Будь моей

Яру разбудило движение на соседней половине кровати, ей с непривычки подумалось, что она в своей квартире, и Андрей сейчас пойдёт заваривать кофе. Приоткрыв один глаз, она увидела спину Максима, который вышел из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь. Девушка заморгала, уставившись в потолок. Последние остатки сна выветрились из сознания, и на неё обрушилась реальность прошедшего вечера. Первой мыслью было: «И что же, чёрт возьми, будет дальше?», а за ней немедленно последовала вторая: «Как мене теперь с ним себя везти?» третья была куда более бредовей: «Может притвориться, что ничего не было? И всячески избегать этой темы?» Прошлый вечер дался ей легко: она просто отключила мозг и придалась чувствам, отдалась искусительной страсти. Ярослава не могла отрицать и врать себе. Она хотела этой близости. Хотела Максима, и странным образом оказалось, что он тоже её хотел. Из приоткрытых шторы бился солнечный свет, а за окном уже давно бодрствовал внешний мир, слышались мужские голоса, они что-то активно обсуждали, периодически посмеиваясь, слышался рёв газонокосилки. Девушку наполнило чувство неопределённости. Она не знала, где теперь пролегает черта их личных границ. А может они уже давно сплелись. Может он тоже поддался моменту? Нет. Он хотел этого. Конечно, Максим не признавался ей в симпатии, но их тянуло друг к другу. Это было бессмысленно отрицать. Потянувшись в постели, мышцы её приятно заныли. Впервые за долгое время она выспалась и проснулась ближе к девяти утра. Она сползла с кровати и прошла в ванную. Ей совсем не хотелось копаться в этой неразберихи, и чтобы их отношения окончательно запутались, не хотелось разрушать эту непринуждённость и лёгкость, которая неожиданно появилась между ними. Но и притворяться, что ничего не было, было тоже не выходом. — И что теперь делать? — пробубнила девушка, обращаясь к зубной пасте, которая как будто бы отказывалась ей отвечать. Девушка стала яростней чистить зубы, морщинка между бровей стала глубже. Совершив утренний ритуал, состоящий из душа и мытья головы, натянув чистые спортивные штаны и старую футболку отца, Яра направилась на кухню. Она твёрдо решила донести до Громова, что с ней всё в порядке и она ничего не ждёт от него. И она не намерена ничего менять. Они продолжат ещё какое-то время жить вместе, пока проблемы с Климовым не решаться, и её жизни ничего не будет угрожать. Она особенно благодарна ему за помощь, и за поддержку. Девушка решила продолжить жить так, как жила до этого. Потом она вернётся домой, и жизнь наладиться. Всё будет как раньше. Как прежде. Максим сидела за столом и пил кофе, внимательно изучая в ноутбуке какую-то документацию. Одет он был как всегда со вкусом, чёрная рубашка, тёмно-серый приталенный жилет и тёмные брюки. Кухарка хлопотала у электрической плиты на кухни, ловко переворачивала на сковороде оладьи. — Доброе утро. — сказал Максим, хитрая усмешка скользнула на его губах, когда Ярослава нерешительно вошла. Девушка всячески пыталась скрыть неловкое чувство, но это было настолько очевидно, что вызвало на его губах улыбку. Макс никогда не разрешал женщинам спать рядом с ним, ему было комфортней одному, никто не вертится на соседней половине кровати, не похрапывает и не пускает слюни на подушку. Но даже несмотря на это, его умиляла эта девушка. Ему не просто понравилось спать рядом с ней, ему бы хотелось повторить это. Хотя от силы он поспал три часа, из-за Яры, которая ночью закидывала на него несколько раз ногу, и прижималась к нему укутавшись в одеяло. Громов задумывался, не было ли ей жарко? Ему было слишком душно от исходящего тепла тела девушки. — Доброе. — промямлила Яра, направляясь прямиком к кофейнику. Наполнив кружку кофе, она уселась на свободный стул. Стол был накрыт: для каждого из них разложены салфетки, расставлены тарелки и кухонные приборы. Яре внезапно подумалось, бывали здесь другие женщины? Возможно Максим так же с ними завтракал, он так же загадочно улыбался, вёл светские беседы, после чего их «отношения» заканчивались, и они покидали этот дом, а возможно периодически встречаясь