Память и пепел

      Больше всего мне хотелось встать, сказать Криште, что я передумал, и уйти, полюбовавшись на ее огромные удивленные глаза. Но вместо этого я выдавил из себя улыбку и сказал: - Я решил начать вести свой блог об игре, и в нем ты моя первая гостья. Скажи, почему ты решила принять участие в ней? - Меня привлекает все опасное и неизведанное, - охотно ответила Кришта. – Эти эмоции, эти мурашки по коже… Просто дух захватывает. Ты никогда не пробовал сделать что-то рискованное?       В моей голове вновь всплыла картина, которая могла бы преследовать меня в кошмарах, если бы не вмешательство Эшер. Я стою в комнате залитой красным светом и целюсь в стоящего на коленях человека. И знаю, что должен выстрелить, абстрагировавшись от всего происходящего. «Могу ли я ей верить? Могу ли я ей верить?» - вот что стучало у меня в голове. А в ушах звенел свистящий шепот «Это все неправда». - Нет, - сказал я. – Никогда не пробовал. - Тогда даже не знаю, как объяснить тебе эти эмоции, - сказала Кришта, смешно сморщив нос. – Представь, что ты решил попробовать острый соус и сунул в рот полную ложку. Сначала весь твой рот горит и слезы катятся из глаз, а затем ты понимаешь, что это вкусно, очень вкусно, и тебе хочется еще. И вот уже вместо одной ложки ты съедаешь две, а может и три.       Это все объясняло. Кришта была адреналиновой наркоманкой, и можно было даже не тратить время на остальные вопросы. Я знал таких людей. Они с горящими глазами лезли искать всякие приключения, а затем, рано или поздно, ломали себе руку, ногу или шею. Понять этих людей было совершенно нереально, как и остановить, и оставалось лишь надеяться, что они знают технику безопасности. Но мне пришлось продолжить «интервью», чтобы Кришта ничего не заподозрила. - Отличный пример, с соусом, - сказал я. – А что насчет травм? Не боишься? - Ничуть. Я знаю основы первой помощи, - пожала плечами Кришта. - И давно ты увлекаешься экстремальными видами спорта? - С шестнадцати лет. - И что же послужило спусковым крючком? – полюбопытствовал я. – Дай угадаю: неосторожно подаренный тебе прыжок с парашютом?       Кришта на мгновение замерла, а затем засмеялась. И хотя улыбалась она по-прежнему широко и искренне, я все же уловил нотки натянутости в ее смехе. Внезапно я понял, что копнул в нужную сторону. И что поводом для поиска адреналина стал совсем не прыжок с парашютом. В глубине зеленых глаз Кришты таилась какая-то драма, внутренний конфликт, который она преодолела когда-то давно. Я не знаю, как я это понял. Будто у меня самого вдруг открылся этот самый третий глаз. Я решил не расспрашивать девушку об этом, тем более что к моему расследованию это не имело никакого отношения. Какие бы неприятности ни были у Кришты в прошлом, в настоящем она уже с ними справилась.       Мы с Криштой болтали еще около получаса, а затем распрощались. В моем телефоне остался адрес ее странички в социальной сети, куда она попросила скинуть ссылку на мой блог. Но я знал, что никогда не сделаю этого, так как никакого блога нет и не будет. Я даже не могу представить, что бы я писал в нем, если бы решился на обнародование всех делишек «Синих медуз». Я уже сделал вывод о том, что Кришта – не та, кого мы ищем. Такая яркая и жизнерадостная девушка не будет лишать себя жизни.       Я посмотрел на часы – было три часа дня. К тому моменту, как я подъеду на другой конец города к дому Рокси, моей следующей собеседницы, ее уроки должны уже закончиться. Мне оставалось лишь надеяться, что девушка будет дома, и на мое счастье так и оказалось. Рокси жила в новом доме-многоэтажке, в который только-только заселили жильцов. Я с удовольствием осмотрел маленький уютный дворик и свежепокрашенные скамейки, а затем поднялся на шестой этаж. - Кто ты? – настороженно спросил из-за двери тоненький голос, когда я несколько раз настойчиво нажал на кнопку звонка.       Рокси явно была дома одна, и сначала решила просто затаиться и подождать, пока я уйду. - Меня зовут Соул, я пишу об игре «Синие медузы». Хотел бы опубликовать в своем блоге интервью с тобой, - улыбнувшись максимально широко и дружелюбно, сказал я. – Можешь мне не открывать, я вполне могу беседовать через дверь.       