1 + 1 = 3

— Сон-и, — с той стороны двери слышится бархатный голос. На лице полуспящего омеги расцветает улыбка, он сонно потягивается и, наконец, вылазит из-под одеяла. К этому времени папа уже зашёл в комнату и стоял в дверном проёме. Наверное, понял, что ждать ответа сына, пока сам стоит за дверью, бесполезно, — доброе утро, малыш. Я приготовил завтрак, пойдём.       Временами Джисон думает, что не заслужил такого прекрасного папу. Старший омега был заботливым с каждым членом семьи, но с Джи, кажется, была какая-то особая связь. Он никогда не поднимал голос, даже если был сильно разочарован, успокаивающе гладил по спине и вытирал слёзы рукавом своей пушистой кофты, а после этого сгребал в объятиях. Маленький Джисон вдыхал сладкий запах папы и мигом успокаивался.       Забеременел пятнадцатилетний Минхо от сына директора школы — Бана Кристофера Чана. Тот был на год старше, в меру проявлял внимание, но юному Ли было совершенно плевать на искреннюю вежливость и дорогие подарки — он хотел успешно закончить школу, уехать в другой город и устроить свою жизнь именно там. Кимпхо, конечно, многое подарил Минхо, но Сеул манил своей неизвестностью с красивой обложкой, да и родители были совсем не против, что только разжигало желание омеги побыстрее выучиться и уехать.       На вечеринку в честь дня рождения какого-то альфы из параллельного класса Минхо попал через хорошего друга Ёнджуна. Того пригласил сам именинник, но Чхве так-то омега, поэтому одному идти было страшно. Вот и решил захватить с собой друга, пообещал пару коктейлей за «счёт заведения», но вскоре скрылся среди полупьяной разгоряченной толпы. Через полчаса Минхо увидел его целующимся с виновником торжества, оказашимся Чхве Субином, и пазлы в голове сложились воедино и за этим последовал вывод: эти двое намного больше, чем просто друзья. Напоминать Ли о себе не стал, а затем и вовсе решил уйти. У выхода его подцепил альфа с подозрительно знакомыми феромонами, но пьяная голова Минхо мало чего соображала. Омега затянул того в поцелуй, но не понимающе отстранился, не получив ответных действий. А потом как-то закрутилось, завертелось и проснулись они в одной кровати. Оба не глупые, сразу поняли в чём дело, но скандалов Минхо разводить не стал — сказал, что ему нужно подумать и уехал к родителям. В тот же вечер нашёл у себя в контактах номер старшего и отправил сообщение: Вы: Думаю, ты мне тоже нравишься. Но мой папа не против воспитать внука, если мы не предохранялись, конечно, если ты вдруг захочешь меня бросить, Чан-хëн. — Доброе утро, Сон-и. — на кухне возникает Чан и, с привычной доброй, чуть сонной улыбкой, присаживается за стол, — Доброе утро, ёбо. — звонко целует мужа в щёку. Тот высовывает кончик языка, кривя лицо в гримасе отвращения и Кристофер хихикает. — Не называй меня так, Чан-и. — фыркает Минхо, показательно двигая свой стул поближе к сыну. — Иначе я откушу тебе язык. — Хочешь вернуться в школьные годы, чтобы я называл тебя чаги? — всё также улыбается альфа, но чувствует, как взгляд супруга становится более раздражённым и вскидывает крепкие руки в примирительном жесте. — Шучу. Где Феликс? — Папа будил его, но он отказался вставать, — произносит Джисон, перед тем, как засунуть ложку с любимыми хлопьями в рот. Слышится фырк отца. — Бан Феликс Ёнбок, вставай сейчас же! — отец вскакивает из-за стола и летит вверх по лестнице на второй этаж дома. Вскоре, как гром среди ясного неба, раздаётся басистый хохот второго альфы их семейства, на что Джисон тоже прыскает смехом. — Эм… Сон-и… у тебя же никого нет, да? — аккуратно спрашивает папа, когда крики сверху более-менее затихают. Джисон смотрит на него удивлённо так, будто ему сообщили, что в его любимом кафе больше не продают айс-американо и черничный чизкейк. Не так трагично, как могло быть, но омегу бы эта новость знатно подкосила. Он тихо кашляет в кулак и с хитрым взглядом улыбается Минхо. — А что такое, папуль? Дедушкой, небось, стать захотелось? — теперь время удивления второго омеги, — Никого у меня нет, правда. И я знаю, о чём ты хочешь поговорить. Я не собираюсь ни с кем встречаться, тем более беременеть. Расслабься.       Минхо облегчённо вздыхает. — Ты же знаешь, как я тобой дорожу, да? — папа обнимает его за плечи и ласково поглаживает по спине как в детстве, — Просто Феликс рассказал, что за тобой бегает альфа и я подумал, что… — Я могу постоять за себя. — Знаю, малыш.       Неожиданно появляется Ёнбок с растрепанным маллетом на голове, но уже одетый. Следом заходит отец семейства, присаживается на своё место и бегло закидывает в себя бутерброды. Прощается также в спешке, закидывает на плечо рабочий портфель и пулей вылетает из дома. Минхо недовольно цыкает с полюбившимися: «Ему же сорок скоро, почему он такой шустрый…» Болтает с сыновьями, но вскоре поднимается к себе в спальню, так как, по его словам, не выспался. Джисон смотрит вслед сочувствующе, Феликс же как-то неопределенно. Затем взгляд переводит на брата и спрашивает: — Он же не спать пошёл, да, хён? — У него течка скоро, а папа Чан на работе устаёт настолько, что даже не чувствует, что запах поменялся… Да и он вряд ли сможет взять выходную неделю, чтобы побыть с папой Минхо. — отвечает Джисон. И тему переводит ловко, Ёнбок даже не замечает: — Дай расчешу тебя, а то тебя как будто током ударило.       Феликс улыбается и позволяет брату делать с волосами всё, что тот пожелает. Джисон лишь распутывает гнездо на его голове и цепляет в хвост блондинистые пряди, которые спадают на лицо. — Спасибо, Сон-и, дай я тебя обниму!.. — Так, Феликс, вот что ещё я хотел… ты зачем папе про альфу этого рассказал? Вообще умом тронулся? — звучит грозно, младший не поспорит. — Но он спросил, и я… — Ладно, что было — то прошло. Пойдём, до первой пары всего сорок минут. — Как скажешь, мой любимый хён!