Возлюби свои "прорехи"

Тоннель был сырым и промозглым. Откуда–то сверху накрапывала вода, а под ногами кто-то перебирал маленькими ножками. Где–то отдавало синевой в перемешу с зеленоватым мхом, а тёмная и густая грязь скользила под ногами, всё норовя уронить в свою слизкую лужицу. Он спускался всё ниже, петляя, изгибаясь будто уж. У его стенок росли грибы необычных фиолетовых цветов. Глаза опустились вниз, смотря, как стайка мышат бежит к небольшой норке, сразу пропадая в её глубине. Казалось, пути его нет конца. Потолок опускался ниже, вынуждая садиться на корточки, еле перебирая ногами. Сетка из паутины прилипла к лицу, заставляя морщиться и фыркать, в попытках выбраться из ловушки. Чих пронёсся вперёд, будто показывая дорогу. Туннель снова стал больше, ведя по направлению к лучам. Желтоватый свет, приглашая в свои объятья, освещал огромный белый зал. В нём не было ни окон, ни дверей, лишь пустота. Грязь от ботинок тут же исчезала, не давая осквернить, казалось, самое наичистейшее место. Кто–то звал его по имени, но голос разносился по всему помещению, не давая понять, откуда шёл источник звука. Его имя становилось всё чётче и резче, словно собеседник стремительно шёл к нему. Всё вокруг начало давить на него, глаза расфокусировались, видя уже не белизну, а потолок своей кровати. — ГАРРИ! Слава богу! Ты меня слышишь? Ты бредил во сне! — усадив меня в кровати, Рон подал мне стакан воды. Его взгляд бегал по моему лицо, и не давая мне делать резких движений, уложил обратно. — Нужно позвать Мадам Помфри! — Нет! То есть… Не нужно, уже всё хорошо. — не хотелось в конце каникул снова заставлять всех беспокоиться. Встав, при этом качаясь из стороны в сторону, он посмотрел в зеркало у письменного столика. Его лицо и кожа напоминали мрачное небо. Сероватый оттенок расходился к пальцам, на кончиках которых, переходя в синеватый. Чем больше кислорода он вдыхал, тем розовее и живее становился. — Но… — Правда, Рон, мне становиться лучше. Сколько сейчас времени? — Усаживаясь на небольшую табуретку, заваленную брюками, рубашками, и носками, Гарри взглянул на приятеля. — Шесть утра. Поворачивая голову в направлении окна, он заметил отворённую створку. — Как ты проснулся? Чтобы тебя разбудить это надо постараться. — Сам не знаю. Просто в какой-то момент я почувствовал, как дует ветер. А когда встал чтобы закрыть форточку, услышал, как ты ворочаешься. — Рыжий встал с матраса и, защёлкой преграждая путь морозу, направился к сундуку с вещами. — Хочешь прогуляться? Думаю, тебе не помешает. — Было бы неплохо. А… где остальные? — и действительно, спальня была совершенно пуста. — Ещё вчера Фред с Джорджем запланировали подложить Филчу кексы, вызывающие россыпь прыщей по всему лицу. Ребята решили поучаствовать. Вот зрелище то будет! Наскоро одевшись, и не забыв свои палочку, мальчишки уже мчались вниз по лестнице гостиной.

