Помоги мне дышать

Глава 5 Оливер оставил Томаса на долгий час, выйдя на улицу, проветривая голову и заполняя лёгкие табачным дымом. Парень уже не обращал внимания на тошноту, он всё это время прокручивал в голове диалог с Томасом. С каждым разом эмоции и чувства накатывали с новой силой, ему показалось, словно где-то что-то щёлкнуло. С сердца слетел один замок. *** Два года назад Двое сидели в комнате Дэнни, играя в приставку. — Оливер, тебе нравится Матэо? — Дэниэл решился поговорить с другом, ведь его гложет один момент, который не требует отлагательств. — Я люблю его, — ответил Оливер с непониманием в голосе. — С чего вдруг ты это спросил? — Мне он не нравится. — Дэнни, тебе в принципе люди не нравятся, — Оливер отложил приставку и посмотрел на парня рядом. Он явно был чем-то обеспокоен. — Что случилось? — Мне просто было интересно, насколько у вас всё серьезно. — Не ври, ты бы не начал такой разговор, если бы о чём-то не догадывался. Поэтому я спрашиваю ещё раз, что случилось? — тон Оливера стал более требовательным. — Олли, я ничего не предполагаю, а просто говорю, я видел Матэо с какой-то девушкой в кафе, — взгляд начал лихорадочно бегать по комнате, лишь бы не смотреть другу в глаза, которые излучали холод. — Я не знаю, может, это его сестра, но они так мило общались и меня немного насторожил этот факт. Я не хотел тебя расстраивать, однако думаю, что ты должен спросить его. Оливер слушал друга очень внимательно. У Матэо действительно была сестра, но о ней он ничего не знал, и даже если Дэнни опишет её, то Оливеру это ничего не объяснит. — Я услышал тебя, позже спрошу у него. — Я не хочу вас ссорить, но иногда лучше слушать голову, а не сердце. Не делай глупых и неправильных выводов. — Дэниэл, — уже более резким голосом сказал Оливер, — не думай, что если я влюблён в него, то не смогу нормально мыслить и адекватно воспринимать информацию. Не нужно читать мне нотации. — Ладно, прости. После этого разговора у Оливера остался очень неприятный осадок на душе. По дороге домой он решил набрать Матэо. - Алло? — Тэо, где ты сейчас? - В баре с друзьями. В подтверждение этому на заднем фоне послышался смех и еле слышная музыка. — Нам нужно поговорить, я сейчас приду. Что за бар? - Тебе обязательно прямо сейчас? - проговорил он так, будто увиливал от ответа. — Да, — ответ, который не требовал переубеждений. Узнав название бара, Оливер направился туда. Помещение было заполненно, но компанию Тэо он узнал сразу. Поздоровавшись со всеми, Оливер обратил своё внимание на Матэо. — Пошли, — Оливер кивнул себе за плечо, — нужно поговорить. Пара зашла в укромное место, где бы им никто не помешал. — Тэо, скажи мне правду, ты любишь меня? — Оливер внимательно следил за парнем. Он хотел разобраться. — И ради этого ты пришёл сюда? — Тэо скептически приподнял бровь. — Да, мне важно это знать. — Конечно, я люблю тебя, — Тэо подошёл вплотную, прижимаясь всем телом к парню напротив. — С чего у тебя такие сомнения? — Дэнни видел тебя с девушкой в кафе, — Оливер смотрел в глаза напротив и ловил на своих губах чужое дыхание. — Сестра. Мы ходили в наше любимое кафе, у нас с ней хорошие отношения. — Я рад, что мои опасения оказались напрасны, — и Оливер прильнул к столь ласковым губам. Позже Матэо предложил парню остаться в баре. Тот не стал отказываться и просидели они там до поздней ночи. Матэо завёл пьяного Оливера в свою комнату, который то и дело шептал слова извинения за то, что сомневался в чувствах возлюбленного. — Тебе не за что извиняться, любой бы так