что смотрелся натурально. Для Лань Чжаня хотелось быть таким, чтобы тот не отрывал от него глаз. Даже если это означало заморочки с доставкой из созвездия Феникс. Только они продавали сырьё из льотех, которое триохромило в ярко освещённых коридорах. А в полумраке преображалось, начиная мерцать и окутывая лицо светящимся нимбом небожителя. *** Вэй Усянь разговаривал у репликатора с йоменом Хорра, когда коммандер, молча отодвинув того плечом, подошёл близко. Положил свои огромные руки на талию, уставившись немного косящими к переносице тёмными глазами. - Вэй Ин такой красивый. Это для меня? И он мог думать только о том, что если бы прямо сейчас на него запрыгнул — Лань Чжань бы, наверное, удержал. Вместо ответа Вэй Усянь обнажил зубы в улыбке. Коммандер на это сглотнул и свёл брови, скосив глаза в район своего паха. Вэй Ин посмотрел тоже: синие штаны офицера по науке демонстрировали нештатную ситуацию. Он больше не понимал, нахрена сдерживаться, если Лань Чжань ведёт себя ТАК. Зачем и сейчас себя обкрадывать, когда всем на «Энтерпрайз» и так всё очевидно? Вэй Ин обнял его за шею и рывком сжал коленями бёдра. Сильные руки Лань Ванцзи тут же обхватили задницу, подняв его повыше и надёжно удерживая в этом положении. Коммандер так глядел на него снизу вверх, будто готов был завалить прямо здесь. Их снимали на падды все вокруг, но Вэй Ин не сожалел о своём распущённом поведении. Уж лучше было слегка травмировать кого-нибудь, чем молчать и не подавать виду. Бездарно тратя время жизни, как они со Споком делали раньше. Лань Чжань отнёс его на привычное место в обеденном холле. И, даже ничего не спрашивая, принес сытных закусок и суп с оранжевым ободком масла поверх красного слоя чили. Всё это было так понятно, что отбившийся от рук экипаж продолжал документировать, не скрываясь. - Чувствую себя, как в спецвыпуске «Фауна обитаемых планет», - пожаловался он, уткнувшись коммандеру в плечо. - Вэй Ин теперь имеет пару. Другим завидно, - ответил тот, жуя свой салат табуле. От этой спокойной констатации факта он осмелел. - Лань Чжань. Придёшь после отбоя? - Ожидайте моего появления, капитан. - Забудь, что ты видел под чоргхом, ладно? Я бы никогда тебя не отверг, - заглянул в глаза Вэй Ин. Лань Ванцзи смотрел недоверчиво, моргая и подрагивая прямыми стрелками ресниц. - Прискорбно, что эта информация не была доступна мне раньше, - наконец, сказал тот. Вэй Усянь завёл язык за щёку, почесав в затылке. Ну да. Кирк же флиртовал буквально со всеми, и только своего первого офицера не смел потрогать даже за предплечье. Очень умно, что и говорить. - Капитан. Доктор Маккой однажды заметил, что в губы целуют тех, кого хотят видеть в постели. - Всё так, - подтвердил Вэй Ин. - Но мне хочется поцелуев с вами, даже когда постели нет в зоне видимости, - признался Лань Ванцзи. - Если я тебя тут засосу, Боунз напишет на меня рапорт! Лань Чжань ухмыльнулся. И пощекотал его кончиком косы по шее — видимо, намерение тоже засчитывалось. Вэй Ин обернулся, почувствовав на себе пристальный взгляд. И точно: на него во все глаза таращился Скотти. Наверное, назвать Леонарда Боунзом во всеуслышание не стоило — это имел право делать только Джим Кирк. *** Стоя под бьющими струями, Вэй Ин смотрел, как мыльные разводы на коже смываются, утекая в водосток. Подставил затылок воде, промывая короткостриженную голову шампунем. Спустя четыре месяца пребывания в этом теле он уже привык к своей нетронутой солнцем коже и гибким суставам. А ещё крупным передним зубам, разрезу глаз и густоте волос — так Кирк подростком приноравливался к габаритам нового ховербайка. Но чем комфортней ему было, тем чаще Вэй Усянь задумывался, каково его первому помощнику. Коммандер не жаловался, но он и так понимал, что ситуация Спока больше похожа на привыкание к тяжёлой болезни. Резкое и необратимое снижение когнитивных способностей, физическая неполноценность — Лань Ванцзи, без сомнений, воспринимал это так. Что, если бы Джим оказался смелее и признался Споку сам? Если бы беспокоился о своём партнёре и не стал слушать, что там будет с обитателями Нибиру? Впрочем, возвращаться к этому теперь было бесполезно. Он не вспоминал даже собственную смерть — кроме факта, что болевые ощущения были двадцать из десяти. *** Вэй Ин так расслабился под горячим душем, что даже не услышал звука отодвигающейся стеклянной заслонки. Не отследил, что в кабину вошли. И понял это, только почувствовав касание внизу спины. - Лань Чжань? - спросил он, не оборачиваясь. И