Возлюби свои "прорехи"

Прошло с первого дня учёбы два месяца. Интерес ко мне приутих, чему я несказанно рад, но многие до сих пор норовили завести со мной беседу, сфотографироваться или получить автограф. Это было… немного странно? Общался я в основном с небольшим кругом лиц, а заводить друзей по всей школе, как того хотели многие, я не спешил. Иногда даже доходило до того, что несколько девчонок с моего курса преследовали меня. Во время этих догонялок я успел найти несколько тайных проходов, чтобы я спокойно мог ходить по замку, не чувствуя чужой слежки. Вот и сегодня эта история повторилась. В основном, укрытием служила Астрономическая башня. Она казалась для меня каким-то неприступным местом. По какой-то не понятной причине меня тянуло сюда, но я совсем этому не противился. Случалось так, что приходилось разворачиваться и идти обратно, потому что место уже было оккупировано. Человек обычно был в тени в самом углу, поэтому разглядеть, кто это был, попросту невозможно. Иногда в голове мелькала мысль, что там никого нет, и лишь тихое и довольно медленное дыхание выдавало чьё-то присутствие. Я не хотел портить чужую умиротворённость, поэтому просто продолжал гулять по ночному замку. Сегодня благо все были должны пойти на ужин, поэтому помещение было полностью в моём распоряжении. Мне не хотелось есть, да и для меня 31 октября был вовсе не праздником. Сегодня вспоминалось всё самое плохое, а этого было не мало. Кроме родителей, всплывало событие в Коукворте, причиняющее боль, как напоминание о моей тогдашней беспомощности. Пир должен был идти сейчас в самом разгаре, но сидеть на каменном полу стало уже неудобно, поэтому было принято решение доделать эссе по зельеварению. Хотя сколько бы я не старался, выше чем «Слабо» или «Удовлетворительно» мне всё равно не получить, даже если работа была неплохой благодаря прочитанной книге. Идя по коридору, Гарри заметил несущегося из подземелий профессора Квирелла. Его лицо было взволнованным и даже испуганным. Похоже, путь он держал прямиком в Большой зал. Из длинных коридоров послышался низкий рык существа, шатающегося где-то там, в глубине. Поттер собирался бежать за подмогой, как запнулся о свиток бумаги. Это было чьё-то эссе по зельям, причём такое хорошее и подробное, что лучше просто не сыщешь. И он знал только одного человека, который мог так тщательно прописывать свою работу. Мальчик бежал стремглав, огибая стены, заглядывая за повороты при каждой остановке. Гермиона была его другом, да, многие считали её зазнайкой, но он всегда видел в ней гораздо больше хорошего, чем могли заметить другие. За углом он ударился лбом и зашипел от боли. Отзеркаленный звук дал ему сигнал и, схватив девочку за руку, они понеслись прочь, но хрипловатое рычание совсем рядом заставило их замереть. Гарри стал крутить головой, ища спасательную шлюпку, и заприметив заброшенный класс, они ввалились в него, заперев дверь заклинанием. Он всё ещё держал Грейнджер за руку, было чувство, что она может просто исчезнуть, поэтому сжимал пальцы крепко, даже когда девочка пыталась выпутаться. Огромные тяжёлые шаги удалялись всё дальше, заставляя вздохнуть с облегчением. — Гермиона, всё хорошо? — Ты прямо-таки мой спаситель, Поттер. Гарри вздрогнул и, повернув голову, увидел перед собой совсем не подругу.

