Знакомься, солдат, это лето

Повествование ведётся от лица Алисы.

Вольф, поклонившись, вышел из домика, хлопнув дверью. За ней послышались голоса немцев, которые быстро удалились. Я всё так же неподвижно стояла посередине комнаты, пытаясь переварить всю полученную информацию. ~Значит, всё-таки Вольф ко мне не безразличен. Конечно, я это давно начала понимать и готовилась к такого рода разговору. Но всё произошло настолько быстро, что я сама не знаю, испытываю ли я что-то к немцу или нет. Я часто волновалась за него, переживала. Но неужели это и есть любовь? ~ Я могла бы простоять так весь день, но я прекрасно отдавала себе отчёт, что если я продолжу тупо стоять, то в этом мире не изменится ничего. Посмотрев на время, я быстрым шагом вышла из домика и сразу же направилась на площадь. В пункте сбора пионеров были почти все: не хватало лишь Вольфа и Эриха. ~Вольф… Кто же ты на самом деле? То ты выдаешь себя как немецкого офицера, то как хорошего собеседника, то как понимающего или даже любящего человека! Кем же ты на самом деле являешься? Что является маской, а что лицом? ~ — Этот вопрос ещё долго не давал мне покоя, и взгляд у меня, наверное, был соответствующий: пустой, потерянный. Как только вожатая закончила свою речь, я вместе с остальными отправилась в столовую, погрузившись в свои мысли и не обращая своё внимание ни на кого. Это продолжалось до того момента, когда ко мне подсела Ульяна. — Что-то на тебе лица нет, подруга. — сказала она. — Что ты имеешь ввиду? — спросила я её, ковыряя сегодняшний завтрак. — А то, что твоё лицо выглядит так, словно у тебя умерли все близкие, твой парень кинул тебя, а все друзья отвернулись. И умножить это дважды. — дала мне столь подробное описание Ульяна. Я усмехнулась, хотя девочка была права. — Неужели всё настолько плохо? — оставив свой завтрак, спросила Ульяна. — Как ночёвку провела? — пытаясь уйти от разговора, спросила я, натянув на себя улыбку. — Да я-то нормально. — с хитрым взглядом, ответила Ульяна. — А вот ты — нет. Признавайся, что случилось? — Что, моё лицо выдаёт всю правду? — спросила я. — Слушай, Алис. Вот ты не умеешь врать! — цокнув, ответила Ульяна. — Твоё тело говорит всё за тебя. Выкладывай! — Да ничего страшного. Просто мне нужно разобраться в себе, вот и всё. — ответила я. — И всё? — удивилась Ульяна. — И из-за этого ты ходишь как старая бабка? — я улыбнулась. — Ничего ты не понимаешь, дурёха. — ответила я с улыбкой на лице, с настоящей улыбкой. — Сама такая! — показав язык, ответила Ульяна. — Ну ладно, я пошла. Если что, ищи меня на спортплощадке! — сказала Ульяна, убегая из столовой. Я помахала ей в ответ, после чего сама домусолила кашу и также вышла из столовой. Погода немного улучшилась. Дождик прошёл, а небо стало более чистым. Я остановилась на крыльце столовой, обдумывая весь сегодняшний план на день. Несмотря на то, что утро вышло немного напряжённым, мне не хотелось гробить из-за этого весь день. Определённо мне предстоит обдумать случившийся разговор, но займусь я этим позже. Любуясь красотами лагеря, я не придумала ничего лучше, чем сходить к Ульяне и вместе что-то поделать. До спортплощадки я добралась быстро, ведь находилась она совсем близко к столовой. Уже подходя к футбольному полю, я услышала голос своей подруги: — Ну куда ты бьёшь?! В ворота нужно, а не в штангу! — возмущалась красная ракета. — как ты вообще играешь?! — увидев меня, Ульянка выбежала навстречу. — Что за шум, а драки нет? — спросила я, усаживаясь на скамью болельщиков. — Да они вообще играть не умеют! — возмущённым голосом сказала Ульяна. — И как я должна побеждать в турнире по футболу? — Какой турнир? — удивилась я. — Мать, ты чё? — взглянула на меня Ульяна. — Ты совсем тронулась что ли? У нас на следующей неделе турнир! Куда ты ещё немцев пригласила! — память вернулась ко мне вместе с пониманием, что я нифига не готовилась. — Ой, ё... — протянула я. — Что-то я и позабыла об этом… — М-да, Алис… Склероз — дело такое, пожилое. — с широчайшей улыбкой на лице произнесла Ульяна. — Больше не жди от меня конфет… — надувшись, сказала я ей. — Эй, за что?! Это была просто шутка! — возразила Ульянка. — Что-то не похоже было на шутку… — всё так же обиженно продолжила я. — Ну ладно, ладно, прости, хорошо? А я тебе тогда помогу чем-нибудь или что-то вроде. — сказала Ульянка, после чего мои глаза вмиг загорелись. И мелкая это увидела. — Может, ненада? — спросила она. — Какой ненада? А кто мне поможет в подготовке к плаванию? — спросила я мелкую. — А это… Фух… Я-то уж думала, что будет что-то гораздо хуже… — сказала Ульянка. — Если хочешь, можем сделать и хуже. — сказала я ей с ухмылкой на лице. — Нет, пошли! — воскликнула мелкая, а я ради интереса пошла за ней, пытаясь понять, куда она меня приведёт. Как только мы вышли на площадь, до Ульяны дошло, что она не знает куда идти. — Слушай Алис. — начала она. — А куда нам собственно идти? Вроде как я должна идти за тобой, а не ты за мной… — А я-то уж думала, что ты не спросишь. — с улыбкой на лице сказала я Ульяне. — Нам в домик надо, захватить купальники, а оттуда — на берег, будем плыть наперегонки. Всё ясно? — спросила я у мелкой. — Так ты решила