Девушка-тайфун

Дорогие мои читатели, соскучились по мне? Порой именно разлука с людьми показывает наше истинное отношение к ним, чувства и желания. Так и мы с вами, увидевшись на очередном приёме, стали свидетелями того, как что-то остаётся неизменным, а что-то приятно или нет может удивить. Так звёздная пара Дафны и Саймона Бассет всё также ослепительно, но вот затмит ли её новоиспеченная пара старшего брата девушки и милой учительницы? Кто бы мог подумать, что недавно прибывшая мисс Александра покорит сердце виконта за столь короткий срок. Продолжится эта история или пронесётся, как мимолётный ветер, покажет время… Говоря о ветре… Что за ветер перемен пронёсся в семье Фезерингтон? Судя по всему на этом мероприятии баронесса решилась раскрыть всем всю свою «оранжерею цветов», явивмиру свою младшую дочь, Пенелопу, которую до сего момента прятала будто аленький цветочек. Не секрет, что девушка уже в том возрасте, когда поиск подходящей партии не является чем-то постыдным, а новые учителя-мужчины подходят в эту категорию… Но вот не поздно ли она спохватилась? Быть может игра уже закончена, ьа победитель в ней Колин Бриджертон?

      Данная публикация всколыхнула общество. Все взгляды теперь были прикованы к непосредственным «героям статьи», это это было недолго. Боронесса, конечно, вышла из себя, трясла Пен, которая отрицала романтические отношения с упомянутым молодым человеком, твёрдо стоя на том, что они «всего лишь друзья». И без того эмоциональной матери она пока не решалась рассказать о своих истинных чувствах.       Дафна пару раз подшутила над братом, мол «снова ты в газетах, брат». Александра не была рада столь пристальному вниманию, но со временем привыкла.       А время шло и наступил день появления Виктора. Его появлению Рут была очень рада: она буквально светилась от счастья, что, наконец, в её маленьком коллективе появился мужчина, что взял на себя 1/3 работы, руководство и самые сложные моменты самостоятельно. Энтони и Александра искренне порадовались, увидев счастливое лицо подруги.       Дуглас появлялся редко. Детей в классе просто поставили перед фактом и постепенно всё нормализовалось. Из-за иного функционала и режима работы Виктору врем от времени было тяжело, поэтому, как следующей по главенству после него, он обращался за помощью к Рут. Та отнеслась, по привычке, с пониманием, оказывая помощь, давая отдохнуть, но даже так напряжение стало нарастать. «Отдыхать» Виктор стал больше и Альме с Рут стала эта ситуация напоминать день сурка… Это стало вскоре заметно не только им, но и окружающим. Проскакивали снова шутки, но все держались, потому что сложная работа никуда не девалась, да и к тому же он её выполняет хорошо. Спустя неделю настроение парня заметно ухудшилось и настолько, что на одном из мероприятий он даже сорвался на Рут при детях. Не договорившись заранее о распределённым обязанностях прямо в ходе мероприятия он прикрикнул на неё: «Почему ты вмешиваешься во всё?! Уйди пока.» Ситуация и эмоциональное состояние сыграло так, что на глазах Беннет проступили слёзы. Другие видели лишь то, как она поспешила уйти.       Она тогда ушла и спряталась. Поплакав, она собралась и вернулась к детям, к Альме и нему… Потом вечером Александра и Энтони, что просто находился рядом, услышали короткое высказывание о том, что они «слегка повздорили». Рвение подруги отомстить пресёк Бриджертон, который был более чем удивлён такому поведению человека, что казался до сего момента бесконфликтным плюшевым мишкой…       Да и вообще такие его «маленькие проколы», что стали проскальзывать списывались благодаря его бравой репутации педагога, в которую верили все. — Рут, Альма, после планёрки я приду и хочу поговорить с вами. — заявил пере уходом Виктор. — Как думаешь, что он хочет обсудить? — Александра. Энтони, Александра и Рут собрались в её комнате, пили чай и общались, как обычно. — Может, хочет обсудить завтрашние уроки… Ну это ладно. Вы как? — спросила она у них обоих, как пары. — Меня поздравляют ахах. — нежно засмеялась девушка в его объятиях. — Сестра ещё подшучивает, а так всё спокойно.       