тут, наконец, понял, чем трогал его коммандер. Скольжение упругого тяжёлого члена по коже нельзя было перепутать ни с чем. Вэй Ин беззвучно рассмеялся. Нормальный человек протянул бы руки. Но Лань Ванцзи же не был ни тем, ни другим! Заведя руки назад, он обхватил наглеца за шею, нащупав косу. Коммандер притёрся к нему бёдрами, и у Вэй Ина прервалось дыхание — хер у кого-то был здоровенный. В прошлый раз он был слишком поглощён их первой близостью, не смея даже рассмотреть первого офицера как следует. Тот положил свои огромные руки на живот, и ещё растопырил пальцы, притягивая ближе к себе. Конечно, у него встал. И бодро шлёпнул Лань Чжаня по пальцам в ответном приветствии. - Капитан, ваш ответ принёс мне радость. Может быть, переместимся в каюту? - Зачем ещё? - проныл Вэй Ин. Он был до чёрта возбуждён, а коммандер вдобавок оглаживал по голым ягодицам, покрывая каждую ладонью почти целиком. И прикусывал за шею, потягивая зубами. К стыду Вэй Усяня, реакции это вызывало самые первобытные — хотелось уткнуться лбом в мокрый пол и подставиться прямо в душевой. И может быть, с точки зрения вулканца всё так и было задумано. - Из слов доктора Маккоя я уяснил, что самое серьёзное положение — горизонтальное. Следовательно, трогать друг друга стоя — лишь начальная форма ухаживания. Кроме того, у меня сильно намокли волосы. - Ох, ну ладно, - нехотя согласился Вэй Усянь. - Хорошо. Давай там. Лань Чжань пощупал его от силы минут пять, но пробудил столь сильное желание, что всё тело растревоженно ныло. *** Вэй Ин вытер волосы коротким полотенцем. Взъерошил пальцами, чтобы легли получше, и повесил мягкую свёрнутую вдвое полосу себе на шею. В одну из стен был вмонтирован фен от пола до потолка — как раз на случай, когда после миссии нужно просохнуть побыстрее. Лань Чжань широким шагом промаршировал к нему. Мокрая коса свилась в воздухе чёрным жгутом и ударила по боку. Вэй Ин смотрел, как заворожённый — контрабандный вулканец первый раз был перед ним совсем без ничего. Красота его обнажённого тела в буквальном смысле запечатывала уста. Коммандер повернулся к стене затылком и, вдавив основание ладони в панель включения, одновременно сдёрнул стягивающую резинку. Мощная струя тёплого воздуха подняла всю массу волос и разметала вокруг, окружив тело Лань Ванцзи тёмным облаком. Это выглядело так нереально, что Вэй Ин стоял и пялился с открытым ртом. Он медленно моргал, вбирая глазами сильные икры и бёдра, которые у Лань Чжаня были белыми и гладкими. Плоский живот с чёткими западинами косых — Вэй Усянь готов был поклясться, что такая мускулатура немногим хуже вулканской. Прямые линии ключиц были точно по линейке нарисованы. Лань Ванцзи стоял, устойчиво расставив ноги и немного разведя руки в сторону. Тьма его волос билась и колыхалась позади. Одна прядь выбилась из-за плеча и сейчас тянулась вперёд, словно пытаясь коснуться. - Вэй Ину нравится? - посмотрел исподлобья его первый офицер. Он кивнул несколько раз, не находясь с ответом. В метре от Лань Чжаня невозможно было даже связно мыслить. - Я бы хотел запомнить то, что вижу сейчас, в вулканском качестве. У воспоминаний людей разрешение всегда минимальное. - Такие дела, - виновато пожал плечами Вэй Ин. - Нам приходится делать всё то же самое, если хотим вернуться. - Ты... потрогаешь меня? - попросил коммандер, опустив глаза. - Не знаю, как всё делать правильно. - Спасибо, что разрешаешь, - севшим голосом сказал он. - Мечтал об этом с того дисциплинарного слушания. Ну, где ты ещё рассуждал, какой я недостойный кадет. - Прошу прощения. Был резок с тобой, потому что испытывал много неподобающих эмоций. Мои резервы для их подавления были исчерпаны, - пристыженно сожмурился Лань Ванцзи. Услышать это лично от него (а не в пересказе Боунза) сращивало какие-то болезненные трещины внутри. Заполняло их лаковым золотом — как в забытом искусстве реставрации керамики «кинцукурой». Под его взглядом, до краёв полном ожидания, Вэй Ин снял с плеч полотенце и постелил на пол. Опустился в мягкое на колени, близко разглядывая длинную вертикальную линию посреди прямой мышцы живота и рельефно прорисованный пресс. Губы слепо ткнулись в горячую кожу, а руки обняли бёдра. Фен уже был отключён. Вэй Ин громко сглотнул слюну в тишине, погладив зад с поднимающимся под рукой пушком (длинные волосы Лань Чжаня тоже нежно гладили его руку). Пьянея от вседозволенности, поцеловал над бедренной косточкой, впиваясь и засасывая кожу. Лань Ванцзи над его головой тихо всхлипнул. Розовая головка с очень