пойти на плавание? — поинтересовалась Ульянка. — Ну да, а что? — спросила я у неё. — Ну это как-то неинтересно… Никакой динамики и неожиданных поворотов… — сказала она. — Ну это всяко лучше, чем ругаться как сапожница на неумелых товарищей. — подметила я. — Каждому своё… — сказала мелкая, и она была права. — Ну ладно, великая мыслительница, давай в дом, а потом — на пляж. — сказала я ей. Она кивнула головой и мы отправились в путь. Забрав свои купальники из дома, мы двинулись на пляж. Оказавшись на берегу, мы переоделись и погрузились в воду. Там уже я дала указания: — Значит так, Ульянка: плывём мы до буйка и обратно, поняла? — спросила я её. — Ну до буйка-то понятно, а обратно зачем? — спросила она меня. — Ну чёрт знает, придётся ли плавать обратно или нет… — сказала я Ульянке, на что рассмеялась. — Алис… Прости за не столь скромный вопрос, но где ты всё время была? — c ухмылкой на лице спросила она меня. — А ты что, знаешь, что там будет? — спросила я её в ответ. — Нет… — скромно ответила она. — Ну вот, так что давай на стартовые позиции. На старт, внимание, марш! После слова "марш" мы начали заплыв. И, признаться честно, Ульянка была достойной соперницей. В силу своего малого роста и большой выносливости она держалась достойно, но как раз из-за первого ей не хватало силы, а у меня её было в достатке. Так мы сделали три заплыва, пока мелкая совсем не выдохлась. — Алис… Может, хватит? Я уже никакая после твоих купаний… — сказала мелкая. — Что, признаёшь уже своё поражение? — небесхитростно спросила я Ульянку, на что та брызнула меня водой, как всегда делала я. — Ты смеешь использовать моё же заклинание против меня?! После этой фразы мелкая поняла, что она это зря сделала, но думать надо было раньше, а сейчас ей придётся расплатиться. После получаса пыток водой она, как бы странно это не звучало, не смогла выйти сухой из воды, из-за чего надулась на меня. Я же была полностью довольна результатами пыток, пока после того, как мы переоделись, не пришла Славя. — Привет, Ульянка, привет, Алиса. — поприветствовала нас Славя. — Привет, Славь. — сказала я вместе с Ульянкой. — Девчонки, меня просили передать, что один из ваших сокомандников получил травму и теперь не сможет участвовать в соревнованиях. И тебе, Алис, придётся его заменить. — сказала Славя. — А почему именно я?! — спросила я у неё. — Потому что кроме тебя никто не сможет заменить в волейболе! Есть ещё вопросы? — спросила Славя, и я уже хотела поспешить его задать, но Ульянка меня опередила: — Нет, вопросов нет. — сказала Ульянка. — Ну тогда я пошла. И, кстати, уже обед, а зная вас, я бы посоветовала не опаздывать. — после сказанного Славя поспешила удалится. Я же стала сверлить всё вокруг своим безразлично-усталым и одновременно злым взглядом. Ульянка заметила это и сказала: — Кто куда, а я на — обед. — с ухмылкой на лице сказала Ульянка и быстренько рванула что есть мочи. Я успевала лишь кричать ей в спину: — Стой, студент! Убью! — кричала я, бежа за ней. Однако успехов это мне не принесло: я быстро упустила её. Я плюнула на эту временную мелочь, ведь знала, что в столовой скорее всего найду её наверняка. Вернувшись в дом, я оставила свой купальник и отправилась в столовую. Пока шла, я наконец обратила внимание на погоду. Она, честно говоря, не очень впечатляла: обычная пасмурная погода, которая ни разу не поднимает настроение. Чтобы отвлечься, я уже хотела подумать о чём-нибудь другом, но голодные спазмы всякий раз вытягивали меня из мыслей в моей голове. Хотя и они, честно говоря, лишь заводили меня в тупик… Приближаясь к столовой, я заметила Вольфа в его привычной компании. Я решила не попадаться ему на глаза, пока не смогу дать честный ответ. Поэтому я подождала, пока он с компанией войдёт в столовку, и только после этого я приблизилась к зданию и вошла внутрь. Зайдя в него, я увидела, что парни уже заняли свой привычный "проклятый" столик. Я взяла свой поднос еды и начала смотреть, куда бы сесть, чтобы спокойно поесть, не выходя из раздумий. Заняв место, я принялась уплетать пищу и думать, чем бы ещё заняться, но долго одной мне не удалось побыть: к моей трапезе присоединилась Ульянка. — О, явились, не запылились! Ты ведь понимаешь, что теперь просто так не смоешься? — сказала я Ульянке. — Эээ... нет, Алис, теперь бал веду я. — я улыбкой на лице сказала мелкая. — Это ещё с чего это? — поинтересовалась я у Ульянки. — А с того, что у меня есть кое-что. Но если ты будешь гоняться за мной, то это "кое-что" тебе я не дам. — хитро сказала Ульяна. Я же решила несколько раз подумать, а будет ли чем-то стоимым то, что она мне может дать; хотя, если это "что-то" не удовлетворит меня, я могу просто не сдержать обещание. Так что, думаю, стоит согласиться. — Ладно, говори давай. — сказала я Ульянке. — Мне нужно твоё обещание. — сказала Ульянка. — Обещаю, а теперь говори. — сказала я. — Отец твой сказал, что ты можешь заскочить на знакомство Вольфа с экипажем. — сказала мелкая. Информация была определённо интересной, только вот были маленькие вопросы. — А где будет проводиться знакомство? — поинтересовалась я у мелкой. — Если не ошибаюсь, то на площади. — жуя котлету, ответила