где-нибудь в номере отеля. Пускай Наталья Олеговна и не рассказывала о других женщинах, убеждая Яру, что она первая женщина, которую она видела на протяжении трёх лет её работы в этом доме. Но всё же, девушка не доверяла чужим словам. Покачав головой, она сделала несколько глотков бодрящего напитка и поставила кружку на стол. — Я приготовила для тебе оладьи. — сказала кухарка. Перевернув ещё один оладушек, она выложила парочку на тарелку. — Есть карамельный, шоколадный и клубничный сироп. С чем бы тебе хотелось? — Спасибо, Наталья Олеговна. Но я по утрам не завтракаю. Перед девушкой на стол кухарка настойчиво поставила тарелку. Женщина была немного полноватой и невысокого роста, с удивительно добродушной энергетикой. Она составляла Яре компанию, когда Максим был на работе, Наталья оказалась ещё той болтушкой, всё рассказывала о своих двух-близняшках внучках, о муже, который из-за перелома берцовой кости теперь сидит дома, и ей пришлось искать на работу. На её удивление такой серьёзный мужчина, как Максим Евгеньевич, оказался очень добрым и справедливым человеком. С пониманием отнёсся, когда несколько дней она не выходила на работу, из-за того, что внучки заболели ветрянкой. После двух лет работы, он увеличил ей заработную плату и даже давал несколько отпускных. Возможно из-за своего профессионализма она так отзывалась о своём работодателе, а может Максим был действительно таким человеком. Просто Яра видела в нём только плохое, делая акцент, на то, что именно он повлиял на её развод. Но именно он сейчас заботиться о её безопасности. Об Андрее она уже ничего не слышала несколько недель, вероятней всего он вернулся на поклон к родителям. Совершенно не беспокоясь о том, что могло произойти с Ярой если бы не Громов. — Нельзя так, Яра! Ты только посмотри на себя! Одни глаза да кости остались. –по-матерински отругала её Наталья. — Ну-ка, вилку в руки и кушай. Завтрак — самый главный приём пищи за целый день. Не будешь кушать-не будет сил. — поучительно заявляла женщина. — Наталья Олеговна, дело говорит. –с насмешкой сказал Максим, пододвинув к девушке тарелку. — Максиму Евгеньевичу, тоже не мешало бы позавтракать. А то выпили кофе и умчались. — по-доброму причитала Наталья, поставив ещё одну тарелку перед хозяином дома. Громов улыбнулся, он привык к суетливой поварихе, которая чем-то напоминала его маму, когда он ещё был маленьким. Она тоже вечно суетилась, накормить детей, мужа, совершенно забывая о себе. Кухарка поставила перед ними несколько сиропов на выбор для предпочтения хозяина и хозяйки. Она давно отметила, что Яра стала бы отличной хозяйкой этого дома. Поначалу она скептически относилась к девушке, но пообщавшись с ней, Наталья поняла, что Ярослава добродушная девушка, которая попала в какую-то сложную ситуацию, а Максим Евгеньевич помогает ей. В который раз женщина убедилась в доброте души работодателя, он не оставляет никого без помощи, старается всем помочь, хотя и показывает себя бесчувственным и хладнокровным чурбаном. Девушка вздохнула сдаваясь, она полила оладушек шоколадным сиропом и с удовольствием откусила горячий кусочек. Во времена каникул, когда Яра училась в институте мама каждое утро готовила завтраки, и упорно настаивала на обязательном приёме пищи по утрам. Им с отцом невозможно было тягаться с напором матери, поэтому они покорно завтракали. Девушка привыкла не завтракать из-за суетливости и спешки в мегаполисе, первый приём пищи всегда был в обеденный перерыв на работе. Мама как будто следила за дочерью, и при каждом звонке спрашивала, завтракала ли она. Даже, когда девушка пыталась соврать матери, женщина ещё больше причитала о вреде здоровью если пропускать завтрака. В голове непрерывно крутились воспоминания о прошлом вечере, а прямо сейчас перед ней сидел виновник возникших в ней чувств. Взгляд голубых глаз с искорками веселья наблюдали за ней, полные губы так и тянулись в улыбке. Мужчина отложил в сторону ноутбук и принялся поглощать пищу, то и дело наблюдая за девушкой. Яра чувствовала себя, так, словно её заперли в обувной коробке. Как будто стены сдвигались вокруг