подумал, а теперь долой одежду и спать. *** Утро встретило парня ярким солнцем, которое сейчас было очень некстати. Сонным сознанием Оливер услышал шум из гостиной и направился искать его источник. Это оказался Тэо, который разговаривал с какой-то девушкой, а та обнимала его и целовала в щёку. Сестра, подумал Оливер. — Ты не отвечал на звонки, я беспокоилась, — тихо проговорила она, поглаживая парня по щеке. — Я был в баре с друзьями, — Матэо, улыбаясь, смотрел на девушку. Однако совсем не по-братски, с другими чувствами на лице. Оливер, совершенно не понял, что происходит. Если это сестра, то почему она при параде в дверях стоит, а не где-нибудь в доме. Либо мозг Оливера ещё не проснулся, либо уже нафантазировал очень многое. — Я скучала, Матэо, дорогой, — и девушка потянулась за поцелуем. Настоящим, мать его, поцелуем! Оливер протрезвел полностью, когда Матэо, его любимый Тэо, самозабвенно ответил на него. Оливер шокировано подошёл ближе и покашлял, привлекая внимание. Он стоял, сложив руки на груди, опираясь о косяк, а в глазах плескалась буря эмоций. Ненависть, злость, боль и негодование. Бешеная сместь в коктейле, которая готова была вылиться с минуты на минуту. Матэо отпрянул от девушки и испуганно развернулся к парню. — Тэо, не хочешь объясниться? — спросил спокойным и холодным голосом Оливер, хотя хотел кричать и ломать всё вокруг, не сдерживая предательских слёз. — Олли, это.... — у парня пропал дар речи, он не мог связать и пары слов. — Тэо? — удивлённо спросила девушка. — Мне казалось, тебе не нравилось, когда тебя так называют, — похоже, она была в не меньшем шоке, чем Оливер. — Кто это? — Оливер, его парень, приятно познакомиться, — издевательски ответил юноша, то и дело сжимая и разжимая кулаки, стараясь успокоиться, что получалось плохо. Огонь в груди с каждой секундой разгорался всё больше и больше. — Оливер, давай позже поговорим? — Матэо бросал взгляд то на парня, то на девушку рядом. — Нет, дорогой, мы разберёмся здесь и сейчас, либо при свидетелях, либо при понятых, ибо я убью тебя! — прикрикнул парень. Оливер не чувствовал уже ту прохладу, которая обдувала голый торс, ведь парень вышел в одних штанах, непозволительно низко сидящих на бёдрах. Из-за злости он не ощущал внешних раздражителей, всё его внимание было приковано к паре в дверях. — Парень?! — девушка с отвращением глянула на Матэо. — Я вообще-то с ним уже два месяца встречаюсь! — Обломись, крошка, я с ним уже четыре месяца, — слова Оливера сочились ядом. Он не мог позволить выпустить все эмоции, это может плохо закончиться, лучше он сделает это позже, не показывая Матэо, какую боль он причинил. — Так что изменяют тут не тебе, а мне! — он кинул злобный взгляд на Тэо. — Лора, я объясню, только позже, сейчас ты должна уйти... — Оливер смотрел на то, как Тэо пытается нормально поговорить с ней, но Лора не успокаивалась и кричала всё громче и громче. Парень стоял, а перед глазами рушился мир, его худые голые плечи опустились, очаровательная, эстетически худая фигура скрылась в тусклой комнате. Из глаз медленно капали слёзы. Склонив голову вбок, Оливер кинул беглый взгляд на дверь и вернулся в спальню за своим вещами. Он не хотел ничего больше слушать, не хотел больше видеть и просто хотел уйти. — Оливер, давай поговорим... — его отвлёк тихий голос. Парень смахнул слёзы и развернулся, смотря в до боли родные глаза. — А смысл, Тэо? Даже если я и услышу что-то, что может оправдать тебя — хотя я очень сомневаюсь — это уже ничего не изменит. Факт того, что у тебя были отношения