Ульяна. Пока я ела, то заметила, что к Вольфу и Эриху подошёл мой отец и начал им что-то говорить. Спустя минуту после того, как отец закончил говорить, Вольф кивнул головой и папа поспешил покинуть столовую, а через десять секунд Вольф вместе с Эрихом встали из-за стола вместе с подносами, отнесли их и вышли из столовой. Я сделала логичное предположение, что отец пришёл сообщить им о знакомстве, а точнее — где это будет происходить. Парни согласились и отправились на знакомство. Проанализировав столь сложное уравнение и доев свой обед, я отнесла поднос и вышла из столовой. Выйдя на улицу, я поспешила к площади. Добравшись до неё, я сразу не заметила ребят. Они находились в самом дальнем от меня углу площади, и я не хотела попадаться на глаза Вольфу, так что я решила сесть на лавку, на которой уже расположились Славя и Лена. Одна читала книгу, а вторая с интересом наблюдала за построением. — Привет, девчонки, я подсяду? — спросила я у Лены и Слави. Они кивнули головами, и я села рядом с ними и стала слушать… Ну как слушать, пытаться услышать, что говорят парни. Вольф стоял рядом с отцом, а Эрих и ещё двое мужчин встали напротив них. — Экипаж, равняйсь! — прозвучал строгий и громкий голос Вольфа. Все повернули головы, равняясь на старших по званию. Дальше всё проходило по типичному армейскому сценарию. Отец рассказывал о каждом из новых членов, пока Вольф внимательно всё слушал, иногда что-то записывая в блокнот. Из разговора отца я смогла понять, что заряжающий был прислан из арт-батальона в связи с определёнными обстоятельствами. Каждый преставился друг другу, сохраняя уважение к старшим по званию. — Ну вот, Вольф. — говорил отец. — Теперь они под твоим распоряжением. Ты — старший по званию. Если что, то обращайся. — Вольф кивнул головой. — Ну, я хочу, чтобы ты представил им всю задачу, которую вы будете выполнять. — Вольф кивнул, начав свою речь. Несмотря на то, что его голос был громким, звонким и чётким, большая часть слов не доходила до моих ушей. Я посмотрела на девочек. Лена всё так же читала книгу, иногда посматривая на танковый экипаж. Славя же не отрывая глаз следила за всем построением. — Что, красивый мужчина в красивой форме? — ткнув локтем блондинку, спросила я. Славя покрылась румянцем и, улыбаясь, ответила: — Что верно, то верно. Он у меня хороший. Он меня любит. — М-да. — протянула я. — И командир у него хороший. Тоже ничего такой. — ответила я, смотря на Вольфа. — Ну не знаю. — отвернувшись, сказала блондинка. — Вольф слишком гордый. Часто строгий, самоуверенный. — И что? — удивилась я. — По-твоему он не может любить? — Может и может. Мне он кажется настолько сильным духом, что ему не знакомо такое понятие, как «любовь». — Я хотела что-то ответить, но меня опередила Лена, начав читать небольшой отрывок из своей книги: — Говорят, что сильные не плачут. Говорят им нипочём гроза. Просто эти люди часто прячут... красные от слёз глаза. Говорят, что сильные всё могут: жить без тёплых слов и без любви. Просто эти люди с болью стонут там, где нет ушей и болтовни. Говорят, что сильным всё даётся без усилий и без труда. Просто этим людям... удаётся... всю усталость утаить всегда. Говорят, что сильным стать не сложно: это — как умножить 2 на 2. Говорить, конечно, всё возможно… только трудно сильным быть всегда. — девушка захлопнула книгу. Славя хмыкнула, повернувшись обратно к парням. Мне сразу вспомнились слова Вольфа: «Я видал в жизни всякого дерьма, так что приму любой твой ответ.». ~Что же он имел ввиду? Неужели у него уже была неудачная практика в отношениях? ~ — эти мысли не давали мне покоя. В глубине сердца хотелось разобраться, что скрывает Вольф. Я начала перебирать множество вариантов, с помощью которых можно было разузнать нужную мне информацию. Первым делом я предположила, что можно просмотреть его дневник. Я уже обрадовалась и вскочила, чтобы начать это реализовывать, но почти сразу угомонилась. ~Ага, конечно. Разбежалась я! Дневник-то сейчас у Вольфа в руках! ~ — я начала обдумывать дальше, но ответ пришёл ко мне сам. — Славь, я всё! Можем идти! — послышался голос Эриха, который подходил к нашей лавке. Оказалось, что знакомство уже завершилось, и все разошлись кто куда. — Ладно, девочки, пошла я. — отозвалась Славя. Я поняла, что это — мой шанс разузнать всё о Вольфе от его товарища. — Славь, ты, конечно, извини, но мне нужно украсть твоего кавалера на пару минут. — отчеканила я, схватив Эриха за рукав кителя. Немец ничего не успел сказать. Лишь пожал плечами и отошёл ко мне. — Ты чего творишь, Двачевская? — удивился немец. — Так, давай так. — начала я. — Ты сейчас быстро отвечаешь на мои вопросы и я тебя отпускаю, усёк? — Усёк-усёк. Не тяни кота за хвост. — Отлично, тогда начнём. — сложив руки у груди, я начала свой опрос. — Начнём с малого: как давно ты знаком с Вольфом? — Эм-м. — протянул Эрих. — Чуть меньше года. — с подозрением ответил Эрих. — А тебе зачем? — Так! Вопросы сейчас задаю я! — закатив глаза, я продолжила. — А у Вольфа девушка есть? — Эрих немного удивился, после чего усмехнулся и ответил: — Девушка? Ты серьёзно? — Эрих также расположил руки на груди. — Да у него и друзей толком нет, что говорить про девушку. — грустно усмехаясь, ответил немец. — В смысле? — удивилась я. — Нет, ты не подумай ничего плохого про него. — перебил меня немец. — Вольф — отличный парень, отличный командир. Ответственный, правильный. Своих в обиду не даст. Только с девушками не особо везёт… ~Так. пошла жара.