Релокация

Офицер Сулу ткнул его локтем в бок. Лань Чжань от неожиданности чуть не потерял равновесие — время реакции у людей превышало все мыслимые пределы. Хорошо, его поднос с мультизлаковой кашей и миндальным молоком спокойно левитировал рядом, а не шмякался оземь, как на старых терранских головидео. - Ну, как у вас с капитаном? До поцелуев-то дошло? - пошевелил бровями Хикару. - Чем выз-… Почему ты спрашиваешь? - Иногда ты реально напоминаешь мне Спока. Тот бы точно спросил: «Чем вызван ваш вопрос, офицер?» Ладно. Для начала, вы двое очевидны до ужаса. И мы с ребятами уже пару месяцев обсуждаем, когда ж вы закончите тупить. - Обсуждаете где? - моргнул Лань Чжань. - Как где, в нашем секретном чате, - ухмыльнулся Сулу. - Ещё скажи, экипаж «Облачных глубин» не перемывал косточки руководству. Ну и потом, этот твой проект «Засоси ближнего своего». Нельзя провернуть такое под носом у капитана и не нарваться! - А что означает «очевидны до ужаса»? - недовольно скосил на него глаза Лань Ванцзи. - Ну, это просто. Ты только Вэй Усяню улыбаешься — не криво и уголком, а прямо во весь рот. Позволяешь трогать волосы как угодно. Чувак, ты буквально ешь у него с рук! То голо с кормлением тебя Ляньоу Пангу Тан собрало все лайки в альфа-квадранте. Адмирал Пайк, помнится, нажал на сердце третьим — сразу после меня и Маккоя. Лань Чжань зажмурился, чувствуя, как щёки теплеют. - Вчера мы с капитаном разделили поцелуй, - признал он. - И это всё? - недоверчиво скосил тёмный глаз Хикару. - После мне пришлось принять душ, - задумчиво лизнул верхнюю губу Лань Ванцзи. Вспоминая, как вода мешалась со скользкой субстанцией на его бедре — знаком внимания Вэй Ина. Как его запах разочаровывающе ускользал в водосток, хотя Лань Чжань бы хотел вдыхать это ещё. - Неплохо же получается у капитана, - подмигнул Сулу. - Кстати, вот и он. Лань Чжань поднял глаза, увидев входящего в обеденный холл Вэй Усяня. Даже на таком расстоянии было видно, что его шея больше не носит меток коммандера. Ярких, как та туманность в ночь распития вина. Лань Чжань чувствовал себя так, будто ему отвесили пару болезненных затрещин. Хотя капитан имел полное право восстановить эпидермис на своей шее регенератором. Вэй Усянь нахмурился и движением головы спросил: что не так? Он тронул большим пальцем кожу над воротом синей форменки. В ответ капитан развёл руками, окидывая взглядом холл, где экипаж «Энтерпрайз» шумно разговаривал, смеялся и ел. Мол, ну как я в таком виде всем покажусь? - О чём это вы? - любопытно спросил Сулу. - Что, уже можете читать мысли друг друга? Лань Чжань мрачно помотал головой. За безграничное наслаждение прикосновениями нужно было платить возможностью соединять свой разум с другим. Как бы хотелось сейчас пихнуть капитана — но ментально, чтобы заметил только Вэй Ин. Пожаловаться на эту раздражающе чистую шею. Вместо этого пришлось отвернуться и пойти к свободному столику вместе с Хикару. Так уж сложилось, что завтракали они традиционно вместе. *** «Как называются отношения, где вы больше не друзья?» - спросил он у доктора Маккоя, положив падд прямо на поднос. Ответ был важен, и его хотелось прочесть сразу. «Чужие люди? Неприятели? Хотя стой, ты наверное про вас с Джимом», - мгновенно отреагировал Леонард. Лань Ванцзи терпеливо смотрел, как слово «Джимом» исчезло и заменилось на «капитаном». «Да. Я об этом.» «Я не знаю, гоблин. Лучше спроси его — чтоб не надумать себе всякую ерунду. А ты-то сам как считаешь, что у вас?» Он закусил губу, зависнув пальцами над светящимися голубым виртуальными клавишами. Ему могло хотеться чего угодно. Но Вэй Ин вчера не позволил остаться и тщательно убрал все следы их общения со своего тела. Что это значило, в самом деле? Мохнатый сехлат, неприкаянно бродящий по его продолговатому