Любовь как грех

Стефани

      Весь следующий день проходит спокойно. Тимоти не было в Академии и я с головой погрузилась в учебу. Взяла несколько дополнительных заданий и нашла Мэри в столовой. Они с Патриком сидела за одним столом и о чем-то разговаривали.             — Не помешаю?             — Нет, ты как раз вовремя, мы с Патриком говорили о Коачелле*. Ты кстати как, собираешься поехать?             — Ммм…собиралась, но все билеты были проданы.             — А что если я покажу тебе это, — Мэри достает из сумки четыре электронных билета и кладет на стол.             — Ух ты, я рада за тебя, желаю хорошенько повеселиться там, — брат с сестрой недоуменно посмотрели на меня, что заставило меня умолкнуть. — Что? Почему вы так на меня смотрите?             — Потому что это билеты я заказала для нас, Ты поедешь с нами, — подруга прижимается ко мне и обнимает за плечи. — Сюрприз.             — Да уж. Тот еще сюрприз. Но…разве ты не хочешь пригласить своих подруг, или…             — У меня не так много подруг, Стеф, ты единственная моя близкая подруга, и я буду счастлива оторваться с тобой там. Ну так что? Ты согласна? Папа забронировал для нас номера в отеле, так что, все пройдет как по маслу.              — Ну, если по маслу то я только за.             — Ураааа…             Выдавливаю из себя улыбку. Я смотрела на подругу и каждый раз думала о том, чтобы рассказать ей все. Рассказать о нас с Тимоти. Что он сделал, что мы сделали. Быть вечным защитником для кого-то вошло в привычку и теперь я ломаю голову.             — Мы полетим на частном самолете сегодня ночью. А завтра вечером будем отрываться.             — Поосторожней, сестра. Мне страшно выпускать тебя одну, — смеется над ней Патрик.             — Я буду не одна, я буду с Тимоти.             Я закатываю глаза и выдыхаю. Ну конечно, как же без него. Ребята подбросили меня до дома и напомнили о времени, когда нужно будет подъехать в аэропорт. Я стала собирать вещи и на мой мобильник приходит сообщение от неизвестного абонента:             

«Надеюсь встретить тебя там»

             Было не трудно догадаться, что это сообщение было от Тимоти. Видимо он залез в телефон Мэри и нашел мой номер.              — Придурок.             Я агрессивно бросаю свои вещи в сумку и закрываю ее. Выключаю повсюду свет и закрываю за собой дверь.             В самолете меня ждали ребята, даже Тимоти был здесь и распивал с Патриком пиво. Заметив меня, он поднимает свою бутылку и тем самым приветствует меня.             — Садись, вот, это тебе.             Мой бокал заполняется игристым вином и на блюдечке приносят клубнику.             — Черт, — вырывается у меня, привлекая внимание всех троих.             — Ты не любишь клубнику? — спрашивает Мэри.             — Как можно ее не любить? — голос Тимоти звучал так наигранно, с нотками секса.             Он берет клубнику и касается ее своими губами, играя своим языком и глядя на мою рубашку, у которой две верхние пуговицы были расстегнуты, обнажая ложбинки между грудями. Он кусает ягоду и тут же облизывает нижнюю губу.             Мэри сидела к нему спиной и благо не видела этого. Я готова была провалиться сквозь землю, но мы уже были над землей.              Парни уснули а мы с подругой рассматривали наши школьные фотографии.             — Он так мило спит, — говорит подруга про Тимоти.             Да, очень мило, хотелось мне сказать.             Особенно уставший после жесткого секса, спящий на моей кровати, голый и потный.             — Что это, что это у тебя на шее?             Фак.             Засос Тимоти.             — Это…это…ммм…долгая история.             — Хорошо, хорошо, не буду тебя смущать, потому что вся покраснела от смущения. Мы скоро прилетим.              Я не могла уснуть в этой встряске. Я смотрела в иллюминатор на эти облака и огоньки самолета. Все троя спали, Патрик тихо похрапывал, Мэри улыбалась во сне, а Тимоти съежился на этом кресле, спустив свою кепку на глаза. Я теребила браслет на руке и чувствовала себя немного колючей.             Я встала со своего места и решила освежиться. Я нахожу туалет в этом самолете и войдя в него вымываю свои руки и лицо. Холодная вода действительно освежала. Я стала разглядывать свой засос. Он стал менее заметным, это чертово клеймо.             — Мне нравится, — Тимоти стоял позади меня, прислонившись к дверце.              Поправляя на своей голове кепочку он ехидно разглядывал мой зад.             — Мои глаза чуть выше.             Я забираю свои вещи и поворачиваюсь к нему лицом.             — Отойди, мне нужно выйти.             Но он не стал меня слушать, он вообще не стал что либо делать, лишь закрыл за собой дверь. И мы стояли прижатыми в этой тесной комнатке.             — Нас могут заметить.             — Плевать.             Хватает мою талию и губами касается моей шеи, где был оставлен засос.             — Что ты творишь? — я собираю пальцы в кулак и со всей силой ударяю в живот, он начинает съеживаться и хвататься за раковину, позади меня. — Идиот.             Я обхожу его и открываю дверь.             — Еще посмотрим, — все, что слышу от него.             Полет прошел на взводе. Мои два года явно не обойдутся без приключений на мою попу. Мы с Мэри заселились в одну комнату, а парни в другую. Хот здесь я смогу отдохнуть от него. Пока подруга решила осудить наше меню с поваром, я набрала себе горячую ванну и залезла в эту адскую пучину, вода расслабляла меня и я почти могла уснуть. Я включаю воду и сильный напор воды начинает заполнять мою ванну еще сильней, касаясь меня между ног. Раздвигаю свои ноги настолько, насколько позволяет мне ванна и провожу рукой по всей ноге, спускаясь все ниже и ниже.             Запрокидываю голову назад и начинаю извиваться, когда пальцы проникают глубоко в меня. Я отгоняла свои мысли, свои лишние мысли о нем и просто двигала бедрами, но ощущения были не те, я скрывала все чувства и наказывала себя и говорила не думать о нем и просто расслабиться, сделать это как можно быстрей и вылезти из этой ванны. Но меня будто тянули вниз и я злилась из-за этого, на саму себя.             — К черту тебя.             И я снова сделала это. Воспроизвела в своей памяти все. Абсолютно все. Его колючие слова, его движения, прикосновения и ласки. Ощущения от этого стали еще острей и я наконец дохожу до своего пика, пока не слышу его голос.             — Не сдерживай себя, кроме меня тебя никто не услышит.             Тимоти наблюдал за мной, стоя у двери со скрещенными руками на груди.             — Тебе помочь?             Я хотела сказать ДА. Притянуть его и попросить войти в эту воду со мной и вытворять со мной все, что он захочет.             — Иди к черту, — и бросаю в него часть своей одежды, и как назло это оказываются мои трусы.             — Понял.             Он складывает их в ровный квадрат и убирает в свой карман. А затем уходит. Я набираю побольше воздуха и ухожу под воду.