~ — В смысле «не везёт»? Объясни. — не унималась я. — Слушай. — резко начал Эрих. — Он не особо любит, когда информацию про него распространяют без его ведома. К тому же, зачем тебе это знать? — Эрих, будь мужиком! Скажи мне и всё! — с раздражением ответила я. — Нет уж, подруга, извини. Пока не скажешь причину своей заинтересованности, я тебе ничего не скажу. — немец уже собрался уходить, но я его остановила. — Стой, ладно. Я скажу! Только никому не рассказывай, хорошо? — немного смутившись, отчеканила я. Эрих остановился, готовясь слушать меня. — Ну как бы так сказать… — начала я. — Алис, говори прямо как есть. — сказал Эрих строгим голосом и соответствующим взглядом, намекая, что времени у него не безгранично много. — Я не знаю, люблю ли я Вольфа или нет, и вот пытаюсь понять… — сказала я и увидела, что глаза Эриха вот-вот вылетят из глазных орбит. — Помни, ты обещал! Эрих же пробыл какое-то время в состоянии шока. Потом взялся за голову одной рукой и начал что-то говорить на немецком, и после он продолжил: — Он спрашивал, любишь ли ты его? — вдруг спросил меня Эрих. — Да… А к чему это? — спросила я его. — Важно не это, а что ты ответила… — спросила он меня. — Что не знаю пока. — после данного ответа Эрих снова пустился в раздумья. — Обещай, что эта история не достигнет чужих ушей. Ладно? — вдруг спросил меня Эрих. Я неуверенно кивнула головой, после чего он начал свой рассказ: — Снимались мы, значит, в фильме одном, и во время съемок Вольф познакомился с одной прекрасной дамой. Звали её Эмили, так ещё она медиком была, можно сказать любовь, с первого взгляда. Почти всё свободное время он уделял ей время, они смеялись, веселились, да и сам герр Вольф раньше был другим человеком! Более веселым и доверчивым. Но на середине съемок всё изменилось. Нужно было сделать вид, что у танка подорвалась башня вместе с командиром, то есть с Вольфом. План заключался в том, чтобы башню заменить на самодельную, а подрыв делался с малым количества взрывчатки. Чтобы башню оторвало, было принято решение использовать гидравлику. Думали, безопасно будет… Во время перерыва Вольф сидел в командирской башенке, меня же там не было, так как мне там делать нечего было и мне сказали отдыхать. Так что я просто наблюдал за тем, как будут снимать подрыв, и здесь случилось непредвиденное: пока все отдыхали, неожиданно вместе с башней на воздух взлетел Вольф. Нас каким-то чудом не задело, а вот Вольфу от баллонов сильно досталось. Мы вызвали в экстренном порядке медиков, чтобы помочь ему. Пока их ожидали, мы проверили его состояние. К нашему счастью, он был жив, но его положение оставляло желать лучшего. Наконец подбежали все медики кроме одной лишь его возлюбленной, но времени на раздумье о том, где она может быть, не было. Мы, ну то есть врачи, взяли его на носилки и в срочном порядке понесли в палату. Там уже стали пытаться стабилизировать его состояние. Я попытался узнать, что с ним, но мне велели уйти, а о его состоянии обещали сообщить. Пока я шёл, то услышал, как кого-то ругали за... занятия непристойностями на рабочем месте. У меня, конечно же, появились определённые опасения, поэтому я решил разузнать об этом подробнее... и увидел Эмили! Я, конечно, делал вид, что не обращаю на происходящее внимание, но осознание того, что самые ужасные подозрения сбылись, буквально выбивало меня из колеи. Особенно ужасно было то, что я не знал, стоит ли говорить об этом Вольфу. Но в этот момент меня позвали на осмотр. После осмотра я направился к Вольфу и, подойдя к двери, уже услышал, как они с Эмили ссорились. Я не стал вмешиваться, так как понимал, что идея эта определённо была плохой. Но когда я уже отходил от двери, я услышал имя Эмили, с кем она, как я понял, проводила время. После этого я поспешил отойти от двери, и оттуда вышла Эмили, причём весьма раздражённая… Когда Вольф оправился, он пошёл отдыхать в домик. Я же отдыхал со съемочной группой, когда Джон подошёл к нам и спросил, где Вольф. После этого он направился к нему. Я сначала не обратил на это внимание, но потом увидел, как он вышел с разбитым лицом: по всей видимости, их разговор прошёл не очень гладко, раз закончился дракой. И вот с тех самых пор Вольф не подпускал к себе девушек, он не хотел повторения ужасного опыта… Теперь поведение Вольфа мне стало ясным, как никогда ранее. Но у меня был единственный вопрос: неужели Вольф готов рискнуть во второй раз? Я понимала, что мой ответ близок, только осталось ещё одно дело. — Спасибо, Эрих, что рассказал… — сказала я Эриху. Он же кивнул головой и за секунду надел весёлую маску, чтобы Славя не задавала никаких лишних вопросов ему и мне. И, пока Эрих уходил, я заметила, что отец спешил ко мне: видимо, хотел что-то сказать. Мне и самой нужно было с ним поговорить на свою тему, поэтому я пошла к нему навстречу. Как только мы достаточно сблизились, отец начал