Но Рокси открыла, показавшись на пороге в нерешительной и слегка скованной позе. Вживую она выглядела еще более маленькой, чем на отборочном видео. Я бы не дал ей и пятнадцати лет. Слишком худенькой и неоформившейся была ее загорелая фигурка, а мелкие черты лица и завязанные в два хвостика волосы только усиливали впечатление. Но девочка явно пыталась казаться старше: об этом говорил модный «взрослый» маникюр на ее тонких пальцах и неумело нанесенный макияж. Поэтому я сразу понял, что ни в коем случае нельзя говорить с Рокси как с ребенком, иначе это только разозлит ее. - Привет, - сказал я. – Приятно познакомиться. - Я ничего не слышала о том, что кто-то ведет блог о «Синих медузах», - нахмурилась девочка, вяло махнув рукой в приглашающем жесте. - Потому что я только планирую его создать, - я небрежно пожал плечами. – Сейчас многие ведут блоги, вот и я решил. Но перед этим нужно как следует подготовиться, поэтому я решил взять интервью у тебя.       Я решил умолчать о том, что в этом интервью будут задействованы все участники. Пусть Рокси чувствует себя особенной, ей явно этого хочется. Девочка медленно кивнула и пошла по коридору, а я последовал за ней. Усадив меня на диван в маленькой гостиной, она села напротив и сделала серьезное лицо. - Можно начинать. Ты будешь меня снимать? - Пока что нет, мне достаточно видео с отборочного тура. - Там я не в самой лучшей форме, - девочка с досадой поморщилась. – Но главное, что я прошла. Еще будут шансы показать себя.       Я кивнул, невольно вспоминая ее расширенные от страха глаза и неуверенную походку. Интересно, родители Рокси знают о ее участие в игре? Я уверен, что нет, так как в «Синих медузах» требуется только согласие самого игрока, даже если он несовершеннолетний. - Давай начнем. Почему ты решила принять участие в игре?       Почему-то самый простой и предсказуемый вопрос озадачил Рокси. Ее глаза забегали как у человека, который пытается что-то придумать, а затем она сказала: - Мне было скучно.       Это была та же самая причина, которую я озвучил Венус, напрашиваясь на участие в игре, поэтому я чуть не фыркнул от смеха, но вовремя сдержался. И в моем случае, и в случае Рокси это была ложь, причем очень очевидная. - Я переехала сюда два месяца назад из другого города, - продолжила девочка. – У меня еще толком нет друзей, никто не зовет меня гулять. Но я не хочу сидеть дома, и не хочу, чтобы мои родители думали, что у меня нет друзей. - Неужели ты ни с кем не подружилась? - Подружилась, но у здешних ребят свои интересы. Например, они все смотрят игру, а я даже не знала о ее существовании. Но когда узнала, непременно захотела сыграть.       Я вздохнул и раскрыл блокнот, делая вид, что записываю. Мне уже все было ясно. Рокси совсем не хотела участвовать, но ее вынудили новые друзья, взяв «на слабо». Или же она делает это по своей воле, чтобы понравиться им. И, конечно же, она не хочет быть непопулярной и оставаться в одиночестве.       Я задал еще несколько вопросов о ее увлечениях и обнаружил, что девочка совсем меняется, рассказывая о том, что ей действительно нравится. На ее бледных щеках появился румянец, а глаза заблестели – Рокси явно было приятно, что кто-то заинтересовался ее жизнью. Но я не мог, да и не хотел тратить много времени на потакание слабостям девочки-подростка. Тем более, что я опасался внезапного прихода ее родителей, которые явно не будут такими же доверчивыми. Поэтому я торопливо завершил интервью и покинул новенький квартал.       Рокси тоже не могла быть предполагаемой самоубийцей. Девочки, которые тратят столько времени и сил на маникюр, макияж и поддержание своего социального статуса среди подружек, обычно не собираются уходить в мир иной.       