Ошибки

В конце концов, ему пришлось встать, чтобы приготовить еду. Они пропустили завтрак, и Саске ужасно хотелось есть после такого энергозатратного занятия. Ему придётся снова наловить рыбы, а для этого нужно оставить Сакуру одну. Брюнет был уверен, что почувствует чакру врага намного раньше, чем у того будет возможность приблизиться к хижине, но бросать спящую девушку беззащитной всё равно было тяжело. Помотав головой на своё глупое поведение, Учиха взял самодельную удочку и отправился всё к той же реке. На этот раз он сознательно отталкивал от себя даже малейшие воспоминания о брате, и в этом ему помог какой-то несуществующий ранее внутренний покой. Хоть он никогда себе в этом и не признается, было приятно добывать еду с осознанием, что её нужно принести домой кому-то ещё кроме себя. Саске не понимал, чем чревато такое настроение, пока не стало слишком поздно – умиротворённое состояние неминуемо привело его к мыслям о матери. Микото Учиха была неимоверно ласковой женщиной, и Саске всегда находил покой в её объятиях или простом присутствии, хоть никогда об этом и не говорил. Ему жаль, что он так редко давал ей знать о своих чувствах. О том, как сильно он ценил её любовь и заботу. Мотнув головой, Учиха попытался вернуть мысли в умиротворённое русло, и единственным верным способом это сделать было подумать о Сакуре. Парень надеялся, что она не проснётся за время его отсутствия. Он не хотел её волновать, тем более когда девушка ещё не успела до конца восстановиться. Несколько минут Саске так и сидел, пытаясь подавить воспоминания о матери мыслями о Сакуре. В конце концов подсознание вывело его совсем на иную дорожку – брюнет невольно задумался, как отнеслась бы его мать к Сакуре, будь они знакомы. Саске вспомнил, как ещё со старых времён раздражался от бесконечных приставаний розоволосой, но всегда был необъяснимо спокоен в её компании, когда она затыкалась. Как он до глубины души ненавидел чужие прикосновения, но всегда, даже в детстве, позволял ей находиться в своём личном пространстве. Как её прикосновения зачастую даже успокаивали, вспомнить хотя бы тот ужасный эпизод на экзамене чунинов. Как теперь, когда они оба подросли, Сакура не побоялась дать ему отпор и понабралась наглости наорать на него и поставить на место. Или же просто поддразнивать какие-то его черты. К сожалению, ответ на вопрос был до смешного очевиден. Микото Учиха души бы ни чаяла в Сакуре. Саске вздохнул, недовольно поджав губы. Он не знал, что именно чувствует в связи с этой новой информацией, которая теперь, наверное, навсегда застрянет у него в голове. Решив отогнать от себя эту мысль, как и многое другое в своей жизни, парень встал, собрал свой улов и отправился обратно к хижине. Убедившись, что Сакура всё так же спокойно спит, Учиха пошёл на кухню и принялся готовить обед. Его мысли время от времени продолжали закручиваться вокруг каких-то болезненных тем, но он давил их снова и снова. За последние две недели, когда он просто был в непосредственной близости от своих бывших сокомандников, брюнет начал хуже спать, больше переживать, чаще загоняться по пустякам. А эти два дня рядом с Сакурой были и того хуже – парень напоминал себе какой-то оголённый провод, остро реагирующий на малейшие раздражающие контакты. Ему казалось, что он вот-вот перегорит. Однако в другие моменты, когда Сакура была рядом, успокаивала и уделяла ему своё внимание, Саске чувствовал себя лучше, чем когда-либо. Ему не было так спокойно за все годы с того самого момента, как он остался один. Брюнет уже дожаривал рыбу и размышлял о полярных перепадах настроения, когда сзади послышались тихие шаги. Учиха бросил взгляд через плечо: Сакура стояла перед ним всё в тех же шортах и порванной футболке, переступая босыми ногами, и смущённо улыбалась. Саске сразу же отвернулся, тряхнув головой и пытаясь сразу же вытеснить этот образ из головы. Как будто это что-то нормальное – проснуться с ней в одной кровати, а потом пойти готовить ей завтрак. Или уже обед. Как будто для неё совершенно естественно улыбаться ему так, словно он достал ей луну с неба. Но потом розоволосая подошла ближе и крепко прижалась сзади, спрятав лицо где-то между его лопаток, и Учиха с недовольством почувствовал, как по его шее к ушам ползёт жар. Но всё же тогда, в этот самый момент, из его головы будто улетучились все негативные мысли и эмоции. Магия какая-то. Её руки словно отгородили его от всего мира. И теперь он может думать только о том, как приятно чувствовать кого-то так близко. Нет, не кого-то. Её. Как давно он не чувствовал благодарности за то, что сделал что-то не для себя. Как осознание своей значимости в