Первое впечатление

Серьёзно? Вот этот? Мари несколько раз сверился с описанием, понимая, что ошибки быть просто не может: вот этого парня ему посоветовали. Первое впечатление он производил просто ужасающее, но в любом случае он получал от многих в Камарилье действительно хорошие отзывы. Удивительно, что его до сих пор никто не обратил и даже не загулил — на то были причины? Впрочем, в отзывах также значился скверный характер… Мужчина занимал столик в углу бара и был уже, судя по всему, порядочно пьян, но во взгляде зелёных глаз сквозила осмысленность и неприветливость. Честно говоря, он походил больше на уличного драчуна или головореза, но Локхарт довольно легко понял, что это не так: несмотря на серьёзную мускулатуру и несколько шрамов, мужчина был аккуратно пострижен, выбрит, а его ботинки хоть и немного запачкались, но всё же в начале дня явно были начищены до блеска. И это уже не говоря о том, что его пиджак, сейчас висящий на спинке стула, абсолютно точно стоил примерно как половина этого бара. Сейчас же незнакомец был одет в полурасстёгнутую тёмно-синюю рубашку с небрежно закатанными рукавами — и он совершенно не обращал внимания на то, что болтающийся на его шее галстук медленно съезжал по плечам куда-то вниз. На первый взгляд тип был во всех отношениях неприятный, но Мари почувствовал, как пробуждаются его хищнические инстинкты — явно его типаж: грубый и агрессивный наглец. Это буквально читалось во всей позе: скрещенные на груди руки, сжатая в зубах сигарета и закинутые на стол ноги. Вампир непроизвольно облизнулся и решил, что обязательно подловит его на выходе или в туалете сразу же, как только обсудит с ним дело. Локхарт одним движением поправил галстук, провёл рукой по волосам и направился в сторону нужного столика, не забыв по пути прихватить бокал рома — ну, к такому явно надо «с подношением», а то всё сразу пойдёт не так, а между прочим это Мари нуждался в его помощи, а не наоборот. — Михаэль Айгнер, полагаю? Я присяду? — он с самой обезоруживающей улыбкой, на какую только был способен, поставил на стол бокал и подтолкнул его в сторону здоровяка. Тот молча поднял взгляд, глядя на него настолько безразлично, что это даже обезоруживало. Ничего не сказал и даже не спустил ноги со стола — только метнул сигарету из одного угла губ в другой. В животе аж заурчало от пассивной агрессии. — Мариус Локхарт, — он всё же сел с другой от ног стороны стола. — Может быть вы… — Чё надо? — мгновенно перебил мужчина и пыхнул в его сторону дымом. — Я закончил работать на сегодня, если недостаточно хорошо видно. — А вы проницательны, — усмехнулся вампир. Он разогнал кровь по организму, доставая сигареты. Из такого огромного парня можно будет потом выпить побольше — он точно всё компенсирует. — Не надо быть экстрасенсом, чтобы понять, нахрена меня ищет холёный тип в часах от «Ролекс» за две тысячи баксов в ебучих одиннадцать часов ночи в грёбанную пятницу. Ещё раз: я не работаю сегодня больше, — Айгнер демонстративно погасил сигарету в пепельнице и залпом опрокинул в себя ром. — Но вы меня даже не послушали, — почти что возмутился Локхарт. — И чё? Имею, блять, полное право в своё нерабочее время слать нахуй кого угодно, даже если ты из «Камарильи», — огрызнулся тот. У Мари только что запущенное сердце пропустило удар. Так этот тип всё же в курсе? Он кем-то загулен? Если да, то кем? Но даже если так, какого чёрта он говорит это так в открытую? С другой стороны, работать с ним наверняка станет проще и не нужно будет вилять. — О, так ты… в курсе? — слегка наклонил голову вампир, делая глубокую затяжку. — Только хуев Сноу называет меня «Михаэль» и всем своим дружкам по цеху так говорит. Мне плевать, сколько в этот раз мне заплатит ваша нейробиологическая долбанная корпорация, вы заебали таскаться ко мне по