мозгу, сующий нос в волокна моста, обиженно ревел. Выразить всё это словами не было никакой возможности. Так что на вопрос доктора Лань Чжань так и не ответил. *** Во время смены он то и дело отвлекался, заглядываясь на Вэй Усяня. Не понимая, как тот проделал такой фокус. Стоило капитану разрешить до себя дотронуться, как Лань Чжаню хотелось делать это постоянно. Он наяву, с открытыми глазами, фантазировал о том, как хорошо было бы вытряхнуть Вэй Ина из всей этой флотской формы и исследовать его тело. Губами, ладонями, болезненно затвердевшим членом — уж чем ему позволят. Вчера он очень хотел продолжать, но Вэй Усянь буквально выставил вон. За ушами вдруг хрустнуло, и Лань Чжань обнаружил, что рот разодрала зевота. Ну да. Может быть, спать было и важно — но как оторваться от капитана, которого он даже не успел толком рассмотреть без одежды? «Почему тот, кто даёт к себе доступ, обретает над тобой такую власть?» - отправил от доктору Маккою. «Вопрос, волнующий мужиков с доисторических времён», - набрал тот в ответ. Абсолютно ничего этим не прояснив, к досаде Лань Ванцзи. Вэй Ин в капитанском кресле тоже коротко взглядывал на него. Улыбался затаённо, опустив голову, и рдел скулами. Высовывал быстрый кончик языка, чтобы увлажнить пересохшие губы с запёкшейся тёмной коркой. Лань Ванцзи попробовал сожмурить один глаз для него (как это делал Сулу). Но получилось только сразу два. Мимическое движение было совсем непривычное. Зато Вэй Ин беззвучно закатывался от хохота — наверное, всё же понравилось. - Кэптин, на три часа — астероид размером с три Цереры в форме гексагональной призмы! - воскликнул Чехов. - И на нём написано «СНИМИТЕ КОМНАТУ», - страдающим хором добавили Сулу и Ухура. А после на мостике раздались смешки. Посмотрев на Вэй Ина, Лань Чжань увидел, что на месте головы капитана светится круглая рожица-эмошикон с красными косыми чёрточками смущения поперёк. Тот закрылся голограммой от собственного экипажа. Сам Лань Ванцзи не испытывал неловкости. Смысл выражения «снять комнату» он улавливал лишь примерно. Но с предложением связистки и навигатора был согласен; уединиться с Вэй Ином стало, кажется, самой насущной его потребностью. *** «Могли бы мы перед обедом найти укромное место, где нас не увидят остальные?» - написал он в конце смены капитану. Тот вспыхнул ободками ушей и, так и сидя к нему спиной, напечатал: «Лань Чжань, зачееем?» «Мои руки скучают по твоему телу», - ответил он, что думал. Тут Вэй Усянь тогда обернулся — весь красный, с поплывшим взглядом. И посмотрел на его кисти на пульте, конвульсивно сглотнув. «Технический коридор F, третий поворот направо», - пришёл ответ. - «Через пять минут идёшь ты, а я — следом.» Лань Ванцзи, не отводя взгляда, коротко кивнул. Он ещё помнил, каким Вэй Ин был вчера — с растрепавшимися короткими прядями, сорванно дышащий, с алым влажным ртом. Капитану достался на редкость эстетичный разрез глазной щели. Лань Ванцзи исследовал вопрос и прочёл, что такая форма называлась «счастливый феникс». Типичный юмор адмирала Пайка — ведь Джим буквально сгорел и вернулся к жизни снова. *** В техническом коридоре яркие палубные огни становились тусклей и сходили на нет. Тут был склад неисправного оборудования, с которым они разбирались на ближайшей звёздной базе на пути следования «Энтерпрайз». Он ждал, от нетерпения стискивая кулаки — эта привычка была ещё вулканской. Впиться ногтями в пронизанные густой нейронной сетью руки ослабляло напряжение. Наконец, Вэй Ин вышел из-за поворота — чтобы тут же быть схваченным и прижатым к нему вплотную. - Стыда у тебя нет, вот что, - смеясь, обнял капитан за шею одной рукой. - Зачем раздевал меня глазами всю смену? Лань Ванцзи не мог ответить, заворожённый тем, как идеально помещаются половинки его зада в