на стороне, так и останется фактом. — Просто выслушай! Не делай из меня монстра! — Матэо повысил голос, Оливер нахмурился и скрестил руки на груди. — Я не делаю, ты сам прекрасно справляешься! Ты предал меня! Ты лгал мне! Ты клялся, что любишь меня! — в душе Оливера прорвало лавину чувств, и он уже не мог остановиться. — Только вчера ты говорил, что любишь меня, и я верил тебе!!! Любил в ответ! Как ты мог так поступить?! — Оливер плакал и был зол на это. Было больно, а пытаться успокоиться ещё больнее. — Я не лгал, по крайней мере, не всё время! — Матэо пытался оправдаться, но получалось из ряда вон плохо. — Просто ты вечно строишь из себя неприступную крепость, и это со временем утомило. Первое время с тобой было весело, романтика, все дела, — Матэо пожал плечами, — мне это нравилось. Ты мне нравился, — парень погладил его ладонью по щеке, но Оливер лишь зло отбросил её. — Но потом всё перегорело, — его голос стал звучать тише. — Просто прекрасно! Это то, что я мечтал услышать! Так и скажи, просто зачесалось между ног и ты нашёл себе девушку, чтобы трахаться, ибо я, такая стерва, не даю! — Оливер прижал парня к стене. — Ответь мне! Почему сразу не сказал? Зачем вся эта ложь?! — Оливер хоть и был худым, но силой обладал и это помогало мертвой хваткой держать Тэо. — Не хотел расстраивать тебя. Можно сказать, даже пожалел, — вот и всё. Руки ослабли и Оливер отпустил Матэо, ошарашенно глядя ему в глаза. Там была только жалость и некая усталость, но не было ни слёз, ни обиды, ни сожаления. Ни-че-го... — Ясно, — с болью в горле проговорил Оливер, дышать было тяжело. — Наверное, по-настоящему любил только я, — парень вытер слёзы, схватил свой телефон, открыл дверь и тихо вышел из комнаты. Он думал, что Тэо побежит за ним, попросит прощения или хотя бы второй шанс, но каково же было его удивление, когда на телефон пришло издевательское сообщение «Спасибо, малыш Олли, с тобой было весело.» Оливер трясущимися руками набрал Дэнни. Он просидел в слезах у друга весь вечер и ночь, то и дело всхлипывая. На утро парень проснулся в ужасно подавленном состоянии. Оливер никак не мог смириться. Ему нагло врали, предали, вытерли об него ноги. Неужели он настолько жалок, что его по-человечески даже бросить не могут? К чему был весь этот цирк, в котором никому не смешно? Боль в горле при вздохах никуда не делась, а боль в груди убивала все другие чувства. Больше Оливер никогда не видел Матэо. Контакт был заблокирован и парень больше никогда не появлялся в той части города, где мог бы его встретить. Может, Тэо и забыл его, вздохнув полной грудью и избавившись от воспоминаний, однако сам Оливер больше не мог этого сделать. Ни вздохнуть, ни любить, ни верить. *** Наши дни Оливер не хотел наступать на старые грабли. Поэтому боялся Томаса и своих чувств к нему. Боялся верить и любить, не хотел, чтобы с ним были из жалости. Оливер ничего этого не хотел. Вернувшись в гостиную, где Томас дремал в кресле, Оливер накрыл его пледом и сам улёгся спать на диване. В комнату возвращаться не хотелось. В голову лезло всякое. Сегодня он впервые за долгое время вспомнил Тэо. В груди опять предательски кольнуло и заныло. Оливер шмыгнул носом, но слёз не было. Он так много плакал тогда, что, наверное, больше ничего не осталось. Но сама обида никуда не делась, он всё ещё был зол на него. Из-за Тэо он не мог сейчас нормально общаться с людьми, всегда думал, что они добры к нему из жалости. *** Томаса разбудил тихий всхлип и нечёткое бормотание. Осмотревшись, он увидел Оливера на