чёткой прозрачной каплей на конце покачивалась прямо перед глазами, занимая всё поле зрения. Вэй Ин отодвинулся, пытаясь заставить мозг поверить, что да, у коммандера правда такая массивная елда. Облизнул ссохшиеся губы по всему периметру, чтоб не треснули. И, примеривась, открыл рот, с сожмуренными глазами пытаясь обхватить им навершие. Увы, он оценил всё неверно — это в губы не влезало. Вэй Ин поднял голову, наткнувшись на скандализированный взгляд первого помощника. Пайк, сука, над ним просто издевался! Ведь тот частенько говорил, ругая его за миссии: «Ну что? Снова хочешь взять в рот больше, чем может войти?» Пришлось расслабить нижнюю челюсть сильней. Так огромная головка члена поместилась, и он мужественно попытался взять ещё немного, раз уж решился. Начал сосать, медленно двигая головой. Теперь, когда Вэй Ин ощущал на языке его вкус, он возбудился сам до того, что прижался стояком к ноге коммандера. Елозя по коже и растирая смазку по внутренней стороне колена. Чтобы отвлечься, он зарылся пальцами в курчавые завитки ниже, взвесил в руке яйца, сладострастно сжал их в руке. Лань Чжань, к большому сожалению, был из молчаливых. Но смотрел такими дикими глазами, стискивая в кулаке его недосохшие пряди, что это вдохновляло на большее. Вынув блестящий член ненадолго изо рта, Вэй Усянь тягуче сплюнул на пальцы. И, просунув руку ему между ног, нащупал тесно зажатый вход. Когда он потёр там, увлажняя своей слюной, и продолжил сосать, Лань Чжань охнул и схватил за затылок, резко толкнувшись в горло и затыкая собой рот. Растянутые губы и челюсть ныли, воздуха отчаянно не хватало, но Вэй Ин всё равно не противился. Ещё в бытность Джимом Кирком ему ужасно хотелось быть причиной того, что Спок терял над собой контроль. Но Лань Ванцзи таки не дал ему умереть от асфиксии — вулканская привычка соизмерять силу рядом с людьми осталась на месте. Он выдернул из горла капающий слюной орган, обеспокоенно глядя, как капитан кашляет и пытается отдышаться. - Я… не хотел причинить вред. Вэй Ин разрешит мне по-другому? - облизнулся тот, непроизвольно стиснув покрасневший член со вздутыми венами в кулаке. Его кадык проехался вверх под кожей шеи и опустился обратно. - Да, - выдохнул он, прижимаясь лбом к твёрдому бедру. - Тоже тебя хочу, очень. Коммандер обошёл его сбоку, и спутанные пряди волос скользнули по плечу невесомой лаской. Лань Ванцзи встал на колени позади него — близко, так что Вэй Ин чувствовал жар его тела. Судя по звуку, обильно сплюнул, смазывая себя таким же примитивным образом. А потом обхватил руками за талию и скользко втиснулся членом между бёдер. Они замерли оба, только сейчас оценив, как подходят друг другу. Вэй Ин был чуть выше ростом засчёт более длинных ног. И сейчас эта небольшая разница позволяла Лань Чжаню идеально пристроиться к нему сзади. Когда коммандер толкнулся бёдрами и начал трахать взмокшее от испарины узкое пространство между его бёдер, Вэй Ин не смог удержаться от стонов. Этот толстый член проезжался по его обойдённой вниманием дырке, каждый раз с силой упираясь в мошонку. Недостаточно, сумасводяще — и в очень равномерном темпе, само собой. Можно было уже понять, что, добившись его, первый офицер будет иметь, как вулканец. С настойчивостью и выносливостью, характерными для их вида. Голова сама откинулась ему на плечо. Лань Чжань имел лишь понарошку, и этого было так мало. Из горла вырвался горестный стон. Коммандер стал очень тихим и перестал двигаться. А потом шею пережала его крупная ладонь, сдавив гортань до боли. Мокрая от слюны левая рука обхватила член, и Вэй Ин мог только молча раскрывать рот, задыхаясь в преддверии самого сладкого оргазма. Его горло конвульсивно сжималось, но Лань Ванцзи не думал ослаблять хватку. Он больно цапнул зубами за ухо, размеренно лаская его рукой. Придушил ещё безжалостней — так, что в глазах сделалось темно. И Вэй Усянь просто отключился, оглохнув, ослепнув и потеряв связь с реальностью. Всё же, у каждого есть предел. Если бы он был судном «Энтерпрайз», можно было бы смело сказать, что у Вэй Ина разрушилось варп-ядро. *** Когда через пару минут он очнулся, то уже лежал навзничь на полу, а юркий мокрый язык вылизвал кожу на животе. Вэй Ин приподнялся на локтях, и тут же с бессильным стоном рухнул обратно. Картинка с Лань Чжанем, что снимал языком тягучие провисающие нити спермы со своих пальцев, выжигала мозг. Тот вдруг уперся ладонями в бархатное серое покрытие, нависнув сверху — окосевший от их долгих игр, с блестящим от пота