***

Малфой отдёрнул руку и начал протирать её белым носовым платком. Да он издевается! Скорчил такую рожу, будто в помоях рылся! После того случая в Большом зале мы пересекались довольно часто, поэтому он не упустил шанса заговорить со мной. Малфой был, как это сказать… заносчивым и довольно гордым, несмотря на возраст. Он даже попытался подружиться со мной, но перед этим успел назвать Гермиону грязнокровкой, не знаю, что это значит, но явно не обозначало комплемент. Рона он полевал грязью с особым энтузиазмом, умудрившись сделать это всего секунд за десять. На тот момент Грейнджер и Уизли не особо дружили, но то, что я общался с ними обоими начало по не многу их сплочать. Поэтому его рука так и осталась висеть в воздухе, мною не принятая. Драко был удивлён отказу, он явно не рассчитывал на такой расклад событий. Малфой стоял и смотрел на меня, держа подбородок ещё выше, сжимая губы в тонкую кривую линию, будто сдерживая себя отчего-то. Похоже, это что-то раздражало и бесило Слизеринца. Быстро опомнившись и отмерев, его рука резко опустилась и, состроив надменную гримасу, парень спешно удалился, перед этим добавив: «Подумаешь, да ты не стоишь ничего по сравнению с любым из моих друзей». После того дня сыпались оскорбления уже и на меня. О-о-о, что он только не придумывал, чтобы унизить меня. Такая тактика срабатывала довольно неплохо, вызывая ответные тычки, но когда он атаковал уже не по мне, а по Гермионе и Рону, это злило меня гораздо больше. Вот тогда я уже не сдерживался, говоря всё, что о нём думаю. — Что ты здесь делаешь? Неужели увидел чудище и подумал, что сможешь его победить? Да уж, храбрости, а скорее глупости, тебе не занимать. — Не твоё дело. И у меня для тебя тот же вопрос. Что ты здесь делаешь? Оглядев Гриффиндорца секунд пять, на лице Малфоя появилось выражение, словно говорящее, что он так и быть, ответит Гарри на заданный вопрос, да ещё и с такой интонацией, как будто он делает тому одолжение. — Искал потерянное эссе. Я конечно могу написать его заново, но гораздо проще найти старое. Гарри начал улыбаться, вызывая непонимание на лице Драко. — Чего лыбишься, Поттер? Неужели тот удар лбами вышиб твои последние мозги? На провокации мальчик не среагировал и взяв листок, начал размахивать им в воздухе. С каждым движением на лице собеседника всё больше проступало возмущение, которое можно было заметить в его скрючившихся в омерзении губах и нахмуренных бровях. — Это же… Гриффиндурок! Немедленно верни моё задание! Неужели решил, что сдав мою работу, тебе повысят балл по зельям? Рано радуешься, не знаю, по какой причине, но Снейпа ты настолько бесишь, что выше обычного тебе никак не светит, сколько не старайся. А вот тут действительно было неприятно. Обычно его шуточки не заходили дальше внешности и подобных тем, но сейчас его просто ткнули лицом в то, насколько он безоружен в схватке получить хорошую оценку. Ненависть зельевара он почувствовал ещё на первом уроке, когда то, с чего профессор решил начать, было загрузить Поттера вопросами. Пергамент в его руке рассыпался в пепел, заставляя блондина сначала удивлённо моргать, а потом возмущённо покрываться красными пятнами. Он занёс кулак прямо на него. Похоже, это будет их первой дракой за всё учебное время. Удар прошёлся по плечу, но Поттер не отстал от Малфоя, зарядив тому прямо по скуле. Сейчас каждый облокотился спиной о стену, потирая ушибленные места, Гарри ворчал себе под нос всякие обзывательства, но Слизеринец заткнул его, запустив в очкарика свёрнутым куском пергамента из своей сумки. — Возмущайся молча! Из-за тебя у меня болит голова. Дверь открылась, предоставляя взору мальчишек часть учительского состава. Снейп и Макгонагалл подошли к ним, показывая самые суровые из взглядов в их арсенале. — Просто не вероятно, молодые люди! Не прийти на званый ужин, да ещё и попытаться поглазеть на тролля! -«Но профессор, мы!»… — Сказали оба в унисон, он их прервал уже Северус. — Полнейшее безобразие. Я разочарован в тебе, Драко, мне придётся сообщить об этом инциденте твоим родителям. И что за не подобающий вид? — Это… Это всё Поттер! Он сжёг мою работу по Зельеварению! Снейп резко повернул голову, ища подтверждение словам Слизеринца. Гарри пристыженно отвернулся, чувствуя, что все присутствующие смотрят прямо на него. — Но драку то затеяли вы вместе, так что обоим по отработке.  — Но… — Никаких но не принимается! Развернувшись, и схватив Малфоя за рукав, Снейп удалился, а Макгонагалл осталась стоять над Гарри, уже взглядом говоря, что отработку он получит не только от зельевара.

