Последний гримуар

      Я совершенно забыла про сон. Мне нужно было срочно узнать о Стормово всё, что только можно. Я же помнила только одно - страной управляет некая женщина, носящая титул Снежная королева. Но никто не из мира за пределами Стормово не видел её. Ни разу. Вполне быть может, её не существует, возможно, что это группа людей, управляющих страной. Можно сделать предположение, что это мужчина. Я нервно проходила по длинным коридорам замка, стараясь вытащить из памяти всё, что только знала о Стормово. Ступая взад-вперед по мягкому ковру, мне вспомнилось, что лет пять назад в КУМОГИ поймали шпиона, который, предположительно, был родом из этой крайне загадочной страны. Только вот доказать или опровергнуть это не удалось: как только он узнал, что его подозревают, он пропал бесследно. И...на этом всё.       Пройдя в ванную комнату, я остановилась у раковины и быстро умылась. Голова гудела. Это было необычно и уж точно не могло быть результатом моих раздумий. Что-то явно было не так...Задумавшись, я засмотрелась в зеркало и мне на долю секунды показалось, что позади меня стоит Екатерина. Я резко обернулась, но там никого, конечно же, не было. Схватившись за голову, я негромко простонала. Екатерина. Она точно не была обычным человеком. С уверенностью можно было сказать, что Екатерина имеет способности к ментальному воздействию. Хочется верить лишь, что этот эффект временный. Было бы рисково действительно пользоваться её подарком, но...я уже умерла дважды, так что терять мне было особо нечего.       В общем, я весьма привычно устроилась в кресле, взяв книгу, которую мне отдала Екатерина. Предпочитала читать в окружении пыли и дряхлых переплетов. К моему удивлению, книга имела несколько иной вид, отличный от того, что был у неё сперва. Вроде бы. В моём текущем состоянии я не могла быть уверена в своей памяти. Почесав затылок, я прочитала название: "Для тех, чьё сердце вороны клюют". Такого гримуара я не видела и уж точно не слышала подобное название. При этом автор не был указан. Открыв труд, я сразу же жадно впилась в текст, но, к моему разочарованию, там были лишь какие-то пустые обрывки фраз, которые даже не отложились у меня в голове. Лишь парочку из них мне удалось запомнить: "...там, где отражение в воде не разбивается о грани" или "золотые глаза видят больше цветов". В общем, ничего путного и полезного, больше похоже на бред сумасшедшего, даже никаких рисунков, рун, пентаграмм и прочего подобного. Так я и пролистала страниц двадцать, как вдруг мой глаз зацепился за слово, написанное другим цветом, отличным от обычного потускневшего цвета чернил. Это было слово "эмпирейский" Я прочла фразу полностью, внимательно, даже вслух: "Для слепых Всевидящих открыт цвет другого мира: эмпирейский". Прочитав это, я опешила. Сосредоточиться и понять этот цвет было невозможно, он был странно-золотистым, но иногда будто распадался на радугу. Я проверила: это не зависело от движения глаз, от моего внимание на цвете, и он не менялся с какой-либо постоянной периодичностью. Я зажмурилась и вспомнила. Эмпирей - что-то, связанное с античностью. Среди богословов это считалось первым сотворенным небом. Я крепко задумалась. Хотя демоны являются давно привычным делом, ангелов никто и никогда не видел и поэтому религиозные и мифические мотивы не считались чем-то серьёзным. Но этот цвет...Он явно не принадлежал этому миру. Так что же, исходя из существования нового цвета, недоступного для нормального понимания человеческим восприятием, можно было предположить, что существует бог? Впрочем, спешить с выводами было незачем, да и вряд ли такая информация принесла бы мне практическую пользу. Я вновь вернулась к чтению, но, к сожалению, последующие предложения после этого также не несли для меня какого-либо смысла. Всё тот же бред про видения, обрывки фраз, будто написанных больным человеком, странные и уже давно не сбывшиеся предсказания будущего. Но, перелистнув на следующую страницу, я обнаружила кое-что интересное: в этих до сих пор бессмысленных предложениях, то тут, то там, стали появляться отдельные буквы, окрашенные в эмпирейский. Эти фразы всё также не несли в себе какого-либо смысла, но эмпирейских букв становилась всё больше и со временем они стали составлять половину всего текста. Моё любопытство, очевидно, росло с невероятной скоростью, и я листала всё быстрее и быстрее, мгновенно проходясь глазами по тексту. Перелистнув примерно пятидесятую страницу, я остановилась, увидев фразу, занимавшую треть листа, написанную обычными чернилами: "Надень плащ, перед тем как продолжать". Хмыкнув, я опустилась глазами чуть ниже по странице, но там меня встретило "Надень плащ, перед тем как продолжать". Всё те же огромные буквы. Ну, для меня это не стало особым препятствием, так что я перелистнула страницу...