разговор: — Привет, Алис, помощь твоя мне потребуется. Это для съемок: тебе придётся пришить некоторые аксессуары на наши формы, чтобы они были похожи на немецкие. Тебе на помощь для подшивания ещё придут двое девчонок: это — Лена и Наташа из другого отряда. Подшивать вы будете у кибернетиков, так как других подходящих помещений нету. Так что придётся там... для примера вам выдадут форму Вольфа. Он, вроде, уже в клубе кибернетиков, как и девчонки. Так что поспеши, а мне нужно в библиотеку. Ладно, удачи! — сказал отец, после чего поспешил удалиться. Я же осталась стоять в ступоре и не понимала, что только что произошло; а произошло волшебство под названием «Хочешь рассмешить бога? Расскажу ему о своих планах!». Так и здесь… догонять отца уже не было смысла, так что приняв факт того, что меня кинула жизнь, я направилась к клубу кибернетиков. Подойдя к клубу, я увидела что Лена и Наташа дожидаются меня. — Привет, Лен. Привет, Наташа. — поздоровалась я с девчонками. — Привет, Алис. — поздоровались они в ответ. — Ну если вы готовы, тогда заходим. — сказала я им и уже хотела зайти, как они меня остановили: — Подожди ты, расскажи хоть, что делать нужно, нам просто не говорили. — сказала Наташа. Я же, потупив пару секунд, начала рассказывать: — Нам нужно пришить некоторые аксессуары на военную форму, чтобы та походила на немецкую времён Второй Мировой Войны. Для примера нам выдали одну такую форму, она сейчас находится в этом клубе. — Понятно. — протянула девушка из другого отряда. Мы постучались и, получив положительный ответ, вошли в здание клуба. Нашим глазам представилась типичная картина: множество инструментов были разбросаны на полу. А над столом, что-то обсуждая и чертя, расположились парни. Точнее — Вольф, Эрих и Шурик. Первые двое были в своей форме, что удивило новую девочку. Оказалось, что немцы нас не заметили, а пригласил внутрь нас Электроник, который вышел из второй комнаты. — Так, девочки. — начал кудрявый. — Мы вам освободили вторую комнату, там можете и приступить к работе. Вольф! — обратился Электроник к немцу. — Подай, пожалуйста, свой китель! — немец разогнулся и, расстегнув пуговицы, отдал китель. — Если увижу, что что-то испорчено или пропало — голову оторву! — сквозь зубы сказал Вольф, протягивая китель Электронику. Сам он не выходил из первой комнаты. — Да ладно, не кипятись! У девочек вроде руки из плеч растут. — отшутился Электроник, после чего получил подзатыльник от меня. — А ты чего тут раскомандовался, а, фриц? — цокнув языком, спросила новая девушка. — Больно нужна мне твоя тряпка! — резким движением отобрав китель, сказала Наташа. — Пасть закрой и пиздуй выполнять приказ! — послышался уже злобный голос Вольфа. Я быстро подошла к Наташе и, наклонившись, прошептала: — Девах, ты его не зли. — дополнительно ткнув локтем, сказала я. — Командир хренов… — процедила девушка. — Как обычно, понаберут жирных свиней, а потом они ещё и командуют. — вполголоса добавила она. Слава богу, что Вольф этого не услышал. Мы сели за стол, где уже были нужные нашивки, нити и иголки. Аккуратно разложив китель Вольфа, мы начали осматривать его форму, делая некоторые зарисовки нашивок и их мест. — Ага. Тут не очень много работы. — сделала итог я. — Орлы пришить на правые рукава, подшить пуговицы к воротнику. — М-да. и ради этого вызвали трёх человек? — сказала всё ещё недовольная Наташа. — Слушай, лавочку прикрой и начинай выполнять, а то меня уже тошнит от тебя. — процедила я, осматривая форму Вольфа. Та, недовольно цокнув, всё-таки начала выполнять поставленную задачу. При осмотре формы я обнаружила некоторые потёртости. Где-то и вовсе были дыры. Протянув нить в иглу, я приступила к ремонту кителя Вольфа. Работа продвигалась вполне быстро. Иногда мы перерывались на небольшие паузы, разговаривая на некоторые темы. Пока они разговаривали, я решила послушать что там парни обсуждают и, встав у прохода, я начала слушать их разговор. Разговор их был о чём-то непривычном: обычно они возились с робототехникой или радиостанциями, а здесь мне сразу стало ясно, что они разговаривали о чертежах общего и внутреннего значения или что-то вроде того. И было ясно, что это были далеко не их собственные чертежи, так как при них и разговоры были бы другие. — Слушай, Шурик, а куда ты дел девятый чертёж? — неожиданно спросил Вольф. — Ходовка что ли? — поинтересовался Шурик. — Да, ходовка. Нужно разобраться с РПЗ-2, внутренним валуном и верхним катком трансмиссии. — вдруг ответил Вольф, и эти слова показались мне чем-то знакомым по значению… Вроде, отец о чём-то подобном рассказывал, только о чём… — Посмотри у девочек в комнате. Там шкаф стоит, думаю, ты видел. Загляни в него, если там его не будет, то позвони нашему «товарищу», пускай принесёт. — после этого ответа я услышала шаги Вольфа, идущего в нашу сторону и быстро отошла от проёма, чтобы он ничего не заподозрил. Войдя в нашу комнату, он вежливо улыбнулся и поприветствовал нас: — Привет, девчонки, ну как работа протекает? — поинтересовался у нашей компании Вольф. Я же немного застеснялась ответить, так как понимала, что это — не самый подходящий момент. — Всё идёт хорошо, скоро уже закончим, вот