Так они миловались во время общения друг с другом. Глядя на них, Рут искренне радовалась за подругу. О том, что Энтони — виконт, которому нужна жена, знал каждый, поэтому сомнения на счёт долгосрочности его серьёзных намерений не исключала и она. Но даже так, она была искреннее рада за лучшую подругу. Наконец-то ей попался хороший человек, ведь до этого так не было.       Энтони казался счастливым и расслабленным рядом с ней. В этой маленькой и милой девушке он нашёл ту грань между детской наивностью и загадочностью взрослой леди. Александра могла обидеться, заставить поволноваться, но между тем всегда оставалась приятной, отзывчивой и позитивной.       Да, ему хорошо с ней, всё ведёт к чему-то большему, но сомнения у Бриджертона старшего есть, поэтому иногда она говорит или делает нечто, что задевает её.       Спустя время пришёл Виктор. После того, как он рассказал то, что было на планёрке, он незамедлительно перешёл к разговору, который упоминал. Принимая и уважая коллегу, Рут и Альма в своей комнате любезно налили чай и приготовились внимательно слушать его. — Я хотел поговорить о том, какие у меня есть претензии к каждой из вас, чтобы мы обсудили и разрешили это. — начал он. — Тааак… — послышалось напряжение в голосе Рут. — Да. — продолжал он спокойно. — Мы все во внимании. — менее напряжённо Альма. — Вот ты, Альма, ты слишком мягкая. Многое детям позволяешь, вот они и не слушаются. Ладно уж, до конца года я попытаюсь как-то с этим справиться, но знай, что это сложно. — П-поняла… Для Рут это не было открытием. До появления Виктора «плохим полицейским» в их классе была она. — А ты, Рут… — переключился. — Ммм? — кивнула. — У меня вообще сложилось впечатление, что ты не самостоятельная. — отвращённо нахмурился. — Что прости? — в злом недоумении. — Без меня ты, похоже, совсем беспомощная. — высокомерно. От услышанного не только у неё, но и у Альмы глаза выкатились на 5 рублей, а он продолжил невозмутимо и самодовольно: — С тех пор как я пришёл, ты, вы обо всём спрашиваете МЕНЯ, вместо того, чтобы самим… — Так, а вот сейчас остановись. — поставила она громко свою чашку на тумбу. — Я спрашиваю у тебя что-то не для того, чтобы спросить позволения, а чтобы посоветоваться. А то, что ты это воспринимаешь как беспомощность — это твоя проблема. — Вот я так же! — Альма. — Я просто спрашиваю, если чего-то не знаю. — Но в любом случае, с моим приходом вы многое на меня повесили. Немножечко больше самостоятельности, девушки. — Знаешь что? — уже злая встала Рут. — Делай что хочешь. Более я не стану о чём-либо вообще тебя спрашивать, решать буду сама, как и делала до твоего появления. Я в свои 20 с хвостиком и «беспомощная»?! Хах! Пришёл и уже сделала свои выводы? Да иди ты. — высказала и ушла быстрым шагом.       Рут так громко и быстро спускалась со 2 этажа, что, казалось, стены трясутся. — Ну что там? — Энтони. — Да пошёл он! — только и выкрикнула девушка. — Стой, стой, погоди. — остановила её за плечи Александра. — Пойдём ко мне, расскажешь.       