неё, подталкивая всё ближе и ближе к этому страстному, искусительному мужчине. Ей определённо требовался глоток свежего воздуха. Ей хотелось развеять мысли, привести в порядок чувства и угомонить сердце, которое ускоряло свой ритм. Яра старалась не обращать внимания на лёгкий трепет в низу живота, каждый раз, когда она смотрела в его глаза, в которых плясали весёлые огоньки, и на его красивую улыбку. — Ты давно проснулась? — поинтересовался мужчина. — Да нет. — просипела Яра, её взгляд безотрывно смотрел на клубы пара от кофейного напитка. Она знала, что надо делать вид, что всё как обычно, что между ними ничего не произошло, и нет ничего особенного. Ей не хотелось, чтобы Максим подумал, что она с этим не справиться. Яра ничего не будет с него просить, или требовать какую-то ответственность, за то, что он сделал. За её чувства, и не послушное сердце. Комната погрузилась в уютное молчание. Максим добавил сахар и сливки, а затем размешал ложкой и отпив сладко приторный кофеин и удовлетворительно улыбнулся. Когда кухарка вышла из кухни отвечая на звонок мобильника, Максим нагнулся чуть ближе к Яре, и тихо заговорил: — Я бы хотел поговорить о том, что случилось вчера. Мне сегодня нужно на работу, и я не знаю, когда вернусь. Кажется, мне следует кое-что объяснить… — Я всё понимаю. Нет смысла что-то обсуждать. — внезапно перебила его Яра, девушка встрепенулась. Она расправила плечи и выпрямилась. — Поначалу я чувствовала неловкость, но сейчас всё в порядке. Я ничего от тебя не требую. То, что произошло естественно для двух взрослых людей. — Боюсь, я не совсем правильно понимаю тебя, Яра. — негодующе сказал Максим, на его лице не осталось и тени улыбки. — Я не буду делать вид, что ничего не произошло. Просто мне так легче справиться с этими неловкими мыслями: «Ты видел меня голой», чем притворяться, что ничего не было, когда мы вынуждены общаться дальше, и находиться рядом почти каждый день. Макс явно растерялся. Он с округлёнными глазами уставился на девушку. Мужчина не кивнул понимающе, не рассмеялся, и не пошутил в своей манере. Он хмурился всё больше, не сводя с неё взгляда. Яра рассчитывала, что он поблагодарит её за то, что она сказала это первой. Его реакция привела её в замешательство. Девушка замерла и стала выжидать его ответа. — А ты обо мне не слишком высокого мнения. — сухо заметил он, наконец оживившись и прищурившись он скрестил руки на груди. Мужчина откинулся на спинку стула, на его скулах забегали желваки. Теперь он ждал ответа от неё. — Это не так. Ты неправильно меня понял. Я лишь пытаюсь тебе объяснить, что я не хочу, чтобы ты начал нервничать или решил, что я от тебя чего-то жду. Поспешно ответила Яра, при этом оживлённо жестикулировала руками. Всего на долю секунд его брови взлетели вверх, а потом сгустились у переносицы, образуя поперечную морщинку. — Я не нервничаю. –воскликнул он в крайнем раздражении. — Хорошо. Я просто хочу, чтобы ты знал, что я не жду от тебя каких-то изменений. Как ты и сказал, мне нужна была эмоциональная разгрузка, а такого рода, как бы это сказать… близость. Да, эта близость была отличным вариантом. Макс прищурился. — Ты всё понимаешь, и видишь, только так как тебе удобно? Почему ты что-то решаешь за меня, убеждённая в том, что я считаю именно так? Яра перевела дыхание, собирая мысли в кучку. Она нервно улыбнулась и облизала губы. Разговор, который она представляла в своей голове, был менее напряжённым. Ей казалось, что он скажет слова благодарности за её понимание, и на этом разговор закончиться. Она опустила глаза, чтобы Громов не увидел её испуга. — Прости, если я что-то усложняю. Но я лишь хотела тебе сказать, что со мной всё в порядке. И ты мне ничего не должен, необязательно носиться со мной как курица-наседка, беспокоясь о том, что я могу себе на придумывать то чего нет. — Яра, сейчас ты именно этим и занимаешься. — голос его прозвучал резко и властно. Девушка вздрогнула, и посмотрев ему в глаза натянула улыбку. — Максим, всё в порядке. Никаких сложностей. Я помню, ты любишь, когда всё просто. Мужчина обшарил глазами её лицо, Яра старательно пыталась