чьей-то жизни доходит до самой глубины души. И да, какой мягкой казалась её фигура. Брюнет опять хотел, но не мог поддаться злости. Вся эта ситуация должна его раздражать, он должен отпихнуть эту приставучую девчонку. Но это просто невозможно. Прямо как в том чёртовом лесу. Даже когда его захватила неведомая на тот момент сила, когда он забыл себя и не мог ничего контролировать, включая собственные мысли, Харуно вытащила его из адского пекла одним движением рук. Какого хрена она имеет над ним столько власти? Наконец, Сакура отстранилась от него и села за стол. Брюнет поставил перед ней тарелку с едой, и она засияла такой улыбкой, что он едва ли смотрел, куда садился сам. Ей обязательно так его отвлекать? - Спасибо, Саске-кун. Парень кивнул, но немного нахмурился. У него начало закрадываться подозрение, что розоволосая использовала этот суффикс как оружие. Так или иначе, он остро реагировал на него при каждом использовании. Какое-то время они ели молча. Саске вспомнил, как сидел вчера на том же месте, а потом вспылил на ни о чём не подозревающую девушку. Казалось, это было сотню жизней назад. - Кстати, ты не против, если я попозже проведу на тебе стандартную проверку чакрой, чтобы понять степень своего контроля? Мне кажется, у меня почти всё восстановилось. Учиха снова кивнул, никак не меняясь в лице. На самом же деле внутри всё загорелось от паники. То есть как, уже? Так быстро?! Он даже подготовиться не успел! Парень рассчитывал на ещё как минимум один полный день с ней, чтобы медленно всё обдумать, ведь Сакура сглаживала своим присутствием все неприятные углы. Оставшуюся часть обеда брюнет боролся со своими мешающими чувствами, уже порядком от этого устав. Это невероятно выматывало, но каким-то образом он продолжал находить силы на такие занятия. Закончив с едой, Сакура бодро вскочила на ноги, отнесла обе тарелки к раковине и принялась их мыть, перед этим быстро проведя рукой по его волосам. Внутри опять всё сжалось, будто все органы превратились в какую-то кашу. Крайне странное чувство, особенно если позволять себе его испытывать. - Я проведу проверку через пару часов, иначе она может нарушить пищеварительный процесс. Учиха отстранённо кивнул, наблюдая за розоволосой макушкой. Всё поменялось кардинально и слишком быстро, у него лопалась голова от одних мыслей об этом. И теперь, когда у него осталось с ней не так много времени, внутри боролись два желания – провести рядом все минуты до последней и уйти, чтобы начать отдаляться уже сейчас. Ему уже осточертела эта поганая чувствительность, поэтому Саске вскочил на ноги. - Я пойду тренироваться, - бросил он и выскочил за дверь. Шагая чуть подальше от дома, но не так далеко, чтобы пропустить угрозу, брюнет гадал, правильно ли поступает. Но, в конце концов, он всё равно скоро вернётся. И она не так уж далеко. Пытаясь выкинуть все мысли из головы, Учиха глубоко вздохнул и вытащил катану.

-

Когда парень шёл обратно с осознанием того, что там его ждёт другой человек, близкий человек, в сердце противно ёкнуло. Потому что слишком сильно. Брюнет открыл входную дверь и сразу же увидел Сакуру, свернувшуюся в калачик на диване и читающую всё тот же учебник. Она подняла взгляд, моргнула, и на её лице расплылась ласковая улыбка, от которой Учиха сразу же отвернулся. - Сядешь? – похлопала она по месту рядом с собой. Парень кивнул, отложил катану и опустился в центр дивана. Розоволосая сразу же выжидающе протянула руки. Учиха непонимающе нахмурился и на автомате поднял свою ладонь, но девушка махнула головой: - Другую. Когда Саске поднёс к глазам вторую, то с удивлением обнаружил сбитые в кровь костяшки. Он давно уже не чувствовал такого рода повреждения. Но Сакура нахмурилась и внимательно осмотрела рану перед тем, как начать лечение. После этого девушка мягко погладила уже заживлённую кожу, стирая оставшуюся кровь. Учиха сжал зубы, пытаясь контролировать свою реакцию, но по шее всё равно расползлась краска, а сердце застучало быстрее. Какая глупость. Это просто её работа. К тому же, после того, что произошло утром, смущаться прикосновения рук просто жалко. Но парень ничего не мог с собой поделать. Тем временем Сакура встала, обошла диван и положила обе руки на его лопатки. На этот раз процесс был не таким коротким, так что Саске сполна успел оценить её чакру. Раньше его лечил только Кабуто, и его чакра была такой же, как и сам мужчина – резкой, острой и холодной. Само лечение было едва ли не больнее, чем получение травмы. Парень никогда особенно не задумывался об этом и считал, что так работают все медики. Но сейчас стало очевидно, что он ошибался. Чакра Сакуры мягко обволакивала все