Далее троица друзей пошла в комнату к Саше. На эмоциях, как есть, Рут рассказала как на духу о ссоре. Друзья сокрушились… Снова ей «повезло». Дом Фезерингтон — Прошло уже 3 дня… Я так и знала, что ничего хорошего от Бриджертонов не жди… Теперь наша семья опозорена. — ворчала баронесса. — Если бы я только знала… — Маман, никто не знал, что так выйдет. — Пенелопа. — Продолжишь его защищать?! — Н-нет… — еле слышно и обижено. — Прошло уже 3 дня, посмотри на наше положение! Ни визита, ни цветов с извинениями… Подобное поведение подтверждает распустившиеся и без того слухи, ах… — Может, нам провести приём или сделать, может, официальное заявление…? — предположила старшая сестра. — Вот ещё! — мать. — Это остаётся на совести Колина. Хороший он «друг», как я посмотрю… — Ох… — вздохнула Пен. — Или… Быть того не может! — Что? О чём Вы, матушка? — младшая. — Не говори мне, что то, что написала эта сплетница правда. — схватила она Пен за плечи. — Вы проживаете любовь и оттого он и не предпринимает ничего, чтобы это опровергнуть. Быть может, он уже готовиться прийти на наш порог и просить… — Всё не так. — отрезала Пен сурово с опущенной головой. — Ах, ох. — выдохнула женщина, отпустив дочь и приложив руги к груди. — Мы с Колином просто друзья и иного не предполагается. — вспомнив его же слова и заключив, ушла та, сдерживая слёзы к себе. Видя, как дочь не в духе, обсуждая данную тему, до сего не подающая виду, баронесса смекнула в чём дело. На самом деле мать давно догадывалась обо всём, просто закрывала на это глаза. Случившейся одновременно разочаровало и принесло ей облегчение. Теперь перед ней встала трудная, но обязательная задача. В это время в доме Бриджертонов — Я был вынужден взять выходной, в связи с тем беспорядком, что учинился после праздника. — сев на кресло, начал семейный совет Энтони. — Мы в любом случае очень рады, что ты дома, брат. — Бенедикт. — Так и что? Что мы, а точнее ТЫ планируешь теперь делать? — обратилась к Колину мать семейства. — Брат, я до сих пор не могу поверить что ты и моя лучшая подруга… — Элоиза. — Всё не так! — в свою защиту начал он. — Я пригласил на тот вальс Пен как подругу, но все и даже эта… Подумали не так.  — Я и подумать не мог, что ты поступишь столь незрело… — Энтони. — И что с того? — Дафна. — Что случилось, то случилось. Сейчас нужно думать о том, что дальше. — Так, погоди, а ты отправил цветы с извинениями или, быть может, говорил с Пенелопой, когда приходил с личными извинениями…? — старший. — Что она… — Я не сделал. — Что? — тот. — Ты серьёзно? Между вами ничего нет, прошло 3 дня, а ты и пальцем не пошевелил?! — встал с места, жестикулируя. — Колин! — Бенедикт. — Не лучше ли игнорировать слухи, тогда они и… — Проблему не решить, игнорируя. — Дафна. — В любом случае это не делает тебе чести, Колин. — Энтони. — Своим бездействием ты вредишь и Фезерингтонам. — Тогда что я должен делать? — Учитывая, что прошло столько времени, тебе необходимо прийти к Фезерингтонам с официальными извинениями. — Сомневаюсь, что Пенелопа заговорит со мной… — К слову, мы тоже не общались с того дня. — Элоиза. — Что? Вы поссорились в тот день? Я как раз видела… — начала Дафна. — Я написал ей письмо, где спросил о том, как она. Она не ответила мне. Это впервые, когда она… — перебил, а потом вдруг. — Что ты видела, сестра? — Пенелопа… Она… Уходила в слезах… — растерянно. — Что? Но почему? — забеспокоился всерьёз парень. — Нам откуда знать, деятель?! — возмутился Энтони. — Я-я… Я пойду к ним завтра. — решительно. — Хорошо. Я на работу завтра. Четверть близится к концу, много дел. Если что, напишите мне. — Энтони. Вечер того же дня. Воскресная школа       Сам по себе сегодняшний день выдался весьма загруженным: к вечернему концерту каждый класс готовил сценку на тему семьи. В классе Александры были чётко распределены обязанности и проведена подготовка в течение всего дня, когда в классе Энтони и Рут царило напряжение из-за отсутствия мужского плеча (один на выходном, второй на больничном).       