ладонях. Оглаживать и жадно мять их через одежду было так хорошо, что не находилось слов. Вэй Ин постанывал прямо в ухо, побуждая щупать его откровенней. - Почему ты стал такой наглый? - Лань Чжань не наглый. Только честный, - сказал он, облизываясь от предвкушения. - Я ещё не трогал тебя там. Но хотел этого полдня. Он расстегнул на капитанских брюках молнию, глядя в блестящие расширенные зрачки. - Бля-ать, - со стоном вырвалось у Вэй Ина. - Эта твоя честность — она хуже всего. Запустив обе руки ему в трусы, Лань Чжань ласкал его так, как хотелось ещё вчера — медленно, нарочно дразня. Упругие и нежные половинки хотелось трогать бесконечно. Водя по взмокшей жаркой расщелине, он с силой засасывал тонкую кожу под ухом Вэй Ина. - Вот дай тебе палец — ты же руку откусишь. По лопатку, - прохрипел на выдохе капитан. Лань Ванцзи нарочно потрогал край судорожно сжимающейся мышцы пониже, потёр там слегка. Член Вэй Усяня тут же качнулся, оттягивая трусы. И снова шлёпнул по животу, липкий и тяжёлый. В глазах Вэй Ина было такое желание, что он моргнул, не веря, что всё наяву. Лань Чжань пролез под эластик и обхватил его упругий ствол, полуоткрыв рот от восторга. Орган капитана как раз поместился в руке, словно был сделан под неё. Чувствовать, как Вэй Усянь дрожит и отчаянно толкается в охват пальцев, опьяняло. Впиться поцелуем в место под кадыком было необходимо. У него снова болел вытянувшийся и торчащий, как палка, член. Но неудобство было не так важно, пока Вэй Ин разрешал делать с собой всё. Пока ёрзал на кончиках его пальцев и давился стонами. - Лань Чжань. Слу… шай, ну не надо, - вдруг попросил тот, еле выговаривая слова. - Я же. На виду. Понимаешь? Он не понимал. Ничего, кроме того, что Вэй Ин сейчас отверг во второй раз. Сехлат с бешеными, налитыми кровью оранжевыми глазами поднялся на задние лапы, раскрыл пышущую жаром пасть с загнутыми клыками. И заревел — с таким гневом и болью, что это было невозможно игнорировать. Лань Ванцзи кое-как, с огромным усилием вынул руки из одежды капитана, отодвинулся и перестал касаться его совсем. Ничего было не поделать. Самый важный человек не хотел носить его следы и признавать себя принадлежащим Лань Чжаню. Вэй Усянь сглатывал и смотрел на него большими встревоженными глазами, явно не понимая. Лань Ванцзи и не был вправе злиться. Он ведь никому не сказал, как поступил со своей вулканской сущностью. Но на то она была и сущность, что отличала ложное от настоящего. - Лань Чжань, что я сделал не так? Не уходи. Поговори со мной! - протягивая к нему руки, просил Вэй Ин. Но единственное, чего он хотел — скрыться в каком-то убежище и попробовать это пережить. *** Искать утешения в медблоке стало уже привычным. До релокации Лань Ванцзи и не предполагал, что настолько доверяет Леонарду Маккою. Но его повторяющиеся визиты сюда говорили сами за себя. - Да, это гоблин. Вот прямо передо мной стоит. Всё, отстань, - захлопнул тот коммуникатор. И сказал уже совсем другим тоном: - Садись, коммандер. Лань Ванцзи опустился на эргономичное сиденье. Он смотрел в пол и на квадратные носы флотских ботинок. Его сехлат внутри бесновался, катаясь на спине и располосовывая когтями мозжечок. - Что, херово тебе? - хлопнул его по плечу Маккой. - В чём там опять наш бравый капитан накосячил? Погоди… он ведь не ложился с тобой? - присел на корточки и заглянул в глаза Леонард. - Почему горизонтальное положение так отличается от прочих? - разражённо спросил Лань Чжань. - Нет. Мы не лежали вместе. - Да не в плоскости дело, круглоухий мой друг. Джим… то есть Вэй Ин у нас дурак-дураком. Не понимает, что значит крутить с вулканцем. Я прав? - Но я принадлежу к одному с вами виду, - опустил голову ниже Лань Ванцзи. - Ну-ну. Это ты кому другому заливай. Если бы ты мог вот так легко отказаться