его внутренности – он словно заполнялся её светом изнутри. Невероятно тёплое чувство. Удовольствие было почти таким же всеобъемлющим, как и с утра, но не таким острым. Брюнет вдруг задумался, все ли её пациенты чувствуют то же самое, что и он сейчас. Ему не хотелось делиться этим больше ни с кем. Никто не должен чувствовать её так близко. - Твоё тело функционирует нормально, никаких сбоев, - оборвала девушка поток его мыслей. – Осталось совсем чуть-чуть. Харуно снова обошла диван и встала прямо перед брюнетом, нерешительно поднося руки к его голове. - Я только проверю мозг и глаза, хорошо? Это сложнее. Саске кивнул, поднимая на неё взгляд. Розоволосая улыбнулась и прижала пальцы к его вискам. Внутри всё опять заполнилось её теплом, и веки опустились сами собой. Из сознания снова улетучились все негативные мысли, что на этот раз казалось более ироничным. Как будто она излечивала его от своих же тревог. - В глазах есть небольшое повреждение. Тебя беспокоят боли? Учиха пожал плечами. Ничего такого, что могло бы ему мешать. Сакура мягко опустила большие пальцы на его веки, и тогда он наконец почувствовал что-то знакомое. Нервы будто воспалились и заныли, и Саске немного скривился от неожиданности. - Потерпи, сейчас пройдёт, - тихо сказала медик, будто разговаривала с ребёнком. Желание скривиться стало ещё сильнее, и розоволосая едва слышно фыркнула. Несколько минут спустя Сакура убрала большие пальцы и провела руками по его скулам. - Всё, можешь открывать. Саске заморгал и посмотрел на девушку снизу вверх. Откуда-то изнутри действительно убралось лёгкое давление, в котором он даже не отдавал себе отчёт. Как оказалось, у него вообще снималась вся боль, когда она была рядом. Главное – подпустить достаточно близко. - Стало лучше? Брюнет молча кивнул, не сводя с неё глаз. Харуно победно улыбнулась, горделиво задирая свой заострённый нос. Она будто хвасталась тем фактом, что смогла ему помочь. Саске вздохнул, послав к чёрту все свои заморочки, опустил руки на заднюю часть её ног и дёрнул на себя. - Ой! – пискнула от неожиданности Сакура, неуклюже плюхаясь на его колени и на автомате хватаясь за спинку дивана. Учиха, тем временем, обхватил лицо розоволосой и притянул к себе. На этот раз поцелуй был более плавным, хоть начался так же резко. Парень скользнул языком в приоткрытый рот, снова удерживая девушку, подсознательно препятствуя её сопротивлению. Но Харуно сразу же обняла его за плечи и прижалась сильнее. Саске облегчённо выдохнул и переместил руки с лица на девичью талию, но затем повёл ими в разные стороны. Ему снова не хотелось останавливаться на чём-то одном. Но потом девушка схватила его за волосы на затылке и потянула вниз, открывая шею. Раньше у неё не было шанса быть такой активной, но сейчас она проделывала всё то, что и он с утра, и Учиха закатил от удовольствия глаза, сжимая её бок и бедро. Почему он когда-то думал, что от этого нужно отказаться?.. Брюнет почувствовал её зубы у основания шеи и просто не мог не заёрзать, чтобы хоть такое трение немного сняло его напряжение. Сакура медленно вела рукой по его открытому торсу вниз и начала воевать с узлом на верёвке. Саске же снова потянул рваную футболку наверх. Он бы к чёрту разорвал эту и так испорченную вещь, но другой одежды у неё не было, а оставить девушку в одном белье было… неосмотрительно. По многим причинам. Она была всё такой же плавной, но уже не такой чистой – на плече красовался синяк от его зубов, шею покрывали красноватые засосы, на нескольких местах на талии тоже виднелись отпечатки его пальцев, и парень был уверен, что такие же отметины будут на её бёдрах – он сжимал слишком сильно, сначала старясь сдерживаться, а потом от наплыва чувств. В груди загорелся стыд из-за такого животного проявления своих чувств – даже пытаясь дарить ей удовольствие он причиняет ей боль. Одновременно с этим где-то в глубине, за стыдом проснулось всё такое же животное удовлетворение. Его подсознание восхищалось тем, как её чистота была нарушена им. Какая-то его часть мечтала, чтобы хотя бы одна из этих отметин осталась по крайней мере до тех пор, пока он снова не будет рядом. Учиха изо всех сил пытался подавить эти мысли. В этот момент Харуно справилась с узлом, как и всеми остальными препятствиями, и обхватила пальцами его член. Саске откинул голову на спинку, с трудом давя жалкие стоны. Конечно, это не шло ни в какое сравнение с тем чувством, когда он был в ней, но всё же контраст между его и её рукой был очевиден. Он всегда знал, что у неё мягкие пальцы, но не думал о том, какой эффект это произведёт на него в такой ситуации. Чёрт, да он вообще не думал о таких ситуациях. По