кадыком. Его волосы съехали со спины и упали на руки Вэй Ина, лежащие ладонями вверх — каждой он поймал целую пригорошню живого шёлка. - Ашайам, - шёпотом позвал коммандер. Вэй Ин прикусил губу. Он ведь давным-давно вычитал это слово в разговорнике, но никак не надеялся услышать. - А? - Можнолечьнатебя? Тот так волновался, что несколько слов слепились в одно, длинное. - Лань Чжань, ты издеваешься? Я мечтаю, чтоб ты лёг на меня, уже целую геологическую эпоху. То есть буквально сплю и вижу. - Но ложиться вместе — это же серьёзно, капитан, - хмуро напомнил тот. - А ТЫ ДУМАЕШЬ, Я С ТОБОЙ ШУЧУ? - рявкнул Вэй Усянь. И тут же заткнулся, когда коммандер, опершись на локти, всей тяжестью придавил его к полу. Зажал между их телами твёрдый член, что упирался ему под рёбра. Вэй Ин тогда раздвинул колени, чтобы было место для его ног. Лань Ванцзи взял его за голову обеими руками и смотрел прямо в глаза, с застрявшими в горле стонами истекая смазкой на живот. Вэй Ин обнял его за шею — в некой имитации того, что было раньше, в каюте коммандера. И притянул к себе, так что полуоткрытые губы Лань Чжаня коснулись губ. Проскользнув языком ему жаркий рот, он почувствовал, как коммандер засосал в ответ. Тот крупно вздрогнул, глядя остановившимся взглядом. Вэй Ин блаженно улыбнулся — он сейчас был прямо горд собой. Лань Чжань залил ему до краёв вытянутую ямку пупка, а остальное щекотно стекало к бокам. И он мог сколько угодно делать вид, что рассуждения первого офицера про горизонталь — забавные. Но почему тогда так дрожал подбородок, а скошенные стены каюты преломлялись под странными углами? Всё, что со случайно встреченными на звёздных базах любовниками было банальными телодвижениями, с Лань Ванцзи имело огромный, невыразимый словами смысл. Ни орионки, ни дельтанки с их взрывным природным сексапилом не волновали так, как напрочь лишённый феромонов Лань Чжань. Тот стёр большим пальцем то, что перелилось через край века. - Люди выделяют слишком много жидкости. - Чья бы корова мычала, - взял Вэй Ин его за запястье и шлёпнул в безобразие на своём животе. - Упоминание самки крупного рогатого скота не проясняет ситуацию, - высказался Лань Чжань. Шкодно, с хитрым блеском в глазах, потому что понимать идиомы научился на самом деле давным-давно. *** Они снова неизбежно отправились смывать скверну, на время отсутствия активировав в каюте робота-уборщика. Вэй Ин знал, что хорош даже в таком поюзанном виде — пигменты на лице не растворялись ни водой, ни потом. Он ловил ртом воду, потому что уже правда хотел пить — жидкости оба потеряли немеряно. Мокрые волосы его первого офицера водорослями облепляли руки и плечи, тяжёлыми волнами наплывали на бёдра. Они жили своей жизнью, пока Лань Чжань украшал горло красноречивыми знаками обладания. - Ну почему ты не сказал-то? - с досадой спросил он. - Что, разве это похоже на твоё видение про душ? Лань Ванцзи с прилипшими к щекам прядями совершенно по-человечески шмыгнул носом. И можно было только обнять его крепко-крепко. Похоже, Джиму и Споку правда необходимо было расстаться с жизнью — чтобы сейчас они могли иметь вот это. *** За завтраком оба были сонные и зевали (Лань Чжань — до неприличия широко, разевая пасть, как змеи с их складной челюстью). Вэй Ин, сидя у него за спиной, переплетал потуже косу, которая как будто тоже не выспалась и распадалась на пряди. Всё потому, что вчера они не смогли разойтись и повторили ещё раз, в общей сложности сходив в душ трижды. Коммандер логически обосновал это тем, что тоже хотел, чтобы на нём полежали сверху. В промежутке они ещё умудрились обсудить план оптимизации работы научного отдела. В итоге все были опухшие, а глаза Лань Ванцзи открывались минимально. - Ха! - вскинул руку вверх Скотти, завидев их скульптурную группу. - Ниота, ты попала на две тысячи кредитов. - Озабоченные свиньи, - мелодично пропела Ухура на мотив из популярной голо-драмы. Гайла, присмотревшись к её выражению лица, подбоченилась и продекламировала: Озабоченные свиньи Капитан наш и коммандер. Только я как гарнитура - Одинока, пары нет! Ухура отвесила той звонкий шлепок по филейной части — потому что больше ничем орионку было не пронять. Офицер Вро, понятное дело, сочла это за комплимент, залившись румянцем. Вэй Ин доподлинно не знал, было ли у них что-нибудь в Академии. Хотя в памяти отложилась картинка из соцсетей, где прямые чёрные и ярко-рыжие кудрявые волосы были сплетены в одну короткую косу. - Никогда не понимал привычки терранцев оскорблять бессловесных