Это значит, что мне осталось опросить еще семерых, но на сегодня я уже был вымотан и исчерпал свой лимит общения с незнакомыми мне людьми. Такое у меня случалось совсем не часто, так как свободное время я посвящал играм. И Венус. Вспомнив о ней, я встал посреди улицы как вкопанный. Чуть ли не впервые за все то время, что мы встречаемся, я не ощутил желания позвонить своей девушке и узнать, как у нее дела. И мне ничуть не было стыдно, потому что вместо ее приятного лица и ласковой улыбки в моей голове постоянно всплывала та злобная гримаса, которая появилась на лице Венус, когда она не вытянула бумажку с именем Бланки. Но мы с Венус все еще не расстались, по крайней мере официально. И если я решился на это, то нужно было позвонить ей и сказать об этом, а не избегать разговора.       Пока я прокручивал все это в голове, я то доставал телефон из кармана, то возвращал обратно, каждый раз чувствуя себя все хуже и хуже. Кончилось это все тем, что я поспешил домой, а потом постучался к Макки и попросил сигарету. Друг сидел за компьютером, но при виде меня повернулся в кресле и задумчиво уставился на сигареты, демонстративно лежащие на краю стола - Забирай всю пачку, - разрешил он наконец. – Я уже закончил свой эксперимент и пришел к выводу, что курение – это зло. - Об этом и так везде написано. Можно было не начинать. Я вообще удивился, увидев, что ты куришь. - А я удивился, когда увидел, что Лонэль курит, - с раздражением откликнулся друг. – У тебя бывало такое, что ты вдруг узнаешь о близком человеке что-то нехорошее, а он вообще не видит в этом ничего такого?       В голове вновь промелькнули образы Тайрана и Венус в клубе, но я поспешно задвинул эту картинку подальше в свою и без того переполненную память и торопливо кивнул. - Но ты решил не обговорить это с Лонэль, как сделал бы любой здравомыслящий человек, а попробовать начать курить? - Сам следуй своим же советам, - огрызнулся Макки. - Я и последовал, - задумчиво протянул я, вертя в руках сигаретную пачку. – Спросил Венус о том, что между ней и тем парнем, с которым я ее застукал в клубе.       Я решил умолчать о том, что от этого мне стало легче только на время, ведь из этой ситуации и родился червячок сомнения, который и по сей день продолжал точить наши отношения. Если, конечно, от наших отношений вообще что-то осталось. - А я никак не мог придумать, как сказать тебе об этом. Думал, что ты мне не поверишь, - сказал Макки. - Погоди, ты о чем? – напрягся я, уже подозревая что-то нехорошее. - Я видел, как Венус целовалась у метро с каким-то странным парнем. Это было около недели назад.       Я аккуратно положил сигаретную пачку на диван рядом с собой, раздумывая, как мне реагировать на это заявление. Злость подступала медленно, но верно, и совсем скоро мой разум должен был оказаться в ее власти. - В каком часу это было? – быстро спросил я. – Утро, день, вечер? - Утром, где-то в 10 или 11 часов, - отозвался Макки, глядя на меня с сочувствием.       Значит, в этот раз Венус не сможет отделаться отговоркой о том, что дело было вечером в клубе и она была пьяна. Но я уверен, что и в этот раз меня будет ждать весьма убедительное, но лживое оправдание. А я не хочу слушать ложь. Я встал, намереваясь вызвать на откровенный разговор Тайрана. - Ты можешь обидеться на меня, но я скажу, что тот парень подходит ей больше, - сказал вдруг Макки. – Он выглядит столь же экзотично, как и она, хотя, как по мне, это нелепо. - Что ты имеешь в виду? – рассеянно спросил я, погруженный в мысли о том, не будет ли Тайран лезть в драку и что мне в таком случае делать. - У него на голове были такие… зеленые дреды. На ананас похоже. Очень приметная штука.       К этой новости я явно не был готов. Я внимательно посмотрел на Макки. - Ты уверен? - Более чем. А вот остальные его приметы не назову. Соул, не надо. Не устраивай скандалов. Просто отступись. - Не беспокойся обо мне, - прорычал я. – И спасибо, что рассказал.       Я вылетел из квартиры Макки как ураган. Злость настигла меня, захлестнула слепой волной, закружила и понесла все дальше и дальше от способности здраво мысли. А о чем тут можно было размышлять? Макки видел мою девушку со Скаем, а я – с Тайраном, а это уже означает как минимум две дурно пахнущие истории.