крайней мере, не осознанно. Но теперь девушка нежно, но крепко ведёт рукой вверх-вниз, и слова «думать» и «осознанно» теряют всякий смысл. Совсем скоро брюнет отвёл её руку, потому что, по правде говоря, не мог себя контролировать. Это всё слишком ново, слишком необычно, и он не хотел, чтобы всё закончилось так. А для этого надо её подготовить – он выучил свой урок. Учиха начал покрывать женскую шею лёгкими поцелуями, боясь причинить боль, но Сакура зарылась рукой в его волосах и прижала сильнее, так что вскоре вся осторожность полетела в окно. В такой позе стянуть её шорты было крайне тяжело, поэтому он просто скользнул рукой через резинку. Розоволосая прижалась к нему сильнее, с силой сжимая его плечо, и Саске вдруг смутно вспомнил ощущения её ногтей на спине. Наверное, она сейчас выглядит не лучше её шеи. Стыд немного поостыл. Спустя некоторое время, когда Харуно начала покачиваться на нём, а на его пальцах было предостаточно влаги, парень скинул девушку с коленей и уложил спиной на диван. Он начал медленно снимать её шорты вместе с бельём, следя за их путешествием вниз, и теперь девичьи ноги казались ему бесконечно длинными. Брюнет, конечно, сразу заметил, что она подросла, но… Они всегда были такими? Всё это время? Чёрт… Теперь ему хотелось обвить их вокруг своей талии ещё сильнее. И да, на внутренней стороне её бёдер действительно красовались небольшие синяки, и Саске снова почувствовал смесь удовлетворения и смущения. Отбросив ненужную одежду, парень лёг сверху. Он снова входил медленно, как девушка просила с утра, внимательно всматриваясь в её лицо. - Не больно? – шепнул Учиха, заметив, как слегка свелись розовые брови. - Чуть-чуть. Не так, как утром. Продолжай, - ответила розоволосая, обвивая его шею. Саске облегчённо выдохнул, подаваясь вперёд немного быстрее, но всё так же плавно, и следя за малейшими изменениями в её выражении. Сакура зажмурилась, откидывая голову назад, и это совсем не было похоже на боль. - Скажи мне, что ты чувствуешь, - всё равно потребовал брюнет, потому что ему необходимо подтверждение. - Я… О, Саске… - вдруг простонала девушка, выгибаясь сильнее, и от этого всё тело парня сжал неожиданный сладостный спазм. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы найти свой голос. - Что, Сакура? - Быстрее. Учиха с удовольствием исполнил просьбу, чувствуя, как временами её стенки сжимались сильнее, отчего всё тело пробивала дрожь. - Саске-кун… - снова простонала розоволосая, и парень чертыхнулся. Чёрт возьми, она вертит им как хочет. Чуть изогнутая бровь – и он волнуется как придурок. Один суффикс – и у него закатываются глаза. Такими темпами Учиха просто потеряет себя в ней, и это недопустимо. - Скажи, что любишь меня, - ещё раз потребовал брюнет, желая вернуть власть себе. Как и в тот раз, Сакура лишь застонала и потянулась к его губам. Так продолжаться не может. Это он должен быть главным. С трудом оторвавшись от её влажного языка, Учиха, раздосадовано рыкнув, схватил женские бёдра и с силой перевернул девушку лицом вниз. Вот так, теперь она не сможет контролировать его своими бездонно-зелёными глазами. Но если брюнет надеялся, что это поможет ему собраться, то его ждало разочарование. Харуно тихо проскулила и выгнулась в пояснице, и Саске пробежался взглядом по представленной перед ним картине. Спутанные волосы, мягкий изгиб позвоночника, плавно перетекающий в округленные, слегка приподнятые ягодицы… Твою мать. Учиха приподнял её бёдра выше, входя одним толчком, и Сакура снова застонала. - Тебе нравится? – сменил тактику парень. - Да, - раздался стон, немного приглушённый подушкой. - Хочешь ещё? – прохрипел брюнет, купаясь в её ответной реакции. - Пожалуйста, Саске-кун… Чёрт, а ведь раньше он ненавидел её мольбы. Отбросив последний иллюзорный контроль, Учиха начал двигаться ещё быстрее и не так выверено. Оргазм уже начал подходить ближе. И всё же каким-то непостижимым образом девушка продолжала им управлять. Он не мог думать только о себе и забыть об её наслаждении. Обвив рукой её талию, парень потянулся ниже, к тому месту, где они соединялись. - О боже, Саске, - чуть ли не выкрикнула Сакура, вцепившись пальцами в подлокотник над её головой. У брюнета всё поплыло перед глазами, и он прижался грудью к её спине, не прекращая сильных толчков. Вторая его рука сжала розовые локоны, оголяя исцелованную шею. - Моё, - вырвалось у Саске, хоть он и не отдавал себе в этом отчёт. - Да, - захныкала Харуно, выгибаясь сильнее и как никогда сжимая его изнутри. Тогда у парня окончательно сорвало крышу. Это, конечно, не признание в любви, но очень близко. Из него опять начали вырываться стоны, поэтому брюнет