***

— А я ещё раз повторяю тебе, Рональд Узли, что твоя работа написана просто ужасно! — Вот и не смотри на неё раз она такая омерзительная! — Это называется помощь, Рональд, помощь! — Я забыл, что писал. — Перо было отставлено в сторону, а спина, согнутая буквой «С», выпрямилась и издала характерный хруст. Делать домашнее задание с этими двоими было просто невозможно, но одиночество тоже не сулило никакого результата. — Ребята, кто–нибудь! Снимите с меня проклятие, прошу! — Открыв дверь, в Большой зал проскакал Невилл со склеенными ногами. Долгопупс пошатывался из стороны в сторону, будто его штормило на палубе корабля. — Локомотор Мортис полагаю? — Да!!! Помогите мне, в таком состоянии в башню я точно не поднимусь! Взмах палочки Гермионы и парень, наконец, смог вздохнуть с облечением. Уже был поздний вечер. Очень много учеников делали домашнюю работу за столами факультетов, только вот общение друг с другом довольно часто их отвлекало. Конспекты и записи отодвинуты подальше и всё, что занимало сейчас всех вокруг, были сплетни и слухи. -Прости, Гарри! — сказали вместе близнецы после неудачного полёта бумажной пикси, врезавшейся ему промеж глаз. — Думаю, на сегодня учёбы хватит. В пятницу люди отдыхают, поэтому переживать и корпеть над проектом он будет в воскресенье.Троица встала со своих мест, и прихватив сумки, удалилась. Рон переговаривал вслух рецепт зелья от Фурункулоф, но вечно забывал всё на середине. — Эээ… Потом добавить в котёл 4 рогатых слизня…а дальше… Гермиона, я больше не могу! — Просто ты не стараешься. — А вот и не правда! Началось. Такое случается довольно часто. Как бы я не старался их мирить, в итоге всё приводило лишь к тихим обиженным переглядкам. Причины были действительно смешными, но разность личностей друзей давала знать о себе каждый день. — Почему все такие широкие? — Мальчик, нечаянно задевший Поттера и обронивший не очень дружелюбную фразу, скрылся за поворотом, по-видимому, направляясь в Пуффендуйскую гостиную. Уставший, недовольный и явно торопившийся поскорее лечь в кровать. — Может, пойдём спать? Уже поздно. Всё равно мы ничего сейчас не запомним. — Только от одного вида того ученика желание прикорнуть увеличивалось с геометрической прогрессией. — И я о том же! Грейнджер тяжело вздохнула, но решила всё же сжалиться над друзьями, поэтому кивнула, сердито поглядывая на развеселившихся парней. *** — И так, господа, сегодня мы будем превращать животных в кубки с водой. Вот так. Раз. Два. Три. Вера Верто! — на глазах у присутствующих чёрный ворон начал уменьшаться, скручиваться, менять цвет, в итоге становясь хрустальным кубком. — Теперь ваша очередь. Компанию Гарри составлял Невилл, мальчик не столько старался заколдовать Тревора, сколько удержать его на одном месте, жаба всё время норовила сбежать от хозяина. Перед Поттером сидела Букля, которую в качестве извинений подарил ему Хагрид, тот всё ещё корил себе за то, что не успел тогда за ним вовремя. Где-то сзади послышался взрыв, и очкарик очень сильно надеялся, что Симус взорвал не животное. Обернувшись, он расслабился, заприметив кота, который вцепившись в соседа Финнигана, шипел на поджаренный учебник. Профессор прошла мимо их парты, туша почти возникший пожар заклинанием. — Рональд! — обратилась к Уизли подруга. — Немедленно прекрати так размахивать палочкой, иначе она может выткнуть кому-нибудь глаз! — Ничего не получается, Гермиона! Теперь Короста стала хвостатой чашей! Как это исправить? Макгонагалл не оценит моё творение…. В то время как другие пыхтели над своими столами, Гарри, перед которым уже стояла серебряная чаша, ждал окончания урока, раскачиваясь на своём