***

Началась учёба. Толпа студентов, отдохнувшая и резвая, снова ринулась постигать гранит волшебства. Дни ни в чём друг от друга не отличались. Всё тот же ворчащий Снейп, язвительный Малфой, серьёзная Макгонагалл, куча домашки и вкусной еды. Те же надоедающие поклонники, от которых до сих пор приходиться прятаться. Тот же Узли, ничего не понимающий в Зельеварении, и Гермиона, читающая лекции за малейшую оплошность. В конце февраля мы сидели в библиотеке, готовя общий доклад по Истории Магии. — Вы вообще хоть что-то прочли из того, что я вам тогда советовала на каникулы? Повернув голову, тем самым создавая на голове ещё больший беспорядок, она с укоризной посмотрела на друзей. — Понимаешь… то тут, то там… — С тобой всё понятно Рональд. Ну а ты Гарри? Изучил книгу, которую я тебе прислала? Как же было стыдно. Возможно, для Грейнджер читать руководство о магических существах было интересно, но точно не ему. И дело не в том, что это казалось скучным, Поттеру очень нравилось слушать истории Хагрида о его любимцах. Но в отличии от его рассказов, текст в фолианте был настолько монотонным, что уже на второй странице голова парня покоилась на столе, пуская слюни на пергамент. — Прости, на происхождении подводных слизней, я не выдержал. Казалось, сейчас лицо подруги прорежет обида и под звуки звонких каблучков она уйдёт делать задание сама. Но почему–то на нём изобразилось непонимание, а потом и вовсе проскользнула лёгкая улыбка. — Нет, нет, я о другой. Мы с Роном посмотрели друг на друга, не догадываясь, что она имела ввиду. Он потупил глаза и уставился в одну точку, а я, уперев лоб в ладони, начал его массировать, по-видимому, считая, что так мыслительный процесс пойдёт быстрее. Ещё книга? Но ведь в коробке точно была только одна, да и вторая…. — СТОП! Это ты её прислала?! Уизли смотрел на моё ошеломлённое лицо, и похоже сложив дважды два, уставился на девочку. — Но как? Я везде обыскал! Где ты её нашла? — Если честно, то это она пришла ко мне… — Это… как? — пробурчал рыжий. Гермиона поведала им о том, что по приезду домой, разбирая сумки, в одной из них валялся незнакомый ей талмуд, а запоминала Грейнджер каждый. Покрутив его в руках, ей не составило труда сопоставить описание Гарри и новоявленный предмет. — Знаете, один раз я видел, как Малфой ошивался возле неё в кабинете, может, решил подкинуть нам книгу, чтобы потом мы получили выговор? — Что верно, то верно, мелкий змеёныш всегда готов подгадить нам жизнь. Только вот почему не доложит о книжке учителям? — Наверное, думает, что мы уже вернули её, да и это для него такой пустяк, ещё успеет придумать кучу всего нового. — Прекратите, мы не об этом сейчас. Ну дак что, Гарри, ты узнал что-нибудь важное? Оторвавшись от обсуждения с другом слизеринцев, Поттер выпрямился, посерьёзнев лицом. — Только то, что после, уходя Салазара Слизерина вместе с ним пропала и серьга, поэтому без него защитная магия школы не работает. Конечно, она даёт всякие способности, но это всего лишь формальность, да и только. — Замерев, он зацепился взглядом за подсвечник, крутя на языке то, что всё никак не хотело вспоминаться. — Все эти украшения были сделаны во Франции, они специально готовились на заказ, причём довольно долго. Они должны были служить символом единства, объединяющим основателей, как знак дружбы не только их, но и учеников. — Что-то не очень помогло. — Высказался рыжий. — А если дело именно в этом? — Вдруг выдала подруга, сразу продолжив, когда мальчики к ней повернулись. — Ну, сами подумайте, артефакты являются символом объединения, так? Гарри кивнул головой, сосредоточившись на версии Гермионы. — Если основатели повздорили, значит сама задумка артефактов просто не могла больше иметь хоть какого-то смысла, следовательно, вся эта защита не будет работать. Думаю, что хранители служили для других примером, неудивительно, что каждый стал поддерживать свою сторону. И из-за того, что эти противоречия затянулись на такой огромный промежуток времени, да и артефакты никто не мог найти, школьники продолжали быть разрозненными. — Она глупо улыбнулась сама себе. — Не сказать, что мы ненавидим друг друга, как это было в самом зачатии всего этого спора, потому что те обиды уже