ночам. Я уже и бар сменил, а вы меня всё равно откопали — вы чё, меня преследуете? Во всём Детройте не осталось больше других адвокатов? У вас всех поголовно фетиш на ночные посиделки? — Айгнер, видимо, начал злиться, у него аж кулаки сжались. Локхарт выдохнул и даже немного нервно рассмеялся. Наплели этому парню явно с три короба, умудрились почти что поиздеваться, что последнего явно мало заботило ввиду неосведомлённости. И кто бы сомневался, что чаще всего к нему обращался именно Сноу и кто-то из его свиты. Про Михаэля Айгнера (хотя, похоже, он предпочитал, чтобы к нему обращались по второму имени — Нир) слышали как заинтересованные в судебной системе люди, так и не менее заинтересованные в этом Сородичи, которым нужен был представитель. Главным образом слышали про него потому, что Айгнер был действительно блестящим адвокатом. А ещё потому, что он придерживался принципа «деньги не пахнут» и был готов представлять интересы кого угодно в суде — вопрос стоял исключительно в стоимости. Если он был действительно хотя бы вполовину так хорош, как его нахваливали, то это стоило того, чтобы потерпеть его хамство. — Ну, наша компания не в состоянии связываться с тобой днём, тебе не говорили? — улыбнулся Мари. — А мне ли не должно быть похуй? — мужчина спустил ноги со стола и наклонился к нему ближе, демонстративно щёлкая зажигалкой перед ещё одной сигаретой. — Трудовой кодекс определяет, когда я работаю, и расписание у меня написано, блять, огромными цифрами. Я не собираюсь больше работать по ночам. И Сноу передай, что такие вечерние ёбаные долгострои как его отмазы, я больше не возьму и за золотой дворец в горах Швейцарии. Вампир заметил, что тот нервно крутит на безымянном пальце золотое кольцо, то снимая его, то снова надевая — похоже, у адвоката из-за «вечерних долгостроев» всё пошло не так в семейной жизни. Возможно, именно поэтому он так ярился. — Ну, может, в последний раз? Я ещё не назвал цену и не обрисовал сути дела, — Локхарт поймал на себе его раздражённый взгляд. — Давай, соглашайся. На момент Айгнер застыл, пристально глядя ему в глаза, однако уже спустя мгновение выдал: — Ага, может ещё отсосать тебе? Я сказал нет, значит, нет. Проваливай. Мари едва не опешил, забыл даже стряхнуть пепел. Люди вообще не могли сопротивляться его влиянию, но что было с этим парнем не так? Интерес подстёгивало ещё и то, что Нир Айгнер умудрился выиграть заведомо провальное судебное дело Сноу, который, честно говоря, мало кому нравился даже среди Сородичей. Конечно, у того были связи, но основную-то работу выполнил адвокат. Который почему-то не поддавался на Доминирование и яро сопротивлялся ночной работе лишний раз. — И тебя совсем не интересует та сумма, о которой я говорю? — полюбопытствовал Локхарт. Мужчина в ответ лишь приподнял одну бровь и демонстративно закинул ноги обратно на стол, ясно обозначая свою позицию и мнение по этому поводу. Это обещало быть занимательным — заставить его изменить своё мнение. Мари почувствовал азарт. — Тогда, возможно, тебя заинтересует то, что мои люди сегодня обезвредили вооружённого человека, который едва не перевернул вверх дном весь твой дом? — он ухмыльнулся одним кончиком губ. — Повезло, что твоя жена уехала к родителям именно сегодня, да ведь? Адвокат застыл, мгновенно напрягся и начал искать глазами в этом чёртовом баре телефон. Мгновения хватило, чтобы поймать его мечущийся и самую малость напуганный взор. — Соглашайся. Ты поможешь мне, а я смогу помочь тебе. Галстук окончательно сполз с плеч Айгнера, когда он слегка тряхнул головой, потирая переносицу, будто засомневался. Состояние сомнений продолжалось недолго, буквально пару секунд, ровно до того момента, как мужчина снова случайно не перевёл на него взгляд. — Кратко, по сути и без эмоций. Я ненавижу тратить время.