от ядра своей личности — это был бы не тот Спок, которого я знаю. Лань Чжань вздохнул. К чему было упорствовать, если даже медицинский скан не смог обмануть этого проницательного человека? *** - Как люди понимают, что между ними есть связь? Какой-то аналог наших Уз? - всё же осмелился спросить Лань Чжань, накручивая косу на запястье. - А никак, - огорошил его доктор, с кряхтением усаживаясь на пол рядом. - Нет у нас никаких Уз даже близко. Мы встречаемся и живём с кем попало, совместимые только поверхностно. А самое паршивое знаешь что? У людей связь может быть необоюдной. Если партнёр вулканца сделает ему больно — шарахнет в ответ так, что голова пополам расколется. Можно закрыться наглухо, это тоже весьма чувствительно. А у нас, если ты топчешь и унижаешь свою пару — ничего тебе за это не будет. То есть, вообще. - Вы говорите о Джослин, своей бывшей жене? - предположил Лань Ванцзи. - А твоя эмпатия всё лучше. Да, о ней, стерве. Полтора года спать с интерном с моего же отделения, а мне говорить, что соскучилась и не прочь навестить на работе… - Вы всё ещё не можете перестать о ней думать, - понял Лань Чжань. - Ну да. Больше тебе скажу — иногда Джосс мне снится. И там, во сне, я влюблён, и мы обмениваемся трепетными ласками. Прямо, как в первые недели знакомства. Та часть меня, которая считала её своей парой, ничего не хочет знать. Она так и тоскует до сих пор. - Что такое «влюблён»? - захотел знать Лань Ванцзи. - Состояние одержимости, когда обмен веществ становится интенсивней, а чувства обострены. Снижение критического мышления обязательно. Этот период предназначен для того, чтобы принять другого со всеми его недостатками, - объяснил Леонард. - А если уже давно принял? - Это люди называют словом «любовь». - Но так ведь можно говорить о чём угодно. Ухура любит старые модели шаттлов, Чехов — астероиды и планетоиды. Любовь к человеку — это только твоя склонность… и всё? - В том-то и дело, гоблин. В том и дело. Эта наша «любовь» — целиком ответственность любящего. Это у вулканца Узы может разорвать только физическая смерть. А человек может разлюбить. Просто взять и решить, что он больше не хочет принадлежать тебе всецело. И что ему важней кто-то ещё. Лань Чжань кивнул — это описание отзывалось в нём тупой болью за грудиной. - Доктор. Могу я попросить об одной вещи? - Валяй, - наморщил лоб Леонард. - У вас не будет клингонского напитка «чоргх»? - Что, решил увидеться с Джимом Кирком? - Но откуда вы… - вскинулся Лань Ванцзи. - Откуда я? Ты думаешь, что один такой, да? - выразительно глянул на него начальник медслужбы. - Ладно, не вопрос. Налью тебе, раз ты в растрёпанных чувствах. - Благодарю, - кивнул Лань Чжань. - Да и потом, любопытно, как оно. Тебе-вулканцу же этот чоргх был, как подкрашенная водичка. Ты знал, что в Клингонской Империи его производят из самых старых щитков экзоскелета? Тех, которые впитали дикие выбросы гормонов — сам знаешь, они ребята пылкие. - Это предохраняет щитки от пересыхания, - пожал плечами Лань Ванцзи. - Какой-то умник додумался, что такой органический мусор можно использовать, как сырьё, - достал Маккой с выехавшей полки восьмиугольную бутыль. - Зато вот можно видеться с мёртвыми друзьями. Знаешь, я тут краем уха слышал, что ты быстро пьянеешь. Так что для начала давай-ка нальём тебе на один палец. Я не присоединюсь, - ответил он на вопросительный взгляд Лань Чжаня. - Сколько я этого дерьма выпил, тебе лучше не знать. - Мне нужно как-то подготовиться? - Обруч свой с камушком сними. А то, если лбом обо что-нибудь приложишься, больно будет, - вынул полукольцо из его волос Леонард, положив на стол. - В падде можешь проставить статус «неактивен» на ближайшие двадцать минут. Всё равно будешь лежать в кресле с чёрными глазами, как те чуваки с Нибиру. - Каков