Серебряный Принц, или Одиночество - это поправимо

Глава 10

      И действительно, не успел он договорить, как в сопровождении Грейда, по которому я почему-то не очень соскучился, вошёл человек в синей униформе и молча принялся собирать в большое ведро обломки рамы и стекла.       — Ну, доигрались? — помощник шефа стал, демонстративно уперев руки в бока, — Вы знаете, что полагается за порчу казенного имущества?       Я весь сжался. Ну вот, опять в неприятности влип, да сколько ж можно! Теперь Грейд за это зеркало меня со свету сживёт.       — Ой, я тебя умоляю, не нуди, без тебя голова пухнет. — Айр протянул ему пластиковую карточку, в которой я узнал торчавший из тумбочки прямоугольник.       — Сними, сколько посчитаешь нужным, только не наглей, ладно?       — Совсем от дури охренел?! Так со мной разговаривать! — белобрысый в ярости подскочил и рывком приподнял его за волосы над кроватью, — Ты знаешь, что я сейчас с тобой сделаю?!       Я на низком старте, приготовился Айра защищать. В конце концов — это я уронил проклятую стекляшку, я должен за неё расплачиваться и отдуваться, но Рыжик снова меня удивил. Он совершенно спокойно перехватил удерживавшие его руки, и вот уже Грейд лежит на кровати под ним.       — Еще раз позволишь себе нечто подобное, и работать будешь вместо меня. Это я тебе обеспечу. Ты мне веришь? — Айр удерживал взглядом его зрачки, искал и не находил ответ в растерянных голубых глазах. — Обещаю, тебе понравится. Насколько помню, с сегодняшнего дня ты впал в немилость, так что если хочешь жить, мой тебе совет — прекращай выпендриваться.       Побеждённый Грейд быстро сматывал удочки, на ходу отдав приказ уборщику не задерживаться здесь. Айр расхохотался как-то неестественно громко. Ах да, я забыл, это не он, это наркотик.       — Не спеши, — почти на пороге остановил его Рыжик, — Где визажист и мастер боди-арта?       Грейд, не оглядываясь, огрызнулся:       — Будут, когда снимут швы. Или вас интересует живопись на марле?       — Котик, не хами! — блондину вслед полетела подушка, но Айр промахнулся.       Я понимал — Рыжику необходимо поспать, его конкретно на поворотах заносит. И с интересом наблюдал, как уборщик поднял с пола подушку, всё так же молча отнёс её на кровать, забрал веник, ведро, швабру, и вышел.       — Чего он всё время молчал? — удивлённо спросил я, когда закрылась входная дверь. — Для приличия мог бы хоть поздороваться.       Айр устало зевнул.       — Обслуживающему персоналу запрещено с нами разговаривать. Они каждый день уходят домой, а за эти стены не должен просочиться ни один слух.       — И начальство их отпускать не боится? — я был искренне удивлён, — Почему же контрактников и остальных никуда не выпускают?       — В отличие от нас, подробностей они не знают, а если что — у мафии длинные руки.       — Так это мафия?! — от потрясения я едва ворочал языком, даже есть расхотелось.       — Сладкий, а ты думал, в сказку попал? Мафия — не мафия, какая разница? Главное — здесь нехорошие богатые дядьки делают большие деньги, за счёт таких же богатых дураков.       Нетрудно догадаться, что под морфием развязался язык и он сейчас договорится. Если Рин окончательно разозлится, а ему стопудово доложат обо всём, то Грейд точно за плеть возьмётся, и тогда этого болтуна уже ничто не спасёт, получит за всё и сразу.       — Давай спать, а? — пришлось оборвать Айра на полуслове, нужно же было как-то его угомонить.       — Какое спать! — он согнулся от дикого хохота. Чёрт, что же с ним делать, рыжий совсем с катушек слетел. — Уже ужин несут.       И точно — щёлкнул замок. Интересно, как ему удалось услышать, или Рыжик как-то иначе сумел это определить? Официант в белой рубашке с галстуком-бабочкой закатил в комнату тележку, заставленную разнообразными блюдами накрытыми блестящими металлическими крышками. Вот это я понимаю — сервис, прямо как в ресторане! Молча, как и уборщик, он вышел за дверь. Я украдкой сглотнул голодную слюну, вдыхая одуряюще аппетитный запах, и спросил, чтобы немного отвлечься:       — Как он полные тележки по лестнице волочёт, это же нереально.       — Вот ты выдумщик! — продолжая тихо посмеиваться, Айр прижал к глазам растопыренные пальцы, будто услышал несусветную чушь. — Официанты поднимают тележки к нам на этаж на специальном подъёмнике, и уже отсюда развозят по комнатам, понял? Тэк-с, приступим-с.       