переключи на другой канал;

ты сделал что, ржет даки, уже набирая в общий чат сообщения со скоростью света - только и слышно это "цок, цок, цок" её ноготочков по дисплею, и через секунд пять телефон кайгаку весело тренькает раз десять. он смотрит на высвечивающиеся на главном экране уведомления: "чмошники, общий сбор, СРОЧНО, такой прикол, вы упадете, я ору". доума, как главный любитель сплетен, отвечает незамедлительно: "на всякий случай я уже лежу, рассказывай". накиме отправляет парочку стикеров с ожидающим котиком, а кокушибо раз в пятый за последние двенадцать часов выходит из чата, потому что заебали, честное слово, что я вообще здесь делаю, я вас даже не знаю и знать не хочу. гютаро присылает фотку из кафетерия, где кокушибо хмуро пялится в телефон аказы, видимо, чтобы проконтролировать, что история на самом деле смешная и нелепая, и не придётся как в прошлый раз срываться с пар в полицейский участок, а потом в больницу на рентген, мрт, операции и прочее, потому что у кайгаку все лицо было в кровище. слов кайгаку о том, что его просто упекли за проезд на красный, а во время выписывания штрафа у него упало давление и пошла носом кровь, да так, что еле остановили - никто слушать не хотел. короче, начинает записывать голосовое даки, и это на два часа, хотя кайгаку уложился в три минуты, поясняя, что опоздал на сеанс в кино по уважительной причине, а не потому, что не хотел идти на эту сопливую чушь про любовь, хотя он действительно не хотел, но выбора ему не предоставили. дурацкая история, короче, о чем тут вообще рассказывать. кайгаку даже не хочет вспоминать её. - ой девочки, - пищит даки, - он вот сидит и краснеет прямо сейчас, я не могу. - я не краснею, - огрызается кайгаку, но отворачивается, делая вид, что разглядывает постеры и стенды с выходящими новинками. в общем, так вышло, что. даки ему написала перед сеансом, чтобы забежал за лавандовым рафом, даже денег скинула на карту, что удивительно, ведь обычно она просто говорила "купи" и превращалась в фурию, если этого не сделать, поэтому кайгаку здраво решил, что лучше не спорить и не ныть, а отметить этот день в календаре кружочком за невиданную щедрость. ему невероятно сильно не хотелось пилить еще квартал до ее любимой кофейни, но даки бы даже пить не стала, принеси кайгаку кофе не в фирменном стаканчике. так что во всем, что случилось дальше, кайгаку винит её и немножечко всех остальных с их внезапно нарисовавшимися делами, из-за которых кайгаку пришлось одному переться с даки в кинотеатр в десять утра буднего дня, хотя мог бы спать и спать до четвёртой пары. конечно, он был не единственным ненормальным, приперевшимся за кофе ни свет ни заря - время поджимало, кайгаку недовольно озирался по сторонам и хотел как минимум стукнуть чем-нибудь очень тяжёлым парня у кассы, который уже минут десять выбирал себе сраный сироп, собрав очередь. он почти решился совершить особо тяжкое, но тут его внимание привлек знакомый парниша с потока - кайгаку его сразу узнал по высветленным патлам и желтой толстовке, которую он, видимо, носит, не снимая. помнится, кайгаку обращался к его другу-умнику камадо за помощью в лабораторках, даже получил неплохую оценку за семестр. а со вторым его другом - иноске, кто ж не знает этого ненормального - кайгаку пару раз сцепился вне стен университета: слово за слово, то-сё, они оба достаточно вспыльчивые и недостаточно умные, этого хватало для драки. прогуливает, что ли, думал кайгаку, продвигаясь вперёд - ни камадо, ни иноске рядом было не видно, хотя эта троица всегда вместе. правда, имени его, кайгаку упорно вспомнить не мог. - лавандовый раф, - сказал кайгаку спустя, по ощущениям, семь тысяч лет ожидания, - по карте. он переминался с ноги на ногу, отписывал даки, завалившей его сотней "бестолочь, где тебя носит?" что скоро будет, и сверлил взглядом меню и витринки со сладостями, когда краем уха услышал довольно тревожное "слушай, отстань, а?". кайгаку обернулся в сторону небольших круглых столиков и, ну. видимо, в тот момент у него отключился мозг или что-то вроде того, а может наоборот включился, кто знает, вот кайгаку - точно нет. он бы в принципе никогда себя не назвал борцом за справедливость и защитником слабых, да и вот такие порывы в нем никогда не проявлялись, но. уже закидывая руку на плечо парня в жёлтой толстовке, кайгаку думал: так стоп, какого хуя вот сейчас происходит, какой у меня план вообще. так что он сымпровизировал, натянув на лицо привычное выражение "щас кому-то пизда". - хули тебе надо от моего парня? господи, как же стыдно. он мог назвать его своим другом, братом, да хоть кем угодно, но он решил пойти по тому пути, который будет вспоминаться ему перед сном в качестве диафильма под названием "ещё одна потрясающая история, где ты выставил себя идиотом". - хуя ты конечно джентльмен, - ржет доума в голосовые. - ну а парень твой новоиспеченный как отреагировал? охуел, думает кайгаку, ровно настолько же, сколько и я, но хорошо, что ничего не сказал, позволив кайгаку самому разобраться с придурком, пристающим к студентам в кофейне, приличном месте, между прочим! кайгаку выпроводил того за шкирняк, пообещав, что если увидит еще раз, то кое-кто не досчитается зубов. и, ох, забирать у бариста лавандовый раф было крайне неловко, потому что на него смотрели все посетители, так что кайгаку, перенервничав, решил, что если уж начал играть, то надо до конца позориться. иначе он даки объяснить не может, почему явился без кофе, еще и на двадцать минут позже обещанного. - погоди, - считает она на пальцах, и кайгаку молится всем богам на свете, чтобы с математикой у нее все было плохо, - что-то не сходится по времени. ну, прокашливается кайгаку, я его проводил до дома, ну а что мне оставалось делать? он испугался, тот тип, возможно, ошивался где-то поблизости, я сделал единственно верный выбор. - когда я прошу тебя проводить меня до дома вечером, то ты без зазрения совести нахуй посылаешь, - дуется даки. - ты сама кого хочешь убьёшь, зачем тебе я? мило, отписывается накиме, по закону жанра вы правда должны начать встречаться. кайгаку закрывает горящее лицо руками. он решает не говорить, что зеницу, протараторив "боже, ещё раз спасибо, серьёзно, я думал умру там на месте", сунул ему в руки клочок тетрадной бумаги в клеточку с нацарапанным наспех номером - когда хоть только успел?