чоргх на вкус? - Горчайшая мерзость, аж передёргивает. Заливай сразу в горло, мой тебе совет, - наклонил бутылку над стаканом Маккой. Из неё нехотя поползла тягучая тьма, вязкая, как кисель. Лань Чжань нервно потёр боковины носа — это был первый раз, когда он употреблял стимулирующие вещества. *** Спок в стандартной рабочей униформе застыл перед перегородкой, отделяющей его собственную каюту от жилых помещений Кирка. У него было очень сильное, не имеющее никаких логических предпосылок желание попасть туда. Час был неурочным — капитану вскоре полагалось отойти ко сну. Непрояснённых рабочих вопросов не было. Но его рука буквально сама тянулась к двери, и Спок не хотел её останавливать. Вбить экстренный код получилось, не рефлексируя. Обследовав пустую каюту, он пошёл на шум воды и тут же увидел капитана за стеклянной дверцей кабины. И застыл, не в силах сделать больше ни шага. Джим, стоящий в тёплом освещении водного душа, был перед ним, как на витрине. Абсолютно обнажённый — от намокших светлых прядей на макушке до аккуратных ступней с розовыми пятками. Спок смотрел на это невиданное чудо, ощущая себя парализованным. Лопатки Джима двигались, пока он, заведя руки назад, намыливал свой затылок. Широкая спина капитана плавно сужалась к талии. Длинная линия хребта терялась там, где треугольник с двумя глубокими ямочками обозначал начало ягодиц. Спок опустил взгляд ниже, и рот мгновенно затопило. Слюны было столько, что он булькнул и подавился, ошарашенный реакцией своего всегда послушного тела. Бёдра Джеймса Кирка с выпуклыми квадрицепсами были совершенством. Подтянутый крепкий зад отнюдь не был плоским — его очень хотелось обхватить ладонями, чтоб убедиться, что это реально. Кирк за стеклом энергично намыливал себя подмышками, даже не подозревая о его присутствии. Постучав в стекло костяшками пальцев, Спок отступил на шаг. Джим обернулся — с головой в хлопьях пены от шампуня, слепо моргающий, дезориентированный. Зачерпнул горстью воду, промывая лицо. - Спок? - распахнул Кирк дверцу кабины, обдав его влажным паром. Морщаясь от того, как мыло щипало роговицу. А он смотрел в голубые глаза, обрамлённые намокшими золотистыми ресницами, и не мог выдавить из себя ни слова. - Спок, ты в порядке? Что ты… что ты делаешь тут? - с недоумением спросил капитан. Воровато, жмурясь от неловкости, Спок пытался рассмотреть тело Кирка спереди, пока это возможно. Его грудь с торчащими посреди коричневых ареол штырьками сосков. Подкачанный живот с тончайшей уязвимой прослойкой нежной мякоти. Крупный член, свисающий меж мокрых завитков. - Капитан, - преодолевая сковывающий нёбо мучительный стыд, выговорил Спок. - Вы давно небезразличны мне. Моё косноязычие не позволяет выразить это правильным образом. Скажите, могу ли я надеяться на взаимность? Ответом ему был обалдевший взгляд Кирка. - Ты же шутишь, да? Это такой… я не знаю, вулканский пранк? Хах. Кто тебя подбил — Боунз или Скотти? - Подбил? - непонимающе склонил голову к плечу он. - Ну, подтолкнул к этому — так понятнее? - нетерпеливо спросил Джим, переступив с ноги на ногу. - Не сам же ты такую штуку придумал — вломиться ко мне ночью. - Эта «штука» была целиком и полностью моей идеей, - ровно ответил Спок. - И я не шучу. Это слишком важная тема, сэр. - Но… ты же не можешь хотеть чего-то с человеком! - вытаращился на него Джим. - Тебе нужен какой-нибудь симпатичный бетазоид. Чтобы всегда быть на одной волне, не раскрывая рта. - Мне не нужен бетазоид, капитан, - грустно сказал Спок. - Или представитель другой телепатической расы. Я желаю лишь вас. - В том смысле, что тебе любопытно? - на губы Джима медленно наползла понимающая ухмылка. - Хочешь разочек попробовать? Спок схватился рукой за угол стеклянной двери, чтобы не упасть. Слова Джеймса Кирка