Хмурый рассвет

      Город ветров встречал её удивительно солнечным днём и приветливыми улыбками старых знакомых. Сердце щемило от теплоты, что дарило узнавание в чужих лицах — она покинула родной город пару лет назад, оставляя за спиной все: семью, друзей и проблемы.       Пять лет назад Лу, наследница знатного рода Монштада, покинула отчий дом под покровом ночи, оставив после себя только короткое письмо в стиле «Ушла на поиски приключений, когда вернусь не знаю, не ищите!». Её, конечно, искали. Долго и упорно, но безнадежно. — Лу! Глазам своим не верю!       Звонкий голос, раздавшийся из-за спины, и тяжёлая ладонь на спине сыграли с ней злую шутку — узнавший её человек оказался в опасной близости от острого лезвия девушки, испуганной столь резкими действиями. — В твоём случае верить ты можешь только одному глазу, друг мой.       Мужчина, что поднял руки в знак безобидности, весело рассмеялся, вновь возвращаясь к своей нарочитой расслабленности. Глаз, ярко сверкающий подобно сапфирам, уставился на старую знакомую, пронзая будто тысячи ледяных игл. — А ты изменилась.       Годы, проведённые вдали от дома, однозначно пошли девушке на пользу. Кожа приобрела ровный загар, фигура подтянулась от постоянных нагрузок, а меч стал продолжением руки — это чувствовалось по тому, как она держала его и ловко прятала. Когда-то и без того длинные волосы струились косой почти до колена, а кончики отливали синим.       С Кэйей Альберихом её связывали приятельские отношения. Наверное, они даже могли называться друзьями, исключив многие странные факторы — от разных мировоззрений до редких встреч. Адалуолфа встреч не искала, то ли в силу забывчивости, то ли погружённости в свои дела, а сам Кэйа просто не навязывался.       Но все же они виделись, и часто убегали вместе с праздников на винокурне подальше от толпы других детей.       Воспоминания о детстве, такие далёкие, будто из прошлой жизни, плясали в глазах цветными искрами. Она скучала по дому, по людям свободолюбивого города, по блюдам Мондштата. Даже по раздражающему мужчине с хитрой ухмылкой скучала. — Ты тоже изменился, — улыбнулась она, в неожиданном порыве обнимая друга и по старой ненавистной ему привычке дергая за длинный локон — Что нового в городе?

***

      Когда она из неподдельного любопытства спросила Кэйю о том, что произошло за время её отсутствия, то никак не рассчитывала, что рассказ продлится так долго.       Они засели в «Хорошем охотнике» за порцией оладьев, незаметно заказали ещё половину всего меню, и очнулась от длинного монолога Лу лишь к вечеру, когда заходящее солнце скользнуло по лицу последними лучами.       За её отсутствие Кэйа сильно изменился. Не только внешне, явно соответствуя выдуманному для себя образу, но и неуловимо внутренне. Но Лу бы не взялась судить спустя столько лет разлуки. Единственное, что уяснила для себя точно — Альбериху больно, и он привычно натянул свою ухмылку, пряча все внутри. Таким он был в детстве, прячась от нападок других детей, таким и остался, будучи капитаном кавалерии Орда Фавониса. — Я пойду, — вздохнула она, потянувшими за кошельком, но Кэйя посмотрел на неё так, будто та нанесла ему смертельное оскорбление, и девушка снова вздохнула. — Гете все ещё сдаёт комнаты в гостинице? — Сдаёт, — кивнул капитан утвердительно. — А домой не собираешься…?       Альберих не знал точно, почему Лу сбежала пять лет назад, а на прямой вопрос та уклончива ответила «Не поладили». — Я не для этого скрывалась от них пять лет, чтобы добровольно вернуться в клетку. — усмехнулась девушка, бросая грустный взгляд на родной дом. — Зачем тогда вернулась? — Соскучилась.       Да, нелогично. Сбегать, а потом возвращаться, но сердце ныло вдали от дома, несмотря на все разногласия с семьей и старые обиды. Свет в родном доме горел по привычной схеме — яркий в гостиной, где они собирались по вечерам, читали книги и делились новостями, тусклый свет в комнате брата — наверняка снова сидит над документами, да потушенный свет в родительской, что вечно пустовала после смерти отца. Давным-давно, когда в их маленьком мирке все ещё было хорошо, Лу с замиранием сердца ждала вечера, когда они собирались вместе, погружаясь в рассказы или прогулки по ночному городу.       Тогда у неё ещё не было глаза Бога и груза ответственности на плечах, она не владела оружием и беспрекословно следовала указаниям матери, чтобы вырасти настоящей аристократкой. Главной её проблемой были невыносимые мальчишки, одного из которых ей потом наверняка сосватают. Детство и юношество было наполнено только радостью, временем с друзьями и долгими часами у мольберта. Лу оглянулась на родной до в последний раз и уверенно вошла в отель Гёте.       Прошлое должно оставаться в прошлом.