животных сравнениями с собой, - ассиметрично зевнув, заметил его первый помощник. - Что тут непонятного, гоблин? - вполголоса спросил сидящий поблизости Маккой. - Кто словеснее, тот и оскорбляет! Вэй Усяню было, в общем-то, всё равно. Если можно было обнимать тяжёлого и явно всхрапывающего Лань Чжаня подмышками — эти могли ставить про них хоть мюзикл в трёх частях. *** «Слышал, у вас с гоблином случилось грехопадение», - написал ему во время смены Маккой. - «Неужто правда?» «Прекрати», - поставил негодующий смайлик он. - «Пенетративный секс уже давно не считается чем-то важным». «Понял, у вас его ещё не было», - ехидно считал все скрытые смыслы Лео. «Слушай. У меня есть одна мечта идиота. А можно будет запихать нас на время симуляции в прежние тела?» - решился узнать он, косясь на то, как Лань Чжань задумчиво грызёт кончик косы. «Да можно, почему нет. Закройтесь вечером у меня в медблоке и пообщайтесь в исходном виде. Я прослежу, чтобы без казусов.» «Спасибо!» - послал он вдогонку стикер с орионкой, срывающей лифчик с огромных сисяндр. Те бурно и рассихронизированно колыхались, подпрыгивая до подбородка. Когда-то Кирка такое даже заводило. «Да не за что. Я б на вашем месте тоже хотел всё довыяснить.» Вэй Ин поднял голову, почуяв, что что-то неладно. Прямо над ним нависал злой первый офицер со своей блестящей хреновиной на обруче. - Капитан. Могу я узнать, почему вы шлёте доктору Маккою анимированные стикеры столь фривольного содержания? Он мог только шлёпнуть себе на лицо падд и сползти по креслу. - Я у него кое-что попросил для нас с тобой. И так выражаю благодарность, окей? - О, - отодвинулся тот, явно смутившись своих порывов. - Мне не позволено знать, что это? - Не позволено, - отрезал он. - Нечего думать всякие гадости. Я и Маккой? Это же как сиамский инцест, я не знаю. Коммандер довольно улыбнулся левым уголком рта — видимо, подобных случаев было известно не так много. Случайно скосив глаза влево, Вэй Усянь наткнулся взглядом на прищур Ухуры. Мысленно выругав себя за неосторожность — у назначенного меньше полугода назад капитана таких близких отношений с начальником медслужбы сформироваться не могло. *** Следующие сорок минут им предстояло провести в той позе, которую примут до начала симуляции. Вэй Ин усаживался поудобнее в кресло, когда Леонард спросил: - Сеттинг кому-то важен? Они с Лань Чжанем синхронно помотали головой (почему-то даже такая мелочь радовала). - Ну, тогда будет на моё усмотрение. Имейте в виду, по возможностям вы там — обычные люди. Это вам не тренинг толерантности, как на третьем курсе. - Спасибо, доктор. Думаю, нам будет достаточно, - подал голос коммандер. - Ты погляди, они уже употребляют множественное число! - цыкнул языком Лео. - Вот где палево. А не ваши помятые рожи. Ладно. Я блокировал все воспоминания после получения приказа о миссии на Нибиру. Наслаждайтесь несведущими собой. После тот прикрепил на висок каждому квадратный чип с липким контактным основанием. Лань Ванцзи был первым, поэтому Вэй Ин успел заметить, как затуманиваются его глаза. *** Джим резко зажмурился от яркого света, заслонив глаза рукой. Потом, отважившись открыть один глаз, увидел освещённые солнцем кроны малиновых деревьев. В сером истрёпанном балахоне на манер средневековых монахов, который был на нём надет, было ужасно жарко. Кирк потянулся вытереть со лба пот, ощутив неровную поверхность кожи. Оглядевшись, он увидел на горизонте широкие кратеры вулканов со вьющимся дымком. Но тут красные ветви раздвинулись, и из зарослей на тропинку вышел Спок. С таким несмелым выражением лица и вопросом в глазах — мол, не помешаю ли? Джим просиял — ему так редко удавалось застать коммандера наедине. В глубине души всегда хотелось полностью владеть вниманием Спока: чтобы никто не дёргал и ничто не отвлекало. Но как этого было добиться на корабле, подобном «Энтерпрайз»? Приходилось бодро соглашаться отпустить в связи с неотложными делами, спешить на чужой зов самому. Бесконечно откладывая тот момент, когда можно просто смотреться в глаза Спока, слегка расширяющиеся к вискам. - Коммандер! Побудете со мной немного? Пока задание ещё не началось... Как всегда, Джим сформулировал максимально корректно. Но как это звучало для Спока, точно не знал. - Конечно, капитан, - подошёл ещё на несколько шагов тот. По привычке держа руки за спиной. Джим никогда не знал, как истолковать эту неудобную позицию. Истомлённый бесконечным ожиданием мозг подкидывал версию: так Спок хочет удержать себя от