ранили беспощадней фазерного луча, выжигая его внутренности. Это было так больно, что он предпочёл бы выставленный режим дезинтеграции. Чтобы капитан испарил его на месте, и Споку больше не пришлось слышать это. *** Его зубы клацнули о пластик кружки. Доктор Маккой, нависая сверху, терпеливо отпаивал, держа за плечо. - Лань Чжань. До чего ты меня напугал, парень. Никогда такого не видел: тебя всего колотило, и это от одного глотка! - Чоргх ведь даёт увидеть разрешение проблем? - прохрипел он. - Ну да, гоблин. - А я всегда думал, как сказать ему. Джиму. - У тебя получилось? - Я сделал то, что вулканец никогда бы себе не позволил. Вошёл к нему без спроса, застал за принятием водного душа. Не ретировался сразу же, а смотрел. И потом навязал своë признание. - Но эта клингонская дрянь так и работает! - Я чувствовал, как человек. Вулканцы всегда контролируют слюноотделение, - помотал головой Лань Чжань. - В моем видении капитан даже не понял, что я всерьёз. - Ну ещё бы. Ты же сейчас на него обижен. Так как Джим отреагировал? - Предложил РАЗОЧЕК ПОПРОБОВАТЬ, - выплюнул ненавистные слова Лань Ванцзи. - Так. А ко мне ты сегодня явился, потому что…? - Вэй Ин. Он не хочет появляться в таком виде, - тронул своё горло коммандер, - перед всеми. Наверное, тоже думал... - Разочек попробовать? С вулканцем, вашу мать?! - возопил Маккой. - И он ещё мне втирал, что не знает, в чём дело. - Знает, - с закрытыми глазами сказал Лань Ванцзи. - Просто не считает это важным. Заслуживающим внимания. У вас же так не принято, да? Он сидел, согнувшись в кресле пополам, и свёрнутый кольцом конец косы лежал на полу. - Гоблин… Вот я человек на сто процентов. И я попробовал. Разочек, ага, - тяжело сглотнул Леонад. - Мы с Джосс начали встречаться ещё в старшей школе, были друг у друга первыми. - Вы хотите сказать, что даже у людей крах значимых отношений оказывает большое влияние на жизнь? - Да не то слово. Со времени того заседания суда, где мы насмерть сражались за опеку, прошло почти шесть лет. Но оправился ли я? Ни хера. Так что не такие уж мы ветреные. - Если Джим предложил только эксперимент… значит, я не нужен ему? - спросил Лань Ванцзи. - Не. Во-первых, это то, что тебе приглючилось под чоргхом. В реальности ты ему ничего не говорил. А во-вторых, всё не так, как ты думаешь, - оперся доктор локтями о стол. - Видишь ли, у большинства нет никакой возможности проверить искренность чувств друг друга. В нас это просто не встроено. Но вы с кэпом — совсем другое дело. - Почему? - У людей всего одна, не очень длинная жизнь. Если Джим положил её к твоим ногам — это значит, ты ему был важней всего. И есть. Лань Чжань закусил нижнюю губу. Точно такими же фразами капитан говорил о нём во время видеоконференции с адмиралом Пайком. - Ребят. Я доктор, а не семейный консультант, - лёг подбородком на сцепленные кисти Маккой. - Но даже я понимаю, что у вас всё взаимно. Почему ты здесь, а? И я не имею в виду этот отсек корабля. - Невозможно оставить его, - глухо сказал Лань Ванцзи. - Я… люблю Вэй Ина, наверное. Можно так сказать? Этим утром я осознанно сожалел, что не могу сформировать с ним ментальную связь. - А он сожалел, что ты пошёл организовывать интим со всем экипажем «Энтерпрайз» без разбору. Потому что, видимо, считает тебя своим! Кстати, люди могут создавать связь не менее прекрасную. Если не боишься, у тебя есть шанс попробовать — теперь вы с ним приведены к общему знаменателю. Ладно, коммандер. У меня тут ещё работы полно. - И под работой вы имеете в виду выведение пандового окраса трибблов? - уточнил Лань Ванцзи. - А это уж не твоё собачье дело, - впихнул ему в руки обруч Маккой. - Сходи съешь что-нибудь. У нас нет возможности не жрать двое суток, как вулканцы, и чувствовать себя нормально. Следуя знакомым путём