понять о чём он думает, и что высматривает. Может он был раздражён тем, что она так резко начала разговор? А может не поверил? Возможно все женщины, с которыми он был, пытались залезть не только в его штаны, но и обосноваться в его доме? Всячески пытались найти предлог остаться, «забыть случайно браслет, который подарила бабушка, который был очень ценен для них, и им просто необходимо обследовать его дом в поисках дорогой для них вещицы». Если всё так, то Макс может рассчитывать на то, что она совсем не такая, и пускай сейчас живёт в его доме, но она ни на что, не рассчитывает и не ждёт. Она не ждала, что ради неё он измениться. — Всё верно. Никаких. Сложностей. — заключил Максим вставая из-за стола. — Мне пора на работу. Если что-то понадобиться… — он снова посмотрел ей в глаза. — В общем ты знаешь, что делать. С этими словами он покинул кухню, захватив с собой ноутбук и в спешке вышел из дома. Яра продолжала какое-то время бездвижно сидеть, смотря в одну точку и обдумывая неудачно состоявшийся разговор. *** Громов задержался на пол часа из-за внезапно возникшей пробки на магистральной, он рассчитывал, что Стас тоже задержится, но, когда Макс вошёл в ресторан, его брат сидел за тем же самым столиком, как и всегда. Заказал те же самые блюда из меню, как и всегда. Он почувствовал, что его жизнь вновь двигается в привычном русле, точно так же, как и на протяжении последний пяти месяцев. Стас был консервантом только в выборе еды, что же касается женщин, в его жизни были самые разнообразные особы. Единственным исключением из привычной рутины было то, что Макс уже пять минут таращился на нетронутый стейк, словно мясо могло ответить на все его вопросы. Тем самым он заработал встревоженный взгляд от постоянного обслуживающего его официанта. — Похоже я превратился в тебя. — начал без приветствий Максим, когда официант отошёл от их стола, предварительно поставив заказанное блюдо перед Стасом. Поймав непонимающий и одновременно удивлённый взгляд брата, он уточнил: -С Ярой. У меня проблемы, с ней. — недовольно пояснил Макс, надеясь обнаружить на лице брата тень понимания. Ему всячески хотелось избежать подробностей и колких фразочек от Стаса. Но не поделиться внезапно наступившей драмой в собственной жизни он не мог. — Я переживаю о её чувствах, твержу себе, что всё в порядке, что меня всё устраивает, но это не так. Я не говорю ей о своих мыслях… и этих грёбанных чувствах, только, лишь бы быть рядом с ней. Ведь она совсем недавно пережила развод, и предательство этого кретина. Я стараюсь наладить отношения с ней, уделять ей своё внимание, даже пытался ухаживать. А она в ответ «Максим, всё в порядке. Никаких сложностей. Я помню». — Стоп. Что? Ты что с ней переспал? — не понял Стас. Максим мгновенно выпрямился и с вызовом посмотрел младшему брату в глаза. Лучше бы он молчал, и сам разобрался со всем, чем просить совета у заядлого романтика до мозга костей. — Нет. То есть, не совсем. Станислав облокотился на спинку стула, и выражение его лица сменилось с удивления на хитрую улыбку. — Свершилось. Ты наконец познал вкус любви. Неужели этот день настал? А жезл любви использовал или только ручками? — хихикнул младший Громов, и в шутку похлопал в ладоши. — Отвали. Макс махнул рукой и отпил большую часть кофейного напитка. — Так в чём дело? — Стас кинул взгляд на наручные часы. — Через двадцать минут у нас встреча с партнёрами из Америки, и нужно, чтобы ты был в форме. — брюнет скептически посмотрел на старшего брата, который был поникший, словно в воду опущенный. Последний раз он видел его таким, когда отельный бизнес чуть не прогорел, из-за одной бабульки, которой стало плохо, и через четыре дня, когда посетители и персонал почувствовали запах гниения и разложения, они вломились в номер и обнаружили мёртвую женщину, лежавшую в наполненной водой ванне. Оказалось, старушку схватил инсульт во время водных процедуры. Неприятные слухи пошли по городу, многие приезжие и туристы обходили отель стороной, но вскоре всё наладилось. Слухи поутихли и всё вернулось в привычную колею. Громов кивнул и откинувшись на спинку