неположенных прикосновений. Кирк аж помотал головой. Чушь какая — вулканец подобных желаний испытывать просто не мог. - Вы же не против тут присесть? - спросил Джим, кивая на малиновую траву, и замер в ожидании ответа. Господи ёбаный боже, как же ему хотелось хоть раз сесть близко со Споком. Почувствовать, как тот касается не только передаваемого падда или дилитиевой трубки, а его кожи. Вдохнуть запах — это было что-то морское, ракушечно-засоленное. Кирк всегда вытягивался в его сторону, пытаясь уловить — но каждый раз был слишком далеко. - Можно, - механическим движением кивнул коммандер. И первым опустился в мягкий покров нибирианской травы, уложив руки на колени. А потом посмотрел на него снизу вверх, будто приглашая — ну, или Джим принимал желаемое за действительное. Сглотнув, он подобрался поближе и сел рядом. Они соприкоснулись боками и коленями. По какой-то причине Спок всё ещё терпел это. Не отодвигался, хотя расстояния между ними сейчас почти не было. Кирк повернул к нему голову — чтобы наткнуться на взгляд коммандера, который был не похож вообще ни на что. Дикий, с непристойно расширенными зрачками. - Капитан. Джим. Можно задать тебе вопрос? - А? - тупо переспросил он. - Ты уже задал? Ох. Не обращай внимания, говори. Моментов, когда коммандер переходил на ты, было так мало, что Кирк собрал их в отдельную коробочку внутри головы и хранил там, как свои награбленные пиратские сокровища. Спок приоткрыл рот, сомкнул губы снова, будто не решаясь. А потом очень тихо спросил: - Я могу когда-нибудь тебе понравиться? Лично тебе, Джеймс? - ЧТО? - спросил он. Потому что серьезно: что?????? Ведь этого момента он ждал каждый день, прожитый рядом с вулканцем. Глаза Спока плеснули таким отчаянием, что Джим понял — он среагировал, как полный кретин. - Стой, подожди! - схватил он коммандера за плечи. Нарушая все границы, потому что было не до того. - Я... никуда не ухожу, капитан, - шепнул тот. - Не могу от вас уйти. - Дашь мне ответить нормально? Люди, знаешь, неуравновешенны и туповаты. - Хорошо. - Ты нравишься мне ЧЁРТОВУ ПРОРВУ ВРЕМЕНИ. Рад, что ты спросил, - выдохнул он. И обхватил Спока за шею, наконец-то позволив себе коснуться запретной полоски кожи над махрой серого балахона. - Вы искренни со мной, Джим? Спок смотрел, не отводя глаз, и в его взгляде читалась такая неуёмная алчность, что Кирка повело сразу же. - Скажи снова «ты». Спооок. Я так долго хотел тебя потрогать. Он знал, что со своей светлой кожей сейчас красный до ушей, признаваясь вслух в таком. Его промискуитет в Академии не менял ни хрена. Важно было только здесь и сейчас, где Джим сидел со своим первым офицером в зарослях чужой планеты. И гладил его по шее и углам челюсти, умирая от того, что Спок ему позволяет. - Ты… ты хотел? Я… в высшей степени одобрительно отнёсся бы к этой идее, Джеймс. Он бы посмеялся над нехарактерно заикающимся коммандером. Но только сам был не лучше. - Хочу тебя поцеловать. Но как лучше-то? Руками или губами? - сказал он Споку на ухо, изо всех сил пытаясь вести себя нормально. Не набрасываться, как оголодавший. - А… можно всем? - просяще сведя брови к переносице, спросил коммандер. И это была финита. Джим крепко схватил его запястья и завалил в траву. Со стоном вдавливая в землю всем телом. Разжимая кулаки и прикладывая свои дрожащие ладони к его. Бледное вулканское лицо с непропорционально крупными чертами — Джим ещё никогда не видел его так близко. У Спока оказались очень пушистые ресницы. И светло-зелёные губы с небольшой западинкой посредине нижней, где они размыкались. Робея, Кирк тронул его рот сухими губами. Не решаясь пугать своим напором — ведь коммандер вряд ли с кем-то целовался. Но только нежные губы дрогнули и раскрылись. Поцелуй стал взаимным, и Джим отпустил себя. Позволил себе делать со Споком то, что хотелось всё время (каждый божий раз, когда его видел). Стояк у Кирка был просто катастрофический. Он думал, что поставит Споку синяк на животе. То, как тот постанывал в рот и ёрзал под ним, было самым важным в жизни. И Джим знал, что запомнит это навсегда, даже если сегодня как-нибудь нелепо умрёт на миссии. Если его захватит Орионский Синдикат и продаст в пожизненное рабство. Или там, спишут на сушу, где он будет пялиться в небо, одетый в форму с адмиральскими лычками. - Ка… питан. Я тоже хотел сделать одну вещь. Чрезвычайно долгое время, - задыхаясь, сказал коммандер. - Ну так кто я такой, чтобы тебе мешать? Спок высвободил руки, опуская их вниз. А потом Джим ощутил, как его