Upon the Tainted Sorrow Blossoms a Lotus

Кюсаку обеспокоен. Он сидит один за своим столом в кабинете Чуи. Обычно мальчик был бы рядом с ним, учитывая, насколько цепким он может быть со старшим мужчиной, но на данный момент это невозможно. И ему это совсем не нравится. Ни капли. Предполагалось, что Чуя поможет Кюсаку с уроками английского языка, поскольку подросток не может получить надлежащее образование, как большинство детей его возраста. Чуя решил, что домашнее обучение будет правильным решением, и Кюсаку принял это, чувствуя себя, как рыба в воде. Это хорошо, учитывая, что ему не нравится взаимодействовать с таким большим количеством людей, особенно в замкнутых пространствах, таких как классная комната, в течение длительного периода времени. Кюсаку снова и снова постукивает карандашом по блокноту. Он делает заметки из своих учебников по английскому языку, но не достиг большого прогресса, потому что продолжает отрывать взгляд от своих занятий и смотреть на дверь, ожидая, когда она откроется. Прошло больше часа с тех пор, как Чуя оставил его в своём кабинете после срочного сообщения от Мори о том, чтобы Руководитель быстро прибыл в его кабинет. Кюсаку помнит краткое пустое выражение на лице Чуи и не может не чувствовать беспокойства. Чуя попросил его остаться и закончить свои рабочие листы по английскому до его возвращения. К счастью, он уже закончил их и ждёт, когда Чуя вернётся, выполнив то, о чём бы его ни попросил Мори, чтобы они могли пойти домой и приготовить на ужин фирменный кацудон Чуи. Он слышит, как щёлкает дверь, поднимает взгляд и видит Гин, входящую в кабинет. Она сменила наряд на приталенный чёрный костюм с белой классической рубашкой и чёрными туфлями на каблуках. Год назад Гин начала носить волосы распущенными или собранными в низкий хвост, оставляя свободной только правую часть чёлки. - Гин-нее, что ты здесь делаешь? - Кюсаку в замешательстве наклоняет голову. Странно видеть её в это время, так как «Чёрные Ящерицы» обычно заняты. - Чуи здесь нет, если ты его ищешь. Он понадобился Боссу для чего-то важного. Гин сокращает расстояние между ними и мягко опускает руку на плечо Кюсаку. Она говорит тихо, как будто не хочет напугать мальчика. - Я знаю. Чуя-сан и нии-сан сейчас вместе в темнице. Они скоро вернутся, но тебе нужно кое-что знать. Кюсаку, ты можешь пообещать мне, что будешь сохранять спокойствие после того, как я закончу рассказывать тебе? Кюсаку хмурится, не понимая вопроса, но, тем не менее, обещает. - Я думаю, что могу, Гин-нее. Что происходит? Почему Чуя и Рю-нии в подземелье? Они допрашивают кого-то важного? Гин опускается на одно колено, её рука оставляет плечо мальчика, чтобы вместо этого взять и держать его за руку. Тёмно-серые глаза мягко встречаются с непарными. - Пару часов назад мы с Хигучи смогли задержать Дазая-сана, и сейчас предатель закован в подземельях. Нии-сан с тех пор присматривает за этим человеком, и Чуя-сан, вероятно, тоже там. Мальчик чувствует, как его грудь сжимается, когда имя этого предателя покидает рот Гин. Его разум на мгновение пустеет при упоминании самого предателя, находящегося в плену в подземной темнице мафии. «Дазай-сан вернулся», - три слова, повторяющиеся в голове Кюсаку. Этот человек здесь. Человек, который причинил боль его Чу-нии, здесь. И Чуя сейчас с ним. Сжимая в руках свою куклу, Кюсаку пытается держать своё дыхание под контролем, потому что он обещал Гин, что будет сохранять спокойствие. Однако оставаться спокойным трудно, потому что... Потому что Чуя с Дазаем, который чуть не привёл его туда, куда Кюсаку не смог бы за ним последовать. Он выходит из ступора, когда чувствует, как Гин сжимает его руку. До этого момента он не осознавал, что дрожит. Кюсаку делает глубокий вдох, чтобы успокоиться, и улыбается, чтобы успокоить Гин, когда она начинает выглядеть обеспокоенной. - Вы с Хигучи-сан избили его? Гин улыбается, выражение её лица расслабляется, когда она видит, что Кюсаку становится менее напряжённым. Его несовпадающие глаза теперь яснее. - Невредим, но мы не проявили осторожности, перетаскивая его бессознательное тело в подземелье, - в её глазах мелькает веселье. - Хигучи не чувствовала себя достаточно любезной или милостивой, чтобы сделать поездку сюда комфортной для этого предателя. Есть вероятность, что он получил сотрясения мозга. Кюсаку закашливается от смеха, стеснение в его груди немного рассеивается. Он очень хорошо знает, как Хигучи относится к Дазаю, если многочисленные уничтоженные мешки с песком в одной из