стула устало потёр переносицу. Стас уже знал этот жест, это значило, что Максим находится в состоянии крайнего раздражения. — Чёрт, я не знаю, что мне делать. Я вообще женщин не понимаю, одним всегда хотелось затащить меня в загс, а эту «всё устраивает». — передразнил Макс слова Яры. — Вот чего я не понимаю, так это, то за что ты так ненавидишь женщин? — спросил Стас с набитым ртом. — Прожуй сначала, прежде чем говорить. — пробубнил старший брат. — Я не ненавижу их. Я просто их не понимаю. Они вечно чем-то недовольны, вечно им всё не так. Я совсем не понимаю, что меня в ней привлекает. Фак! Но при этом не могу не думать о ней. Я даже не могу сосредоточиться на работе. — выпалил Максим. — Женщины всё усложняют и всегда всё преувеличивают. — И преуменьшают мужские письки. — со смехом добавил Стас. — Это тоже. — с улыбкой согласился Макс. — Это всё так, но благодаря этому жизнь обретает новые краски. Ты готов ринуться в бой ради неё. Разве не так? — младший брат хитро улыбнулся. — Так. — глубоко вздохнув и сквозь зубы недовольно согласился Максим. Ему не хотелось признавать, что он склонился перед женщиной, что рядом с ней он становиться таким слабым, чувственным, и с несвойственной ему нежностью. Готовый ради неё на всё. — Она тебе нравиться. — заключил Стас. — Да. Но дело как раз не во мне. А в ней! — Интересный поворот. Она знает о твоих чувствах? — Стас усмехнулся, когда брат отрицательно покачал головой. — Ну а чего ты тогда от неё хочешь? Женщине нужно говорить всё прямо, вот что чувствуешь, то и говоришь, без уловок и намёков. Для Максима это было самым непростым и сложным, признаться в чувствах кому-то. Он не испытывал ни к кому такой привязанности, Ярослава прочно засела в его голове. Даже снилась ему несколько раз. — Женщины однозначно будут посложнее, чем ведение бизнеса. Что у тебя там с Дарьей? –внезапно перевёл тему Макс. — Мы расстались, — Стас вытер губы салфеткой. — Она запуталась в чувствах, и сказала, что не готова к отношениям со мной. — с досадой проговорил мужчина. — Не везёт мне на этих женщин. — Тебе она нравиться. –теперь уже Максим усмехнулся, посмотрев на брата. -Нет. Всё намного хуже, я её люблю. Я всё это время молчал, потому что хотел, чтобы она привыкла ко мне, к мыслям обо мне. Я старался быть рядом с ней, чтобы показать свои серьёзные намеренья. А в итоге, пока я носился с этим грёбанным Андреем, её бывший муж подсуетился. Она сказала, что не любит его, но не понимает собственные чувств. –Стас горько усмехнулся. — Мы с тобой сами виноваты. Я молчал о своих чувствах, и теперь всё закончилось. Не повторяй моих ошибок, учись на них. — в шутку пригрозил пальцем он. — Признайся, и поговори с Ярой. Даже если она откажет тебе, ты хотя бы будешь знать, и не будет этой всей неопределённости. — Ну ты идиот, — резюмировал Максим. — Сколько себя помню, ты всегда влюблялся в не пойми в кого, а теперь сидишь тут и разводишь нюни вместе со мной. Если ты действительно её любишь, иди к ней, и отбей её. — со смешком добавил Громов. — Если нужна будет моя помощь, то я помогу тебе похитить её. — А если она простила его, или уже сошлась с ним? — задумчиво спросил Стас. Мужчина совсем осунулся и смотрел теперь на свою почти опустевшую тарелку. — Тогда простой дай ему в морду. Возможно это растопит твою снежную королеву, и она свяжет с тобой свою жизнь из жалости. — с улыбкой подтрунивал Макс. — Насколько мне известно, женщины любят убогих. Часто видел такой пример, что с каким-то чмошником встречается хорошенькая милая девушка. — Прям как Ярослава. — усмехнулся Стас. Максим прищурился, но потом снисходительно улыбнулся. — О чём и речь. — глубокомысленно сказал старший Громов. — И что ты планируешь делать? — Я не знаю. — в груди поселилось гадкое и неприятное чувство тревоги. — Я ещё не думал об этом. У нас как-то с самого начала всё складывалось неудачно. Всё шло на перекосяк. Если бы я не втянул её в этот дурацкий план, всё могло быть по-другому. — Максим горько усмехнулся. — Я её не достоин. — Я с тобой абсолютно согласен. Ты правильно мыслишь. Она красивая, эффектная, умная, думаю найдёт