задницу поверх грубой ткани накрывают ладони, с вожделением оглаживая и сжимая. - Блядские небесные светила. Ты хотел вот это? Долгое время, к тому же? - Прошу прощения, капитан, - хрипло ответил Спок. - Однажды я ненамеренно увидел вас обнажённым со спины. - И когда это было? - Четырнадцать месяцев назад, если округлить. Миссия в созвездии Кассиопея. - Спок. Задери на мне эту штуку, - взмолился он. - Ты не для того четырнадцать месяцев терпел, чтобы получить суррогат, правда? Коммандер потянул жёсткую волокнистую ткань вверх, и он весь покрылся мурашками. А когда Спок стиснул голые ягодицы, вообще чуть не сдох. Вулканец смотрел ему в глаза и жадно щупал сзади обеими руками, поглаживал ложбинку. Трогал ямочки выше, которые подсмотрел на давней миссии. Спок не пытался сделать что-то для своего удовлетворения. Но Кирк чувствовал его стоящий член сквозь два слоя одежды. И, не в силах уже контролировать себя, упёрся руками в траву и стал тереться о него. Ему понадобилось ровно два движения — и Джим кончил так, что слепяще-яркое солнце Нибиру погасло, как выключенный фонарь. - Оу. Ничего, что я так? - устыдившись, спросил он коллегу. - Ты же ещё не. - Капитан. Мой вид предполагает длительную и сильную сексуальную стимуляцию для достижения оргазма, - проинформировал первый офицер. По прежнему держа руки у него на бёдрах. - Так это же прекрасно. Стимулируй меня, пока самому не надоест. И потом ещё немного. - У вас забавная манера шутить, сэр, - приподнял бровь Спок. - Да я серьёзен, как в день флотской присяги! Губы коммандера дрогнули, а потом тот… улыбнулся. Неловко, не разжимая губ, но всё же. Может, когда-то в детстве он делал так для матери-терранки — украдкой, пока не видит строгий отец. *** - Вы чисто как кролики, - выразительно выпучил глаза Маккой. - Готовы заниматься этим в любое время, в любых телах. Что само по себе показательно. - Ой, ну и что такого, - отодрал ото лба чип Вэй Усянь, укладывая обратно в гнездо коробки. Количеством секса его было не пристыдить. - Поддерживаю капитана, - солидно кивнул Лань Ванцзи. - Данная симуляция принесла мне чувство удовлетворения и завершённости. - Но ты ж не успел, Лань Чжань? - Так! Давайте без подробностей, - невежливо выпихнул его из кресла начальник медслужбы. - Валите уже к себе, в личный сьют. И там ебитесь до умопомрачения. - Лань Чжань, нам придётся повторить ещё раз! - Да, но почему, капитан? - Не успел рассмотреть, какой у тебя. Ты же был одет, - нарочно погромче сказал он для Боунза. - Я продам эту романтичную симуляцию Пайку — ты же знаешь, он ваш фанат, - пригрозил тот. - Мы согласны за семьдесят процентов прибыли! - оставил за собой последнее слово Вэй Ин. Развернулся к коммандеру, и они синхронно дали друг другу пять (битый час вчера этому учил). Всё же, Леонард видел их немного однобоко — кроме секса, были другие интересные занятия. *** Весь экипаж наблюдал в иллюминаторы, как тарелка «Энтерпрайз» влетела в громадный, бликующий дюраниумом ангар космопорта с узкими сдвоенными просветами окон. База Эшнунна-Эртэ дала разрешение разместить корабль в восьмом слоте. - Сулу, глушите двигатели! - скомандовал Вэй Ин. Навигатор потянул за тугой рычаг и гул корабля стих. Следующие несколько суток команде предстояло провести среди цивилизации, происходящей частично от рептилий. Со своим собственным представлением о морали правилах поведения, разумеется. На борту «Энтерпрайз» оставался только техперсонал. Сходя по трапу, он видел перед собой море cерых и землистых лиц с характерными костными гребнями вокруг глазниц, по вискам и обеим сторонам шеи. Все тут были темноволосы и темноглазы — так же, как они с коммандером. Женщины покрывали губы чёрной краской, а каплевидные углубления во лбу красили в неоновые цвета. Раньше Вэй Усянь никогда не видел столько представителей этой расы в одном месте. Кардассианский союз ещё пять лет назад считался непримиримым врагом Федерации, поэтому за время учёбы он встретил только двоих. То же было и с орионцами, поэтому Гайла так выделялась на потоке. Встречающая их делегация состояла из очень стройных существ с серой кожей, покрытой матовой чешуёй. Их одежда из ткани металлик была настолько облегающей, что хотелось отвести глаза. К сожалению, как капитан, Вэй Ин сделать этого не мог. Змеиный язык Союза едва удавливался слухом, транскрибируемый на Стандарт коммуникатором. - Раархо Джалнар, милостью Центрального Командования губернатор базы Эшнунна-Эртэ, приветствует капитана Вэй, - произнёс самый высокий