сделали небольшой перерыв. — ответила Лена, которой я была благодарна. — Это хорошо! Тогда вы продолжайте, не буду вас отвлекать, а я пока что кое-что поищу… — сказал он, протянув последнее слово, после чего он залез в шкаф и начал его обыскивать. Но следствие показало, что в нём даже одежды не было, не говоря уже о чертежах. Имея данную информацию, он направился к телефону находящемуся в углу комнаты и, набрав номер, он стал ждать, слушая гудки. — Алло, слушаем. — вдруг ответил незнакомец на телефонной линии. — Алло, это Вольф, соедините меня с Андреем. — после чего телефон замолк не некоторое время. — Слушаю вас, Вольф! — вдруг снова заговорил телефон. — Сержант, пришли девятый и десятый чертежи, жду в клубе. — сказал Вольф. — Слушаюсь! — послышался ответ из того конца провода, после чего Вольф сбросил звонок и стал дожидаться сержанта. Ждать пришлось недолго: вскоре через заднюю дверь вошёл солдат в советской форме и отдал какие-то чертежи Вольфу. Он же разложил их на столе и начал внимательно их рассматривать. Я успела увидеть небольшую надпись: Pz. … . Au… E. Getriebe / Fahrgestell. Я не могла понять, как мне это перевести, и что это вообще. Внимательно рассмотрев чертежи, Вольф поблагодарил солдата и вернулся к парням в их комнату, покинув нашу обитель. — М-да… Не ожидала, что немцы могут быть такими красивыми. — вдруг сказала Наташа. — Не могу с тобой не согласиться. — вдруг сказала Лена. — Никогда бы не подумала, что немцы могут оказаться столь красивы. — поддержала мысль Наташи Лена, из-за чего у меня появилось острое желание врезать им. Но я не стала этого делать, ведь понимала, что в этом случае ко мне появится куча вопросов… Так, стоп, а за что я ей хотела врезать? — вдруг проскочила мысль в моей голове. Но я не стала об этом задумываться, так как осталось немного работы и хотелось бы уже её закончить. Закончив работу с формой, мы поспешили покинуть помещение, попутно предупредив парней, что уже закончили. Услышав это, Вольф пошёл забирать свой китель и стал рассматривать его на наличие повреждений, после чего одел. «М-да, Вольф, ты за китель беспокоишься больше, чем за своё здоровье и за правую руку» — вдруг подумала я про себя, и вместе с девчонками мы покинули здание. Мы пошли по своим делам. Я сначала хотела пойти к отцу за советом, но чуть позже поняла, что если и дойду, то вырублюсь на месте, так что решила взять курс к своему домику и хотя бы немного поспать. Пока я шла, то заметила, что погода значительно улучшилось по сравнению с тем что было часа два-три назад: небо не было так сильно затянуто тучами и виднелось само Солнце, потихоньку уходящее за горизонт. На самой улице было непривычно тихо: обычно постоянно была какая-то суета, разговоры, а тут — абсолютно ничего, что немного удивляло меня. Подойдя к своему домику, я открыла дверь. Входя в комнату, я увидела, что Ульянки здесь пока что не наблюдается и можно спокойно подремать в полной тишине и покое, чем я сражу же занялась. Сев на кровать, я сняла свою обувь и, как только легла, сразу провалилась в царство Морфея. ***************** Проснулась я из-за сильного шума непонятного происхождения, который не давал мне покоя. Я долго пыталась игнорировать его, но моё терпение лопнуло и я открыла глаза. Оказалось, что я нахожусь посреди поля не пойми где. Оглянувшись, я обнаружила себя рядом с танком, имеющим номер "ноль один" и флаг позади башни. Именно его двигатель меня и разбудил: он был шумный, словно у движущегося паровоза. Пока я оглядывала танк, я заметила, что из башни выглядывает человек, внешне похожий на командира танка. И его лицо казалось мне очень знакомым, даже чересчур знакомым, но что-то не давало разглядеть его. Какая-то пелена не давала мне это сделать, и пока я пыталась разглядеть командира, танк пришёл в действие и произвёл выстрел, затем второй. Посмотрев, куда он стреляет, я поняла, что огонь он вёл по конвою танков, которые развернули башни и приняли навязанный серым танком бой. Я кричала и пыталась остановить этот кошмар, но всё было безуспешно. Пока я оглядывалась в поисках ответа, как бы всё это остановить, то заметила, что командир танка смотрит прямо на меня. Из-за этого поначалу я вздрогнула от неожиданности, но потом поняла, что смотрит он будто сквозь меня, словно я здесь и не стою. Обернувшись назад, я заметила другую, более грозную технику, нежели ту, которую подбивал серый танк. Пока я в ступоре смотрела на другой танк, командир прокричал команды, после чего его танк развернулся, чтобы принять бой с более опасной машиной. Поначалу казалось, что он будет идти долго, пока соперник не произвёл точный и мощный выстрел, из-за которого серый танк взорвался и его траки вместе с гусеницами и бортовыми щитками разлетелись в разные стороны, а башня взлетела в воздух вместе с его командиром. Но вскоре командир продолжил полёт вне башни, и происходящее вокруг прекратилось во мгновение прежде чем он разобьётся об землю. Продолжилось это недолго: вдруг вокруг меня начали появляться другие, более знакомые места, и оказалась, я была как будто на съемочной площадке. И не только я: также та были Вольф, Эрих, отец, Электроник, Шурик, Семён