диване. Парень спал, но выражение его лица передавало невыносимую боль. — …врал мне… — тихо проговорил Оливер, — …из-за тебя… Тэо… любил тебя… — из-под закрытых век побежала слеза и парень опять всхлипнул. Томас ошарашенно слушал и смотрел на измученное лицо парня. Он присел на корточки рядом и хотел было разбудить его, но поддался эмоциям и вытер слёзы большим пальцем. — Оливер, ты тоже соврал мне, — прошептал Томас, — а говорил, что не любил, — парень с какой-то тоской посмотрел на заплаканного друга. — Любил, ещё и так искренне. Кто же так с тобой поступил, что ты сейчас такой? Оливер… — Томас потряс парня за плечо, пытаясь разбудить его, чтобы тот ни минуты больше не находился в том кошмаре, который перенёс ранее. — Малыш Олли, проснись, — сказал Томас громче и потряс парня сильнее. Оливер зажмурился и сразу открыл слипшиеся веки. Прикоснувшись к щекам, парень почувствовал предательскую влагу и быстро вытер их руками. — Я хочу есть, пошли перекусим? — Томас взволнованно улыбнулся, решив молчать о том, что услышал. Оливеру тяжело даже во сне и Томас не хотел расстраивать его ещё больше. — Что бы ты хотел съесть? — Я не привередлив, — хриплым голосом ответил Оливер. Его всё никак не покидал сон. Зря он вспомнил прошлое - оно плохо отразилось на нём и он не хотел бы его повторения. — Есть то, что ты любишь? Или что-то, что поднимает тебе настроение? — Круассаны с ветчиной и сыром. — Это правда твоя любимая еда? — Томас удивлённо приподнял бровь. — Это то, что я бы хотел сейчас съесть, — Оливер прикусил губу. — Только можно, я приготовлю? — Боишься, что отравлю? — ухмыльнулся парень. — Нет же, готовка отвлекает, — Оливер не хотел оставаться без дела, боялся, что если не сможет чем-то заняться, снова погрузится в воспоминания. — Ладно, пошли, кухня в твоём распоряжении, — Оливер поднялся и последовал за Томасом. — Если что-то не найдёшь, просто спрашивай. Музыку? — Оливер кивнул в знак согласия. — Какую слушаешь? — Джаз? — у парня не было любимого жанра, он слушал в зависимости от настроения. — Серьёзно? — Почему бы и нет? — Оливер начал лазить по тумбочкам, пытаясь найти, что где находится. Томас настраивал телевизор, стараясь включить музыку, и из колонок полились первые звуки саксофона. Сосредоточившись на готовке и напевая под мотив, парень не заметил, как начал двигать бёдрами в такт. Томас внимательно наблюдал за другом, удивляясь. Оливер был расслаблен, в обычной одежде на кухне, и выглядел он совсем по-домашнему. Он не был удручён или расстроен — был расслаблен и спокоен, не забивал себе голову чем попало, а просто наслаждался моментом. Оливер чувствовал себя комфортно, сосредоточенность на готовке выбила все мысли, и даже то, что Томас пристально за ним наблюдал, не мешало парню. — Ты такой худой, — заметил Томас. — О твои ключицы можно порезаться. — Ускоренный метаболизм… Я бы и хотел набрать немного, но не получилось. В прошлом году ходил в тренажёрный зал, подкачался только, — в доказательство Оливер приподнял рукава футболки, оголяя плечи и демонстрируя мышцы. — Но почти ничего не изменилось. Немного комплексую из-за этого. — Тебе так больше идёт, — Томас говорил правду, его худое тело придавало парню грациозности и некой эстетичности. — Это комплимент? — удивился Оливер. — Похоже на то, — Томас пожал плечами, а Оливер, покраснев, отвернулся. — Спасибо. Парни так и просидели под музыку, пока их не отвлёк хлопок входной двери. Оба молодых человека обернулись и увидели родителей Томаса. Женщина, Мэри Гарсия, в деловом брючном