прикусил второе девичье плечо, надеясь заглушить эти звуки, но выходило не очень. Новый оргазм был, возможно, даже лучше первого, но в моменте судить было трудно. Они оба всё ещё стонали, не прекращая движений, чтобы продлить удовольствие. Наконец, остановившись, Саске изнурённо перекатился набок, чтобы не придавливать девушку своим весом, и закинул руку на её талию. Она ласково поглаживала тыльную сторону его ладони, прижимая спину к его груди. Зыбкая эйфория, которая снова заполнила сознание брюнета, рассеивалась долго, будто густой туман, поэтому какое-то время молодые люди просто лежали на диване в обнимку. Но, в конце концов, на смену покоя пришло смущение. - Мне нужно помыться, - неловко выпалил брюнет, опять не зная как себя вести. К его облегчению, Сакура беззаботно хихикнула. - Давай, а я приготовлю ужин. Харуно медленно встала и откопала в кучке вещей свои трусы и футболку. Последняя казалась достаточно длинной, но всё равно не доходила даже до конца ягодиц. Сакура прошлёпала босыми ногами до двери на кухню, а потом обернулась через плечо и смущённо улыбнулась, наткнувшись на его изучающий взгляд. Саске со вздохом перекатился на спину, уставившись в потолок и пытаясь не дать сознанию запечатать образ дорогого человека, который снова о нём заботился. Господи, в каком же он дерьме…

-

Они снова ели молча, украдкой рассматривая друг друга, но сразу же отворачиваясь, когда пересекались взглядами. Саске опять не мог не вспомнить, к чему привела их вчерашняя трапеза, и как рьяно Сакура отстаивала свою позицию. Она стала совсем другой. И хоть девушка отвечала взаимностью на все его действия, Учиха не мог не отметить, что она до сих пор упрямо отказывалась подтверждать свою любовь на словах. Почему? Потому что не хотела в этом признаваться? Или потому что это больше не так? Может быть, всё это – своеобразная форма благодарности? Брюнет продолжал исподлобья наблюдать за Сакурой, прокручивая в голове ссору, и вдруг кое-что вспомнил. - В Конохе какие-то проблемы? - Что? – удивлённо вскинула голову Харуно. - У вас не хватает охраны? – поставил парень иначе вопрос. - С чего ты взял? – розовая бровь недоумённо изогнулась. - Тогда почему люди Орочимару смогли пробраться ночью в деревню, а потом вынести оттуда тебя? Это должно быть не так-то просто. - Полагаю, это и не было просто, - туманно ответила розоволосая. - Сакура! – оборвал её Учиха. - Я не знаю, что тебе ответить, - вздохнула она. - Раньше на каждой смотровой точке стояло по два человека. Неужели ни один из них ничего не заметил? - Во-первых, я не знаю. Ко мне пробрались три человека, и мне удалось с ними разобраться, но потом откуда ни возьмись вылез этот чёртов Кабуто и всадил мне своё мерзкое снотворное… - Саске вскинул брови, узнав, что в процессе был замешен сам медик. Обычно со всем справляются заключённые. Но девушка продолжала, ничего не заметив, - и я отключилась. Понятия не имею, пытался ли меня кто-то спасти. - А во-вторых? – нахмурился брюнет. - Во-вторых… - замялась розоволосая, но, наткнувшись на грозный взгляд, скорчила рожицу, - во-вторых, сейчас главная прерогатива – Наруто. За ним охотятся Акацуки, и мы не можем отдать им девятихвостого. Не говоря уже о том, что многие из нас не отдадут самого Наруто. Я живу в гражданской части деревни. Наверное, никто не предполагал, что кому-то понадобится вломиться туда. На этом Харуно пожала плечами, будто в сказанном не было ничего особенного, но брюнет сжал от злости кулаки под столом. В самом начале, когда он ещё отказывался верить в то, что «объектом» станет его сокомандница, но решил рассмотреть такой вариант, парень понадеялся на свою бывшую команду и деревню. И всё напрасно. Как всегда. Его до глубины души выводила из себя вся эта ситуация. - Значит, тебе надо усилить охрану дома. - Саске, успокойся, - закатила глаза девушка. - Не говори мне, что делать! Ты поступаешь безответственно и непрофессионально. - Саске, я куноичи, - выделила Харуно последнее слово, - я живу с осознанием того, что могу не дожить до завтра. Почему я должна тебе это объяснять? - Наверное, потому, что со мной такого не случилось бы, - злобно поддел Учиха, на самом деле просто стараясь подавить своё волнение. - Ну, всем нам смертным, не великим Учихам… - саркастично выплюнула розоволосая, и Саске гневно сощурился, - приходится просто принять этот факт. У меня опасная жизнь, и случиться может что угодно. К этому невозможно подготовиться. Не думай, что я закрываю глаза на свою безопасность, но спать каждую ночь в бункере я тоже не собираюсь. - Судя по всему, больше всего ты набралась не силы и навыков, а наглости, - попытался он её