Энтони, который мог прийти завтра, решил прийти и поболеть за своих на концерт, также как и Виктор. 10 минут до начала выступлений и вот на лице Рут выраженное негодование и беспокойство. Стоящий практические плечо к плечу с Виктором, Энтони смог услышать в чём дело: Альма без ведома Рут, по своей собственной воле поменяла главную героиню сценки.       Рут и Виктор не были в восторге от данного действия и приготовились к полному провалу. Энтони потом рассказал и Александре, почему её подруга в таком напряжении. Они были оба возмущены. Когда пришла очередь класса Рут, их опасения подтвердились. Это был полный провал. Усиливало злость и обиду девушки именно то, что эту сценку разработала подготовила и отрепетировала Рут в одиночку.       Вот это и было последней каплей девушки. Пока Виктор отдавал родителям в руки учеников, в своей комнате Рут разнесла Альму. Выпив успокоительное, что когда-то помогло Энтони, девушка накинула на себя плащ и вылетела прочь, вниз. момо всех на улицу в ливень.       Боль, усталость, злость и обида смешались. Беннет как вечный двигатель мчалась в неизвестность прочь от всех и всего. Ей хотелось кричать, рыдать и бить, столько в ней было энергии от негативных эмоций. Вместо выплеска всего, она просто шла. Шла так быстро, что казалось, она убегает от кого-то в этой тьме.       Да, она хотела убежать, чтобы никому не навредить, не сорваться, но… Дверь позади хлопнула спустя минуту, как она вышла и вот она уже слышит за собой решительные шаги. Она предположила, а потом неосознанно понадеялась, что это он. На секунду обернувшись, она поняла. Это он. Энтони идёт за ней. — Не иди за мной. Не надо. — будто уже старую пластинку поставила она. — Нет. — спокойно он. — Куда ты? — Я не знаю! — не останавливаюсь, в пол-оборота повернув голову, отрезала. — Тогда я тем более не уйду, не оставлю тебя.       Так Бриджертон дошёл с ней до заброшенной хижины, в которой стоял разве что стол со стулом. До этого она не упускала возможности прогнать его слова и толчками, пока он, наоборот, не давал ей наступать в глубокие лужи, уговаривая зайти куда-нибудь внутрь.       Даже внутри этого маленького домика девушка не могла найти себе покоя: она ходила туда-сюда, думала уйти, то садилась, то вновь вставала. Энтони уже всё понимал, поэтому сохраняя спокойствие, сказал: — Просто выскажи, всё, что хочешь. Я выслушаю тебя. — Зачем тебе это? Это моя проблема. -пыталась поругаться она. — Я хочу тебе помочь. — Почему?! Зачем? Уходи… — говорила она не то, чего на самом деле хотела. — Нет. — сказал, схватил и обнял, крепко прижав к себе. В этот момент она ослабила свою защиту и еле слышно начала: — Почему я? — Мм? — Почему я?! — оттолкнула его, — За что мне всё это?! Сначала Дуглас, потом Виктор, а теперь Альма… Чем я всё это заслужила?! — Это не твоя вина. — попытался обнять. — Я устала. Я не могу больше! Я столько работаю… А что в ответ? Что ЭТО?! — стала она уже жадно вытирать свои слёзы. — Ты не обязана быть такой сильной. — заключил он её в свои объятия. — Ты ведь такая хрупкая… — поглаживал он её по голове. — Ты имеешь полное право злиться, но я прошу тебя не винить себя. Не изводи, не нужно. — Я больше не возьмусь за выступления. Я так и сказала Альме, когда отчитывала её сейчас. — Ну и правильно.       