костюме, с длинными чёрными волосами говорила по телефону. Помахав сыну, она направилась наверх. За ней шёл мужчина, Роберт Гарсия, тоже в костюме, но менее официальном, высокий с доброй улыбкой и приятной внешностью. Можно было сказать точно - лицом Томас пошёл в отца. — Привет, Томми, — сказал Роберт, хлопнув сына по плечу. — Отец, вы сегодня рано, — ответил Томас, изогнув бровь и стрельнув взглядом на друга, издевательски улыбаясь. Оливер всеми силами старался не пересекаться с его родителями; они встречались пару раз, но не больше десяти минут. Томаса забавляло то, как Оливер не хотел с ними нормально познакомиться. — Хочу провести нормальные выходные, от работы кони дохнут, а я жить хочу. Оливер, — Роберт кивнул, приветствуя парня. — Сейчас ты никуда не спешишь? — Нет, сэр, — он зло посмотрел на Томаса, который тихо хихикал. — Перекусишь с нами? Оливер как раз готовит закуску для поднятия настроения, — Томас опёрся на стол и победно улыбнулся. — Конечно. Сделай мне кофе, я пойду переоденусь, — Роберт потрепал сына по волосам и ушёл. — Может, я лучше пойду? — с надеждой спросил Оливер, провожая мужчину взглядом. — Оливер, прекрати, они тебя не съедят, — Томас закатил глаза и стал делать кофе себе и отцу. Когда закуска была готова, а напитки заварены, к парням спустилась мама Томаса. Женщина переоделась в домашнюю одежду и уже не выглядела так строго, как в начале. — Оливер, — Мэри кивнула в знак приветствия, так же как и её супруг. — Ты никуда не спешишь? И тут Томас уже смеялся в голос, пихая парня в бок. — Нет, мэм, — Оливер стыдливо опустил глаза. — Наконец-то мы можем нормально с тобой познакомиться, а то Джереми и Томми много про тебя говорят, а мы только и знаем, как тебя зовут, — сказала Мэри, садясь за стол и принимая кружку чая из рук сына. — Спасибо. Через минуту к ним присоединился и Роберт. — Мам, Оливер не на допросе, а в гостях, — напомнил Томас, зная, как друг относится к вопросам. Парни сидели рядом и он мог подбадривать Оливера. — Да, Мэри, не перегибай палку, — сказал Роберт, принимая чашку с кофе, пока Оливер ставил тарелку с круассанами на стол. — Не делайте из меня деспота, — недовольно воскликнула женщина, и даже Оливер легонько улыбнулся. — Где ты учишься? — Там, где и Томас, только на год младше, — ответил Оливер, делая глоток травяного чая, мята немного успокаивала его. — Как дела с учёбой? — Нормально, — парень легонько пожал плечами. — Мне нравится, — Оливер краем глаза наблюдал, как Томас уплетает круассаны, даже не пытаясь как-то помочь. — Есть увлечения? — Хм, — Оливер задумался, помимо учёбы он ничем особо и не занимался. — Я все время занят уроками, так что нет. — Грустно. — Ботаник, — в один голос проговорили Роберт и Томас, за что юноша получил локтем в бок. — Томас, — Мэри с упрёком посмотрела на сына. — А что? Мне много сил пришлось приложить, чтобы Оливер иногда выбирался из дома. И мне кажется, я могу гордиться собой, — Томас самодовольно улыбнулся, выпятив грудь. Парень хотел было опять ткнуть друга в бок, но тот поймал его руку. Контраст холодной руки и теплой ладони пустил по предплечью табун мурашек. Оливер закатил глаза и хлебнул чая. — Как там Адда? Нормально себя чувствует? — теперь Мэри переключилась на Томаса, чему Оливер был рад. — Да, она, как всегда, занимается с репетитором. — Аддочка совсем себя не бережёт, — Роберт вклинился в их разговор. — Ей отдыхать нужно, а она всё за учебниками. — Давно мы её не видели, пусть заглянет как-нибудь. Она же всё-таки будущая невестка, а не общаемся. Тут