к обеденному холлу, Лань Чжань вдруг понял, что его сехлат успокоился. Огромная зверюга лежала на мосту коричневой грудой, обняв лапами ножки мозжечка. Кажется, его вулканское «я» заснуло после всех потрясений. *** Взяв себе суп из баранины с лапшой, Лань Ванцзи пошёл с парящим рядом подносом в дальний конец столовой. Полностью игнорируя капитана, который звал по имени и махал руками. Будучи вулканцем, он и не знал, какое это сильное чувство — обида. Тогда люди казались ему недисциплинированными созданиями, потакающими каждому своему импульсу. Теперь, когда он сам оказался в их шкуре, было невозможно даже посмотреть в сторону Вэй Усяня, не то что подойти близко. Падд зажёгся огоньком уведомления. «ЛАНЬ ЧЖАААААААНЬ НУ ПРОСТИ МЕНЯ!!! Я не понял, что тебе это так важно. Был неправ. Признаю себя полным идиотом», - написал ему капитан. Следом прислав своё голо — с огромными печальными глазами, подведёнными тонким красным кайалом. Лань Ванцзи недовольно нахмурился — он смотрел на голограмму уже пять минут кряду. Разозлившись на себя, коммандер отключил устройство, мрачно таращась на прозрачный суп с плавающими пластинками реплицированной баранины. Вэй Ин бы обязательно бы накидал туда хлопьев чили. Или налил жуткого оранжевого масла. И нарочно дышал ему в лицо, хотя от этого слезятся глаза. Почему он не мог даже поесть супа, не думая о Вэй Усяне? Разгрызая твёрдые волокна имбиря, Лань Чжань злорадно подумал, что тому должно быть тоже не по себе. Ведь некого дёргать за косу, и кормить своей адово острой едой, и пихать коленом под столом. Мимо столика прошла офицер Вро и, поцеловав свои пальцы, протянула к нему. Лань Ванцзи не был уверен в значении жеста, но из вежливости старательно его скопировал. Падд не мигал — наверное потому, что он сам же сделал всё, чтобы капитан его не беспокоил. - А вот это, знаешь, уже слишком! - громко сказал в ухо Вэй Ин, толкая его боком и усаживаясь прямо вплотную. - Лань Чжань. Ну пожалуйста, посмотри на меня. Я же прямо тут, а ты флиртуешь с другими. - Вэй Ин не хочет показывать, что связан со мной, - не поворачивая головы, буркнул коммандер. Теперь, когда он произнёс это вслух, всё стало ещё хуже. Обстановка перестала видеться чётко, а в суп что-то капнуло. - Хочет! Ещё как хочет. Вэй Ин готов всю оставшуюся жизнь ходить в засосах, - горячо заверил капитан. Лань Ванцзи повернулся, чтобы посмотреть в лживые глаза — ведь ещё недавно Вэй Усянь имел другое мнение. И не смог отвести взгляда. Оказывается, за пару часов он соскучился по этому негодяю кошмарно. Вэй Ин, почуяв слабину, тут же расплылся в довольной улыбке. Под его красными губами темнела аккуратная родинка. Лань Ванцзи страдальчески поморщился — у него болело сердце и ныл член. - Пойдёшь со мной гулять послезавтра? - взяв его за руку обеими своими, спросил Вэй Усянь. - Когда мы будем в доках Эшнунны. Эту посудину после приземления нужно будет немного почистить. Ну, и заменить кристаллы ещё. А у нас с тобой будет время. - Такая возможность существует, - строго посмотрел Лань Ванцзи. База Эшнунна была знаменита: каждую поверхность улиц и небоскрёбов занимала буйная зелень. Каскадные пруды отражали облака и днища ховеркаров, а кое-где клубились паром горячие источники. Исследовать такое место вдвоём было великолепной идеей. Коммандеру просто не хотелось признавать это вслух. Вэй Ин придвинулся, уложил голову ему на плечо и страшным шёпотом спросил: - Лань Чжань. А ты что, правда пил чоргх?? - Увы. Если бы меня мог видеть отец, его бы, несомненно, постиг Климентий. - Хватил Кондратий? - прыснул капитан. - Не вижу существенной разницы, - вытянул Лань Ванцзи в сторону косу и обмотал вокруг его шеи. Потом скосил глаза вниз — проверить реакцию. Вэй Ин улыбался от уха до уха и совсем не выглядел