чтобы увидеть всё те же надписи. Перелистнув ещё две, я наткнулась на ту же картину. Хмыкнув, я аккуратно положила гримуар на стол и пожала плечами. "Похоже, ничего не остаётся" - думала я на пути к своему гардеробу. Эта книга явно хотела поиграться со мной, и соблазн получить награду был слишком велик, чтобы останавливаться на этом моменте. Я была абсолютно уверена, что где-то в этом огромном замке для меня явно должен был заваляться хотя бы один плащ. И действительно: перебрав гору всякого старого тряпья, покрытого слоем пыли, я нашла старый дырявый и изрядно поеденный молью меховой плащ, оставшийся здесь с бог знает каких времен. Накинув его и вернувшись в комнату, я взглянула на гримуар. Надо ли говорить, что надписей про плащ там больше не было? Я даже не удивилась, увидев полностью пустую страницу, и просто перелистнула на следующую.       Это было явно лишним: полный света эмпирея лист был настолько ярким, что взглянув на него, я ослепла. Резь в глазах была противоестественно сильной: я даже упала на спину и вскрикнула от нереальной боли, и даже моя устойчивость к ней никак не помогла. Впрочем, мне удалось достаточно быстро взять себя в руки и вслепую, на ощупь, закрыть гримуар. Сразу же стало легче. Аккуратно, одним глазком взглянув на обложку, я заметила, что название изменилось. Теперь надпись гласила: "Вручение Глаз достойным". Раскрыв глаза, я заметила, что плащ претерпел изрядные изменения. Он полностью покрылся чёрными перьями с обеих сторон, а с внутренней его стороны на мир смотрели...схематически нарисованные глаза цвета эмпирея. Это были абсолютно обычные человеческие глаза, исполненные с помощью двух фигур - овала и круга. Также я обратила внимание, что плащ стал гораздо массивнее и тяжелее. На ощупь он был весьма теплым и средней жёсткости, хотя мне казалось, что вороньи перья должны были быть не настолько мягкими.       Ну, это уже ни в какие ворота не лезло. Я, конечно, была уникальностью среди всех живых существ этого мира со своей Тенью и её необычной магией, но увиденное мной только что...Если магию Августуса можно было считать явлениями с другой планеты, мою магию - с другой галактики, то тут в дело вмешались будто совершенно новые планы реальности. Было ясно, что мне досталась в руки невероятная сила. Но вот смогу ли я ей управлять, или это она будет управлять мной или же просто уничтожит меня - вот в чём вопрос. В любом случае, я решила, что с меня на сегодня хватит приключений, и уже собралась отложить книгу в сторону, но вдруг подумала, что это может быть небезопасно. Такую важную вещь хотелось бы всегда носить с собой. Поэтому я не поленилась пройти в гардероб снова и надеть свой обычный официальный костюм, только пиджак выбрала с карманами побольше. Кое-как книженция вошла в карман, будто бы уменьшившись специально для этого, и я вздохнула с облегчением. После этого мне оставалось лишь надеть эмпирейскую накидку и я могла идти. Надо ли говорить, что этот плащ я тоже не собиралась оставлять без присмотра? Мне нужно было отправляться в штаб КУМОГИ, попробовать расспросить всех коллег по поводу Стормово. С гримуаром я решила не спешить, хоть соблазн и был велик - я чувствовала невероятную мощь, даруемую этим предметом, но...бесплатный сыр только в мышеловке, не так ли? Перед выходом я решила подправить макияж и осмотреть себя в зеркале, но спокойно сделать мне это не удалось.       Я чуть не вскрикнула от удивления, когда увидела, как мой левый глаз хаотично переливался всеми цветами радуги, хотя больше всего превалировал странный золотой цвет.