себе кого-нибудь другого. Более достойного, выйдет замуж, родит детей. Уверен, она будет хорошей матерью, любящей женой, и будет она жить по классике жанра в гармоничных отношениях. А ты… — Стас указал вилкой в сторону брата. — Останешься одиноким одиночкой до конца своей никчёмной жизни. Ты и сам прекрасно понимаешь, что ни одна девушка не сможет вынести твоей раздражительной правильности и педантичности. Поэтому ты будешь менять продажных женщин, и топиться в алкоголе, из-за того, что ты полнейший придурок, который сам упустил свою любовь. Но ты верно мыслишь, так держать. — с нажимом и нотками сарказма говорил младший Громов. — Ты дашь совет или будешь и дальше говорить, что я придурок? –раздражённо спросил Максим, во второй раз пожалев, что рассказал всё брату. Ему не нравилось то, что Стас тыкал его как нашкодившего котёнка. Стас не обращал внимание на гневный взгляд брата. Максу особенно неприятны были его слова. Только младший брат мог задать ему взбучку, когда он действительно этого заслуживал. — Иди и поговори с ней. Выясните вы уже в конце концов отношения. — уверенно заявил мужчина. — Вот тебе мой совет. — Мне кажется, не стоит устраивать дополнительные трагичные сцены, когда и так всё паршиво. –вяло возразил Максим. — Ты драматизируешь. — недовольно фыркнул Стас. — Яра прямо так сказала, что не хочет с тобой серьёзных отношений? — Судя, по её словам, и поведению этим утром, так и есть. — А почему ты не провёл с ней ту многоходовую стратегию, когда дело доходило до отношений: лучше всё заранее обсудить, что вас тревожит, чем оставлять вопросы без ответов? — Я хотел, но у меня не получилось. — мрачно начал Макс. — Это легко обсуждать, когда ничего не чувствуешь ни к кому, и чётко знаешь, чего хочешь, а чего нет. — Та-а-ак, луковка моя, уже проще, слой за слоем мы снимем с тебя кожуру чёрствости. –усмехнулся Стас. — И чего ты хочешь? — Я хочу, чтобы она просто была рядом. Без всех этих проблем, недомолвок и тому подобное. — Макс, так не бывает. — чуть поёжившись, начал Станислав. — Если ты хочешь вступить с кем-то в отношения, над ними нужно работать, разговаривать, решать конфликты. Отношения — это работа без отпусков и выходных. Ежедневная работа, если конечно ты хочешь жить долго и счастливо. Все сорятся, но находят выход, компромисс, чтобы иметь возможность любить друг друга. — он обмакнул кусочек хлеба в сырном соусе и отправил его в рот. — От того, что ты признаешься Яре в чувствах, ты слабее не становишься. Наоборот. Ты становишься сильнее рядом с ней. Без неё ты просто будешь ещё одним одиноким человеком среди многих тысяч других таких же одиноких людей. — Говорит тот, кого совсем недавно бросили. — едко подметил Макс. — И который так и не признался в своих чувствах. — Спасибо, что напомнил. Ты такая душка. — Всегда пожалуйста. Но больше всего меня беспокоит то, что Климов притих, и никак не действует. — внезапно серьёзно заговорил Макс. Он был уверен в том, что Дмитрий не сдержит данное им обещание. Такой человек как он вряд ли будет честно действовать, Максим был убеждён, что Климов нанесёт свой удар из подтяжка. Стас наклонился к брату ближе, вероятней не желая, чтобы их кто-либо услышал. — Насчёт Климова, я тут кое-что нашёл, — Стас продолжил свой рассказ только, когда поймал на себе заинтересованный взгляд брата. — Он кажется вляпался в серьёзное дело, оказывается он поставляет нелегально оружие не только по России, но и за границу. Крышует его один очень влиятельный депутат. Как я понял, его прикрывает именно он, и все его нелегальные делишки в том числе. Вот откуда у него столько денег, именно поэтому полиция обходит его стороной, некоторые даже получают на лапу за покровительство. На лице Максима появилась кривая усмешка: — Вот это уже интересно. — оживился мужчина. — Брал он под большие проценты, если что-то в его бизнесе пойдёт не так, ему придётся продать себя на органы, и я очень сомневаюсь, что ему хватит этого, чтобы расплатиться. — подметил Стас. — Если он всего лишь пешка, и там замешен политик, мы можем ввязаться в очень серьёзное дело. — задумчиво отозвался Максим