тренировочных комнат мафии являются какими-либо показателями. Дазаю повезло выйти из этой встречи невредимым. Впрочем, Кюсаку всё ещё беспокоится. Чуя и Рюноске ещё не вернулись. - Что теперь будет, Гин-нее? - Я не знаю, но Чуя-сан и нии-сан расскажут нам сегодня вечером. Дазай-сан не рискнул бы попасть в плен к мафии без какого-либо скрытого мотива, не после того, как был вне нашего поля зрения последние четыре года. Два года нахождения вне сети и ещё два дополнительных года пребывания в стороне от территории мафии после того, как объявился вновь. Для предателя калибра Дазая не имело бы смысла так беспечно приближаться к штаб-квартире Портовой мафии, если бы у него не было плана. Гин задаётся вопросом, связано ли это с организацией, в которой этот человек работает сейчас. Вооружённое детективное агентство должно было бы отчаянно нуждаться в чём-то от мафии, если бы это было так. Кюсаку беспокойно кусает нижнюю губу. - Но я не хочу, чтобы Чу-нии находился рядом с Дазаем-саном. Гин вздыхает, успокаивающе сжимая руку мальчика. - Как и я. Если бы у них была возможность, то Дазай никогда бы не смог остаться и в радиусе мили от Чуи. Этот человек может исчезнуть навсегда, как исчез на эти четыре года, и никогда не возвращаться. Но они знают, что Чуя и Дазай, в конечном счёте, всё равно бы однажды встретились. Эти двое мужчин - «Двойной Чёрный». Некоторые говорят, что они - одна душа в двух разных телах. Некоторые говорят, что им суждено встречаться в каждой жизни, независимо от обстоятельств. Их судьбы всегда будут переплетаться, что бы кто ни говорил. Но что насчёт этой жизни? Кюсаку и Гин поворачивают головы на звук открывающейся двери. И Чуя, и Рюноске входят в комнату. Чуя выглядит усталым и ожесточённым, в то время как старший брат Гин выглядит так, будто хочет убить кого-то своим «Расёмоном». Чтобы понять, кого Рюноске хочет убить, сила ума не требуется. Чуя сразу же направляется к дивану и садится в углу. Он откидывает голову на подголовник, закрывая единственный глаз, чтобы отдохнуть. Рюноске садится в кресло рядом с диваном, сгорбившись и зажав лицо руками. «Расёмон» появляется из одежды своего пользователя, сворачиваясь вокруг него, как защитное одеяло. Кюсаку быстро садится рядом с Чуей, прижимая их бока друг к другу. Он знает, что физический контакт помогает Чуе заземлиться, особенно когда его эмоции начинают закручиваться нисходящей спиралью. Гин тоже садится, только на другой конец дивана - рядом с братом, и кладёт руку на его колено. Как и Чуя, Рюноске нуждается в физическом контакте, чтобы заземлиться, но только Гин, Чуе и Кюсаку (и, может быть, Хигучи) дозволено прикасаться к нему. После десяти минут молчания оба мужчины частично восстанавливают самообладание. Чуя открывает глаз и поворачивается к ним лицом. Он обхватывает Кюсаку рукой, обнимая мальчика. Рюноске поднимает голову и накрывает руку Гин своей. Он благодарно кивает своему тенеподобному чёрному зверю. «Расёмон» скалит клыки в усмешке и возвращается в одежду своего пользователя. - Я хочу убить этого человека, - с ядом выплёвывает Акутагава. Чуя тихо фыркает. - Ты и большая часть мафии чувствуете одно и то же. Тем не менее, Дазай-сан слишком ценный актив, чтобы убивать его, особенно когда он нужен для того, что Босс планирует на будущее. Никого из троих не смущает, что Чуя использует гоноративы для своего бывшего партнёра. Дазай просто ушёл, не сказав ни слова. Он оставил подарок, который чуть не убил Чую, и о нём ничего не было слышно в течение следующих четырёх лет. Доверие, которое Чуя питает к своему старому партнёру - всего лишь струйка воды, впадающая в океан. Хрупкое доверие висит на одной-единственной нити. И требуется только ещё один разрез. - Почему Дазай-сан здесь, Чу-нии? - спрашивает Кюсаку, прижимаясь к его боку. - Дазая-сана здесь больше нет, так как Босс хотел, чтобы я отпустил ублюдка туда, откуда он пришёл. Предатель пришёл сюда в поисках информации об американской организации эсперов, которую мы и Специальный отдел расследуем. Гильдия - так они себя называют. - Почему он рискнул собой ради нужной ему информации, попавшись нам? - спрашивает Гин. - Разве он не мог разобраться и выяснить всё сам? - Потому что так быстрее - получить то, что ему нужно, от нас. Дазай-сан сказал, что Гильдия назначила награду за голову его ученика, Ацуши - кажется, так его зовут, - Рюноске раздражённо щёлкает языком. - Высокомерие этого человека не имеет пределов, если он думает, что мы так легко уступим эту информацию. Наши хакеры