давно забыты, но эта стена всё равно присутствует. — В этом что-то есть. Наверное из-за неимения третьей стороны, то есть хранителей, которая поддерживала бы каждый факультет, все продолжают ссориться. Поттер ссутулил спину, пытаясь зацепиться за всю известную ему информацию. Парню хотелось уберечь друзей от опасности, особенно если это настолько действенная сила. — Если мы хотим всё исправить, то для начала нужно снова собрать все артефакты вместе и постараться объединить тем самым факультеты. — Пришла к умозаключению девушка, переглянувшись с друзьями, которые уже мысленно поддержали её идею. — Даже если мы и соберём всю четвёрку вместе, я не стану любезничать с Малфоем, слишком уж он меня бесит. — скривился Уизли, припоминая недавний неприятный инцидент, после которого очень долго болела голова. — Тебя никто и не просит. По крайней мере не драться и сотрудничать уже не плохо, так ведь? — Мальчишки виновато кивнули, понимая, что теперь им придётся сдерживаться от желания накостылять обидчикам. Но разве что чуть-чуть можно, правда ведь? — Так и поступим. — подытожил брюнет. — Может быть это послужит для остальных примером. Кто знает, сколько у нас ещё есть времени. Гарри дотронулся до серёжки, понимая, что ему ужасно повезло тогда оказаться в Лютном переулке, пусть и вспоминать об этом инциденте было не в радость. — Не знаю, кто были те люди, и каким образом к ним попала серьга, но они явно намеривались спрятать её и охранять как зеницу ока. — Эти маги не хотят, чтобы школа обладала таким мощным оружием. Возможно, это прозвучит безумно, но… — Воландеморт. Девочка всплеснула руками, а Рон начал смотреть то на Гарри, то на Грейнджер, видимо пытаясь разглядеть в их словах шутку или притворство. — Не нужно так смотреть. Вы оба ознакомлены о случае в лесу и том, что сказал мне кентавр. — Тогда мы должны найти их раньше него! Если он заполучит хоть один, у нас не будет преимущества. Там сказано о том, куда их могли спрятать или как их отыскать? Девочка смотрела затаив дыхание, ответ Поттера должен был решить их дальнейшие действия. — Я ещё не всё дочитал, думаю, мне нужно ещё немного времени, чтобы дойти до конца. ~Воспоминание~ Закончился урок и все ребята поспешили собирать чемоданы, чтобы отправиться домой на Рождество. Малфой стоял в сторонке в коридоре, в попытках найти новое перо. Нотт вместе с Крэббом отправились в подземелья, не дожидаясь его. Не очень то и хотелось. Профессор поспешил в кабинет директора, чтобы разобрать кое-какие бумаги. Помещение осталось пустым, только одинокая сумка скрашивала его одиночество. Крадучись, из поворота вышел завхоз, пряча за потрёпанными рукавами какую-то книгу. Драко, который остался незамеченным, проследил, как тот вкладывает талмуд внутрь рюкзака, возвращаясь за мытьё полов. Сероглазый вошёл в класс, подходя ближе к забытой вещице. Внутри растопыренной сумки он заметил уголок фолианта четырёх цветов. Книга вызвала небывалое любопытство, но разглядыванию помешал Поттер, влетевший в класс как ошалелый, выхватывая слизеринскую находку. Все попытки его остановить оказались провальными. Очкарик исчез в тот же миг как зашёл. Были слышны только недовольные ворчания старика вдалеке. Аргус продолжал заниматься уборкой, надеясь, что он сделал всё верно. Ещё в летний период мужчина познакомился с профессором Квиреллом. Тот был весьма сомнительной личностью, но предложение помочь ему в уничтожении школы, было для его ушей как сладкий бальзам, поэтому он согласился. Особенно завхозу было в радость шастать по спальне Северуса Снейпа, оставив того без палочки, конечно, ему помогли избавиться от чар, наложенных на двери, но Аргус в тот момент чувствовал себя чертовски важным. Теперь же всё оказалось гораздо проще, подложить Поттеру книгу, и дожидаться, когда мальчишка сам соберёт все побрякушки. *** Недели летели быстро. Драко вместе с Крэббом и Гойлом подшучивали над другими школьниками, либо словесно, либо при помощи заклинаний. Припомнить хоть Долгопупса, который склеив ласты, проскакал мимо столов, едва не шлёпнувшись на месте. Или Узли, опробовавшего индейку со вкусом слюны тролля. А Поттер, Мерлин, выглядел так уморительно, когда пытался отлепить от себя розовые блёстки, покрывавшие