Лунная дорога

      Лили не сводила подозрительного взгляда с Джеймса. Как вдруг перевела зелёные очи на Питера, который лил воду из бутылки на платок в руках Ремуса, в попытке помочь оттереть кровь с лица. Сириус же стоял и молча пинал землю. Эванс сказать было нечего, как и всем вокруг. - Пойдём, Лилс, я провожу тебя до дома, - наконец, заговорил Люпин, убирая в карман брюк платок. Выглядел он неважно, скула опухла, вся одежда испачкана в земле, траве, даже воротник некогда белой рубахи стал красным. - Давай лучше я тебя провожу, - с сомнением протянула рыжеволосая, зная, впрочем, что эта затея провальная. Когда надо (не надо), Рем был просто до ужаса упрямым. Парень внимательно окинул подругу взглядом, полным скепсиса, будто спрашивая: «Ты и правда на это надеешься, да?». - Мы можем подбросить вас до дома, - вдруг предложил Джеймс, однако, сильно не надеясь на положительный ответ. Лили посмотрела на новенького. - Спасибо, но нет. Вы и так здорово помогли, - русоволосый парень однобоко улыбнулся, и, беря в руки сумку Лили, пошёл к дороге. Сохатый сделал такой несчастный вид, что Сириусу и впрямь стало его жалко. Вот он! Был же шанс реабилитироваться перед Эванс, и тот упущен. - Хэй, может, нам все же стоит проводить вас обоих? – не в силах терпеть убитый взгляд Поттера (и его нытье чуть позже), крикнул Сириус. Парочка развернулась. Лили снова с сомнением посмотрела на друга. Чего же рыжая постоянно безмолвно спрашивает его? Сама ведь не из робкого десятка, ей палец в рот не клади, а тут – притихла. – Прежде, чем вы откажете, должен заметить, что те отморозки могут вернуться. - Да, хорошо, если вам не трудно, - наконец, согласилась Эванс, прежде чем Ремус что-то сказал. Джеймс воссиял так, что на секунду Сириусу показалось, что солнце выглянуло из-за туч. - Нам не трудно? – уточнил в полголоса Питер, разглядывая грязную дорогу. Само собой, на машине было бы куда как сподручнее, но, к сожалению, в машину садиться Эванс и её дружок не спешили. - Да, Хвостик, нам не трудно, это вообще предел наших мечтаний, - так же в полголоса ответил Сириус, не забывая незаметно скосить глаза в сторону Джеймса. Он не мог перестать улыбаться, и Блэку даже подумалось, что шатена вообще заклинило. - Конечно! Будем только рады, - слишком громко сказал Поттер, заставив Лили тихонько хихикнуть, прикрыв рот кулаком. Люпин же не отреагировал совершенно никак, даже в сторону Сохатого не посмотрел.       Серьёзно, он какой-то будто замороженный. Будто ему вообще совершенно до лампочки все происходящего. Можно подумать не из него только что Крэбб и Гойл попытались сделать боксёрскую грушу стараниями Нюниуса. И по лицу его мало что скажешь, может, из-за шрамов лицевые мышцы были повреждены? Сириус сам не заметил, что вот уже несколько секунд неотрывно смотрит на новенького, увлёкшись размышлениями. Настолько увлёкся, что даже не заметил, как Ремус смотрит в ответ, а все вокруг стихли. Питер легонько толкнул Блэка локтем. - Сириус, что-то не так? – подал голос Джеймс, отвлекая внимание лучшего друга на себя. - Нет, я просто задумался. Я, кстати, Сириус Блэк - Ремус Люпин, рад знакомству.

***

      Джеймс трещал, не переставая ни на мгновение. Как будто за эту небольшую совместную прогулку пытался наговориться с Эванс на всю оставшуюся жизнь, но Лили, кажется, это даже забавляло. - Это выглядит жалко, - тихо хмыкнул Сириус так, чтобы слышал только Пит. Тот прыснул в кулак, стараясь замаскировать смешок кашлем. Отдать должное, если бы даже Питер сейчас начал хохотать на всю улицу, Джеймс бы даже не обратил внимание, полостью увлёкшись беседой. - Зато он счастлив, кажется, - мягко прозвучало рядом, отчего даже Блэк вздрогнул. Ремус Люпин потихоньку отошёл подальше от идущей впереди парочки, поравнявшись с парнями. Надо же, следя за тем, чтобы Сохатый не начал молоть всякую чушь, Бродяга даже не заметил, как новенький шёл рядом. - Он на седьмом небе, поверь, - Пит же был настроен более дружелюбно. Сириус ткнул друга в бок, отчего Пит хмыкнул, а потом резко - прямо в лоб - спросил: - Ты любишь Лили, да?       Теперь была очередь Блэка закашляться, так как он имел неосторожность именно сейчас сделать глоток воды. Брюнет быстро посмотрел вперед, заметив, что Лили и Джеймс не слышали и беседуют как ни в чем ни бывало, принял стратегическое решение не убивать Петтигрю. Во всяком случае, сейчас. Новенький, на удивление, мягко улыбнулся. Он словно ждал этого вопроса. Он в целом выглядел так, будто наперед всё знал, или познал всемирную суть. - Не в том значении, в котором ты спрашиваешь, Питер. Я не претендую на её сердце.       Сириус заметил, что он не дышал только тогда, когда непроизвольно выдохнул вместе с Хвостом.