стуле как маятник. Добрая половина класса уже справилась и просто собирала книги и свитки в сумки, пока вторая пыталась исправить последствия своих потуг. Прозвеневший колокол дал понять, что уже можно уходить. Первокурсники галопом вылетели из кабинета, почти сшибая друг друга с ног. Сейчас должна была быть Травология. Настроение у Гарри было не очень лучезарным, потому что после Мадам Стебель им нужно было отправиться на последнее на сегодняшний день занятие — Защита от Тёмных искусств. И дело было не только в нудности, с которой Квирелл, заикаясь, рассказывал каждую из тем, но и из-за непонятной неприязни, которую очкарик к нему испытывал. Один раз они так долго держали зрительный контакт, что у Поттера просто напросто разболелась голова. Не ясно, делал ли он это специально, или вообще не подозревал о том, что он творит, но на его уроки Гарри всегда шёл как на погибель. Внутри парника было жарко, поэтому мантия была снята и повешена на крючок. Дети скучковались возле стола, и стоявших на нём растений. — И так, ребятки, сегодня мы познакомимся с бадьяном. Это растение используется для остановки любых кровотечений. Его экстракт не оставляет шрамов или порезов, а также он является компонентом в Рябиновом отваре…. Для Поттера, казалось, прошла целая вечность, прежде чем их, наконец, отпустили. Отошёл он лишь тогда, когда вся толпа студентов уже была довольно далеко, возможно, ему удастся немного опоздать. — Молодой человек, подождите! — Учитель, подходя к мальчику, сунула ему в ладонь маленькую скляночку, закупоренную пробкой. Коричневая жидкость плескалась в её стенках, и понаблюдав за этим, Гарри снова посмотрел на женщину. — Я всем раздала экстракт бадьяна. Используйте только в самых крайних случаях и помните, процедура лечения им довольно болезненная, но будем надеется, что флакончик так и останется закрытым. Положив зелье в карман и поблагодарив старушку, он вышел на улицу. Гриффиндорец шагал неспеша, но завидев у арки подругу, которая надувшись, гневно топола ногой, он внутренне завыл, прибавив темпу. 21: 00 — Дин, ты не переиграешь Рона. Шахматы это его поле боя. — Услышал Гарри, закрывая за собой дверь в спальню. На улице была непогода, поэтому все старались держаться поближе к каминам. Интересно, как там слизеринцы в подземельях? Наверняка даже огонь не может согреть их гостиную. Сев за стол для письма, Поттер поглаживал перья белой полярной совы. Букля довольно урчала, безболезненно, а скорее благодарно, покусывая клювом его палец, вот только каждый раз смотря на неё, он вспоминал кое-кого другого. — Странно, казалось, знакомы всего ничего, но всё же… Глаза были прикрыты рукой, но это не помогало устранить кадры, мелькающие перед закрытыми веками. — Раз Колеус, два Колеус, три…. — Хватит бес-с-смысссленно рас-с-спусскать нюни… — А ты перестань мне надоедать. — Сложив руку в определённом положении, мальчик дал щелбан прямо по чешуйчатой голове, из-за чего та нервно заёрзала. — Ес-с-сли так хочется от меня избавитьс-с-с-ся, то найди информацию в библиотеке… — Ты и так знаешь, что я всё обыскал. — Гарри подпёр голову руками, смотря как дождевые капли бьются об витраж. — Не в той с-с-секции… — Снова впутываешь меня в неприятности? — А никто и не прос-с-с-сил тебя меня трогать…. — Чёрт! С тобой спорить — себе дороже! — Потому что я вс-с-с-сегда прав…. Голова парня приземлилась на деревянную поверхность, в тот момент она показалась очень тяжёлой. Лоб, на котором теперь точно появиться синяк, начал пульсировать и завывать арии прямо в голове. — Раз такой всезнающий, то придумай план как проскользнуть мимо завхоза. — Я уж думал ты не попрос-с-сишь….

