НЕинвалид

      — Я могу тебе помочь… — сказала Вера, когда парень чуть не упал на костылях.       — Я уже сказал, что я не инвалид. Не нужно обо мне заботиться.       Вера не знала, как реагировать на это. Она отвернулась, нажимая на кнопку в лифте. Артём смог уговорить её пойти на следующую процедуру. Сейчас они направлялись в спелеокамеру.       — Я не выдержу тебя два дня, неинвалид.       — Думаешь, что сможешь отвязаться от меня через два дня? — лукаво спросил он.       Вера повернулась спиной к нему, ожидая, когда откроются двери. Гронский наклонился к ней, тихо шепча на ухо:       — Я же как наркотик. Не сможешь после отказаться.       Горяинова резко обернулась, отпрянув. По спине пробежался холодок.       — Клянусь, сделаешь так ещё раз и я ударю тебя, не посмотрев на то, что ты с травмой.       — Как агрессивно… Я не прав.       Вера довольно улыбнулась, радуясь, что он наконец-то отступился.       — Может это я не смогу отказаться.       Двери открылись, и девочка, недовольно застонав, вышла из лифта. Артём смеялся, догоняя её на костылях.       — Это четвёртый день нашего знакомства, а я уже тебя обожаю! — крикнул он, так как был слишком далеко от Горяиновой.       Многие странно покосились сначала на Артёма, а после на Веру, так как Гронский смотрел именно на неё. Девочка собрала светлые волосы в высокий хвост, ведь сейчас точно придётся надевать эту злосчастную шапочку.       — Я тебя ждать не буду, неинвалид, — в шутливом тоне произнесла Вера.       — Не жди, психованная, — в такой же манере проговорил Артём.       Девочка проскочила в спелеокамеру, быстро надев халат. Когда она обернулась, Гронский только отдавал бумажку, осторожно усаживаясь на скамейку. Он коснулся отреза. Получилось немного грустно.       — Ты противная, Горяинова, — прошипел Артём, стараясь бесшумно и безболезненно сесть на место рядом с Верой.       — Ты сам решил, что будешь таскаться за мной.       — Я не думал, что ты настолько плохая.       — Бе-бе-бе, — по-детски передразнила его девочка.       «Что у тебя следующее?» — напечатал он в заметках IPhone.       «Я всё сегодня уже пропустила. Это последняя процедура. А у тебя?» — ответила таким же образом Вера.       «Мне только нужно сделать укол и принять лекарство».       Горяинова удивлённо глянула на него. Он пожал плечами, надевая наушники. Пару раз нажав на экран, Гронский открыл телеграмм, включая какой-то фильм или сериал. Девушка зашла в тот же мессенджер и обнаружила новый непрочитанный чат с Машей.       «Привет, как дела?» — высвятилось на экране.       Вера ответила маме на сообщение, что всё хорошо, а после написала подруге. Краем глаза посмотрела на Артёма, который приглушённо смеялся в тёмноте. Его лицо слабо освещалось экраном телефона.       Горяинова заметила, что он смотрит «Люди в чёрном». Она прекрасно знала эти фильмы. И точно помнила, что это первая часть.       Сначала Вера старалась не обращать на него никакого внимания. Но после уже одним глазом смотрела фильм. Тут начался её любимый момент. Девочка не смогла сдержать смех.       Артём удивлённо обернулся, замечая её улыбку. Такая же заразительная появилась и на его лице. Он снова повернулся к экрану, посмеиваясь над Горяиновой. Вера включила музыку, снова стараясь принять невозмутимый вид. От скуки она всё же сдалась и стала посматривать фильм.       Гронский заметил это, но не стал палить её. Уилл Смит на экране продолжал сражаться с монстрами и спорить со своим напарником. Рука юноши легла на дальнее от него плечо Веры. Он осторожно подтянул её к себе, позволяя удобнее смотреть фильм. Артём снял один её наушник под недовольное Верино «Эй», а после одел свой, в котором разговаривали агенты.       Горяинова удивлённо глянула на него, но губы растянулись в довольной улыбке. Она сама не хотела выдавать своей радости, но, всё же, не сдержалась. Вера тихонечко села к нему ближе, и Артём поставил телефон на подлокотник шезлонга, чтобы и ей было видно.       — Уймёшься? — спросил Уилл Смит, выставляя пистолет.       — Нет. Он придёт. Потому что я не справился. Он убьёт меня.       — Такой уж день. Все тобой недовольны.       Девочка начала осторожно ложиться на плечо парня, боясь, что он начнёт смеяться. Как она и предсказывала, Гронский усмехнулся. Вера сразу подняла голову, невозмутимо продолжая смотреть на экран. Светлые глаза Артёма недовольно закатились. Он потянул её на себя, не отрывая глаз от экрана.       — Продолжай, раз начала, — тихо прошептал он.       Вера улеглась на его плече, безмолвно радуясь такой маленькой победе над собой.       Артём решил никак не комментировать её жест, понимая, что Горяинова очень смущается.       Они смеялись над шутками агентов, хотя слышали эти моменты по сотне раз. Девочка чувствовала тепло от тела Артёма, но делала вид, что ничего такого и нет.       Вера подняла голову на Гронского, наблюдая за тем, как он внимательно смотрит фильм, будто никогда и не видел. Он усмехнулся, когда агент Джей выдал новую шутку. Почувствовав чужой взгляд, Артём повернул голову. Девочка сразу положила голову обратно на его плечо, якобы ничего и не было.       Неожиданно зажёгся свет. Вера сразу отпрянула, чувствуя, как краска поднимается к лицу. Она быстро встала, смущённо отдавая ему наушник.       — Мой любимый фильм, — буркнула Горяинова и вылетела из спелеокамеры.       Артём засмеялся, убирая AirPods в карман. Он осторожно поднялся, продолжая улыбаться, и захромал в сторону выхода.       — Ещё раз спасибо за фильм! — начала прощаться Вера, махая ему рукой. — До завтра!       Гронский удивлённо вскинул брови.       — Я собирался встретиться с тобой за ужином.       Вера, что уже развернулась к нему спиной, остановилась.       — Ты будешь ужинать с бабушкой и дедушкой.       — Нет. Я очень редко встречаюсь с ними в столовой. Я иду делать уколы, а после встречаемся на ужине.       — Почему это я должна тебя слушать?       Гронский шёл на костылях на выход, забрав своё расписание.       — Потому что я могу здраво мыслить, а ты не очень.       — Гронский, я уже предупреждала тебя, чтобы ты держал свой язык за зубами, — прошипела Вера.       — Такой угрозы я ещё не слышал. Иначе что?       Вера специально пошла в сторону лестницы, чтобы он не смог следовать за ней.       — Иначе я сломаю тебе твой костыль и будешь прыгать по отелю!       Дверь на лестницу с грохотом захлопнулась. Артём засмеялся, нажимая кнопку лифта.       — О, Артёмка! Ты куда? — послышался весёлый голос из лифта.       — Привет, ба. Я на уколы. А вы?       — Твой дед ушёл принимать лекарство. После мы договорились встретиться у бассейна.       Гронский зашёл в лифт, нажимая на цифру «два», и кнопка загорелась.       — Собрались плавать?       — Да. Мы уже поужинали. Ты не против один посидеть?       Смешок всё же вырвался из его горла, как бы он не старался его сдержать.       — Не против. Я нашёл себе компанию.       Бабушка удивлённо посмотрела на него.       — И какую же?       — А не скажу, ба. Секрет!       Пожилая женщина ещё больше удивилась. Таким весёлым она его давно не видела. Хоть он и постоянно шутил, но всё равно долгое время не был в таком приподнятом настроении.       — Очень мне интересно. Поэтому такой весёлый?       — Пока!       Гронский выскочил из лифта, направляясь через переход в другой корпус. Там он нашёл нужный кабинет, где его встречали уже как родного.       — Артём! Добрый вечер! Проходи! — сказала женщина лет сорока, что часто дежурила в его смену.       — Здравствуйте!       Она быстро глянула на его расписание, чтобы точно не было изменений, пока Гронский садился на кушетку, аккуратно снимая ортез.       — Не боишься? — засмеялась медсестра.       — Я делаю у вас уколы уже больше недели. Конечно я не боюсь.       Женщина набрала лекарство в шприц, а после поднесла к ноге парня. Тот даже не поморщился, несмотря на то, что вся нога была в мелких ранках от иголок. Пятна от тёмно-синих до жёлтых распространялись чуть выше колена.       — Чего такой задумчивый? — спросила медсестра.       Артём глянул на неё, раздумывая, что сказать. Он думал о Вере. О её глупой выходке, от которой она же сама и засмущалась.       — Да нет, ничего.       — Готово.       Женщина встала, снимая перчатки. Она достала из шкафа небольшую коробочку с именем Артёма. Утром всем раскладывают их таблетки, а после лишь нужно приходить в нужное время. Гронский взял подготовленный стакан воды, выпивая первую таблетку.       — Действительно сегодня какой-то странный, — засмеялась медсестра.       — Нет, нет. Всё нормально.       Артём улыбнулся, надевая ортез обратно и поправляя шорты. Он взял костыли и направился к столу, где лежало расписание.       — Хоть помогают уколы?       — Ну, — парень задумался, — не так чувствуется боль. Но мне же в любом случае нужно сделать вторую операцию. Это не может длиться до бесконечности.       — Это да. Но ты не расстраивайся. Тебе ведь уже нашли врача, ты сам говорил.       