Он в предвкушении потёр ладошки, положил на колени салфетку и принялся снимать крышки со всех блюд подряд.       — Советую поторопиться, у нас на всё про всё — двадцать минут.       Я последовал его примеру и набросился на еду. Орудовал ножом и вилкой не хуже, чем стройбатовец лопатой и ломом. Не удивляйтесь, с этим термином я тоже знаком. С непривычки неудобно, но было бы что ко рту подносить, а всё остальное — ерунда, справлюсь. Господи, никогда в жизни не ел так много и вкусно! Тарелки опустошались с пугающей скоростью, я давно уже насытился, но упрямо продолжал объедаться. Спустя какое-то время, я всё же дотянулся и спихнул крышку с последнего блюда, до которого не добрался Айр. На небольшом круглом подносе лежала порция фруктового мороженого. Я прекрасно понимал, что это всего лишь замороженный сок и к настоящему не имеет никакого отношения, но сердце моментально прострелила боль — помнится, кто-то обещал угостить меня парфе, а вместо сладости довелось отведать изнасилование и семихвостую плётку. Спасибо, накормили досыта, по самое горло. Эх, Рин…       — Почему только одно? — словно невзначай поинтересовался я, стараясь заглушить печальные мысли.       — Наверное, Дир тебе запретил. Ему, безусловно, виднее, но если нельзя, но очень хочется, то можно. Ешь, — он придвинул ко мне поближе десерт.       — Нет, спасибо. — Точно, я вспомнил! Я же сильно простыл, и на ноги встал благодаря капельнице. Доктор прав, не стоит усугублять своё нынешнее состояние еще и ангиной. — Лучше я лягу.       После еды действительно нещадно клонило в сон. Я на автомате подошёл к тумбочке и, не запивая, проглотил таблетку в розовой оболочке. Теперь всё. Спа-ать. Широко зевнул, зарываясь носом в подушку, и меня сразу унесло.       Через время почувствовал, что кто-то настойчиво отбирает прижатую к груди простынку, и меня осторожно перевернули на живот. Не открывая глаз отмахнулся, и недовольно замычал:       — Да кому там неймётся?!       — Лежи спокойно, Малыш. Сделаю укол и уйду.       А, ясно — это док. Мою ягодицу смазали спиртом и её совсем не больно проткнула игла.       — Уже всё, спи дальше.       — Спасибо, — едва слышно пробормотал я, и не заметил, как снова провалился в сон. Снилось что-то невероятно хорошее. Кто-то обнимал меня со спины, было восхитительно тепло и приятно. От удивления я распахнул глаза.       — Рин?!       Раздался чей-то мягкий смех над ухом:       — И приснится же такое... Успокойся, это всего лишь я.       Мне в затылок уткнулся прохладный нос.       — Айр?!       — А ты, вижу, мечтаешь только о Хозяине?       Не хочу отвечать на всякие глупости.       — Иди к себе, ты мне мешаешь.       — Как скажешь.       Стало неловко оттого, что слишком грубо его прогнал. Я попытался сгладить вину и проявить заботу, но получилось не очень, наверное, потому что не до конца проснулся.       — Ты чего так рано, работа не заладилась?       Я услышал, как Айр усмехнулся.       — С чего ты взял? Уже утро, и я полчаса назад освободился. Даже душ успел принять.       Я не привык, чтобы в комнате всегда было темно, поэтому не сориентировался, какое сейчас время суток.       — Вставай, соня, скоро завтрак подадут, — Рыжик включил ночник, устало потягиваясь на своей кровати. — Иди, умойся.       Я перевернулся на другой бок и поспешно прищурился от света, бьющего прямо в глаза, хотя он был совсем не яркий.       — Как? Я же голый, — этот вопрос волновал в первую очередь. Новую одежду мне никто не принёс, хоть бы старые шмотки вернули, что ли. Или я теперь всё время должен ходить голяком? Ладно, аукцион, стриптиз — с этим понятно, а в остальное время прикажете прикрываться полотенечком?       — А чего я там не видел? — искренне недоумевал Айр, — Кроме того, как ты собираешься выступать перед публикой, если даже при мне боишься пройтись в голом виде до туалета? Поднимайся.       И правда. Я как-то не подумал — мне же скоро обнаженным на сцену выходить и развлекать зрителей. Вот чёрт!       — Ладно, — я неохотно сбросил с себя простыню и покрывало, — Но ты, всё же отвернись.       — Ни за что. Начинай привыкать прямо сейчас.       — Ну и любуйся, пока не надоест, — беззлобно пробормотал я, выбираясь из кровати. Айр шумно сглотнул и восторженно замер, когда я наклонился взбить подушку.       — Закрой глаза, а то вывалятся, — всё же не смог удержаться, чтобы его не подколоть.       — А? Нет, ты не понял, с тебя сегодня снимут швы. Не ожидал, что на тебе всё быстро заживёт, кстати, при нашей работе — очень полезное качество.       — Откуда ты знаешь? — я снова опустился на своё «ложе».       — Опыт, — смешливо фыркнул Айр, — Не удивляйся.       Сразу после завтрака к нам заглянул доктор.       — Я так понимаю, поспать мне снова не дадут? — недовольно заворчал я на Дира. Сытно поев, только и успел, что удобно устроиться на своём спальном месте.       — Правильно понимаешь, — он измерил температуру и внимательно осмотрел мои, почти зажившие раны. — Ну что ж, очень хорошо, таблетки пьешь?       — Угу.       — Отлично, продолжай. Тогда снимаем швы.       — Вот! Что я говорил! — радостно возликовал Рыжик, — Думаю, завтра попробуем провести первую тренировку.       — Не слишком ли ты торопишься? — мигом осадил его док, снова раскладывая на моей тумбочке жуткого вида инструменты, — Дай ему еще денёк отлежаться.       — Ничего, в нашем деле жалеть себя — последнее дело, простите за невольный каламбур.       — В этом ты прав, — согласно кивнул Дир, — Ну что, приступим?       В этот раз меня не обезболивали, да и не особо нужно было. Док работал быстро и чётко, ни одного лишнего движения. Молодец. Айр правильно сказал, этот врач — действительно от Бога. Когда он уже собрался уходить, сосед по комнате попросил сообщить Грейду, что с меня сняли швы.       — Зачем? — искренне удивился Дир, — Каким боком это его касается?       — Так надо, док. Так надо.       — Ну… хорошо, — неохотно согласился доктор. Скорее всего, ему — как и мне, тоже не особо хотелось сталкиваться с голубоглазой злюкой.       Минут через десять явился Грейд с двумя долговязыми типами. Все трое даже не поздоровались, хамы. Один из вошедших, с брезгливым выражением на ухоженном лице, пристально разглядывал Айра.       — И над чем здесь работать?       — Вы ошиблись. — Рыжая зараза указательным пальцем перевела все стрелки на меня. — С ним.       — Вот с этим?! — он растерянно оглянулся, как будто ему предложили к королевскому балу раскрасить таракана. — Вы издеваетесь?! Я мастер высшего класса, а не пластический хирург! На этом, с позволения сказать… места живого нет! Как вы себе это представляете? Что с такими уродливыми шрамами можно будет сделать? На ЭТОМ невозможно рисовать!       — А Вы думали, Вам предложат чистый холст? — тут уже не выдержал я и вмешался, — Если не умеете — не беритесь, Грейд найдёт мне более достойного художника.       — Что?! — оскорбленно взревел арт-мастер. Судя по разговору, это был именно он. — Да ты, сопляк, знаешь, с кем мне доводилось работать?!       — В данный момент, Ваши прошлые заслуги нас совершенно не интересуют, — без лишних церемоний вклинился Айр, — Вы берётесь или нет? Если думаете, что нашли способ набить себе цену, предупреждаю заранее — ничего не получится, — он незаметно подмигнул белокурому и, о чудо! Я впервые увидел, как Грейд улыбается.       — Зитр, подожди, не кипятись, — примирительно остановил его второй парень — тот, что был ростом пониже и выглядел немного моложе. Он вежливо обратился ко мне. — Молодой человек, будьте добры, пройдитесь.       Я только сейчас заметил, до чего эти двое похожи. Наверное… да не «наверное», а точно — братья. И как это я раньше не сообразил? Я тотчас забыл о том, что я голый. Меня разобрал подлинный интерес и захватило стойкое желание утереть нос заносчивому типу. Что же его братец придумал? Я сделал всё, как он просил и, едва не споткнулся на ровном месте. В дверях стоял Рин и смотрел, как я дефилирую перед посторонними, во всю сверкая своими прелестями. Пришлось срочно взять себя в руки. Он ведь этого хотел? Теперь пусть любуется на плоды трудов своих праведных. Я нарочно выгнул спинку и кокетливо заглянул через плечо, немного опустив реснички. В глаза не смотрю. Зачем? Никому из нас это не нужно. Не хочу смотреть, не хочу! То, что там светится принесёт только боль, да и не плещется в этих тёмных бездонных океанах ни капли того, что я всем своим существом жажду почувствовать. Правда я хотел с Рином поговорить…       — Стоп! Замри, я тебя вижу! Вот оно — то, что нужно! Зитр, ты тоже это заметил? Нет?