Какое-то время Бриджертон ещё не упускал её из своих горячих объятий, то и дело поглаживая по голове, успокаивая и ожидая, пока та перестанет плакать. Когда Беннет успокоилась, наконец, она мягко отстранилась. Энтони взял её лицо в свои руки, вытер слёзы большими пальцами и улыбнулся.       Наконец, кризис преодолён. Они оба сидели рядом за единственном столом, в темноте, освещаемой лунным светом, разговаривали о том о сём, то прикладываясь, то вставая. — Спасибо… — вдруг произнесла она. — Мм? За что? — За всё, что ты сегодня сделал… — Не за что. — Я серьёзно. Если вдруг чего, вспомни, что у тебя есть я. Скажи, и я окажусь рядом. — Хах, я понял. Вскоре они пошли обратно. Дождя уже не было. Зная примерный ответ, Рут задала вопрос, на который так хотела именно услышать ответ: — Энтони, почему ты пошёл за мной? — Когда я увидел, как ты выбегаешь из школы, в такой дождь, в таком состоянии… Я сразу понял, что тебя нельзя оставлять одну. Вдруг, что случится… Следующий день. Дом Фезерингтон       Колина Бриджертона семья Фезерингтон встретила не самым тёплым образом. Парень пришёл с пустыми руками, но виноватым видом. Чай, что был налит на всех, стыл в неловкой напряжённой тишине между семейством и ним. Колин не осмеливался поднять взгляда и начать, учитывая, что того тёплого, родного взора от Пен не наблюдалось.       Бросив очередной взгляд на неё, он подметил, что она не просто грустна, а разочарована. Она не смотрит на него, смотрит в пол, в сторону, будто чем-то перед ним виновата. Мать девушки была настроена враждебно. Она будто готовилась наброситься на него, вымолви он хоть слово.       Секунда и вот он поймал своими, полными надежды, глазами взгляд Пен. Она тихонько вздохнула, будто дала команду. — Я прошу прощения перед всеми вами за то, что из-за моих необдуманных действий вы столкнулись с подобным… — Позором. — продолжила за него женщина. — Да, именно. Из-за того, что Вы затянули с сие действием, в наши умы закрались сомнения о сущности вашего намерения, но теперь, я рада, что мы всё уладили. — Прошу прощения и за это. Но, знайте, я бы никогда не пожелал вашей семье и Пен в частности ничего дурного! — Да да… Как мы и Вы поняли, даже действия с добрыми намерениями могут привести дурные последствия. — она же. — Если я могу как-то загладить свою вину, быть может… — Не нужно. вы принесли извинения, этого достаточно. Пусть всё остаётся как есть. Недоумевающие Пен и Колин резко посмотрели друг на друга вопросительно, а маман семейства продолжила: — Я попрошу Вас, Колин, впредь быть осторожнее и смотреть за собой в отношении моей дочери. — Я понял. Благодарю, баронесса. После разговора Пенелопа пошла проводить Колина. Уже на улице, он обернулся к ней и начал разговор: — Всё прошло лучше, чем я представлял. — Угу. — Я думал… Что твоя матушка запретит наше общение или вовсе общение с моей семьёй… — Я тоже. — подозрительно. — Я так боялся этого. — выдохнул. — Хорошо, что всё обошлось. — Угу… — всё ещё продолжала смотреть в сторону и пребывать в своих мыслях Пен. — Пен… — окликнул он её, взяв за палец. — А? — вернулась в реальность, отдёрнув испуганно руку. — Что с тобой? — О чём ты? Он приподнял бровь. — Я не видел, как ты уходила в тот день… Что-то случилось? — Нет, ничего. — отрезала. — Правда? Тогда почему ты не ответила мне на письмо и всю дорогу сегодня даже в лицо не смотришь? Мы же друзья, ты можешь рассказать мне всё. — Да. Мы — друзья. — на выдохе, повторила она за ним. — Пен? — переспросил. — Мне не даёт покоя то, почему матушка так сказала… — Возможно, спустя время слухи уладятся и всё встанет на круги… — Возможно. Что ж, я пойду. — попрощалась и, буквально, закрыла перед его носом дверь.