протестующим. *** Набрать Спока Прайма по видеосвязи стоило раньше. Лань Ванцзи устал чувствовать себя так, будто он в ссоре с самим собой; длить это было в высшей степени нелогично. Коммандер уже не думал, что предал свою расу — теперь, когда вулканское «я» проявляло себя так явно. - Здравствуй, Лань Чжань, - обыденным тоном поприветствовал старик. - Откуда ты знаешь, как меня зовут? - возмущённо спросил он. Сюрприза не вышло. - А ты-то как думаешь? - усмехнулся Прайм, и вокруг его глаз собрались глубокие морщины. - Твой капитан вставляет «Лань Чжань» в каждое предложение. И я уже знаю, как ты выглядишь, когда чихаешь. Или когда заигрываешь с ним прямо на рабочем месте. - С-совокупленье падших женщин, - только и смог выдавить Лань Ванцзи. Пока это был его предел владения обсценной лексикой. *** Их миссия на базе кардассианцев была рутинно-дипломатической. Адмирал Пайк даже не особо пытался замаскировать тот факт, что посещение Эшнунна-Эртэ — скорее отпуск для экипажа судна. По-хорошему, команде стоило дать передышку ещё после гибели Кирка и Спока. Но в то время у «Энтерпрайз» были важные задачи в недавно заложенных земных колониях. Связанные с поселенцами, которым повезло больше, чем Вэй Усяню из Чунцина и Лань Ванцзи из города Лоян. Адмирал Маркус, по иерархии стоящий выше Пайка, не хотел ничего слушать про выгорание и личные обстоятельства. Теперь же у экипажа было целых пять дней неспешных переговоров с чешуйчатыми собратьями по разуму. Им с Вэй Усянем выпадала возможность узнать, каков знаменитый кардассианский рассвет на самом деле. И Лань Чжань собирался пить его большими глотками, отложив трубочку в сторону. *** Он сошёл по трапу «Энтерпрайз», облачённый в белую тунику и летящее длиннополое одеяние с нефритовой подвеской. Ради исключения Лань Ванцзи решил распустить волосы, только немного присобрав их сверху. Серебряная заколка в виде свивающихся стеблей тоже принадлежала тому, чьё тело он носил. Если Вэй Ин почтил память своего донора, выпив вина «Тянь-цзы сяо», то Лань Чжань позволил чужому телу выглядеть так, как при жизни. Даже волосы сто раз расчесал — так они искрились. Адмирал Пайк прислал двухминутное головидео с тем колонистом, снятое при посадке на «Неспящий город». Лань Ванцзи был признателен — в этом было что-то очень личное. Капитан ничего не делал со своим привычным обликом. Только тронул тем алым пигментом губы (Лань Чжань отдал ему свой артефакт насовсем). Короткая стрижка подчёркивала высокие скулы, а флотская униформа делала фигуру мужественней. Пурпурно-фиолетовая цепочка следов на шее образовывала безымянное созвездие. Жаркая и влажная ночь с сияющими россыпями светил над головой была хороша. Они словно находились тут одни, хотя на искусственно созданную землю Эшнунны сошло четыреста с лишним человек экипажа. Толпа местных, разномастная и разноязыкая, обтекала с обеих сторон. - Ты скучаешь по Споку? - вполголоса спросил он, подойдя к Вэй Усяню. Тот глянул исподлобья: - Со Споком у меня ничего не могло бы быть. Я бы просто не осмелился, а он бы себе не позволил. Так ведь? - Так, - подтвердил Лань Ванцзи. - А ты? Жалеешь, что не наложил лапу на Кирка? - То, что случилось с нами, имеет смысл, - уклончиво ответил коммандер. - Кирк бы не знал, что со мной делать. Ему бы было слишком. - Тоже верно, - взял Вэй Усянь за руку, крепко сжав. - А вот мне — в самый раз. Лань Ванцзи распирало этим новым, небывалым чувством. Наполняло горячим воздухом изнутри, как взмывающий из притоптанной травы бумажный аэростат. Сейчас он был далёк от запертого в своём сознании полувулканца, что мог лишь смотреть на предмет желания из-за стекла. Кирк вернулся за ним на Нибиру, потому что в глубине души они оба знали правду. Но знать — совсем не то же самое, что проживать её каждый день.