осадить, на что розоволосая только расхохоталась. - Я всегда такой была, просто раньше никогда тебе не возражала. - И что изменилось? – хмуро спросил брюнет, не уверенный, что хочет знать. Сакура встала из-за стола, забрала тарелки и перед тем, как снова повернуться к раковине, с такой же непринуждённостью пожала плечами. - Повзрослела, наверное. Это не тот ответ, которого он боялся, но настроение всё равно упало. Девушка как будто говорила, что любовь к нему была какой-то детской игрой. Что, вполне вероятно, правда. И его абсолютно не должно это волновать. Вот только она здесь, готовит ему и моет за ним тарелку. А он сидит, снова смотрит на её спину и как идиот переживает, что у неё дома плохие замки на дверях. Какой бред. Так не должно быть и никогда не будет. Но почему-то теперь от этой мысли всё чаще просыпалось не раздражение, а грусть. Закончив с посудой, Сакура вытерла руки и снова подошла к брюнету, аккуратно отводя чёлку подальше от глаз. - Тебе бы поспать, Саске-кун, - ласково погладила она его щёку. – Я почти весь день провалялась. Отдохни, а я опять подежурю. Если честно, Учиха действительно устал. Тренировка и… другие активности порядком его вымотали, и после еды он чувствовал себя немного разморенным. Однако просто уходить не хотелось. Саске поднял взгляд на розоволосую и снова вздохнул, покачав головой. Бороться с собой уже не было никакого смысла. Раз последние дни всё летит в тартарары, ни к чему доводить себя ещё больше. Учиха резко схватил всё также протянутое к нему запястье, поднялся из-за стола и зашагал в спальню, утягивая девушку за собой. Ему бы, может, и хотелось проявить такую же нежность, как она – к нему, но он так не умел. Брюнет, как и в прошлую ночь, уложил её рядом, подстраивая под свою позу. Харуно положила руку ему на плечо и прижала лицо к его макушке, периодически целуя. - Спи, Саске-кун, - проворковала она. Все его тело налилось приятной тяжестью, и глаза закрылись сами собой, но сон наступал очень медленно. Они оба прекрасно понимали, что это их последняя ночь вместе, но никто об этом не говорил. Саске уныло перечислял в голове, как много ошибок допустил в своих суждениях, и это стало известно только за последние два дня. А сколько ещё открытий его ждёт. Но сейчас его волновала только одна, самая главная возможная ошибка. Правда ли, что узы делают человека слабым? Он ушёл исключительно из-за этого, слова Итачи в той схватке несколько лет назад до сих пор чётко звенят у него в ушах. Ты слаб, потому что тебе не хватает ненависти. И Саске ушёл, потому что рядом с привязанностью и дружбой ненависти действительно не место. Но так ли это? Вот он, лежит в кровати с самой важной для него девушкой, но ненависть к старшему брату как была, так и осталась, вся до последней жгучей капли. Да, парень не испытывает её в данную секунду, но прекрасно понимает, что она никуда не делась. Также он ушёл потому, что узы – это всегда слабое место, а при наличии слабых мест ты уязвим. Как и при наличии чувств. Но так ли это? Сейчас Учиха чувствует себя сильнее и уравновешеннее, чем когда-либо. Мешает только мерзкая неопределённость, когда он не знает, как поступить. Но если Сакура близко, и он уже решил не бороться с этим, внутри просыпается какой-то нерушимый стержень. Разумеется, слабым местом в этой ситуации можно назвать её саму. Да, она стала сильнее, но всё же не ровня ему и тем, с кем он в скором времени будет иметь дело. Привязавшись к ней, парень рискует очередным эмоциональным срывом. Он может потерять её, и тогда вся эта уравновешенность улетучится так же быстро, как появилась. Пока Сакура снова нежно гладила его по голове, а сознание медленно проваливалось в сон, Саске приходил к выводу, до которого не дошёл его великий брат. Узы – не только слабость, но и сила. И одно не может существовать без другого. Брюнет не сможет стать сильнее, не став при этом слабее. Парадокс, да, но жизнь полна парадоксов, уж это парень понял очень давно. Без привязанностей жить намного легче, и можно добиться многого, но всё же не предела. А разве он склонен выбирать лёгкие выходы из проблем? По правде говоря, Учиха просто не может себе этого позволить. Ему нужно пользоваться всем, что только есть. - Я не знаю, почему спас тебя, - промямлил Учиха, уже не соображая трезво. – Это не было обдуманным решением. В голове всплыло: «Только не Сакура». Харуно прижалась к нему крепче, и последние меланхоличные мысли Саске были о том, что он тоже прекрасно помнил её запах все эти годы и ни с чем бы его не спутал. Именно он и помог сейчас парню окончательно заснуть и, несмотря на депрессивные рассуждения, отправиться в спокойный сон.