его с ног до головы. Но больше всего нравилось следить за очкариком. Он вечно гулял ночами, или бормотал себе что-то поднос, как будто вёл беседу с кем-то. Малфой очень часто ходил по школе со своей свитой. Но в последнее время, оставаясь один, начал замечать еле слышные шаги за своей спиной, но каждый раз оборачиваясь, видел лишь обычный коридор. Чтобы проверить свою догадку, одним вечером он забежал в класс, спрятавшись за шкафчиком с пустыми колбами. Дверь медленно и неуверенно начала открываться, предоставляя взору лишь пустоту, не более. Почти не слышимое «упустил», дало понять, что слизеринец не сошёл с ума. Створки дерева снова сомкнулись с каменной стеной, и прежде чем невидимка успел уйти, мальчик заглянул в щель. Витражные окна отбрасывали причудливые узоры, а оттенки василькового и серого создавали ощущение того, что парень не на суше, а где-то в глубине морских пучин. Блики и отсветы луны интересно играли на полу, создавая озёрный блеск и рябь. Там на подоконнике сидел мальчик. Его ноги неспешно раскачивались, пока правая рука лежала на затылке, перебирая кудрявые волосы. Поттер спрыгнул с импровизированного сиденья и поникшими шагами направился дальше. С того дня Драко мельком пробегал взглядом по Гриффиндорскому столу. После сцены, когда шрамоголовый быстро опустил глаза, заметив его, привело блондина к логичной мысли: — Он тоже следит за мной. Решив проучить очкарика, в один из ужинов, быстро доев отбивную с овощами, он спешно направился на выход. Панси, сидевшая рядом, пыталась навязать свою компанию, но выйдя за приделы зала, поняла, что след однокурсника уже простыл. Уже знакомый звук дешманских ботинок дал понять, что всё идёт как надо. Завернув за угол и остановившись, парень начал дожидаться преследователя, но гриффиндурок, не ожидающий подвоха и, как уже известно, по горькому опыту, не имеющий координации, споткнулся, не забыв лягнуть макушкой прямо по рёбрам блондина. Ноги подкосились и, держась за грудь, Малфой пытался избавиться от разноцветных пятен, мешающих обзору. Гарри распластался звездой у его ног, вызывая насмешку второго пострадавшего. — То следишь, то кланяешься. Неужели, наконец, ощутил моё превосходство? — Заткнись. — Поттер и Драко начали вставать на ноги, следя за действиями друг друга. От него не укрылось, как Герой торопливо складывает чёрный комок ткани себе за пазуху. Он возьмёт это на заметку. — Верни то, что украл. — Состроив серьёзный вид, Гарри преградил ему путь к отступлению. — И что же это? — Не юли. Отдай страницы, которые вырвал из книги. Страницы? Да что он несёт? Не припоминаю. А хотя нет. Вспомнился случай на уроке Защиты от Тёмных Искусств, когда не поделив последний том на двоих, я вырвал парочку листов в самом конце. Неужели из-за этого взъелся? — А-а-а, ясно, что ж боюсь тебя огорчить, но я их сжёг. — Фолиант было доверено вернуть Поттеру, а шанс подорвать его репутацию нельзя было упускать. Сначала лицо мальчика вытянулось, и недобро сверкнув глазами сквозь линзы очков, сжал кулаки, занеся один прямо по щеке напротив. Зашипев от саднящей боли, блондин подорвался вверх, заезжая очкарику по голове. Тот потерял координацию на несколько секунд, а потом повторил свои действия, в добавок взлохматив Малфою волосы. Где-то за углом послышались шаги, от чего парни сразу же напряглись, но девочка даже не заметила их, так как не собиралась сюда идти. У Драко чуть душа из пяток не ушла, он очень сильно боялся снова попасться Северусу при драке, именно это послужило поводом упрекнуть основного зачинщика, который тоже страшился выговора. — Вижу жизнь тебя вообще ничему не учит! — Тошно и без твоих нравоучений! — Потирая ушибленные места, оба развернулись назад, и подпинывая друг друга, по-видимому, пытаясь подставить подножки, направились к лестницам. Волосы Драко из-за ручищ гриффиндорца теперь были похожи на одуванчик, склеенный гелем, и сколько бы усилий он не прилагал, чтобы уложить их обратно, они снова становились по стойке смирно. Нахмуренное лицо Гарри постепенно стало сходить на нет, смотря на потуги школьного врага. — А тебе идёт. — Парень увернулся от пинка, и теперь стараясь смеяться не так громко, маневрировал, направляясь в свою башню.

