Шаг влево, шаг вправо...

Если описать мои чувства одним словом, то это слово, непременно будет «Шок». Все мы были в шоке, и когда с Одессой в спешке собирались и когда ехали в машине, и даже когда зашли в квартиру, где вовсю орудовали копы. Из наших мы с Одессой подъехали последними. Все были уже здесь: и Хирург, и Фрост, и Соловей, и даже, мать его, Птиц. Копы допрашивали нас хуеву тучу времени! А ничего ценного, как я поняла, так и не узнали. Как и всегда, в общем-то. Дело спишут на обычную поножовщину и вскоре закроют. Суки в погонах. Для нас вам его не закрыть. - Что думаешь? - Хирург оттащил меня за локоть в сторонку, пока я рукавом толстовки втирала глаза, что не были в слезах, но их неприятно пощипывало, ведь, по сути-то, Серегу я не помнила, но знала, и глубоко внутри, другая я это понимала. Сделал он это, видимо, по привычке, похоже, Хирург чаще всего советовался со мной, поскольку остальные удивлены не были. Сам Саня был в состоянии не лучше моего - весь, как на иголках, взъерошенный и до жути злой. - Думаю Фритц, и я прикончу его! - прозвучало слишком громко, молодой каплей с подозрением на меня глянул, но ничего говорить не стал. И правильно сделал. А Хирург отреагировал по-свойски, грубо вытащив меня в другую комнату, которая, по-видимому, была комнатой Птица. - Тише. Конкретно ты ничего делать не будешь! Да ты, блять, его и не помнишь даже! Почему я опять потащил тебя? Ты же ребенок! Ничего непомнящий ребенок! - ну вот и камень порушился, то есть сорвался Хирург, странно, но я ощущала себя не в своей тарелке, хотя, по сути, в ней и находилась, но, мне казалось, что кто-кто сорвется, а не этот человек. Но его понять можно, по крайней мере, сейчас. - Хирург, прости, конечно, но сейчас уже поздно пытаться отгородить меня от всего этого, и тот факт, что я забыла четыре года своей жизни не делает меня глупее. Ну... Наверное, не делает. Так что... - я пожала плечами, разводя руки. - Господи! За что мне это? - А ты в него веришь? - я скептически приподняла бровь, а Хирург чуть изменился в лице и резко обнял меня, видимо, знание его неверия я опять-таки припомнила из своей старой-новой жизни. Ну, хоть что-то. - Значит так, Александр, сейчас ты берешь себя в ручки, и мы спокойно выходим из комнаты и ты говоришь ребятам то, что ты обычно говоришь. Не смотри так, я не знаю, что ты там говоришь. И отпусти уже меня. Хирург коротко извинился и тут же превратился, по-видимому, в прежнего Хирурга. А мне начинают нравится мои «не-мои» друзья. - Все нормально? - спросил Хирург у кого-то, смотря мне за спину, но, ответа не получив, вышел из комнаты. Я обернулась, в дверях, прислонившись к косяку, стоял Егор Бабурин собственной персоной и странно на меня смотрел. Я в непонятках пожала плечами и пошла вслед за Хирургом. Попыталась. Егор перегородил проход рукой и повторил вопрос Хирурга, заданный им пару мгновений назад, но который, собственно, сам Егор не удосужился ответить: - Все нормально? - Смотря что ты имеешь ввиду под словом «Нормально»? - Насколько я наю, с Хирургом вы не так близки, да и он не из тех людей что любят обниматься... - Послушай, Егор, я не понимаю, к чему ты клонишь. Но он мой друг, мой лучший друг, и выражать друг другу поддержку мы имеем право, да? - Но не помнишь. - Резонно. Но это не значит, что не знаю. У меня убили друга. И я не буду стоять в стороне. Ты знаешь. - Но я не об этом... - Закончили брачные разборки, старички? Пора за работу! - в проеме двери показалась жутко растрепанная темноволосая макушка. - Идем, - крикнула я в ответ и, выходя из комнаты, бросила Еору, - Тебе меня не вытянуть.

***

- Сань, мы уже четыре часа в этой ебаной квартире трясемся над каким-то планом, может объяснишь уже, что к чему? - Одесса, как всегда был настырней остальных, будто ему больше других надо. - Одесса, уймись уже, а? - Соловей треснул Леху по голове и повернулся за его спиной на другой бок, в ответ Леха ткнул его локтем в бок, от чего последний тут же подскочил с дивана, - Рехнулся! Я вообще-то спал, блять! Жди смерть, козел! Это война. - Трепещу! - притворно ужаснулся Одесса и завалился на освободившийся диван. - Дети, - декламировал Фрост, потянувшись в кресле. С момента убийства Птица прошло 2 месяца. Дело, как мы и думали, замяли, но никаких прямых доказательств, что это сделал Фритц или по его наводке у нас, по-прежнему, не было. Оставалось сидеть и создавать наитупейшие планы по поводу поимки Фритца. Я прекрасно понимала, что такие люди, как правило, не проигрывают. Он слишком умен, даже для Хирурга. За два месяца моя амнезия никуда не делась, а помоему даже усилилась, а ощущение, что начала переходить в склероз. Я забывала элементарные вещи, не помнила поручений, даже могла забыть, что сказала пару мгновений назад. Однако, вопреки собственным ожиданиям, мыслила я, не как четырнадцатилетняя девчонка, коей себя помню, а вполне адекватно, зависимо от ситуации. - Сегодня едем к Фритцу, - вот так, сразу и в глаз, не церемонясь и без прелюдий, оборвал мои мысли Хирург. - Что, блять? - Рехнулся? - Шо? - три голоса наполнили маленькую гостиную нашей квартиры, поскольку у Птица мы больше не могли собираться. Но то, что объявил сейчас Хирург втрое перевешивает все наши предположения, коими обладал каждый из нас. Ведь каждый смотрел на ситуацию так, как ему было удобно. Мне было удобнее наблюдать. Но это пока. - Что ты имеешь ввиду? - спокойно спросила я. - Блять. Ширя, ты мне последнее время напоминаешь бездушную тварь, - без тени улыбки, сообщил мне Одесса, в ответ я посоветовала заткнуться.. - Сегодня мы идем к Фритцу и нормально говорим с ним. Если не получится нормально. Придется ненормально. Собираемся. У вас, - он посмотрел на часы, - пятнадцать минут. - Стой, почему сегодня? - Соловей лишь озвучил всеобщее мнение. - Сегодня с ним Леший и Логопед. - А Магнето? - В Москве. - Он тебе это все сказал? - ... - Он? - Слушай, Ширь, у вас такой конструктивный диалог... - Заткнись, Одесса! - эту фразу мы с Хирургом произнесли вместе. Время поджимало, все поспешили собираться, а мы с Хирургом так и стояли посреди гостиной, сверля друг друга взглядом. Ну как друг друга... Я сверлила, он выдерживал. И когда я уже сдалась и, отвернувшись, поспешила к себе в комнату за необходимой амуницией, парень тихо выдохнул: - Да...