-

Учиха проснулся один в кровати, и как только сознание немного ожило, вспыхнула и паника. Неужели Сакура так просто ушла, не сказав ни слова? Но потом вернулись и другие чувства, и парень ощутил её чакру в соседней комнате. Стало очень противно за такую свою реакцию, но только после того, как он убедился, что девушка действительно рядом. Саске сел, свесил ноги с кровати и потёр глаза, растягивая время. Момент расставания всё равно наступит, но брюнет не хотел его ускорять. В конце концов, он встал и уныло поплёлся в соседнюю комнату. Там Сакура снова сидела на диване и уже дочитывала свой учебник. - Доброе утро, Саске-кун, - улыбнулась она, поднимая взгляд от книги. – Я приготовила тебе последнюю рыбу, иди поешь. Учиха кивнул и направился в ванную, чтобы сначала умыться. Её беспристрастное поведение расстраивало ещё сильнее. Почему она ведёт себя так спокойно? За едой Саске уже не стесняясь смотрел на девушку, пока та продолжала читать. В голову закрались сомнения. Может, сегодня не последний их день? Может, она останется до тех пор, пока он сам её не выгонит? Это больше походило на поведение знакомой ему Сакуры. На этих мыслях меланхолия чуть-чуть спала, и брюнет смог доесть свой завтрак. Харуно, что уже вошло в привычку, забрала у него тарелку и принялась её мыть. Забавно, как всего за два дня что-то может запечатлеться в мозгу и казаться рутинным. Бросив взгляд на розовую макушку у раковины, Учиха успокоился ещё сильнее. Действительно, ведь если проследить их прошлую динамику, решения всегда принимал Саске, а Сакура следовала за ним. Логично предположить, что сейчас всё должно быть так же. Парень встал и уже было открыл рот, чтобы объявить о своей тренировке или что-то в этом роде, но Харуно обернулась и зашагала прямо к нему, отчего слова застряли у брюнета в горле. Подойдя совсем близко, розоволосая потянулась и взяла Учиху за руку. - Спасибо, что спас меня, Саске-кун. Я правда ценю это, - ласково улыбнулась она, сделала ещё один шаг и крепко обняла. Парень растерянно стоял, не зная, как поступить. Что всё это значит? - Я… - отошла Сакура, подняла на него взгляд и снова смущённо опустила, заправив розовую прядь за ухо, - моя чакра уже восстановилась, так что меня больше не нужно защищать. Она медленно зашагала к двери, а Учиха всё продолжал стоять, абсолютно шокированный. Уже у порога девушка снова обернулась и сжала руки за спиной – признак стресса, который он запомнил ещё с детства. - Ещё раз спасибо… И удачи, - прошептала Харуно и развернулась обратно. В этот момент оцепенение спало, и парень сразу же оказался за девичьей спиной. Тонкая рука легла на ручку двери, потянула на себя, и Учиха с силой захлопнул дверь обратно. Он до последнего думал, что она не заведёт эту тему сама. Слишком странно. Это ведь Сакура. Сакура, которая бегала за ним как преданный щеночек. Сакура, которая не могла оставить его ни на секунду. Сакура, которая истерически рыдала и грозилась перебудить всю деревню, чтобы он остался рядом. Она не может уйти первая. Просто не может. Он же решил, что с ней может стать сильнее. - Что ты делаешь, Саске? – недоумённо спросила девушка, оборачиваясь. Брюнет всё ещё держал дверь, тем самым нависая над Харуно и отрезая ей пути к отступлению. - Стой. - Тебе ещё что-то нужно? – округлила она глаза. - Да, - с трудом выдавил парень, силясь вытащить из себя ещё одно слово, - …ты. - Что? – совсем тихо выдохнула Харуно, вжимаясь в дверь за спиной. Саске молча сверлил её взглядом, пытаясь оправиться от того, что открылся ей. Это было просто отвратительно, ужасное чувство. Наверное, быть распятым голым посреди центральной улицы и то проще. Где-то с минуту пара смотрела друг другу в глаза, но потом розоволосая зажмурилась и начала мотать головой, сжимая пальцами виски. - Н-нет, - проблеяла она, не прекращая движений, - не надо, хватит. Харуно с силой, о которой парень постоянно забывал, оттолкнула его от двери и выбежала на улицу. Догнать её было не так уж сложно, но всё же пришлось приложить усилия. - Хватит! – повторила розоволосая, тщетно пытаясь вырваться из крепкой хватки. – Не мучай меня, перестань! - Нет, - оборвал её крики Саске, продолжая тянуть девушку на себя. - Зачем ты говоришь мне такое? Это несправедливо! Отстань! Что ещё я могу для тебя сделать? Скажи ей. Просто скажи. Ты знаешь слова, осталось только выговорить. - …Идём со мной. Сакура перестала вырываться и просто застыла, в шоке оглядывая парня. По лесу носился ветер, развивая иссиня-чёрные и розовые пряди, а молодые люди будто окаменели всё в той же позе: он – с вытянутой рукой, в которой зажимал девичье запястье, она – расставив ноги, чтобы тянуть руку сильнее. Спустя энное количество времени на лице Сакуры расплылась горькая, невесёлая улыбка. - Ты всё это время думал, как сделать из меня своё преимущество, да? - Я… - опешил Саске, не зная, что ответить. Девушка странным образом попала в самую точку, но не так. Это не совсем то, что он хотел сделать… Правда же? - Я человек, Саске, а не какое-то оружие, с которым ты станешь сильнее. Учиха опустил руку, но не разжал пальцев, и теперь, если не присматриваться, можно было подумать, что их пальцы переплетены. Но это неправда. Он всё также с силой сжимал её волю. …Как она узнала? - И я была глупой. Мы все были глупыми, когда думали, что сможем вернуть тебя силой. Если ты вернёшься, это должно быть исключительно твоим решением. И в этом я всегда готова тебе помочь. Разве не для этого он хочет убить Итачи? Чтобы