***

Гостиная Пуффендуя была заполнена тёплым светом камина и свечей. За небольшими круглыми окошками небо заволокло огромной чёрной тенью с мерцающими проблесками. Наступило время Морфея, но пока что только небольшая часть ребят валялась в постелях своих спален. Маленькие растения на полочках махали проходящим мимо студентам листьями. На отделанном деревом полом сидели девочки, готовясь к предстоящим экзаменам. Учебный год подходил к концу, а это значило, что все, валявшие дурака, теперь корпели над корявыми конспектами, стараясь хоть что-то запомнить. На небольших пуфиках сидел Эрни и Захария. В то время как один выводил в воздухе палочкой, создавая всеразличные фокусы, другой бегал глазницами по пергаменту. Забросив листок куда подальше, мальчик посмотрел на друга. — Не смотри на меня. Я бы тоже от помощи не отказался. — Ну спасибо… В отдалении сидели третьекурсники и, по-видимому, считая что их никто не слышит, довольно не тихим шёпот обсуждали, что им делать. Такие же остолопы как они с Эрни. Сначала развлечения, потом дела. Похоже, они собирались подойти к нему за подмогой. Смит отвернулся, стараясь больше не слушать этот нелепый бред. Его указательный палец стучал по коленке, а вторая рука, держа древко, выводила зигзаги, вызывая искорки и потоки ветра. Пусть себе думают, что хотят, им ещё учиться и учиться видеть реальность вместо розовых очков. Группка из четырёх студентов подошла к нему. Довольно массивный и крупный мальчик заговорил первым. — Слушай, Смит, нам нужно помочь профессору перенести почву в теплицы. Ты не мог бы дописать за нас Трансфигурацию? Сделав глубокий вдох и сложив руки крестцом, он поднял голову. Все смотрели умоляющие, клянча и выпрашивая поддержу в беде, которую они сами для себя создали. Ничего бы не было, если бы они принялись за задание сразу. Да, он тоже ещё не всё закончил, но в отличии от них не надеялся на помощь как они говорят «мягкотелых». Сколько студенту ещё придётся им отказывать, чтобы те ушли? Да, это было не впервой, только в этот раз всё получилось значительно грубее. — Извините, но я вам не эльф, чтобы эксплуатировать меня. Если, конечно, вы не заплатите. — Он посмотрел на Джастина, играющего в зачарованные шахматы, но развернувшись обратно, заметил, что никто не сдвинулся с места. Они серьёзно? С первого раза не могут понять, что помогать им у него нет ни малейшего желания? Будто бы он чем-то им обязан. Длинноногий парень сжал его кисть, заставляя кожу немного пощипывать. Пуффендуец пытался вырваться, но тот держал крепко. А другие просто стояли и смотрели на всё это, не сдвинувшись с места, даже Эрни остолбенел как статуя. Сначала Макмиллан сделал попытку шагнуть вперёд, но когда один из хулиганов сказал ему не лезть, остановился, жалобно возвращаясь к кучке пресмыкающихся учеников. Они все просто на просто боялись возразить верзилам. Лишь спустя десять секунд семикурсники, вышедшие из спален, отвели парней в сторону, пока Захария потирал побаливающую руку. Эрни шагнул в его сторону, но пострадавший преградил ему путь ладонью. Чувство собственной и чужой слабости вывели его из себя, ну вот как он может гордиться своим факультетом, если даже он — всего лишь мелкая мошка, способная дать отпор только на словах, да и только? На лице же это никак не отобразилось, он просто опустил глаза, не намереваясь встречаться с кем-то взглядом. Он встал на подобии деревянной куклы, точёными и острыми движениями выходя вон, идя сам не зная куда. Он уже не слушал, как Макмиллан встал на входе, выкрикивая вслед просьбы вернуться. ~Вечере того же дня~ — Рональд, не спи! Для кого я здесь распинаюсь по-твоему?! Узли покоил лицо на столешнице гостиной, пуская пузыри на заголовок газеты. Гарри по соседству с ним протирал заспанные глаза, ему тоже не дали вздремнуть. Сейчас почти никто не спал, уже по понятной ранее причине. — Сосредоточьтесь мальчики. И так, ещё раз. Инсендио — чары воспламенения. Взмахом палочку создаёт магическое пламя. Может использоваться для оглушения Ядовитой тентакулы или для того, чтобы заставить завять Колючку обыкновенную. Спустя