Оливера как кастрюлей огрели. Какие отношения? Какие чувства? Даже если что-то изменится, у Томаса есть умница Адда и этого не изменить. Если Оливер и влюбится, то это будут только его проблемы. Хотелось провалиться сквозь землю. Нельзя строить надежды, даже если Томас уже нравится. Нужно убить эти чувства в зародыше, пока не стало хуже. — Мам, может, ты всё-таки подумаешь насчёт контракта? Вдруг он не так уж и нужен? — Томас поднимал этот разговор каждый раз, как была возможность; ему нравилась Адда, но они ведь просто друзья. — Нет, Томас, мы с тобой это обсуждали, — Мэри была непоколебима. — Никто нам не будет помогать просто по-дружески. — Томас, — Роберт предостерёг парня, зная, чем этот разговор может закончиться. Оливера отвлекла вибрация телефона в кармане. На дисплее светился входящий. Мама. Вздохнув, Оливер быстро сказал: — Я отойду, — не дождавшись кивка, парень вышел на улицу. — Алло? — Оливер, где ты? — мамин голос звучал взволнованно. — Я у друга сейчас. Что случилось? — Мне Джон сказал, что рассказал тебе кое-что, — Оливер устало потёр переносицу и вздохнул, доставая сигарету. Парень подкурил. — Давай поговорим? — Мам, прости, я сейчас не в настроении говорить об этом, — хотя его умиротворение исчезло, как только он вспомнил, почему оказался у Томаса дома. — Я сегодня не вернусь домой, извини. Парень завершил вызов. Что бы он не услышал, сейчас он знать этого не хотел. Сев на ступеньку, Оливер затянулся и выпустил дым. Нужно было уходить. Парень не хотел стеснять родителей Томаса, отвечать на вопросы хотелось ещё меньше. Оливер вздрогнул, когда почувствовал прикосновение, на его плечи накинули куртку. — Что с тобой? — Томас взволнованно смотрел на парня, уже не улыбаясь, как обычно, а с сочувствием. Опять его жалеют. — Всё нормально, — Оливер нахмурился и выбросил дотлевший окурок. — Я, наверное, лучше пойду. — Ты же хотел остаться сегодня здесь, — Томас заметил, как изменилось настроение друга, из домашнего парень вернулся в повседневного себя. — Не буду мешать, — Оливер хотел было зайти в дом, чтобы переодеться в свою одежду, но его схватили за плечо, останавливая. — Давай поговорим, Оливер, — Томас с надеждой посмотрел на друга. — О чём же? — Что тебя беспокоит? — Жизнь в целом. Такой ответ тебя устроит? — Не язви, я серьезно, — тон Томаса стал более требовательным. — Я тоже, — Оливер скинул руку друга. — Я не нуждаюсь в вашей жалости. — Ты не вызываешь жалость, ты больше беспокоишь меня, — Томас нахмурился, что было непривычно для парня, он явно был недоволен. — Я волнуюсь о тебе. Я переживаю за то, что не могу быть нормальным другом. Ты даже поговорить со мной нормально не можешь! — Томас повысил голос. — Может, это я не могу быть нормальным другом? — Оливер смотрел в глаза напротив, Томас явно был зол. — Со мной нужно возиться. Ты сам это сказал, что тебе многого это стоило. Томас выдохнул, прикрывая глаза, и притянул Оливера, обнимая. — Ты придурок, малыш Олли, я же пошутил, — парень боялся пошевелиться и внимательно слушал друга. — Если тебя смущают родители, они все равно скоро уйдут на свидание. Весь дом в нашем распоряжении, впрочем, как и всегда. Оливер покраснел с головы до пят, отпихнул Томаса и зашёл в дом, бросив смущённое: — Не заигрывай со мной. Только ближе к ночи Оливер понял, что слова, сказанные по пьяни, были не ложью, а правдой, которую очень тяжело принять в трезвом виде. Он не знал, что делать. Их отношениям не суждено быть. Это игра в одни ворота, поэтому Оливеру придётся разбираться с этим самому.