из всех, худой как жердь кардассианец. - Капитан Вэй Усянь и команда судна «Энтерпрайз» просит позволения спуститься на вашу землю, - ответил он положенным по церемониалу. - Клянёмся во время пребывания подчиняться вашим законам и не чинить препятствия вашему правосудию. Из репродукторов по периметру космопорта раздалось модулированные щелчки и шелест — для собравшихся переводили то, что сказал терранский капитан. - Коммандер Лань Ванцзи приветствует Раархо Джалнара. Слова капитана подтверждаю, - так же по протоколу высказался его первый. - Вы слышали? - вскинул костистый кулак Джалнар, обернувшись к толпе. - Да, губернатор! - ответило тысячеголосое эхо. - Вы слышали? - повторил тот громче. - Мы слышали, господин! - усилили шипение и свист подданные. - Свидетельствуете, что чужаки сказали это? - Свидетельствуем, Раархо Джалнар, да пребудет с вами милость праотца, змея Шеши! - согласно ответили все. Вэй Ин скосил глаза на своего первого офицера. У Лань Чжаня сейчас было сложное выражение лица — эта база тоже не казалась ему гостеприимной. Однако, Пайк лично заверил, что всё должно пройти гладко. Их задачей было закрепить в официальных документах предварительно достигнутую договорённость по разделу дилитиевых месторождений этой части квадранта. Конечно, Вэй Усяню случалось слышать про тоталитарный режим планет-участников Кардассианского союза. Про могущественный Обсидиановый орден — службу разведки и внутреннего контроля. Но слухи о врагах Федерации всегда были раздуты, и что из этого правда, нельзя было предугадать. Демонизировать противника у людей было принято с незапамятных времён. *** С непривычки кардассианцы казались весьма... ложкоголовыми. Но даже думать так было некорректно. Ведь унизительные прозвища предназначены для того, чтобы обесценить всё хорошее в незнакомом тебе существе, сведя все к какой-то одной черте. Например, к костному наросту посреди лба. Часто эти стереотипы были и вовсе откровенной неправдой. Ухура, чьих предков на земле называли чёрными, имела светло-коричневую кожу. Глаза Вэй Усяня были шире, чем у многих в экипаже, хотя представителей этой расы на старой Терре называли узкоглазыми. Однако, большинство существ галактики всё ещё были ксенофобны. И сам Вэй Ин понимал, что ему стоит ещё поработать над собой. Он покосился на коммандера, облачённого в длиннополые белые одежды. Тот, поймав его взгляд, просветлел лицом, улыбнувшись открыто и радостно. И собственный поступок уже не казался Вэй Ину чем-то чрезмерным. Доставленный курьерским шаттлом небольшой плоский контейнер, который он принял утром, согревал нагрудный карман форменки. *** Вчера, расставшись с Лань Чжанем, он не мог уснуть. Всё переваривал огромную разницу между несбыточной мечтой Кирка и своей реальностью. Думая о том, что им стоит оформить отношения, уведомив Флот — так было практичнее. В ходе миссий порой случались просчёты с весьма мрачными исходами для группы высадки. И тогда официально заключённый союз мог помочь — так ты мог активно повлиять на судьбу партнёра. Своё собственное прошение разрешить вступить в брак Вэй Ин оформил, как полагается, и отослал немедленно. На днях он сказал коммандеру, что готов ходить в засосах всю оставшуюся жизнь. Вот только теперь они оба знали по себе, что этот отрезок времени может длиться считанные мгновения. Когда он скинул копию своего прошения Лань Чжаню, в ответ пришло такое же. Заполненное на имя коммандера, с временной меткой, опережающей на двадцать восемь минут. Комментарии уже никому не требовались — симуляция всё расставила по местам. Пошарившись по разным ресурсам, Вэй Усянь заказал им кольца (ну, раз уж оба теперь были людьми). Засчёт разницы в толщине пальцев его «маленькое» кольцо вкладывалось в то, что побольше, для Лань Чжаня. Этот момент был отражён и в декоре. Он выбрал утопленные в чернёном серебре островки цфантрума, перламутра из созвездия Гидры. По окраске тот был жёлто-оранжевым, и светился огненно-красным в темноте. Кольцо Лань Чжаня было украшено вставками цфантрума изнутри, заровненными до гладкости. Их не мог увидеть никто, кроме владельца, тогда как его собственный экземпляр был с пылающими островками снаружи. Вэй Ин хотел думать, что партнёр оценит его попытки в символизм — для вулканцев проявлением нерушимости уз было «гореть вместе» по время Пон Фарра. Правда, до заключения уз им нужно было подождать конца миссии на Эшнунне. Вэй Ин не думал, что возникнут какие-то трудности. Впрочем, перед Нибиру он считал точно так же.