и ещё какие-то люди. Они дружно сидели и что обсуждали, но я не могла понять, что именно они обсуждают. Через секунду всё резко изменилось: я увидела Вольфа, сидящего в башне вроде точно такого же танка. Он просто сидел и закуривал сигарету, но это спокойствие продолжалось лишь до тех пор, пока в его сторону не начал бежать Эрих с криками о том, чтобы Вольф не медля покинул башню. Но стоило Вольфу лишь повернуться в его сторону, как башня танка взлетела на воздух. И как только это произошло, у меня начало двоиться в глазах... я видела картины и прошлого подрыва, и этого, и они были ужасно похожи; но всё это оборвалось так же, как и в прошлом сне — резко и неожиданно. ***************** Проснулась я так же неожиданно, как и закончился мой странный сон. Но остаточный эффект не прошёл, и я на всякий случай оглянулась по сторонам, чтобы точно убедиться, что нахожусь у себя в комнате. Посидев так ещё пару минут, я решила обуться и выйти на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Выйдя из домика, я зразу обратила внимание на чуть прохладный воздух и на закат, который сообщал, что уже наступил вечер. То, что снилось, не поддавалось моей логике: (Соавтор: о боги! Даже женская логика сломалась!) причём тут были немецкий командир и Вольф? Как они могут быть связаны друг с другом? Может ли быть такое, что приснившееся окажется правдой? Столько вопросов, и ни одного ответа! Среди этих потоков мыслей я вспомнила, что мне нужно встретиться с отцом, пока совсем не стемнело, поэтому я отправилась на поиски, отложив все свои мысли в долгий ящик. Искать мне его пришлось недолго: он как и в прошлый раз сидел на скамейке на площади. Увидев его, я взяла курс в его сторону и подойдя к нему, начала разговор: — Привет, пап. — поприветствовала я его, а он в свою очередь повернул голову в мою сторону и тепло улыбнулся. — Привет, Алис, присаживайся. — тепло ответил мне отец, и я села рядом с ним. — Ну, рассказывай. Мы немного поговорили о жизни лагеря, но вскоре отец спросил меня: — Чего-то ты кислая. Что-то случилось? — Пап, я… Я влюбилась… — выдавила я из себя эти слова. Отец сначала удивился им, а через секунду удивление сменилось на радость за меня. — И в кого же ты влюбилась? — спросил меня отец с ещё более тёплой улыбкой, чем прежде. — В Вольфа, пап. — сказала я. — В хорошего человека ты влюбилась, доченька моя, он тебе признался? — спросил меня отец. — Да, признался... И ты правда думаешь, что он хороший? — спросила я его. — Конечно! Ты сама рассказывала, какие подвиги он тут вытворял, а по ним можно с уверенностью сказать, что человек он добрый, справедливый и может постоять как за себя, так и за тебя. Но Алис, знай: жизнь его нелегка была и наполнена трудностями, не стоит быть резкой с ним. — вдруг сказал отец, что породило у меня вопрос: — Ты сейчас про Эмили говоришь? — спросила я у отца. — А? Да… Да, про Эмили… — заторможено ответил отец, будто он не это имел в виду, но я не стала опрашивать его об этом, так как понимала, что это — личное для Вольфа. — Ты беги лучше, поздно ведь совсем, не заставляй свою любовь ждать. — сказал отец, и я, последовав его совету, ринулась на поиски. Сначала я решила проверить его домик: вдруг он там находится? Но, приблизившись к его домику и постучавшись в дверь, я поняла, что дома ни Эриха, ни Вольфа нету. Тогда я побежала в клуб кибернетики: вдруг они там вместе с парнями весело что-то обсуждают? Но, подходя к клубу, заметила, что свет там не горит. Я сделала логический вывод, что его там нету, как и парней, и тогда я почему-то решила, что он может быть на сцене и мигом побежала туда. Пока я бежала, потихоньку начинался дождик. Добежав до сцены, я поняла, что и тут его тоже нету. Отдышка давала о себе знать, и я присела на сцену, чтобы передохнуть от небольшой пробежки. Пока отдыхала, я вспомнила, что именно в этом месте в ту же погоду Вольф накрыл меня своим кителем и провёл до самого моего домика. И в этот момент я вспомнила, как я показывала Вольфу своё любимое место во время похода, и мигом побежала туда. Бежать приходилось сквозь слякоть и дождь, который мешал мне, попадая прямо в глаза. Пробежав так десять минут, я начала останавливаться, так как понимала, что уже почти на месте и решила идти неспеша, чтобы восстановить дыхание. Подходя к берегу, я заметила мужской силуэт. Было нетрудно догадаться, чей он был. На песчаном берегу сидел Вольф. Дождь начинал усиливаться, но это явно не было никакой преградой для него. — Вольф! — Воскликнула я. Немец тут же повернулся на мой крик. — Алиса? — спокойно спросил он. — Ты чего тут забыла? — Я забыла? Да я тебя искала! — топнув ногой, ответила я. — И для чего же? — удивился немец. Я не решалась начать разговор. По этой причине немец продолжил: — Это связано с утренним инцидентом? — Да. в общем. я поговорила. — я не мола нормально сплести предложения, слова путались, мешая нормально говорить. — Алис, тебе плохо? — Вольф встал с места, обеспокоенно спросив меня. — Нет. Нет, всё хорошо. — ответила я. Наконец-то, собравшись с мыслями, я начала: — Понимаешь, мне это всё сложно объяснить. Очень много событий произошло между нами в этом лагере. Мне трудно