***

— Северус, вы так и не напали на след преступника? — К глубочайшему огорчению, нет. Ни одного магического следа. Это должен быть действительно гениальный маг, раз смог незаметно стащить палочку и волос для Оборотного зелья, при этом не оставив улик. — Преподаватель сидел в кресле, попивая чай. Сколько бы диагностик они не провели, они так и не смогли уловить хотя бы малейшую магическую частицу. Казалось, что это сделал призрак, но даже их присутствие можно распознать. — А что насчёт той птицы? Ты расспрашивал Гарри о ней? — Пытался вот только он сразу отнекивался и молчал. Мне применить на нём Легилименцию? — Не стоит. Думаю рано или поздно он расскажет всё сам. А теперь я думаю мне пора уходить. Кажется, уже должно начаться дежурство. —Камин всполыхнул зелёным пламенем и образ Дамблдора исчез, оставляя лишь извивающиеся языки пламени. Профессор встал и, поставив чашку на столик, подошёл к окну. Уже было темно, а это значило, что наступило время ловить учеников, шатающихся по замку в ночное время. Сегодня до странности никого не было. Неужели все действительно улеглись спать? Пройдя чуть дальше, профессор зажёг Люмос, тут же раздражаясь из-за ворчащих картин, тыкающих своими пальцами в сторону недовольного преподавателя. — Полнейшее безобразие. — Вещал старик, жмурясь от ярко света. — Ни уважения, ни совести. Закрыв глаза, Северус притормозил, направляя древко прямо в упор к старческому лицу. — Я попрошу вас быть более вежливым. — Произнёс сухим тоном мужчина. — Мне тоже не доставляет никакого удовольствия носиться по школе вместе положенного сна, да ещё и впридачу слушать ваше нытьё. — Да… да как вы смеете! Так со мной!.. Где-то за углом раздалось бряканье доспехов об каменный пол, поэтому оставив возмущённого старика в одиночестве, Северус поспешил на звук. Стремглав огибая стену, он заглянул за поворот. Там стоял мальчик, тупо смотрящий то вверх, то вниз, будто доспехи упали не по его вине, а сами собой. — Ну здравствуйте, Захария Смит. И что же вы забыли здесь, в то время как уже должны видеть десятый сон? Что ж, ваша ловкость и проворность просто превосходна. Он вздрогнул при виде учителя, растерянно смотря по сторонам. — Мой кот пропал. Он вечно норовит убежать из гостиной, поэтому приходиться его ловить. Это в первый раз, когда у него вышло. И доспехи не моих рук дело, клянусь! — Неужели? Думаю эта история очень понравиться профессору Стебель. — Я не вру! — мальчик сложил руки на груди и отвернулся, но ему всё-таки пришлось вернуть голове прежнее положение, когда его поволокли за руку как маленького прямиком к гостиной Пуффендуя. Этаж остался пустовать, только завывание дождя с ветром за окном, и едва различимое шарканье ботинок, наполняли пространство живостью. Тихое «Извини» ударилось о каменные стены эхом, но тут же рассыпалось и угасло. Гарри вышел из тени, появляясь и становясь чётче, словно старой фотографии придали хорошее качество. Из пустоты мерцающей мозаикой собирался силуэт, возвращая телу парня первоначальный цвет. Он смотрел вслед удаляющимся фигурам, коря себя за подставу сокурсника. — И почему ты раньше не говорил, что так можешь? — Во-первых, ты ничего о таком не с-с-с-спрашивал, а во–вторых, такое можно провернуть на протяжении лишь одного дня в полтора месяца…. Кстатика, ты уже использовал эту способность раньше… — Разве? — Ну да, в Коукворте, не забыл? Для себя ты оставался видимым, но вспомни, тебе не показалось странным, как растерянно выглядел твой дядя, зайдя в коморку? — Было такое. — тут перед глазами возник образ Верона, который несмотря на расплывчатый вид, являл чёткое и точное лицо с вытаращенными глазами. — Но как? Я же не просил тебя об этом? — Это была твоя инициатива. Мальчик потупил взгляд, продолжая идти вперёд. — Ну сам подумай, ты находишься в доме тех, кого ненавидишь и боишься на протяжении двенадцати лет, неужели у тебя не мелькали в голове мысли о том, чтобы спрятаться и защитить себя? — Ну да… — Вот, так всё и сработало, только когда ты услышал слова о профессоре, то сразу же перестал использовать маскировку. — Удивительно. — Пройдя мимо сопящих портретов, Поттер прошмыгнул мимо призрака Пивза, устроившего какую-то пакость. Тот распевал какие-то смешные напевы, скрываясь в противоположной от мальчика стене. На самом деле было странно, что я не использовал эту силу раньше, например, в Лютном переулке она бы очень сильно пригодилась или когда я убегал от близнецов, спрятавшись в проходе между двух домов. Похоже эти ситуации не так сильно давили на мою психику, как появившиеся и запершие у себя в доме, родственники. В ту секунду, сидя в каморке, у меня в голове роилось два желания: связаться с внешним миром и просто раствориться в воздухе. — И всё же не ясно, почему меня не могли найти? — Тот же ответ — маскировка. Она скрывает не только тело, но и магическую энергию. Дальше они шли уже молча, а Гарри на протяжении своего пути всё думал, что ему довольно неплохо повезло с артефактом, по крайней мере ни о чём таком подобном он ни от кого не слышал.