час Гермиониных потуг мы все втроём валялись кто в креслах, кто на диване, когда уже все разбрелись по комнатам. — Что–нибудь нашли про Квирелла? — прорезал умиротворённое молчание поттеровский голос. Рон завыл в подушки, прерванный от сладких грёз, похоже, почти унёсших его разум в небытие. Подруга, голова которой лежала на ворсовом пледе, повернулась к нему. Его всё ещё беспокоил их странный преподаватель. — Ничего странного и интересного. Обычный ученик Слизерина. Окончил школу, путешествовал, устроился на работу, но то, что ты сказал, всё равно настораживает. Рон, переворачиваясь на бок, лицом к друзьям, смотрел куда-то сквозь камин. — А что Малфой? Ничего нового там ещё не придумал? — Хватит, Рон. Я думаю, он бы не стал вырывать страницы из книги, созданной целые столетия назад. Он и его семья оберегают традиции и знания предков. К тому же мне припомнился один случай на Защите…. -Ой, прошу, не напоминай. — Гарри всё ещё боялся вернуть учебник профессору. Помолчав немного он тихо спросил. — Ты думаешь, Малфой имел ввиду это, когда я врезал ему в лицо?.. — Гарри Поттер! — Дружище, молодец!!! Откинувшись в кресле, стараясь не слушать гневные восклицание слева, и подбадривающие справа, мальчик начал вертеть перед собой листок бумаги. Он был исписан предположениями, теориями, но все казались слишком странными, чтобы быть реальными. Куча цепочек, звеньев, ведущих в никуда, а если и ведут то к чему? Совершенно не ясно. — Всё равно я ничего не понимаю. Может быть это всё же Малфой? Я не был бы удивлён. — Ты идиот…. — Замолчи, это всего лишь предположение! Чем больше ползучий гад говорил медленней и спокойней, тем больше Поттер выходил из себя. Костяшки на пальцах побелели, а сам он вжался в спинку сиденья, чтобы ненароком никого не ударить. — Хогвартс вызывает Гарри! Очнись! Узли махал перед ним мозолистой рукой. Тот опять ушёл в своеобразный транс. В такие моменты парень обычно не отрываясь смотрел куда-то в пространство, его зрачки уменьшались до предела, а сам он издавал тихие и нечленораздельные слова, напоминающие шипящие завывания ветра. — Да, да, я здесь…простите… — взгромоздив лицо в ладони, он начал неистово его тереть, можно сказать, пытаясь избавиться от глубокого сна. Как только лицо защипало и покраснело до болезненных пятен, он оторвался. Рон, похоже, решивший, что поспать ему в скором времени не дадут, принялся прибирать за собой стол, на котором всё ещё валялись его вещи. Гермиона, уже сидевшая совершенно ровно, разглаживала складки на своей помятой юбке. — Знаете, всё же книга старая, кто–то за этот период да мог вырвать страницы. Тем более это просто оглавление, ты и без него сможешь разобраться, что да где. Все значительно расслабились и уже при наступлении глубокой ночи отправились на боковую. Только вот Гарри всё сидел возле камина, попевая горячий шоколад. Спать не хотелось, да и не вышло бы. Рой пчёл жужжал под коркой, не давая слепить веки. Его бросало в дрожь от того, что тёмный маг где-то здесь, совершенно рядом, он видел его в запретном лесу, и если это и вправду был он, то ему не составит труда пробраться в замок. Конечно, путь ему преградит Полная Дама, но…. вряд ли холст его остановит. За окнами было спокойно, в то время как внутри мальчика бегали крысы, ворошившие его покой. — Слушай, надеюсь ещё не поздно, но… извини, что был груб, я правда не хотел. Знаешь, я всё хотел спросить, как тебя зовут? — У меня нет имени, но думаю, ты можешь звать меня Вайз… Они молча сидели и смотрели, как догорает маленький костёр, последний раз трещат поленья, создавая собственную симфонию. Стало легче, гораздо. — Эй, щекотно! Перестань! — Мне вот что интерес-с-сно…. Когда будешь возвращать учебник?.. — Неееет! Он запустил руки в волосы, граблями перебирая их, натягивая, выкручивая, в попытках избавиться от глупых мыслей. — Чем больше ждёшь, тем с-с-сильнее позоришьс-с-ся… — То есть предлагаешь идти сейчас? Когда все спят? Но он же… — Его нет в с-с-своём кабинете, у него ночное дежурс-с-ство, просто ос-с-ставь книгу на с-с-столе и уходи… — Эээх, ты знаешь, что от тебя куча проблем?