***

      Домой Сириусу возвращаться совершенно не хотелось - натыкаться на холодные взгляды и высокомерные усмешки матери и брата. Последнему не мешало бы устроить трёпку, да куда там. Однако пользоваться и дальше гостеприимством Поттеров было бы наглостью совсем. Когда ребята проводили Лили и Ремуса, они решили поехать на ужин к Джеймсу. В доме Поттеров Пит и Сириус были желанными гостями. Матушка Джеймса - Юфимия Поттер - была самым заботливым человеком в жизни Сириуса (В его семье проявлять заботу открыто было плохим тоном), она переживала не только за своего сына, то и за его друзей, вместе с ними радовалась победам в футболе и хорошим оценкам, и так же вместе с ними грустила, если что-то не получалось. Чаще фокус её заботы смещался на юного Блэка, по понятным, впрочем, причинам. И Бродяга - чего уж скрывать - любил эту замечательную женщину.       Сейчас ни за что не предположить, но сперва у Сириуса не складывались отношения с родителями Джеймса. На любое предложение помощи, Блэк реагировал личным оскорблением, а на проявление заботы отвечал, что не даст отнять эти крохи свободы, которые просто с боем отвоёвывал у своей родни. Всё изменилось в один момент: Бродяга сбежал из дома (откуда, собственно пошло прозвище) в пятнадцать лет после того, как его жестоко высек отец. У Блэков были суровые методы воспитания, старомодные, можно сказать. И Сириус сбежал. Просто вылез окно среди ночи и сбежал. Ноги сами принесли его к дому Поттеров. Он и сам не знал, почему не побежал к Питеру, или же не позвонил дяде Альфарду (Единственному адекватному члену семьи, который относился к Сириусу хорошо) или своей кузине Андромеде, с которой в тайне поддерживал связь. Он стоял на крыльце, замерев в нерешительности, осознавая, что сейчас ночь. А узнав, что случилось, Джеймс изведётся от беспокойства. Юный Блэк хотел, было, уже развернуться и уйти, как на пороге появился высокий и крепкий мужской силуэт - отец Джеймса, забывший на крытой террасе свою книгу. Сириус не успел даже мяукнуть, как его быстро втащили в дом, завернули в плед, сорванный в спешке с дивана и затолкали на кухню.

Flashback

      Сириус смотрел в карие глаза Флеамонта исподлобья, не нарушая молчания. - Сириус, скажи мне что-нибудь. Что случилось? - Мягко вопрошал мужчина, стараясь не давить. Услышав щелчок чайника, он встал, чтобы налить чай позднему гостю. Сириус затравленно проследил за мужчиной взглядом, а когда тот захотел растрепать ему волосы, шарахнулся в сторону. Мистер Поттер замер, в глазах его медленно начало формироваться понимание. - Сволочи, - прошипел сквозь зубы мужчина. - Посиди тут не долго, не уходи никуда, - и ушёл на второй этаж. Вернулся уже с миссис Поттер, с рыжими - в бигуди - волосами, и откровенно заспанную. Но её голубые глаза выражали такое беспокойство, что Сириус отвёл взгляд - мать так на них с Регом не смотрела. Юфимия быстро подошла к парнишке и крепко обняла, прижимая его голову к своему плечу. Спина саднила, ноги болели от быстрого бега, а из глаз непроизвольно полились слёзы. - Всё хорошо, милый, ты не один. Всё хорошо.

End flashback

      С тех самых пор Поттеры присматривали за Сириусом. Дарили подарки на дни рождения, помогали с уроками и просто проводили с ним время. Джеймс же был безумно рад тому, что теперь у Сириуса было место, куда он мог вернуться в любой момент. Да и сам Бродяга радовался этому, чего уж скрывать. - Хватит ворон считать, - пожурила миссис Поттер, подкладывая картошку в тарелку Сириуса, - Ешь давай. - Спасибо, миссис Поттер, - отвлёкся от своих размышлений Блэк, мягко улыбаясь женщине. - Сириус сегодня весь день задумчивый, - без зазрения совести сдал друга Пит. Матушка Джеймса была крайне любопытной и в то же время проницательной женщиной. Она с энтузиазмом села возле Бродяги, смотря на него хитрым взглядом (У Сохатого был такой, когда он задумывал шалость). - Миссис По, кого вы слушаете? Я хотя бы задуматься могу, - пробурчал брюнет, Хвост же в ответ радостно отсалютовал ему ложкой. - Никаких препираний за столом, дети, - строго закончил мистер Поттер, - расщебетались. Поговорите после ужина. Сириусу тепло.