нахмурившись. — Мы уже ввязались. Уверен о нас уже знают, и вероятней всего на нас уже собрали не только информацию, но и компроматы. — Стас дёрнул плечом, замечая, как желваки заходили ходуном на скулах брата. — Мы найдём выход. Не волнуйся. А вот и наши партнёры. — сказал брюнет, вставая из-за стола, чтобы поприветствовать вошедших троих мужчин. Если всё пройдёт удачно, то им удастся заключить контракт на постройку ещё одного филиала казино в Лас-Вегасе, прибыль будет огромной, их компания выйдет на новый уровень. Только бы всё прошло гладко. *** — Этот Громов чист, как стёклышко. Никаких нелегальных продаж, поставок, или каких-то нелегальных заведений, или организаций, всё официально. Всё чисто. Признаться, честно, я даже удивился. — голос Николая звучал устало, низкий голос скрипел, мужчина сделал ещё одну затяжку, глубоко вдыхая дым сигареты. — Так ведь это хорошо? — прекратив вышагивать по комнате спросила Яра. — Технически да. И он у меня вызывает куда больше доверия нежели кто-либо другой. Оставайся с ним. Пока что. Я приеду через пару дней. — Всё настолько серьёзно? — осторожно спросила девушка. — Что? Раздалось старческое кряхтенье и шелест простыней, на другом конце линии. Николай встал с кровати. По привычке, когда мужчина нервничал он не мог оставаться на одном месте, он начал мерять шагами номер отеля, в котором остановился. — Думаю, всё слишком серьёзно и опасно, раз это требует твоего присутствия. Яра подавила отчаянный вздох. — Дочь, я как твой отец переживаю за тебя. — его тон смягчился. — К тому же мы давно не виделись. Мама рассказала, что ты развелась с Андреем, может оно и к лучшему… но я уверен, тебе нужна наша поддержка. Тебе не о чем беспокоиться, я приеду со своим давним другом, чтобы на месте решить, как поступить в такой ситуации. Девушке следовало как-то сдержать нервную энергетику, но она снова начала мерить комнату шагами, крепче прижимая к уху мобильник. — Тебе следовало позвонить мне раньше, и рассказать, о неприятностях Андрея. Возможно я смог бы тебе чем-то помочь. — он сделал очередную глубокую затяжку. — Извини, пап. Я думала я справлюсь сама… я хотела верить в это. — девушка нахмурилась и зажмурилась всего на мгновение. — Как там мама? — Её положили в медицинский госпиталь на несколько недель. Думаю, там она пойдёт на поправку. Я уже оплатил её лечение. Уверен, там она себя будет чувствовать комфортно, правильное питание, лечебные процедуры, там даже есть бассейн, представляешь? Она будет там как на курорте. Может и мне следует там немного отдохнуть? Подлечить суставы, а то спина в последнее время ноет. — Николай в своей манере быстро и много разговаривал, но делал это он для того, чтобы Яра как можно меньше думала о ситуации, в которую попала. Созвонившись с другом из ФСБ, он многой информацией поделился с ним, его дочь действительно оказалась втянута в крупные неприятности, там не просто какой-то местный барыга. Там замешана политика, и нужно как можно быстрей решить всю эту ситуацию, иначе в опасность попадут абсолютно все. — Да. Тебе отдых не помешал бы. — сухо ответила девушка. — Ты ведь знаешь, что я просто беспокоюсь о тебе, и хочу защитить тебя от любой напасти. Я не стал говорить твоей маме, ты же знаешь, как она может остро отреагировать, думаю, лучше ей пока ничего не знать. По этой причине я хочу быть рядом с тобой, пока всё не решиться. Николай навострил уши, вслушиваясь в шорох потрескивающей тишины. Ему показалась прошла вечность, прежде чем Яра ответила: — Я не хочу, чтобы ты пострадал или с тобой что-то случилось. Мне страшно. Я сижу тут взаперти и каждый раз боюсь, когда Максим задерживается или совсем не приезжает. Я боюсь узнать, что с ним что-то случиться по моей вине. Ведь это всё из-за меня. Если бы я только вас послушалась, сейчас этого ничего не было. — дрожавшим голосом выпалила девушка, в груди болезненно сжимался комок смутной тревоги. Яра впервые высказала свои страхи отцу. Паника накрывала её, хотелось забиться в угол, спрятаться, и абстрагироваться от всех проблем, жить как раньше. Но уже ничего не будет как прежде. Теперь она