оставить это проклятие позади и двигаться дальше. Чтобы возвращение в деревню стало хотя бы отдалённой возможностью. Разве не этой помощи он сейчас у неё просил?.. - Но разобраться в себе ты должен сам. Я не могу тебе в этом помочь. И ты уж прости, но просто смотреть на то, как ты разрушаешь себя, я не собираюсь. Это выше моих сил. Но с ней всё иначе, ведь так? С ней он себя не разрушает. Для этого она и нужна. Неужели непонятно? - Я была маленькой, глупой и слабой. Я навязывалась тебе, хотя была бы только обузой. Он тоже так считал. И это было правдой. Но не всей. Ей не было место там, откуда они пришли два дня назад. Более того, ей не должно быть там место. Такой свет нельзя закрывать в кромешной тьме, иначе он тоже потухнет. - Но теперь всё иначе. Теперь у меня есть ответственность. Я стала сильной, и на меня рассчитывают люди. Я нужна своей деревне, и я нужна Наруто. Ему грозит ужасная опасность, я не могу его бросить. Он не имеет права заставлять её выбирать между ними, это неправильно. Ему ужасно хочется, но так нельзя. Они были вместе всё это время, поддерживали друг друга, помогали, а он ушёл. Оставил её на чёртовой лавке посреди ночи и бросил. Мужские пальцы медленно разжались, и обе руки опустились в разные стороны. Девушка сделала нерешительный шаг назад. - …Ты нужна мне, - выдал Учиха последнее, что мог, и она снова замерла. - Ты хотел знать ответ на свой вопрос? – вдруг злобно выплюнула розоволосая, зашагав в противоположную сторону, а потом сжала в обоих кулаках белую рубашку, поднимаясь на цыпочки, чтобы их лица были ближе. Учиха напряжённо ждал продолжения. - Да, я всё ещё люблю тебя. Я люблю тебя так, что это просто невозможно выносить. Я люблю тебя так, что по ночам вою и лезу на стену. Я люблю тебя так, что хочется разорвать себе грудную клетку и вырвать сердце, лишь бы больше не чувствовать этой боли. Я люблю тебя так сильно, что иногда мне кажется, что я сошла с ума! Но знаешь, что? Девушка пихнула кулаками брюнета в грудь, отходя назад, и наконец-то сломалась. По бледным щекам потекли слёзы, а из груди рвались рыдания, но Харуно упрямо давила их в себе. - Это ничего не меняет, - прохрипела она, шмыгнув носом. – Я ничего не могу сделать. Тебя может спасти только один человек – ты сам. А там я полезна. Там я могу спасти сотни, тысячи людей. Из девушки всё же вырвался первый всхлип, и Саске скинул своё онемение. Брюнет сделал два размашистых шага, сжал в кулаке розовые локоны и остервенело притянул к себе, заставляя Сакуру снова встать на носки. Они целовались отчаянно и очень долго, временами прерываясь, чтобы глотнуть воздуха, но потом сразу же возвращаясь друг к другу. Никто не понимал, сколько это продолжалось, и им было абсолютно на это плевать. Наконец успокоившись, пара с закрытыми глазами прижалась друг к другу лбами, вдыхая один воздух на двоих. - Не уходи, - выдохнул Учиха без всякого пыла. Теперь он понимал, что она не останется. Это была не просьба. Это был единственный способ выразить свои чувства, на который он способен. - Саске-кун?.. – протянула Сакура, коротко и невесело хохотнув, соприкоснувшись с ним носами. Может, где-то в подсознании он и понимал, что она сейчас скажет, но всё равно был не готов это услышать. - …Спасибо. Когда он открыл глаза, её уже не было.

-

Учиха провёл в том лесу весь оставшийся день, не смея возвращаться в хижину без своего розоволосого обезболивающего. Он даже не мог помыслить, что она ему откажет. Единственной загвоздкой в его плане было попросить, дальше парень не видел никаких сложностей. Но он снова ошибся, так и не сумев принять новую действительность. Сакура действительно выросла и изменилась, и ему придётся с этим считаться. В конце концов, Саске ничто так не уважал, как силу. Её уход сильно потряс брюнета, но также заставил задуматься. Он пришёл к выводу, что, как ни странно, решения девушки никак не могли повлиять на его план. Ведь узы – это не что-то физическое, ей необязательно быть рядом, чтобы восстановить их. Учиха может стать сильнее независимо от того, где она. Может, так будет даже лучше. Дома Сакура в большей безопасности, чем с ним. Не в такой, какой ему хотелось бы, судя по случившемуся, но всё же его ждут схватки посерьёзнее. Ей лучше в них не встревать. Её близость ослепила его, затуманила рассудок, но теперь парень понимает, что Харуно сделала правильный выбор. Саске ни за что не откажется от своего плана, потому что он был единственно верным. С этим никто не может поспорить. Но теперь брюнет мог видеть что-то за его пределами, что-то после. Учиха достаточно силён, чтобы продолжить идти одному, теперь он это понимает. И у этого путешествия есть чётко обрисованный конец. Учиха наконец-то почувствовал чакру небольшой группы ниндзя в нескольких километрах к западу. Неужели нашли? Много же им понадобилось времени. Саске развернулся в нужном направлении, доставая катану. Перед тем, как отправиться к Итачи, придётся разобраться со старыми «сожителями». Они всё равно не оставят его в покое, но ещё… ещё он не может так рисковать. Кабуто всегда может вернуться к своим планам, ему ли не знать, как сильно тот одержим экспериментами. И теперь брюнет точно осознаёт, что не проиграет, потому что ему есть, за что бороться. Шагая навстречу врагам, Саске задумался о том, как даже отказав Сакура умудрилась что-то ему дать. И на этот раз он не станет этим пренебрегать. Он возьмёт всё, что есть, чтобы завершить свою миссию. А потом… Потом, возможно, он сможет дать что-то взамен.