дать ответ, но… — не успела я договорить, как Вольф меня перебил. — Алис, не тяни кота за хвост! Мне нужна правда, какая бы она не была, но правда. — резко и в грубой мере сказал он. — Вольф... Я... я просто боюсь, что ты будешь меня использовать, как игрушку для секса. Денис тоже был сначала ласковым и добрым. — сказала я Вольфу. — Да какой к чёрту секс?! Я просто хочу спать с тобой в обнимку, склеившись, как те два пельменя с одной пачки, чувствовать, как ты вцепляешься в мою руку, когда видишь тот страшный сон, где падаешь куда-то, радоваться даже бурчанию в твоём животе, ведь мы только что в этой же кровати обожрались как сволочи за разговором какой-то чуши, спать вместе и чувствовать как обычное восприятие растянутое между страхом будущего и тоской по прошлому сужается. — ответил столь резко и необычно Вольф. От услышанного слёзы наполнили мои глаза. Я не смогла больше сдерживаться и, оказавшись у немца, накинулась на него. Я уткнулась носом в его грудь, не переставая рыдать. Вольф прижал меня к себе, аккуратно и нежно поглаживая меня. Маленький дождик превратился в сильнейший ливень, но нас это никак не смущало. Мы продолжали стоять, как в романах про любовь, дружбу, ненависть. — Алис, я люблю тебя. — он не успел договорить. Сильнее прижавшись к нему, я коснулась своими губами его уст. Мурашки вновь пробежали по всему телу, а щёки разгорелись, будто сильнейший пожар, как только я ощутила, что мои губы были накрыты другими. Я в полную грудь вдохнула аромат немецкого парфюма. Он был нежный, как этот поцелуй. Он отдавался нежностью и лёгким недоумением. Жаль, что всё хорошее заканчивается. Мы отстранились друг от друга, смотря друг другу в глаза. Я снова прижалась к груди немца, всё ещё пуская слезинки. — Ну всё, всё, не плач, лисёнок мой. — поглаживая по голове, сказал Вольф. — Лисёнок? — удивилась я. — Меня так ещё никто не называл. — Тебе очень идёт это прозвище. — улыбаясь, ответил немец. После чего он поспешил накрыть меня своим кителем и, взяв меня на руки, понес меня домой. Я сначала хотела возразить, что могу и сама, пока не почувствовала боль в ногах. Видимо, я за сегодня слишком много пробежала. С каждым пройдённым шагом я всё больше поражалась силе и выносливости Вольфа, но это продолжалось недолго: лишь до тех пор, когда мои глаза не начали смыкаться. Но не успели они закрыться, как мы оказались на территории лагеря «Совёнок». Когда мы подходили уже к моему дому, я хотела было слезть с рук Вольфа, чтобы он не перетруждался, но не могла: сил не хватало… Когда мы вошли в домик, я заметила, что мы не одни: в нём оказались отец и Ульянка. — О, посмотрите-ка! Жених и невеста пожаловали! — вдруг сказала Ульянка. — Тише ты! Не видишь, засыпает она. — сделал замечание отец, после чего Ульянка вмиг притихла. Вольф же, приблизившись к кровати, положил меня на её и, сняв с меня китель, окутал меня одеялом. И в этот момент мои веки совсем перестали меня слушаться из-за чего я сомкнула глаза и заснула. Повествование снова переходит к Вольфу. Как только я окутал Алису одеялом, она мигом заснула из-за большой усталости. Убедившись, что она спит крепко, я надел свой китель и, как только я уже собирался уходить, меня окликнул Константин Александрович. — Давай выйдем поболтать. — сказал Константин, на что я кивнул головой, и мы оба вышли под дождь на холодный мокрый воздух. — Прикурить не найдётся? — спросил Константин. Я протянул ему пачку сигарет, из которой позже сам взял одну штучку. — Куришь? — удивился отец. — Бросил. почти. — я поджёг сигарету Константина, а потом уже и свою. — Просто знай: если с моей дочкой что-то приключится из-за тебя, то тебе придётся нести за это ответственность. Вольф, ты это понимаешь? — спросил меня Константин. — Я отлично это понимаю, Константин Александрович. Буду за неё отвечать как за себя. — ответил я Константину, на что тот улыбнулся и, сделав затяжку, продолжил: — Ты будь поаккуратней с ней, Вольф. У неё детство было не как у остальных. Попроще твоего, но всё же: она рано потеряла мать, а я за ней не могу так часто приглядывать, как остальные родители. Сам понимаешь: служба… И хотелось бы мне, чтобы за ней приглядывал такой же человек, как я, как ты. — сделал на этом акцент Константин, после чего, сделав пару затяжек, он продолжил: — Ты же понимаешь, что она не принцесса. Но она очень нежная и ранимая девушка. Хоть и пытается скрыть это. — А мне и не нужна «принцесса». — сделав ещё одну затяжку, ответил я. — Мне нужна любящая девушка, с которой я смогу прожить всю свою никчёмную жизнь. Константин усмехнулся. — Если нужно будет, то я сам сделаю из неё принцессу. Даже королеву. — сказал я, смотря в небо. Сигарета была докурена, из-за чего жар табака спустился к пальцам и я отбросил окурок на землю. Благо она была сырая. — Спокойной ночи, Константин Александрович! — пожелал я Константину. — Спокойной ночи, Вольф! — ответил он мне взаимностью, после чего мы разошлись по домам. Войдя в свой дом, я обнаружил, что Эрих уже спит на своей кровати. Сняв с себя обувь и переодевшись, я лёг на свою кровать, слушая раскаты грома за окном и дребезжание дождя, и под эту симфонию меня затянуло в царство снов.