не пропустят его. - Этот ублюдок планировал быть пойманным и надеялся, что я расскажу ему, - Чуя горько смеётся. - Он действительно верил, что я останусь такой же вспыльчивой собакой и прибегу, чтобы быть у него на побегушках. Он имел наглость выглядеть таким удивлённым, когда я не отреагировал так, как он предсказал. Он опускает голову на голову Кюсаку, наслаждаясь теплом мальчика. Кюсаку злится от его имени: - Чу-нии - нечто большее, чем это! Мы больше, чем те, кем он нас считает. - Я могу сказать, что он выглядел ошеломлённым, когда мы с Хигучи не отреагировали так, как он предсказал. Он пытался скрыть своё замешательство, но я знала в глубине души. Мы уже не те люди, которых он оставил, - говорит Гин, сжимая руку брата для поддержки. Рюноске кивает в знак согласия, сжимая руку сестры в ответ. - Дазай-сан снова научится не недооценивать мафию. Мы заставим его пожалеть, если он попытается что-то сделать. И это обещание. - Вы сможете исполнить своё желание, потому что Босс планирует заключить перемирие с Вооруженным детективным агентством. Вот зачем я был нужен Боссу. Передать Дазаю-сану приглашение для их Президента на встречу с лидерами Портовой мафии и Специального отдела по делам одарённых на нейтральной территории, - вздыхает Чуя. - Этот ублюдок, пойманный на нашей территории, дал Боссу достаточно переговорных позиций, чтобы обменять согласие Президента агентства на встречу на жизнь его сотрудника. Эти детективы понятия не имеют, что мафия какое-то время планировала это перемирие. (У Мори голова кружится от предвкушения. Элис однажды сказала, что у него есть планы досадить и Фукудзаве, и Танеде в ближайшем будущем.) Гин задумчиво сужает глаза. - Будем ли мы использовать ту же процедуру, что и на прошлых встречах? Чуя кивает. - Да, но нам придётся приспособиться, если агентство решит привлечь для наблюдения одного из них. Нейтральная территория или нет, я не допущу, чтобы кто-то морочил нам голову. Рюноске фыркает. - Хигучи никому не позволит пройти без пули, застрявшей в голове. Его заместитель скорее отрежет себе конечности, чем позволит нарушителям взять над собой верх. Кюсаку хихикает, представляя, как Хигучи стреляет в идиотов, пытающихся «прервать» такую важную встречу. Эти бедные идиоты не предвидят этого. Подняв голову, Чуя окидывает всех троих серьёзным взглядом. - Возвращаясь к теме, Дазай-сан нужен Боссу из-за его мозгов, потому что велика вероятность того, что Йокогама станет зоной боевых действий. Гильдия уже в движении, раз они нацелились на эспера другой организации. На вопрос о том, почему новый протеже Дазая-сан является одной из главных целей Гильдии, ещё предстоит ответить. - Должно быть, это важно, если они готовы заплатить награду в семь миллиардов иен за одного человека, - вставляет Рюноске, задумчиво потирая подбородок. - Амбициозные и настойчивые, если их действия за последние несколько месяцев говорят о чём-то, - добавляет Гин. - Лучше бы им не разрушать мой любимый магазин десертов, - бормочет Кюсаку, прижимая свою куклу к груди. Чуя усмехается, перебирая чёрно-белые волосы мальчика. - Достаточно деловых разговоров. Давайте все пойдём домой и поедим кацудон. Завтра нас ждёт много работы. Он встаёт и протягивает руку Кюсаку, который охотно хватается за неё. Брат и сестра Акутагава выходят вслед за ними из кабинета. Пока группа из четырёх человек ждёт лифт, чтобы спуститься в подземный гараж, пользователь «Расёмона» тихо спрашивает Чую: - Какие у вас планы на Дазая-сан? Чуя хмыкает себе под нос. Он прослеживает свою повязку на глазу; фантомная пульсация под прочным материалом остаётся болезненным напоминанием для него. - Он разорвал наши отношения без единого слова и ни разу за четыре года не попытался связаться со мной. Так что я дам ему то, что он хочет, - они группой входят в лифт. Кюсаку обнимает Чую за талию. Рюноске и Гин держатся позади, но остаются достаточно близко, чтобы Чуя чувствовал их поддерживающее присутствие. - То, что у нас есть - вещи, оставшиеся в прошлом. Если нам снова придётся работать как напарникам, то это то, что мы и будем делать. После завершения миссии, мы идём разными путями. Чуя закончил погоню, потому что устал. Даже если Дазай чего-то хочет от своего бывшего партнёра, Чуя не обязан слушать или заботиться. У него есть более важные дела и семья, за которой нужно присматривать. - Мы просто не более чем незнакомцы. Потому что это худшая месть, которую только может совершить Чуя по отношению к своему некогда любимому бывшему партнёру.

|End|