Артём натянуто улыбнулся. Тему своей травмы он не любил.       — Да, конечно. Я и не расстраиваюсь.       Женщина открыла ему дверь, помогая, отчего ему стало только хуже.       — Тогда до завтра!       — До свидания!       Артём вышел и направился в столовую, через холл, где все пили минеральную воду. Ему нельзя, так как он пьёт антибиотики.       Гронский зашёл в лифт, снова нажимая на второй этаж. Парень чувствовал себя слабым. Он даже по лестнице подняться не может. Хотя Вера точно быстренько пробежалась наверх, даже не устав.       — Привет! — радостно, будто и не было никаких грустных мыслей, отозвался Гронский при виде новоиспечённой подруги.       — Я думала, что ты не придёшь, неинвалид, — отозвалась Горяинова, отпивая чай.       — Пришёл, как видишь.       Артём плюхнулся на своё место, откладывая костыли.       — Если хочешь, то я могу тебе сказать, что сегодня на ужин, и принести то, что ты захочешь.       Вера оглядела его с ног до головы, и Гронский заскрипел зубами.       — Тебе, наверное, будет неудобно, — продолжала девочка.       — Как-то раньше справлялся.       Артём встал, чувствуя, что обезболивающее подействовало. Он захромал в сторону шведского стола, оставляя девочку мучаться в догадках.       — И шутка про неинвалида не смешная.       — А по-моему очень даже смешная, — обиженно отозвалась Вера.       Он ушёл, оставив девочку сидеть в одиночестве.       «Чего не отвечаешь? Со своим Артёмом сидишь?» — пришло новое сообщение от Светки.       Вера оглянулась, чтобы того точно не было поблизости. Когда она заметила Гронского у дальнего стола, то открыла камеру, фотографируя его.       «Он сам предложил мне ходить со мной, пока нет моей мамы».       «Я хочу услышать его голос!» — напечатала Светка. Её очень воодушевляло, что подруга начала хоть как-то веселиться в этом несчастном санатории.       Вера включила диктофон, когда увидела, что Артём идёт обратно, и записала пару диалогов:       — Ну что, неинвалид? Ничего не болит?       Он раздражённо глянул на Горяинову, медленно опускаясь на своё место, опираясь руками на стол.       — Нет, психованная, не болит.       Вера фыркнула, продолжая мучать мясо, лежащее у неё в тарелке.       — Кстати, — неожиданно снова подал голос Гронский, — о сегодняшнем. Ты у нас неверная, значит.       Девочка чуть не поперхнулась, когда услышала это.       — Ты с ума сошёл? Тарелка на голову упала? О чём ты вообще?       Гронский усмехнулся, отпивая сок. Он не отрывал глаз от светлой девочки.       — У тебя же парень есть. А ты со мной фильмы смотришь. Я бы заревновал, увидь такое.       Вера совсем потерялась. Какой парень? У неё никого и в помине не было. Она вечно занималась лишь учёбой и ничем больше.       — Нет, ты действительно сдурел, Гронский. Сколько тут до ближайшей психбольницы?       Горяинова злобно воткнула вилку в мясо, смотря на парня. Артём не растерялся.       — Ну как же? Ты ведь так мило беседовала с ним, сидя на лавочке в саду.       Вера ошарашенно замерла, понимая, к чему тот клонит. Через мгновение она уже смеялась, убирая светлые волосы за ухо.       — Чего ты смеёшься? — не сдержался Гронский.       — Ты идиот, неинвалид. Точнее, инвалид. Одного органа нет. Мозгов! — уже злее добавила Вера. — Я разговаривала со своим папой.       — Папой?       — Да, да! Папой! Это второй человек, что участвовал в моём создании. Представляешь? У тебя тоже есть папа.       Артём невольно засмеялся над своей глупостью. А он то уже думал, что Вера специально тогда на лавочке делала самый милый голос, чтобы позлить его.       — Не весь мир вокруг тебя крутится, Гронский, — после его рассказа ответила девочка. — Стоит задуматься.       Горяинова допила чай, ставя пустую кружку на стол. Она встала, задвигая за собой стул.       — До завтра, инвалид.       — Неинвалид!       —Конечно, — засмеялась Вера.

***

      Девочка зашла в номер, уставши плюхнувшись на свою кровать. Она смотрела в потолок, расставив руки в разные стороны.       — Что же за пиявка ты, Гронский? — вздохнула она.       Тут зазвонил телефон. Горяинова достала его из заднего кармана джинсовых шорт, глядя на экран.       — Привет, мам.       — Привет, мышонок. Как ты там?       Вера погрустнела.       — Нормально.       — Не скучно?       В голове всплыли воспоминания из сегодняшнего похода в спелеокамеру. На лице без ведома девочки появилась улыбка.       — Да нет, всё нормально.