и сама чувствовала, что стала другой. — Яра. Ты. Ни в чём. Не. Виновата. — строго проговорил каждое слово отец. — Тебе нужен жизненный опыт, ошибки совершают абсолютно все. Я тоже совершал глупости, и до сих пор иногда совершаю, это жизнь. Нет смысла винить себя в том, в чём нет твоей вины. Главное вынеси урок и двигайся дальше. — Но сейчас из-за моей ошибки зависят жизни многих ни в чём не повинных людей. — не унималась девушка, чувствуя вину за то, что втянула во все неприятности братьев Громовых. — Он сам вызвался тебе помочь, не стоит придумывать оправдания для того, чтобы заняться самокопанием. Ты прям как мама. — он грустно усмехнулся. — Не загоняйся по пустякам. Я постараюсь, как можно быстрее приехать и всё уладить. — Хорошо. Спасибо папуль. — Береги себя, и ничего не бойся. Просто соблюдай осторожность, постарайся держаться подальше от окон, не выходи на балкон, будь всегда рядом с кем-то, не оставайся одна. За пределы дома тоже не выходи. Всё ясно? — Николай словно не предостерегал дочь, а давал чёткие указания своему подчинённому. — Скоро всё закончиться. Я обо всём позабочусь. И жизнь вернётся в прежние серые будни. Просто подожди немного. Я не дам никому, причинить тебе вреда. Мне пора идти. Кажется, принесли ужин. Люблю тебя. — И я тебя. Пока. Несмотря на боевой настрой отца, Яра чувствовала личинки страха, которые незамедлительно отложились внутри. Попадаться на глаза Максима не было никакого желания, положение в котором она оказалась пугало её до мороза по коже, и кома в горле. Уже всё не казалось такой нереальностью, или каким-то дешёвым русским боевиком, всё оказалось неприятной, устрашающей реальностью. В которой ей теперь придётся выживать, и нет времени жалеть себя, хотя этого очень хотелось. Но Яра решила вести себя уверенно и бойко, она не должна подаваться панике и страху. Однако эти мысли исчезли в мгновение ока, будто бы испарились, на смену пришли пугающие мысли, картинки пострадавших людей из-за неё, её настигали мысли, будто её столкнули в пропасть. Словно в поисках защиты она до боли впилась ногтями в ладонь, крепко сжимая мобильник в другой руке. Яре ничего не нужно было делать, просто подождать, пока они разберутся с Климовым. Он представляет непосредственную для неё серьёзную угрозу. Пускай и отец попытался ускользнуть от ответа, и почти ничего не рассказал о нём, больше говорил о Громове, и о том, что она действительно находиться в безопасности. Яра легла на постель и пустым взглядом смотрела в потолок. Она задумалась, а что она может сделать против преступников? Конечно, отец научил её парочке приёмов по самообороне, но вряд ли это ей как-то поможет. Сердце болезненно ёкнуло, что теперь с ними будет? Решиться всё для неё с благополучным исходом или нет? А что будет с Максимом и Стасом? С родителями? Тишина поглощала, полностью предоставляя её самой себе, и своим мыслям. Всего месяц назад её жизнь была наполнена обыденной рутиной, суматохой и лёгкими хлопотами. Работала, иногда отдыхала с Дашкой, время от времени ездила с Андреем в походы, на рыбалку, на пикники, планировали путешествия… а потом резко её прежняя жизнь оборвалась и превратилась в ужасного монстра под названием «сущий кошмар». Азартные игры Андрея сгубили, превратив в отвратительного для неё мужчину, совершенно незнакомого, чужого. С появлением Максима в её жизни был полный бедлам и кавардак. И вот, теперь, что из этого общения получилось. Яра осторожно прикрыла окно плотными шторами, погрузив комнату во всепоглощающий мрак, включив настольную лампу девушка устало села на ковёр, тяжело и протяжно вздохнув. Сложно даже представить во сне такую ситуацию, не говоря уже о том, чтобы такое происходило в реальности. И как бы ей не хотелось этого признавать, это было правдой. — Господи, это один сплошной кошмар. — прошептала девушка и уронив голову на колени, она обняла ноги руками и прижала их ближе к себе. Она даже не может поговорить с Дашей, не беспокоясь о её безопасности. Всё ли будет с ней в порядке? Не повлияет её близость со Стасом на её саму? Оставалось только догадываться и надеяться на лучшее.